Часть 3

Audentes fortuna iuvat

***

Маленькая комнатка студенческого кампуса встретила Одри холодным, но привычно знакомым одиночеством. Она отшвырнула свою сумку в дальний угол и упала на кровать, раскинув руки в разные стороны: «Чертов юрист!». Девушка тяжело дышала с закрытыми глазами, стараясь привести себя в чувство дыхательными практиками. В тишине комнаты раздался телефонный звонок. Одри раздраженно провела пальцем по экрану: – Да, Фел, что случилось? - её голос звучал уставшим и поникшим. – Эм, ничего. Я хотела спросить, как все прошло с Азраэлевичем. - О, уже даже не «ходячий тестостерон»? Обе девушки недовольно выдохнули носом. Будущий психолог продолжила: – Я не буду проводить эту работу с ним. Завтра попрошу заменить объект исследования. – Что случилось? У нас на парах в прошлом году он был очень любезен. Девушка злостно сжала телефон: – Он и был! Очень любезен. Даже слишком… - она села на край кровати: –… Спросил у меня: «Я — твой типаж, или исключение из правил?». Тоже мне, герой романов для девочек-подростков. Смех Фелонии вырывался из динамика телефона: – Ну… Может, не все так плохо? – Плохо, Фел! Такой открытый… даже агрессивный флирт — это слишком! – Хоть какой-то флирт в твоей скучной однообразной жизни. Ты же не решила, что он действительно испытал к тебе интерес? Может, провоцировал? – Мне плевать! Больше ноги моей не будет в его кабинете. Она сбросила вызов, кинула телефон на подушку и запустила пальцы в волосы: «Самовлюбленный, скользкий, мерзкий!». Как бы Одри не проклинала его в своей голове, в ушах все равно звучал его низкий тембр: «… Или исключение из правил?». Воспоминания заставили её тряхнуть головой, будто желая выбросить навязчивую мысль. «В данный момент — смотреть на тебя…» – она раздраженно прорычала что-то нечленораздельное и все-таки достала свои записи. Пробежавшись глазами по своим немногочисленным пунктам, сделала краткий вывод: «Интроверт, притворяющийся экстравертом. Есть проблемы в семье, возможно, со стороны одного из родителей присутствовал тотальный контроль или отмечались повышенные ожидания. Объект, будучи ребенком, подавлял свои эмоции, вследствие чего яркая эмоциональность, не нашедшая в нужный момент выхода, трансформировалась в пассивную агрессию. На это указывают следующие пункты: А) объект не допускает мысли о том, что может быть неправ; Б) объект выбрал текущую и потенциальную сферы деятельности, связанные с подчинением его воле; В) объект опирается на травматичный жизненный опыт, который скрывает под «маской» уверенности; Г) объект стремится спровоцировать окружающих на эмоции, так как не умеет выражать свои». Одри отложила ручку и выдохнула, опустив плечи: «К сожалению, этого мало, но я стойко держалась».

