Часть 12 Старый знакомый

— Все, — быстро ответила она, заставляя себя улыбнуться и встать. — Просто... нервничаю. И она пошла вперед, чувствуя на себе сначала изучающий взгляд Хлои, а потом — обеспокоенный взгляд Доктора. Разговор о чем-то «волчьем» внутри нее отозвался смутным беспокойством, но она отогнала его прочь. Сейчас нужно было сосредоточиться. Доктор на секунду задержал ее руку, его пальцы мягко сжали ее запястье. —Ты уверена? — тихо спросил он. —Да, — ответила Роза, и в ее голосе прозвучала знакомая ему решимость. — Просто инстинкт самосохранения. Ничего нового. Они подошли к блестящим стеклянным дверям Сектора Найма. Внутри царила стерильная, деловая атмосфера, резко контрастирующая с буйством красок рынка. Белые кресла, голографические формы и безразличные клерки за терминалами. — Так, группы, как и договаривались, — тихо скомандовал Доктор. — Роза и Хлоя — первый заход. Донна и Гораций — через пять минут. Мы с Марком — последними. Роза и Хлоя подошли к стойке. Пока Хлоя с обаятельной улыбкой расспрашивала клерка о «высокооплачиваемых медицинских исследованиях», Роза стояла чуть поодаль, делая вид, что изучает брошюру. Но ее внимание было приковано к зарешеченной двери с табличкой «Лабораторный комплекс. Доступ воспрещен». И тут по ее спине пробежал холодок. Не мистическое озарение, а та самая простая, человеческая интуиция, которая когда-то помогала ей выживать в параллельном мире и в бесконечных странствиях с Доктором. Она смотрела на слишком уж натянутые улыбки клерков, на идеальный, почти болезненный порядок, и ее внутренний голос кричал: «Ложь!». Она вспомнила свой старый работы в магазине, как она с первого взгляда могла определить неискреннего покупателя. Здесь было то же самое, только в масштабах целой планеты. Эта дверь... от нее веяло тем же приторно-сладким враньем, что и от рекламы «легких денег». Там что-то было не так. Очень не так. Она даже не заметила, как ее пальцы сжали брошюру. Хлоя, закончив разговор, подошла к ней. —Все нормально? — спросила она. — Там, — коротко кивнула Роза в сторону двери, ее голос был тихим, но твердым. — За ней. Что-то не так. Я не знаю что, но... я просто чувствую это кожей. Как запах испорченной еды, который все игнорируют. Хлоя притихла, ее пятачек задрожал. —Твое нутро тебя не обманывает. Оно никогда не обманывает тех, кто умеет слушать. Роза поймала на себе взгляд Доктора, который наблюдал за ними из-за колонны. Он видел ее сосредоточенное, аналитическое выражение лица — то самое, которое появлялось у нее, когда она собирала пазлы головоломки. И он понял. Это была не пробуждающаяся мощь Бад Вульф. Это была та самая, обычная и оттого невероятно ценная, человеческая проницательность Розы Тайлер. Он одобрительно, почти незаметно кивнул. В этот момент к стойке подошли Донна и Гораций. Донна с ходу включилась в роль. —...и я хочу видеть полный список побочных эффектов! И чтобы страховка покрывала все, вплоть до внезапного отрастания хвоста! — требовала она у другого клерка. Ситуация была накалена. Их план начинался. И теперь у них был не просто маршрут, а подтверждение от самого надежного детектора — от внутреннего чутья Розы, которое редко подводило. И Доктор понимал, что эта простая человеческая интуиция может оказаться куда ценнее любого сверхъестественного дара. Игра началась. Донна, размахивая голографической брошюрой, устроила настоящий спектакль у стойки. —«Возможны временные побочные эффекты»? — возмущенно цитировала она. — Это что вообще значит? «Временные» — это на пять минут или на пять лет? У меня подруга после такого «временного эффекта» теперь по ночам светится в темноте! Неудобно, знаете ли! Клерк, бледный юноша с натянутой улыбкой, беспомощно озирался. —Мадам, я уверяю вас, все процедуры абсолютно безопасны и одобрены... — А кто одобрил? — наступала Донна, тыча пальцем в его грудь. — Межгалактический комитет по сокрытию последствий? Я хочу поговорить с руководством! С тем, кто несет личную ответственность! Ее голос гремел на весь зал, привлекая внимание. Это была идеальная диверсия. Пока все взгляды были прикованы к скандальной брюнетке, Роза и Хлоя незаметно отошли в сторону, к зарешеченной двери. — Видишь? — тихо сказала Роза, указывая взглядом на панель управления сбоку от двери. — Ни одного охранника. Слишком самоуверенно. Думают, что их ложь непробиваема. В