Часть 11 Стая

Идея возникла спонтанно, как и большинство идей в ТАРДИС. Они стояли у консоли, и каждый тянул одеяло на себя. — Я считаю, после всего пережитого нам нужна настоящая культурная встряска! — размахивал руками Доктор. — Галактический симфонический оркестр Квинны-7! Они играют музыку, которую можно видеть в виде разноцветных всполохов! — После моего знакомства с флоридским гамбургером, мне нужно что-то, что не будет пытаться убить меня изнутри! — упиралась Донна. — Я голосую за спа-курорт! Где есть массаж, тишина и бассейны с шампанским! — А может, просто куда-нибудь... красивое? — осторожно предложила Роза. — Где можно просто погулять и побыть вместе. Спор зашёл в тупик. И тогда Донна, с присущей ей практичностью, вытащила из кармана три одинаковые бумажки и карандаш. —Значит, так, авантюристы. Давайте решим это по-честному. Тянем жребий. Каждый пишет, куда он хочет, кидаем в эту чашку, — она схватила с ближайшей панели первую попавшуюся кружку с надписью «Я ♥ Галлифрей», — и Роза вытащит вариант. Доктор, чьи знания охватывали всю историю вселенной, нахмурился. —Но это же ненаучно! Это случайность! Вероятность... — Вероятность того, что я сейчас брошу в тебя этой кружкой — сто процентов, если ты не замолчишь и не напишешь, — прервала его Донна. Схема была принята. Доктор, ворча, написал своё предложение с оркестром. Роза — «тихую планету с красивыми пейзажами». Донна с хитрой улыбкой вывела на своей бумажке крупными буквами: «МЕСТО, ГДЕ ОЧЕНЬ МНОГО ВКУСНОЙ ЕДЫ». Записки бросили в кружку. Роза, зажмурившись, запустила внутрь руку и вытащила одну. — Ну? — нетерпеливо спросил Доктор. —Кто победил? — подскочила Донна. Роза развернула бумажку и прочитала: —«МЕСТО, ГДЕ ОЧЕНЬ МНОГО ВКУСНОЙ ЕДЫ». — УРА! — торжествующе взвизгнула Донна, подпрыгивая на месте. — Победа разума и желудка! Я же говорила! Доктор состроил гримасу. —Но это же... кулинарно-ориентированный выбор! Лишённый какого-либо интеллектуального компонента! — Интеллектуальный компонент моего желудка в восторге! — парировала Донна. — Не тяни резину, вези нас туда, где пахнет жареным и сладким! Скрепя сердце, Доктор выставил координаты. ТАРДИС, всегда благосклонно относившаяся к Донне, радостно загудела и ринулась в путь. Она материализовалась с особенно аппетитным хрустом. Доктор распахнул дверь. Их обдало волной невероятных ароматов. Сладких, пряных, дымных, кислых — тысячи запахов сливались в один головокружительный букет. Они стояли на краю огромного, похожего на рынок, пространства под огромным стеклянным куполом. Повсюду тянулись ряды прилавков, лотков и автоматов, с которых торговцы всех цветов и видов предлагали яства со всей галактики. Существа с щупальцами жарили на углях шашлыки из светящихся грибов, роботы-повара со скоростью света готовили многослойные торты, а в фонтанах струился не вода, а ароматный шоколад. — Боже мой... — прошептала Роза, у неё потекли слюнки. — Это... это рай? — Это Гастрономический Гипермаркет Гурманов на планете Лакомус-5! — объявил Доктор, и его недовольство мгновенно сменилось научным интересом. — Крупнейший центр межзвёздной кулинарии! Они тут даже синтезируют блюда по воспоминаниям! Хочешь попробовать торт, который ела твоя прабабушка в детстве? Запросто! — А можно просто вот это? — Донна, с сияющими глазами, уже тянула его к прилавку, где пушистое существо, похожее на шестиглазого хомяка, продавало хрустальные шарики, внутри которых переливалась карамель. — И вот это! И это! О, смотри, мороженое со вкусом... восхода солнца? Они провели там несколько часов, потерянных в гастрономическом