***

Утром, как планировала, девушка встретилась с подругой у дверей главного корпуса университета. Поднимаясь по ступеням обе девушки обратили внимания на припаркованный черный кроссовер. Одри толкнула Фелонию локтем в бок: – Кто-то из твоих мажористых одногруппников? – Про своих я бы уже знала. Бросив на автомобиль последний взгляд, они зашли в здание и разошлись в разные концы корпуса, каждая на свои пары. Лекция о бессознательном текла вяло, даже скучно. Расширение фундаментальных знаний, которые изучались на первом курсе были неинтересны Одри, так как она старалась всегда идти вперед программы, чтобы не упасть в грязь лицом, быть подкованной. Она слушала в пол-уха и выводила в блокноте непонятные завитки, петли и волны. – Основоположником психоанализа, как вам всем уже известно, является Зигмунд Фрейд… Голос преподавателя звучал для девушки где-то далеко, она медитативно разрисовывала лист закрученными узорами: –… Человеческое поведение во многом определенно его внутренним и, как правило, иррациональным влечением… «Влечением…» - повторила девушка про себя. Это слово будто вывело её из транса. Она обратила внимания на свой лист. Закрученные линии отдаленно напоминали кудри. Одри быстро проморгалась. – … Эти влечения преимущественно бессознательны. Девушка стиснула зубы, понимая, на что похоже то, что она нарисовала, на силуэт его локонов, и злобно замалевала изящные округлые линии. –… попытки осознания этих влечений приводят к сопротивлению, мозг не хочет признавать своих желаний. Включаются защитные механизмы. В её мыслях всплыло довольное лицо адвоката, которое расплывалось в улыбке. «Черт!» - она выругалась в голове и закрыла тетрадь. Лекция подошла к концу. Студенты медленно выходили из аудитории, будто специально задерживаясь в дверях, задавая вопросы, которые раннее оставались не озвученными. – Мистер Росл, подскажите, могу ли я поменять объект своего исследования в практической работе? Пожилой мужчина с небольшой залысиной поднял на неё глаза и поправил очки на носу: – Во время работы что-то пошло не так? Я был очень рад, что такой своеобразный персонаж достался Вам. «Ага, очень интересный, не то слово!» – Нет, все было гладко. Просто по личным причинам не получается именно с этим человеком. Профессор внимательнее вгляделся в её лицо: – О, Вы можете не переживать! Давид Азраэлевич заходил сегодня ко мне. Он предупредил, что Вы не совпадаете по графику. «Надо же! Сама предусмотрительность!» – Что ж, полагаю Вы дадите мне нового «подопытного»? - девушка по-доброму усмехнулась, радуясь, что груз в виде язвительного адвоката спал с её плеч. Мистер Росл удивленно приподнял бровь: – Не волнуйтесь. Ваш… кхм… «подо-пыт-ный» любезно уведомил, что у него назначено несколько слушаний, и что Ваша с ним совместная работа слегка задержится по срокам сдачи. Улыбка разочарованной тяжестью сползла с её лица. Мужчина продолжил: – Вам достался отличный экземпляр, Одри. Сдадите практическую, как только закончите. Я понимаю его загруженность и любезно иду навстречу. Мне пора. Всего доброго. Будущий психолог вышла из кабинета и с досадой поджала губы, когда на её телефон пришло сообщение. На экране подсветилось имя контакта «Адвокат практика». Она с минуту смотрела значок уведомления, не решаясь открыть: «Нет, не влечение…» - повторила она сама для себя, но открыла СМС: «Здравствуй, Одри. Полагаю, ты задала мне не все вопросы. Скажи, когда у тебя будет время продолжить, я подстроюсь;)» Девушка опустила руку с телефоном и закинула голову в верх: «Господи, ну почему именно он?!». Но все-таки Фрейд не ошибался: её подсознание уже говорило само за себя, но, к сожалению, пока слишком тихо. Она простучала каблуками по камням ступеней и вышла на улицу. Черный кроссовер все еще стоял на том месте, что и утром. Но теперь был виден и хозяин машины. Давид стоял, оперевшись бедрами об капот. Белые брюки и коричневое поло с открытым воротом ему очень шли. Он поднял солнечные очки с носа на лоб и широко улыбнулся: – Знал, что ты придешь! - он оттолкнулся ногой от колеса и сделал уверенный шаг вперед. – Давид Азраэлевич, Вы меня преследуете? - она стояла на месте, устремив на него слегка гневный взгляд, на дне которого бушевала тихая радость. Давид приложил руку к груди и показательно пригнулся: – Снова Азраэлевич? Ведьмочка, ты режешь меня без ножа. Одри закатила глаза и намеревалась пройти мимо. Мужчина в два шага с ней поравнялся и шел в привычном для неё темпе, положив руки в карманы: – Тебе нужно закончить практику… - тихо проговорил он, слегка наклоняясь в её сторону. – Закончу. Но не с Вами. Я поменяла человека для исследования. Адвокат довольно улыбнулся: – Врешь - он не пытался её остановить, просто шел рядом, любуясь, как цвет её волос переливается в солнечных лучах. – Вру. – Я хотел извиниться… - он остановился, она вместе с ним: –… Я не должен был на тебя давить. Мне жаль, что смутил тебя. – Врешь. - она плотно сомкнула губы, ожидая оправданий. – Вру… - кивнул он: –… Ты слишком мило смущаешься. Но я правда не думал, что тебя это заденет - его слова звучали почти убедительно. Одри повернулась к нему лицом: – Что ты хочешь от меня? Я не люблю, когда со мной играют. Её слова прозвучали резко, пронзая его самолюбие: – Лишь хочу помочь тебе закончить работу. Правда, в офис сейчас нельзя. - Одри чувствовала, что он к чему-то готовится, но специально оттягивает момент. – К тебе я точно не поеду, и к себе не пущу! – А я разве предложил? – Я предположила. – Если твои тесты и всякие нужные бумажки с собой, предлагаю пообедать. Я угощаю в качестве извинений за свое вызывающее поведение - на мгновение ему показалось, что она вот-вот откажет, но играть на её нервах было чертовски увлекательно. – Это не свидание! – Это будет не свидание ровно до того момента, пока ты не решишь, что это оно. – Ты слишком в себе уверен! - она мысленно оценивала в голове правильность своего решения. Но привычная рациональность была ослеплена его улыбкой. – Это все твои выводы после первой части диагностики? - он приподнял уголок губ, принимая её неочевидное согласие: – Пойдем к машине… - он провел глазами по её длинным ногам и каблукам: – А то, если мы пойдем пешком, мне придется нести тебя на руках - он приподнял руку в приглашающем жесте. – Не посмеешь. – Ох, еще как посмею, но пока даю тебе возможность выбирать. Одри прикрыла глаза и закусила от злости губу. Она быстро прошла мимо Давида, нервно выстукивая каблуками безжалостный ритм. – Вот и чудно - произнес он ей вслед и подбросил ключи от кроссовера в воздух.