этот момент из-за угла появились двое мужчин в строгих костюмах с нашивками службы безопасности Гипермаркета. Они целенаправленно двинулись к Донне и Горацию. — Мадам, вам нужно успокоиться, — сказал один из них, голос его был холоден и не оставлял пространства для возражений. Гораций шагнул вперед, его мощная фигура вдруг показалась еще больше. Он не сказал ни слова, просто встал между охранниками и Донной. Воздух затрепетал от немой угрозы. — А вы кто такие? — продолжила Донна, не сбавляя обороты, но теперь ее крик был расчетливым — она отвлекала их от остальных. — Охранники? Прекрасно! Вот вы и ответьте за рекламу, вводящую в заблуждение! Пока длился этот спектакль, Доктор и Марк, пользуясь суматохой, бесшумно подошли к Розе и Хлое. — Ну что, технические специалисты, — Доктор вытащил свой звуковой отвертке, — пора проверить проводку. Дверь, судя по всему, с сенсорной панелью и ДНК-сканером. — Простая система, — без интонации произнес Марк. Его цепкие пальцы провели по краю панели, и часть пластиковой обшивки бесшумно отошла, обнажив пучок светящихся волокон. — Но с ловушкой. Принудительное вскрытие активирует систему блокировки и сигнализацию. — А мы и не будем взламывать, — улыбнулся Доктор, направляя на волокна жужжащую отвертку. — Мы просто... попросим ее нас впустить. Старые галактические протоколы аварийного доступа для служб доставки. Никто их не отменял, просто все забыли. Панель на мгновение погасла, затем замигала зеленым светом. Раздался мягкий щелчок. Решетчатая дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая длинный, слабо освещенный коридор, откуда пахло антисептиком и чем-то металлическим. — По коням, — скомандовал Доктор, и первым шагнул в темноту. Роза бросила последний взгляд на Донну, которая теперь с полным правом возмущалась «незаконным задержанием» и «произволом». Гораций по-прежнему стоял непоколебимой скалой. Они делали свою работу. Теперь очередь была за ними. Коридор вел вниз. Стерильная белизна стен сменилась серым, утилитарным бетоном. Воздух становился все холоднее. Они шли, прижимаясь к стенам, а Марк, идя последним, постоянно оборачивался, его хамелеоньи глаза выхватывали любую тень. И тут из-за поворота донеслись голоса. И плач. Сдерживаемые, полные боли и страха рыдания. Роза замерла, и ее интуиция снова забила тревогу. Теперь уже громко и отчетливо. —Доктор, — прошептала она. — Это не лаборатория. Это... тюрьма. Они осторожно заглянули за угол. Коридор расширялся в большое помещение, больше похожее на камеры или стойла. За прозрачными стенками из усиленного пластика сидели, лежали или стояли существа. Некоторые были похожи на людей с легкими звериными чертами, как их спутники. Другие были уродливыми гибридами, чудовищными результатами неудачных экспериментов. У многих в глазах стояла пустота — та самая, которую они видели у жертв пирожных-амнезиаков. Их вела сюда интуиция Розы. И она, как всегда, не подвела. Они нашли логово зверя. Теперь предстояло самое сложное — вырвать из его пасти жертв. Коридор расширялся в большое помещение, больше похожее на камеры или стойла. За прозрачными стенками из усиленного пластика сидели, лежали или стояли существа. Некоторые были похожи на людей с легкими звериными чертами, как их спутники. Другие были уродливыми гибридами, чудовищными результатами неудачных экспериментов. — Великий Галлифрей... — выдохнул Доктор, и его лицо исказилось от гнева и отвращения. В центре зала стояла сложная установка, похожая на стоматологическое кресло, окруженное манипуляторами и мониторами. К нему был пристегнут молодой парень с заячьими ушами. Над ним склонился человек в белом халате, вводя шприц с мутной жидкостью в капельницу. — Остановите эксперимент! Немедленно! — крикнул Доктор, выходя из укрытия. Человек в халате резко обернулся. Это была женщина с холодными, безразличными глазами. —Кто вы такие? Как вы сюда попали? Охрана! Из-за колонн появились двое охранников с теми самыми устройствами, похожими на кондитерские мешки. — Марк! — скомандовал Доктор. Хамелеон молниеносно рванулся вперед.