безумии. Они пробовали всё: желе, которое таяло со взрывом аромата манго и мяты; шарики, которые хрустели, как чипсы, а затем превращались в воздушный крем во рту; и даже «эмоциональный коктейль», который заставлял их смеяться до слёз в течение ровно трёх минут. Даже Доктор, в конце концов, сдался и с упоением поглощал что-то синее и искрящееся, что, по словам продавца, было «воплощённой радостью нейтронной звезды». Идя обратно к ТАРДИС, нагруженные коробками с едой и счастливые, Донна обняла их обоих. —Вот видите? Иногда лучшие приключения — те, что проходят через желудок. А ты ещё сопротивлялся. Доктор, с набитым ртом невероятным пирожком с заварным кремом, способным менять вкус, лишь счастливо кивнул. Возможно, Донна была права. Возможно, простая, вкусная еда и был тем самым «интеллектуальным компонентом», который он искал — компонентом счастья, который был понятен всем троим, несмотря на всю их непохожесть. Они уже почти дошли до синей будки, их пальцы были липкими от карамели, а желудки — полны галактических чудес. Роза, смеясь, вытирала руки о салфетку, которая тут же растворялась с приятным ароматом лимона, когда ее взгляд упал на один из боковых прилавков. — Погодите, — она замедлила шаг, хмурясь. — Посмотрите на того продавца. Донна и Доктор последовали за ее взглядом. У скромного лотка, где продавались идеально круглые, матово-белые пирожные, стоял высокий, худой человек в белом фартуке. Его лицо было невозмутимо, а движения — точны и экономичны, как у робота. Но это было не самое странное. Странным были покупатели. Существо с перьями и клювом, только что купившее пирожное, откусило кусочек и... замерло. Его яркие, живые глаза на секунду потускнели, стали пустыми. Оно неподвижно простояло с десяток секунд, а затем, словно щелчок выключателя, снова ожило, доедая десерт с прежним энтузиазмом, но будто между этими двумя состояниями не было ничего. — И что? — пожала плечами Донна. — Мужик, видимо, печет чертовски скучные эклеры. От них в ступор впадаешь. — Нет, Донна, Роза права, — голос Доктора внезапно стал низким и серьезным. Все его веселье испарилось, уступив место охотничьему интересу. — Это не ступор. Это временный сброс. Смотри. Теперь они видели это повсюду. Еще несколько существ, попробовавших пирожные с того лотка, на несколько секунд замирали, их лица становились чистым, незаписанным листом. Ни эмоций, ни мыслей. Просто... ничто. — Так, веселушки, — прошептала Донна, насторожившись. — Что это? Пищевое отравление нулевой степени тяжести? — Хуже, — Доктор уже вытащил из кармана свой звуковую отвертку и навел ее на лоток. Прибор завизжал тревожно. — Это не еда. Это носитель. Устройство для сброса кратковременной памяти и подавления синаптических импульсов. — Переводчик, Доктор! — потребовала Донна. — Они стирают воспоминания! — выпалила Роза, до ужаса поняв суть. — Эти пирожные... они стирают самые свежие воспоминания! Доктор кивнул, его глаза горели. —Именно! На несколько десятков секунд. Небольшой, казалось бы, промежуток. Но представьте, что можно сделать с существом, если на несколько десятков секунд превратить его в послушный, внушаемый овощ? Или стереть самый важный, только что произошедший разговор? В этот момент «продавец» поднял голову и его взгляд, холодный и бездушный, встретился с взглядом Доктора. Он не выглядел испуганным. Он выглядел... обнаруженным. — Ой, — сказала Донна. — Кажется, мы только что сами стали этим «важным, только что произошедшим разговором», который пора стирать. Из-за прилавка вышли двое таких же бесстрастных «продавцов». В их руках были