Глава 2. В кольце чужих правил

Холод разбудил меня раньше сознания. Ледяная сырость каменного пола впивалась в бок, пронизывая тонкую ткань потрёпанной рубахи. Я открыл глаза, но это ничего не изменило. Полумрак. Скупой серый свет, пробивавшийся сквозь решётку в двери, выхватывал из тьмы лишь контуры маленькой, голой камеры. Карцер.       Я попытался пошевелить руками и ощутил тупую боль в плечах. Кисти были стянуты за спиной холодными, неумолимыми наручниками. Память стала возвращаться какими-то обрывками. Тёмный переулок. Люди, отводящие взгляды. Двое, кажется, в красных мундирах. Иссиня-чёрная жидкость на руках, липкая, как смола. Я поднял ладонь, стараясь разглядеть её в плохом освещении. Теперь она была чиста, лишь засохшие, отливающие тусклым бурым цветом пятна на рукаве и на брюках напоминали о том кошмаре. Но откуда она? И что со мной произошло? В голове была абсолютная пустота. Даже моё собственное имя тонуло в ней без следа.       Стук ключа в замке заставил меня вздрогнуть. Дверь со скрипом отворилась, и в проёме возникла фигура. Это была она – девушка с голубыми волосами. Кажется, Дельта.       В тусклом свете её черты казались ещё более острыми, высеченными из мрамора. Прямые светло-голубые волосы, ниспадавшие до пояса, были убраны за ухо, открывая строгое, бледное лицо с высокими скулами и тёмно-синими глазами, которые изучали меня с холодным, безличным интересом. Её чёрно-белый мундир, идентичный тому, что был на мне, как только я очнулся, идеально сидел на ней и наглядно показал её высокий рост. В её руках был уже знакомый кожаный журнал и перо. – С пробуждением, - констатировала она, и её голос прозвучал чётко и ровно, без намёка на сочувствие, шутливость или раздражение, – Меня зовут Кай Дельта. Я веду протокол допроса.       Она не стала ждать ответа, села на стул напротив меня, распахнула журнал и обмакнула перо в чернильницу, пристёгнутую к переплёту. – Просто отвечай на мои вопросы, - напомнила она, – Первый вопрос. Как тебя звать?       Я заставил себя сглотнуть. Горло пересохло. – Я… не помню.       Перо скользнуло по бумаге без малейшей паузы. – Возраст? – Не помню. – Происхождение? Откуда ты? – Не знаю. Я абсолютно ничего не помню.       Дельта на мгновение подняла на меня взгляд, и в её тёмно-синих омутах мелькнуло что-то. Подозрение? Нет, скорее, профессиональная оценка неудачного эксперимента. – Вчерашний вечер. Где ты был и что делал до того, как тебя нашли в переулке у базара? – Понятия не имею, – прошептал я, и голос мой сорвался. – Я не помню ничего. Только темноту, а потом… боль.       Перо снова выводило на листе какие-то фразы. Наверное, она записывает каждое моё слово, и даже эти жалкие признания в собственном бессилии. – Подразделения, – сменила тему Дельта. – Префекторы, Кастодианы, Санкторы. Эти слова тебе о чём-нибудь говорят?       Я лишь безнадёжно мотнул головой. Эти слова резали слух своей чужеродностью. Санкторы?.. Это прозвучало из уст того мужчины в переулке. Жаль, что для меня это было всего лишь пустым звуком. Я не имею ни малейшего понятия кто они.       Дельта закрыла журнал с тихим, но выразительным щелчком. Она отложила перо и встала, пройдя чуть к выходу, глядя на меня сверху вниз. – Информация будет занесена в отчёт. И да, - её голос стал тише, но от этого лишь строже, – Не советую врать тебе, а то лишь усугубишь своё и без того не самое радужное положение.       Она коротко кивнула одному из стражей, стоявшему в коридоре. Тот опустил руку в карман. Дельта, не сказав больше ни слова, развернулась и вышла из камеры, её шаги отдавались эхом в каменном коридоре.       Я не успел ничего понять. Ни осознать, ни испугаться.       Из кармана стража раздался тихий щелчок.       И мир взорвался белой, обжигающей болью. Она исходила от браслета на моей лодыжке, который я даже не успел заметить. Словно молния ударила прямо в кость, выжигая все мысли, всю реальность. Тело свела мучительная судорога. Сил закричать не хватило. Да и смысла в этом, наверное, не было, ибо через секунду я вновь оказался в тёмном и бескрайнем пространстве. Сознание погасло, как перегоревшая свеча, и я снова рухнул в бездну небытия.