Его движения были обманчиво плавными, но невероятно быстрыми. Он не стал атаковать, а просто проскользнул мимо первого охранника, выдернув из его рук устройство. Второй попытался прицелиться в Доктора, но Гораций, настигнув его за два мощных шага, просто накрыл его своей лапой, выбивая оружие и прижимая к стене. — Не двигайся, — прорычал он, и в его голосе звучала обещающаяся расплата. Тем временем Роза и Хлоя бросились к камерам. —Держитесь! Мы вас вытащим! — крикнула Роза, пытаясь найти панель управления. — Бесполезно, — просипел один из узников, прижимая к стеклу лапу, покрытую чешуей. — Каждая клетка с индивидуальным замком. Доктор подбежал к центральной консоли, его пальцы залетали по клавиатурам. —Индивидуальный — не значит неуязвимый! Просто нужно найти общий протокол управления питанием... или... Его взгляд упал на шприц в руках врача. Та, воспользовавшись суматохой, попыталась скрыться через боковую дверь. — О, нет, вы не убежите! — крикнула Донна, появившись в проходе вместе с Горацием. Она схватила с ближайшего столика поднос с хирургическими инструментами и с грохотом швырнула его на пол перед беглянкой. Та замерла, оказавшись в ловушке. Доктор не смотрел на них. Он смотрел на монитор, где мигала надпись: «Протокол «Очистка»: АКТИВИРОВАН. Время до детонации нервно-паралитического газа: 00:59... 00:58...» — Так-так, — пробормотал он без тени паники. — Стандартная процедура сокрытия следов. Скучно. Предсказуемо. — Что скучно?! — взвизгнула Донна, увидев отсчет. — Предсказуемо! — поправил себя Доктор, уже вводя новые команды. — А раз предсказуемо, значит, есть аварийное отключение. Которое, разумеется, не афишируется для рядовых сотрудников. Его пальцы выписали на тачпаде сложную последовательность. Отсчет замедлился, затем сменился на зеленую надпись: «Протокол отменен. Аварийная вентиляция активирована.» В лаборатории загудели вентиляторы, вытягивая ядовитый газ, который даже не успел появиться. — Вот и все, — Доктор обернулся к врачу, и его лицо было строгим. — Игра окончена. Теперь вы расскажете, кто стоит за всем этим. И для чего вам понадобилось превращать людей в зверей и стирать им память. Врач, прижатая Горацием к стене, пыталась сохранить надменность, но ее глаза выдавали животный страх. А в это время Роза и Хлоя, пользуясь отключенной защитой, одну за другой открывали камеры, выпуская на свободу измученных пленников. Приключение, начавшееся с спора о симфоническом оркестре, привело их в самое сердце чудовищного преступления. И теперь предстояло самое сложное — добраться до тех, кто стоял на вершине этой айсберга, и убедиться, что такое больше никогда не повторится. Воздух в лаборатории, очистившись от угрозы газа, все еще был густ от запаха страха и антисептика. Гораций, не сводя с врача своего мрачного взгляда, развел ее руки в стороны и прижал к холодной стене. — Говори, — его голос был низким и не оставляющим пространства для неподчинения. — Кто стоит за этим? Куда идут данные? Врач, дрожа, пыталась сохранить надменность. —Вы... вы ничего не понимаете. Это не просто эксперименты. Это эволюция! Создание новой, совершенной расы, устойчивой к агрессивным средам! — О, как мило! — воскликнул Доктор, подходя к ней. — «Эволюция». Любимое оправдание всех тиранов и сумасшедших ученых со времен каменного века. Но вы не созидаете, вы калечите! — Он резко повернулся к мониторам, его пальцы снова залетали по клавиатуре. — И вы не просто калечите, вы стираете память, чтобы скрыть свои неудачи. Зачем? Что за «агрессивная среда» вам так покоя не дает? Он вывел на главный экран серию сложных графиков и схем звездных систем. —Так-так-так... Повышенная радиация, ксеноморфные патогены, нестабильная гравитация... Это же условия на астероидных шахтах Пояса Сирина! Вы готовите рабов! Рабочий скот, который сможет выжить там, где обычный человек умрет за неделю! В этот момент Хлоя, помогавшая Розе освобождать пленных, внезапно вскрикнула. Она стояла перед одной из камер, где лежало истощенное существо с волчьими чертами, но гораздо более уродливыми и асимметричными, чем у Лайки. —Это... это Арни! Он ушел на задание три дня назад и не вернулся! Мы думали, его поймали и... — она не договорила, сжимая кулаки. — ...и стерли ему память, превратив в послушное орудие, — мрачно закончил Доктор. — А потом, когда эксперимент признали неудачным, оставили догнивать здесь. Внезапно на всех экранах лаборатории замигал красный сигнал тревоги. Голос с искусственной интонацией проговорил: «Обнаружено несанкционированное вмешательство.