не подносы с десертами, а небольшие блестящие устройства, похожие на кондитерские мешки. Они были нацелены на нашу троицу. — Беги? — предложила Роза. — Беги! — подтвердил Доктор. Они рванулись к ТАРДИС, но путь им преградила еще пара агентов. Теперь их окружали со всех сторон. Толпа веселящихся гурманов, не подозревая ни о чем, продолжала течь вокруг, как река вокруг камней. — Отлично, — проворчал Доктор, оглядываясь. — Гастрономический Гипермаркет, а воевать придется на десертном фронте. Донна, твое правое крыло! Роза, левое! Не дайте им прицелиться! — Чем воевать?! У нас только еда! — закричала Донна, лихорадочно копаясь в своих пакетах. И тут ее взгляд упал на коробку с теми самыми хрустальными шариками с карамелью. Хитрое осознание мелькнуло в ее глазах. — А что, если... обогатить их рацион? — крикнула она, с силой швыряя шарик в ближайшего агента. Хрустальный шарик ударился ему в грудь и разбился. Ярко-розовая липкая карамель брызнула во все стороны, мгновенно склеив его белую униформу и руки. Он попытался стряхнуть ее, но только прилип еще сильнее. — Блестяще, Донна! — воскликнул Доктор. — Роза, «эмоциональный коктейль»! Целься в лицо! Роза, не раздумывая, вытащила из кармана небольшой флакон и бросила его в следующего агента. Флакон разбился, и облако золотистого тумана окутало голову нападавшего. Секунду он смотрел в пустоту, а затем разразился истерическим, неподконтрольным смехом, уронив свое устройство и схватившись за живот. Даже Доктор подключился к бою, достав откуда-то желе со взрывом вкуса. Оно прилипло к полу перед агентами, и следующий шаг сделал их передвижение похожим на комедийный танец на льду. Отличная идея! Это добавляет мрачной, опасной атмосферы и вводит нового интригующего персонажа. Вот переработанная концовка с этим поворотом. Пользуясь хаосом, который они устроили с помощью карамели и эмоциональных коктейлей, они прорвались к ТАРДИС. Доктор уже вставил ключ в замок, как вдруг из-за соседнего лотка с копчеными слизняками выросли тени. — Эй! Кто вы такие? Отста... — начала Донна, но грубый мешок из плотной ткани набросили ей на голову, заглушив крик. Такая же участь постигла Розу и Доктора. Он отчаянно сопротивлялся, но чьи-то нечеловечески сильные руки скрутили ему за спину запястья, а на шее щелкнул холодный металл ошейника, который тут же погасил все его попытки вырваться низким гулом. — Не двигайся, Повелитель Времени, — прорычал чей-то хриплый голос у самого уха. — Или твоим спутницам будет больно. Их быстро и профессионально потащили прочь. Они слышали лишь приглушенные крики рынка, удаляющиеся вместе с запахами шоколадных фонтанов, а затем — звук захлопывающейся тяжелой двери, которая отсекла всю суету Гипермаркета. Их привели в просторное, слабо освещенное помещение, пахнущее озоном, металлом и мокрой шерстью. С них грубо сдернули мешки. Они стояли в некоем подобии командного центра. На стенах висели схемы Гипермаркета и голографические изображения тех самых «продавцов» пирожных. Вокруг них полукругом встали их похитители. Они были похожи на людей, но в каждом была звериная черта. У одного были неестественно острые клыки, торчащие из-под губы, у другого — желтые, с вертикальными зрачками глаза, а его пальцы заканчивались скорее когтями, чем ногтями. Третий дышал с низким рычанием, и его плечи были покрыты густой, жесткой шерстью. Это были не инопланетяне в чистом виде, а скорее... мутанты. Гибриды. Их внимание привлекла фигура, восседающая на центральном кресле. Это была девушка. Ее поза была полна расслабленной, хищной грации. Сквозь прореху в потертых