***

      Меня вели по городу. Руки стянуты холодными металлическими наручниками за спиной, а на лодыжке тяжелый, уже знакомый браслет, тускло сиявший в свете фонарей. Два широкоплечих стража в чёрно-белых мундирах шли по бокам, их хмурые взгляды буравили меня так, будто ловили хоть малейший намек на побег. Каждый шаг давался с трудом, тело ныло. Впереди шагал светловолосый высокий мужчина – главнокомандующий санкторов Патриум Вейл, как он представился, когда пришел за мной в тот карцер. Слева от него, чуть отставая, брёл брюнет, менее внушительного телосложения. Они бурно спорили. Патриум был явно раздражен, ибо его голос беспощадно резал воздух. – Да говорю же, не видел я там никого, Лум! – громко, с возмущением и заиканием заявлял брюнет. Его короткие тёмно-каштановые волосы торчали во все стороны непокорными кудрями. Большие, тёмные глаза на вытянутом лице с небольшой горбинкой на носу смотрели виновато. Мелкие шрамы на щеке мешались с веснушками. – Да плевать я хотел, что ты не видел. – отрезал Патриум, не оборачиваясь. – Твоя задача была охранять ворота во время праздника! А ты чем занимался? И где Дарц шляется?       Город вокруг был другим. Не тот грязный, тесный и шумный квартал, где я очнулся. Здесь улицы были шире, светлее, дома – выше, строже, с редкими деревьями вдоль тротуаров. Народу было меньше, но те, кто шел мимо, бросали на нашу процессию быстрые, любопытные или осуждающие взгляды. Комок подкатил к горлу, когда Лум Патриум обратился ко мне. – Оковы не жмут, вор? - спросил он колко, ледяной взгляд скользнул по мне.       Я обомлел от непонимания и внезапной злости. Кулаки сжались за спиной. – Я не вор, – заявил я, почему-то, с полной уверенностью, чувствуя, как взгляды стражей по бокам стали еще тяжелее.       Патриум усмехнулся, коротко и беззвучно: – То есть Алую Слезу Альтаира украл не ты? – Какую еще слезу?.. – нахмурился я, искренне не понимая.       Патриум достал из кармана подвеску – восьмиконечная звезда с каплей ярко-алого камня, похожей на слезу. Кристалл переливал светом лучей, а золотая оправа ярко сверкала. Что-то кольнуло в памяти и я понял, что видел это. Но кража? Нет, этого не могло быть. Я не помнил ничего подобного! – Её нашли в кармане твоего мундира, если ты и это забыл, – напомнил он, убирая подвеску. – Притвориться санктором, чтобы пробраться в священный собор? Циркач ты, Риад Лациум. Риад Лациум…       Меня передёрнуло от моего имени. Словно чужого. Я не помнил ни собора, ни слезы‌, ни кражи. Я не помнил вообще ничего, что было до темноты переулка. Имя... Я не думал, что забуду даже его.       Мы подошли к высокому зданию из белого камня. Широкие окна, острые шпили, упирающиеся в небо. Над входом развевалось знамя с эмблемой — восьмиконечная звезда-солнце над полумесяцем. Символ, говоривший о важности места, о которой я, разумеется, не ведал. Зелень фасадов казалась мирной, но внутри меня все сжималось. Я чувствовал – это место не сулит ничего хорошего. Не для меня точно.       Вдруг послышались быстрые шаги сзади. Кто-то бежал к нам. Мы остановились по окрику Патриума. Я поднял голову, успев мельком увидеть фигуру, прежде чем страж грубо треснул меня по затылку, заставив опустить взгляд. Девушка. Невысокая, в таком же мундире, как у Патриума и кудрявого парня. Её лицо искажала явная тревога, губы были плотно сжаты. Вишнёво-алые короткие волосы собраны в беспокойный хвостик. Она быстрым шагом подошла к Патриуму. – Лум, я… я всё объясню, - начала было она, запыхавшись.       Патриум резко поднял руку, пресекая речь. – Объясняться будешь Кольту после собрания, Дарц, - его взгляд перешел на кудрявого парня, – Тебя это тоже касается, Фло.       Парень – Фло – оторопел, сровнявшись с девушкой. – Но, Лум, всё было совсем не так, как вам доложили! - снова попытался он, но его голос дрогнул. – Захлопнись, - повторил Патриум, шагнув на ступень выше. – Мне сейчас с этим вором разобраться нужно, а уж потом с вами. - он кивнул в мою сторону, и стражи грубо подтолкнули меня вперед.       Паника снова сжала горло. Я был слепым щенком в чужой игре, не помнившим даже правил. Меня повели внутрь здания, в холодную полутьму вестибюля. – С завтрашнего дня, – бросил Патриум через плечо, уже на пороге, – Вы оба на чистке архивов до конца сентября. Никаких патрулей. Никаких постов охраны. - его взгляд перешёл на девушку. – Возвращайтесь в штаб, Кэрл. Кэрл. Кэрл Дарц. Откуда я знаю это имя?       Кэрл сжала кулаки, порывисто рванувшись на пару ступенек вверх. – Да никакой он не вор, Патриум! Послушай же ты, солнца ради..! – её голос, полный отчаяния и злости, оборвался громким, окончательным хлопком тяжёлых дверей. Что происходит?..