Глава 9

      Река звала шёпотом воды и запахом ила, горячее небо плавилось над ветвями. А под деревьями паслась стреноженная лошадь. Девушка сбилась с шага и встревоженно огляделась. Ее свобода только что обернулась напоминанием о возможных опасностях на дороге. Из воды послышался плеск. Линн немного запоздало углядела белую сорочку, небрежно скинутую на сумки и перевязь с двумя короткими мечами. — Эй, золотко! Наконец-то решила бросить этого старого скупердяя? Голос весело прозвенел над водой, над волнами покачивалась рыжая макушка, распущенные волосы веером расплылись за спиной. Линн невольно ухмыльнулась. — Как и Вы, госпожа. — Правильно сделала! Дорога лучше. Залезай! - она хлопнула ладонью по воде. Линн положила пожитки рядом с ее одеждой и скинула сапоги. Рыжая заинтересованно наблюдала, вызывая смущение и неловкость. Девушка решительно скинула одежду, оставшись в белье, и медленно зашла в реку. Шайна легко рассмеялась. — Не жмись, я кусаюсь только в ответ. Линн в ответ кривовато ухмыльнулась и нырнула.       Когда она, вдоволь наплескавшись, вылезла на берег, Шайна уже лежала рядом с их вещами и загорала, подставив солнцу свое великолепное тело. На звук шагов она не шелохнулась только пробормотала: — Загорать любишь? — Не особо люблю солнце, но осенью оно приятное. — Верно подмечено! Я сама обгораю летом, так хотя бы сейчас теплом напитаться. Линн присела рядом и отжала волосы в траву. Молчание затягивалось. — Кстати… не за что. — Что? - не поняла Линн. — Ты вчера меня благодарила, а я… Так злилась на тебя, что не смогла найти достойных слов чтобы ответить. — Почему злилась? — Мне казалось, что ты вынудила меня дать обещание, а я такого не люблю. И уехать не дала, заставила участвовать в своем маленьком фарсе. — Фарсе… - эхом повторила Линн и медленно нахмурилась. — Пойми меня правильно, ты все сделала как надо, - Шайна открыла глаза и прикрыла их рукой от солнца. — Не могу придраться. Ты спасла свою шкуру, попутно помогла чужим людям. Вообще - грамотно манипулировала каждым. Молодец. — Я не… - растерянно начала Линн. — Знаю, знаю. Не собиралась, не хотела, не держала злого умысла. Но ты проявила силу. А я такое в женщинах уважаю. — Силу, как же, - Линн горько ухмыльнулась. — Как умела. - Шайна серьезно кивнула, - Не ожидала от тебя. Ты ведь мне показалась слабой и, уж прости, пустоголовой. — А чего еще ожидать от “скотной девки”? - Линн неожиданно зло ухмыльнулась в ответ. Шайна внимательно посмотрела на нее. Села, обернувшись к ней всем корпусом и подогнув под себя одну ногу. — Я нечасто ошибаюсь в людях и их мотивах. У меня, если угодно, чутье. Но тебя я проморгала. Вообще, полагаю, ты многих удивила вчера своим выступлением, - она широко и хитро улыбнулась. — Этот пижон с колом в заднице вообще дара речи лишился. — Граф? — Нет, на него мне наплевать. Я про герцога-старшего. Линн прыснула со смеху. — Почему с колом? — Ты его видела? Ходит прямой как палка, морда недовольная. Для геморроя возраст не тот. Значит кол. Девушки озорно рассмеялись. Всегда приятно посмеяться над тем, кто так усердно пытался тебя напугать. — Итак, ты ушла, - утвердительно начала Шайна. Линн кивнула. — Расчет взяла? - еще один кивок. — Много? - на этот раз отрицательно качание головой. — Так и думала. И куда идешь? - Линн пожала плечами. Ей нечего было сказать, на душе снова стало тяжело. Шайна не торопила. — Может в столицу. — И куда ты там подашься? Тоже спину за копейки гнуть? — Я больше ничего не умею, - она опустила глаза. Рыжая сама того, не понимая сейчас после похвалы растаптывала ее уверенность в себе. — Так уж и ничего? - не поверила та. — Вышивать, прясть, готовить, детей нянчить? - молчаливое мотание головой. — Ты часом не из монастыря сбежала? “Не из монастыря…” — Что же. - Шайна помолчала. - До столицы пара дней. Что-нибудь придумаем. — Что? - Линн вскинула голову. — Мне тоже туда. Девица ты неплохая, можем вместе пойти. — Я… спасибо. — А если надоешь мне по дороге - продам тебя на невольничьем рынке, - пошутила рыжая. Линн дернулась, как от пощечины, но та копалась в сумке и не заметила.       