штанах на колене виднелась такая же густая шерсть, как у ее подчиненных. Длинные пальцы с острыми ногтями ритмично постукивали по подлокотнику. Но самое гипнотизирующее было у нее на голове. Из густых темных волос росли два заостренных волчьих уха, время от времени подергивающихся, улавливая каждый звук. А ее глаза... они были ярко-желтыми, как у хищника, и смотрели на пленников с безжалостной прямотой, оценивая добычу. — Ну что, — ее голос был низким, с легким рыком на букве «р». — Устроили у меня в охотничьих угодьях неплохой погром. Доктор попытался выпрямиться, но ошейник на его шее густо вспыхнул красным, заставив его сжаться от боли. —Охотничьих? — выдохнул он. — Вы охотитесь на этих «продавцов»? Волчья девушка усмехнулась, оскалив острые, совсем не человеческие клыки. —Охотимся. Но не на них. Они — шакалы, шестерки. Мы охотимся на того, кто их держит. На того, кто превращает таких, как мы, — она провела когтем по своей мохнатой ноге, — в подопытных животных, а потом выбрасывает на свалку, когда эксперимент по «усовершенствованию» терпит неудачу. — Подождите, — вступила Роза, дрожа, но стараясь говорить твердо. — Вы говорите... эти пирожные... это часть каких-то экспериментов? — Пирожные? — Девушка фыркнула. — Это побочный продукт. Тестируют сыворотку амнезии. Стирают память тем, кто что-то видел. Или тем, кого готовят к новым... модификациям. А нас, «неудавшихся» гибридов, они считают мусором. Мы же мстим. Мы — Оборотни Лакомуса. И мы выкусываем болезнь из этого города по кусочку. Она встала и подошла к Доктору вплотную, заглядывая ему в глаза. Ее запах — дикий, лесной — ударил в нос. —А вы трое... вы вломились на нашу территорию и спугнули нашу дичь. Те шакалы теперь уйдут в норы. — Ее голос стал опасным шепотом. — Так что теперь вы нам должны. У вас есть синяя коробка, которая может уходить от сканеров. И у тебя, Повелитель Времени, есть мозги. — А если мы откажемся? — дерзко спросила Донна, все еще пытаясь стереть с руки следы карамели. Глаза волчьей девушки сузились до желтых щелочек. —Тогда мы вернем вас тем «продавцам». Скажем, что это вы подняли панику. Думаю, они найдут, что вам стереть. Насовсем. Доктор молча смотрел на нее, оценивая. Он видел не просто бандита. Он видел боль, гнев и отчаянную борьбу за выживание. —Как вас зовут? — тихо спросил он. — Лайка, — ответила она, отступая на шаг. — И вам решать, станете ли вы на ужин... или нашими зубами. Доктор обменялся взглядами с Донной и Розой. В их глазах он читал страх, но и решимость. Побег откладывался. Теперь у них был новый, очень опасный и очень зубастый союзник. И приключение, которое начиналось как кулинарный тур, превратилось в борьбу за жизнь в подполье планеты-лакомства. Молчание, повисшее после угрозы Лайки, было густым, как тот самый шоколад из фонтана. Донна смотрела на волчью девушку с вызовом, Роза – с тревожным интересом, а Доктор – с тем пронзительным, всевидящим пониманием, которое всегда смущало его врагов и союзников. – «Зубами»... – наконец произнес он, и в его голосе не было страха, лишь легкая ирония. – Многозначительная метафора. Но я предпочитаю прямые договоренности. Мы поможем. Но на наших условиях. Лайка издала низкое рычание, похожее на ворчание раздраженной волчицы. –Ты не в том положении, чтобы торговаться, Повелитель Времени. – О, я всегда в положении, чтобы торговаться! – парировал Доктор, и его глаза сверкнули. – Это мое врожденное качество. Итак, слушайте внимательно, потому что перечитывать условия не буду. Условие первое: с моих спутниц – сейчас же – снимают эти ошейники. Они не часть сделки. Они под моей защитой. Лайка медленно перевела взгляд на Донну и Розу, затем кивнула одному из своих людей. Тот, с когтистыми пальцами, нехотя подошел и щелкнул небольшим устройством. Ошейники на Донне и Розе с тихим щелчком расстегнулись и упали на пол. – Второе, – продолжил Доктор, – мы не пешки в вашей войне. Мы – советники и тактики. Вы предоставляете всю информацию, какая у вас есть. Никаких секретов. И вы прислушиваетесь к моим планам. Потому что если вы думаете, что можно решить эту проблему, просто перекусив глотку паре надзирателей, вы ошибаетесь. Вы боретесь с системой, а системы бестелесны. У них всегда есть запасная голова. Лайка скрестила руки на груди, ее уши нервно подрагивали. –Продолжай. – И третье, самое главное, – голос Доктора стал твердым, как сталь. – Когда это закончится, никто из вашей стаи не пострадает. Мы находим решение, которое не требует тотального уничтожения ваших врагов или вас самих. Мы находим способ остановить эксперименты и дать вам свободу. Без лишнего кровопролития. – Они не заслуживают пощады! – рявкнул один из гибридов с желтыми глазами. – Возможно, – согласился Доктор. – Но я не судья. И не палач. Я – тот, кто исправляет ошибки. Такова наша сделка. Принимаете? Лайка изучала его долгим, пристальным взглядом. Она искала слабость, обман. Но видела лишь непоколебимую уверенность. –Ладно, – наконец выдохнула она. – Но если твой план подведет... –О, мои планы почти всегда подводят! – весело сказал Доктор. – Но каким-то невероятным образом из этого получается нечто гениальное. Так что расслабься. Ну, относительно. С него тоже сняли ошейник. Доктор тут же встряхнулся, растер шею и подскочил к голографическим схемам на стене. –Так-так-так... Лабораторный комплекс под сектором G... Интересно. Они используют сеть вентиляционных шахт для транспортировки сырья. – Он обернулся к Лайке, его лицо озарилось идеей. – Ты говорила, что они тестируют сыворотку на вас, на «неудавшихся» гибридах. А где они берут новых подопытных? Лайка мрачно указала когтем на одну из точек на схеме. –Здесь. Сектор найма. Они предлагают деньги за «добровольное» участие в медицинских экспериментах. Люди соглашаются, от отчаяния или жадности. Обратно возвращаются не все. А те, что возвращаются... – она снова провела рукой по своей мохнатой ноге, – возвращаются такими, как мы. Или с пустой головой. – Идеально! – воскликнул Доктор, хлопнув в ладоши, чем вызвал недоуменные взгляды всех присутствующих. –Что в этом идеального? – прошипела Донна. – Это ужасно! –Идеально для плана! – пояснил он. – Потому что мы как раз идеально для него подходим. – Он широко улыбнулся, поочередно глядя на Донну, Розу и на себя. – Мы же трое бедных, отчаявшихся добровольцев, которые очень хотят легких денег. Не так ли? Лайка представила их троим своим бойцам, которые должны были сопровождать их до сектора найма, обеспечивая прикрытие и связь. — Это Хлоя, — Лайка кивнула на хрупкую на вид девушку с вздернутым пятачком и очаровательными маленькими розовыми ушками, задорно торчащими в густых каштановых кудрях. — Она наш «ангел-хранитель». Проходит там, где другие спотыкаются. Хлоя улыбнулась Розе такой открытой, дружелюбной улыбкой, что та невольно ответила ей тем же. В ее взгляде не было и тени звериной жестокости, лишь доброта и любопытство. — А это Гораций, — продолжила Лайка, указывая на могучего мужчину с тяжелой, квадратной челюстью и густыми, щетинистыми бровями. От него исходило ощущение грубой силы, а его руки, больше похожие на лапы, были покрыты темной щетиной. — Не говорит много. Но слушает. И