Солнце медленно перевалилось за зенит. Шайна дремала, закинув во сне руки над головой и посапывая. Линн сидела, обхватив колени и смотрела на воду. Жизнь на ближайшие пару дней казалась ей вполне приемлемой. Может напроситься к рыжей в компанию и не оставаться в столице? Хотя зачем ей такая обуза.       Взгляд зацепился за сумку Глафа. Девушка, помедлив потянулась к ней и распустила завязки. Хлеб, сыр, одеяло, запасная рубашка и портки - тут девушка чуть не рассмеялась. Наверняка огромные как чехол на скирду - габаритов парень немалых. Немного прочей снеди и небольшой, но плотный кошель. У Линн защипало в носу. Добродушный тестомес наверняка покидал в сумку вещи наскоро и готов был уйти с ней налегке. “Огромное сердце для огромного человека.” Она уложила вещи в одну сумку, пустую котомку сунула сверху. Чувство что она не пропадет крепло в груди.       Тем временем на постоялом дворе в комнате наверху спорили трое. — Я пойду с тобой, - Мейсон безапелляционно сложил руки на груди. Без свидетелей они могли себе позволить не соблюдать привычную субординацию. — Ты нужен в другом месте, - герцог не спорил, он знал, что в итоге все будет сделано как он решил. Но солдат заупрямился. — В другом месте будет десяток солдат и Кассиас. А ты отправляешься один. Кайлар еще раз окинул взглядом и сложил карту. Маршрут не совсем привычный, но он запомнил дорогу, даже карту брать не придется. — Полностью согласен, - Кассиас стоял, облокотившись о стол и сверля брата недовольным взглядом. На душе скребли кошки. — Мы не можем позволить себе тратить время. Графа… - он чуть запнулся, - нужно доставить в нашу старую резиденцию, а короля - предупредить, желательно как можно скорее. Кто знает, как далеко разросся этот заговор. Может он уже в опасности! — Тем более тебе нельзя ехать одному! - Кассиас всплеснул руками чуть эмоциональней чем обычно себе позволял. - Или давай доставим Гуфье в поместье. Потеряем полдня, но потом сможем выехать все вместе! — В городе есть наши люди, обращусь к ним если возникнет необходимость. Арестованных отвезете в дальнюю резиденцию, и чтобы глаз с них не спускали. Их людей пристройте временно к нам на службу. Писем не посылать, из дома не выезжать. Потом придумаем что с ними делать, - Кайлар словно не слышал возражений брата. — А кузины? - язвительно парировал Касс. — Тоже под домашний арест посадим? — Нет. Их с матерью отправляйте в поместье. Троих им хватит для сопровождения. Он еще раз проверил вещи. — Не выезжай на ночь глядя, - глухо произнес Мейсон, оставив попытки спорить. — Не буду, - герцог кивнул и благодарно чуть обозначил улыбку уголками рта. — Отдам распоряжения, поговорю с кузинами, с… матерью, - он чуть досадливо запнулся, представив себе стенания герцогини Рейс и ее попытки удержать сына рядом. — А на рассвете отправлюсь. Вы тоже не затягивайте.       Остаток вечера он провел за сборами и разговорами с родными. Мейсон был рядом мрачный как туча и такой-же молчаливый. А рассвет, как он и сказал, застал его уже в дороге. Небольшой лесочек дальше по дороге от приметной заводи он проехал не останавливаясь.       