держит удар. Гораций лишь хрипло кряхнул, кивнув Донне. Та смерила его критическим взглядом. —О, великолепно. Мой личный телохранитель-бульдозер. Ты хоть разговариваешь? Или только рычишь и пускаешь слюни? Гораций медленно перевел на нее взгляд. Его глаза, маленькие и глубоко посаженные, блеснули. —Говорю, когда есть что сказать, — его голос был низким, как скрежет камней. — А слюни не пускаю. Это непрофессионально. Его ответ, такой неожиданно прямой и сухой, застал Донну врасплох. Она лишь хмыкнула, но уже без прежней агрессии. — И, наконец, Марк, — Лайка представила третьего охранника — высокого, поджарыго мужчину с неестественно гладкой кожей и пронзительными, холодными глазами, которые, казалось, смотрят в разные стороны. Его пальцы были длинными и цепкими. — Наш специалист по... невидимым угрозам. Марк молча кивнул Доктору, и на его губах дрогнула что-то вроде улыбки, которая не дошла до глаз. Доктор тут же нахмурился. В этом гибриде было что-то от хамелеона. Что-то скользкое и невыразимое, что вызывало у Доктора мгновенную, инстинктивную неприязнь. Группа разделилась, затерявшись в потоках посетителей Гипермаркета. Роза и Хлоя шли впереди, и Хлоя что-то оживленно рассказывала, жестикулируя. —...и они используют ароматы, понимаешь? Не просто вкус, а запах счастья или запах дождя в лесу! Это же гениально! Жаль, что все это ради такого ужаса... — сокрушалась она, и ее пятачек грустно вздрагивал. Донна и Гораций шли чуть позади. Донна, не в силах долго молчать, решила снова атаковать. —Так что с тобой не так сделали? Ты же явно не заплывал щетиной с рождения. Гораций боком взглянул на нее. —Барсук, — коротко бросил он. —Что? —Гены барсука. Упрямый, злопамятный, рою норы. В смысле, умею находить лазейки. И да, — он добавил, поймав ее взгляд, — до этого был инженером-строителем. У меня трое детей дома ждут. Это признание повисло в воздухе. Донна смотрела на него уже совсем другими глазами. Не на монстра, а на человека, отца семьи, попавшего в чудовищную переделку. —...Ох, — только и смогла выдохнуть она. — Прости. — Ничего, — буркнул Гораций. — Я сначала тоже себе не нравился. Привык. А сзади всех, в почти гробовом молчании, шел Доктор со своим спутником. Марк не произносил ни слова, лишь его глаза постоянно двигались, сканируя толпу, стены, потолок. Его неестественная, плавная походка заставляла Доктора нервничать. — Так что, Марк, — наконец не выдержал Доктор, — «специалист по невидимым угрозам». Это как? Марк медленно повернул к нему голову, его глаза на мгновение сошлись на Докторе, чтобы тут же снова разъехаться. —Я чувствую ложь, — тихо и без интонации сказал он. — Как хамелеон чувствует малейшее движение насекомого в листве. Я слышу, как у кого-то учащается пульс, когда он врет. Или как меняется химический состав пота. Он снова посмотрел на Доктора, и теперь его взгляд был подобен булавке. —Например, я чувствую, что ты скрываешь гораздо больше, чем говоришь, Повелитель Времени. И что твой план... он не совсем тот, о котором ты сказал Лайке. Доктор замер. Холодная волна пробежала по его спине. Этот... этот хамелеон был куда опаснее, чем казался. Он был не просто мускулом. Он был живым детектором лжи. — О, у меня всегда есть запасные планы, — парировал Доктор, стараясь, чтобы его голос звучал легко. — Это как с зубной пастой. Выдавишь одну — в тюбике тут же образуется другая. Марк снова ответил своей леденящей улыбкой без тепла. —Надеюсь, твоя паста не окажется ядовитой для всей стаи. Они уже приближались к сияющему неоном Сектору Найма, где их ждала самая рискованная часть операции. И Доктор понимал, что теперь, помимо врагов снаружи, у него появилась потенциальная угроза внутри их хрупкого альянса. И эта угроза шла рядом с ним, беззвучно ступая по блестящему полу и видя его насквозь. Они притормозили у огромного рекламного голограммного щита, изображавшего улыбающихся людей с толстыми кошельками, перед входом в Сектор Найма. Пока Гораций и Марк сканировали периметр, а Доктор с видом рассеянного профессора изучал схему вентиляции, Хлоя и Роза присели на край декоративного фонтана с шипящим лимонадом. Хлоя, улыбаясь, смотрела на бегущие по потолку транспортеры с едой. —Знаешь, тут хоть и опасно, но так красиво, — прошептала она. — Иногда забываешь, зачем пришел. Просто смотришь и радуешься. Роза кивнула, стараясь расслабиться, но внутри все было сжато в тугой комок нервов. И тут Хлоя повернулась к ней. Ее маленький пятачек задорно дернулся, но взгляд стал не просто внимательным — он стал острым, чуть ли не обоняющим. Она принюхалась почти неуловимо и наклонилась ближе, ее голос прозвучал как тихий, испуганный шепот: —Роза... а что ты такое? Роза почувствовала, как кровь отливает от лица. —Что? Я... я человек. Обычный человек. — Нет, — Хлоя покачала головой, ее глаза расширились от смеси страха и изумления. — В Лайке — зверь. Его видно, он в шерсти, в клыках, в рыке. Он снаружи. А в тебе... — она сделала паузу, подбирая слова. — В тебе он прячется глубоко-глубоко. Но он... старый. И страшный. Я чувствую его запах — не волчий, а... как у пустоты между звездами. Как у бури. В тебе сидит не просто волчица. В тебе сидит что-то, что может смотреть на время и не моргать. Роза застыла. Слова Хлои били прямо в цель, в ту часть ее души, которую она старалась забыть. Бад Вульф. Злой Волк. Она смотрела в бездну, и бездна смотрела в нее — и навсегда оставила в ней свой отпечаток. Она была не просто человеком, прошедшим сквозь время. Она была тем, кто однажды прикоснулся к самой его сути и удержал эту силу в своих руках. — Я не знаю, о чем ты, — слабо попыталась отрицать Роза, но ее голос дрогнул. — Знаешь, — настаивала Хлоя, не отводя пронзительного взгляда. — Ты просто притворяешься маленькой и беззащитной, потому что так проще. Но когда смотришь на него, на Доктора... твой зверь шевелится. Он не рычит. Он... стережет. Как старый, мудрый волк, который знает, что его сила может все разрушить, и потому просто молча стоит в тени. Но если тронут его стаю... Роза не нашлась что ответить. Она просто смотрела на Хлою, и в ее глазах, обычно таких добрых и открытых, на мгновение мелькнула та самая, отстраненная и древняя, мощь — холодное понимание того, что она, Роза Тайлер, при всей своей человечности, была носителем чего-то бесконечно большего. Хлоя отшатнулась, но не от страха, а от осознания. —Ох... — только и выдохнула она. — Так вот почему Лайка тебя сразу заметила. Она почуяла в тебе не соперницу... а сестру. Только из другой стаи. Из очень, очень старой стаи. В этот момент к ним подошел Доктор. —Так, команда, по коням! Пора за работой. Вы тут чего приуныли? Он посмотрел на Розу, и его зоркий взгляд сразу уловил ее бледность и странное, отрешенное выражение лица. —Роза? Все в порядке? — Все, — быстро ответила она, заставляя себя улыбнуться и встать. — Просто... вспомнила кое-что. Из старой жизни. И она пошла вперед, чувствуя на себе сначала изучающий взгляд Хлои, а потом — обеспокоенный взгляд Доктора. Она шла, а внутри нее, глубоко-глубоко, шевелилось и дремало то самое древнее, звездное существо. И, возможно, Хлоя была права. Если тронут ее стаю... оно может снова проснуться.