За деревьями потягивались перед тлеющим костром две девушки. Одна, заслышав бодрый перестук копыт, на всякий случай потянулась к оружию, вторая безмятежно позевывала и расчесывала длинные волосы. Но неизвестный всадник промчался мимо и та, что схватилась за мечи, тоже расслабилась.       Какое-то время сидели молча. Линн привычно принялась хлопотать по хозяйству. Раздула костер, подбросив веток, сходила к ручью и повесила над огнем полный котелок, который нашелся в вещах Шайны. Ее собственная сумка теперь висела притороченная к седлу. Рыжая какое-то время молча за ней наблюдала. Когда Линн принялась резать бутерброды, перехватила ее руку. — Я помогу. Ты не служанка больше. Сходи умойся хотя бы.       Линн чуть пристыженно улыбнулась и согласно кивнула. Рыжая тихо вздохнула и покачала головой глядя ей вслед. За прошедшие полдня Шайна не стала лучше ее понимать. В трактире она сперва приняла девушку за пустоголовую служку, после молча подбирала с пола челюсть, пока та разносила графа в пух. Тем не менее, девчонка не показалась ей опасной. Скорее непутевой.       Накануне они шли рядом, ведя на поводу старую кобылку и болтали обо всем на свете. Линн охотно смеялась, рассуждала, свободно высказывала свое мнение о государственном строе колоний, поэзии и искусстве. При этом ее поражали и радовали любые мелочи по дороге. Она говорила на любые темы кроме своего прошлого. На вопрос о семье коротко ответила, что сирота и надолго замкнулась в себе. Шайна не стала лезть в душу, рассудив, что это не ее дело, а им скоро прощаться. Тем не менее, девочка ей понравилась. И своим отношением к жизни и доверчивостью, так не вяжущейся с ее, порой возникающей, мрачной замкнутостью. — Смотри какая прелесть! - раздался за спиной восторженный звонкий голос. Девчонка стояла прямо перед ней протягивая под нос озадаченного рыжего тритона. — Аааааааааа! - Шайна завизжала, перепугав обоих и чуть не свалилась в костер. Линн отбежала чуть в сторону, прижимая к груди несчастную рептилию. — Убери эту гадость немедленно! - рыжая с негодованием замахнулась на нее ложкой. Линн захлопала глазами и расхохоталась. — Смешно тебе? - та кажется разъярилась не на шутку, но Линн было не унять. Она отошла на безопасное расстояние, но так и покатывалась со смеху. В конце концов она отнесла тритона обратно к ручью и вернулась по-прежнему улыбаясь. — Извини, я не знала, что ты испугаешься, - она постаралась придать голосу максимальное раскаяние, но глаза выдавали с головой. — Мы все чего-то боимся, - Шайна пыталась выглядеть сердитой, но уже отошла. - Ты просто еще не встретила ту зверюгу.       Следующие пару дней девушки шагали бок о бок. Шайна травила байки из своей жизни, которые Линн слушала как ребенок, приоткрыв рот. Иногда они молчали. Но даже в молчании этот путь казался им легким и наполненным радостью.       Поэтому, когда впереди показались стены столицы обе заметно приуныли. Они бы успели в город до вечера, но не сговариваясь свернули в ближайший лес. — Переночуем, а завтра разойдемся, - у Шайны при этих словах неприятно покалывало в животе.       Линн молча кивнула и опять ушла в свои мысли. От недавней легкости восторженного ребенка не осталось и следа. Она молча сняла сумки и принялась собирать дрова для костра.       Шайна пошла расседлывать лошадь. На время она потеряла Линн из виду - та в поисках бревнышка покрупнее отошла на значительное расстояние. — Шаааайнааааа! - в крике был ужас. Рыжая выхватила клинки и рванула на зов. Она толком не успела представить ничего страшного, как увидела Линн, стоящую на коленях над кучей красного тряпья. Все еще настороженно крутя головой, подошла ближе. Линн подняла к ней бледное лицо с трясущимися губами. Перед ней залитый кровью лежал мертвый герцог Рейс.