Активирован протокол «Карантин». Герметизация сектора.» С оглушительным лязгом опустились бронированные щиты, блокируя единственный выход. —Стандартная процедура, — буркнул Доктор, но в его глазах мелькнула тревога. — Сейчас вызовут основную охрану. — Охранный пульт управления щитами находится в соседней диспетчерской, — негромко сказал Марк. Его хамелеоньи глаза были прикованы к врачу. — Но она лжет. Не обо всем, но о главном — о том, кто отдает приказы. Ее пульс участился, когда ты упомянул Пояс Сирина. — Директор... — прошептала врач, и ее лицо исказил ужас, не связанный с их угрозами. — Он... он не станет нас спасать. Для него мы все расходный материал. — Отлично! — воскликнул Доктор, и его лицо озарилось ухмылкой. — Значит, нам просто нужно сделать так, чтобы этот «расходный материал» стал ему невыгоден. Роза, Донна, помогайте Хлое и Горацию эвакуировать пленных через вентиляционные шахты! Марк, веди меня в диспетчерскую! — А как же мы? — спросила Донна, указывая на щиты. — Ты сказал, мы заблокированы! — Заблокированы — да, — согласился Доктор, подбегая к одной из панелей и срывая ее с помощью все той же звуковой отвертки. — Но кабельные каналы систем жизнеобеспечения редко бывают герметичными. Особенно если немного... помочь им. — Он направил отвертку на пучок толстых труб, и сварной шов на одной из них с треском лопнул, выпуская облако холодного пара и открывая тесный, но проходимый лаз. В этот момент с другой стороны щитов послышались тяжелые шаги и голоса. Охрана уже была здесь. — Бегите! — скомандовал Доктор, исчезая в лабиринте служебных тоннелей за Марком. — Выведи их к ТАРДИС! Мы встретимся там! Роза, Донна, Гораций и Хлоя, помогая обессиленным пленникам, один за другим стали пролезать в открытый лаз. Последней залезала Донна. Перед тем как исчезнуть в тумане, она бросила взгляд на врача, которую Гораций поспешно освободил, толкая к лазу. — Держитесь вместе! — крикнула она в уже почти пустой лаборатории. — И помните — если этот ваш директор такой крутой, почему он прячется? Боится, что ему самому придется отвечать за свое «совершенство»? Ее слова прозвучали как вызов, эхом разнесясь по заблокированному помещению. С другой стороны щитов уже начали работать сварочные аппараты. У них были минуты, чтобы найти выход, пока их не настигли те, кто превращал жизни в расходный материал для чужой прибыли. А Доктор и Марк устремились в самое сердце здания, на встречу с таинственным директором, чье молчание было громче любых угроз. Доктор и Марк мчались по стерильным коридорам, сновая на своем пути двери звуковой отверткой. Диспетчерская оказалась пуста. Кабинет директора — тоже. На роскошном столе стоял лишь голографический портрет улыбающегося человека в безупречном костюме — явно бутафорская личина. — Его тут нет! — выдохнул Доктор, сметая со стола папки. — Нигде! Ни в одной из контрольных точек! Марк, не отрываясь, смотрел на карту комплекса, его глаза бегали по линиям коммуникаций. —Он не убежал. Он пошел туда, где шум. Туда, где главная угроза. Он пошел... за твоими спутницами. Лицо Доктора исказилось ужасом, более сильным, чем при виде любой ловушки. —Нет. Нет, нет, нет! — Он рванулся обратно, к тому самому лазу. — Он знает! Он всегда знает, куда нанести удар!

***

Тем временем Роза, Донна и их странный отряд — Гораций, Хлоя, несколько ослабленных, но боевых гибридов и бывший врач, дрожащая от страха, — пробирались по тесным вентиляционным шахтам. Впереди, как и обещал Доктор, был выход в заброшенный сектор, недалеко от того места, где они оставили ТАРДИС. Гораций плечом выдавил решетку, и они вывалились в тихий, пыльный зал, заставленный ящиками. Воздух здесь был спокойным, и до ТАРДИС оставалось всего несколько десятков метров. — Почти дома, — облегченно выдохнула Роза. — Не торопитесь прощаться, — раздался спокойный, бархатный голос из темноты. Из-за горы ящиков вышел мужчина. Его пальто было безупречно, трость с серебряным набалдашником в его руках выглядела скорее стильным аксессуаром, чем необходимостью. Он улыбался той же учтивой, леденящей душу улыбкой. Донна замерла, как вкопанная. Ее лицо побелело. —Ты... — прошептала она. Но прежде чем она договорила, Роза, стоявшая рядом, резко вдохнула, отшатнувшись. —Нет... Это не может быть... Доктор, выскочивший в этот момент из вентиляционной шахты вместе с Марком, увидел фигуру и остановился, будто врезавшись в невидимую стену. Все его стремительное движение, вся ярость разом испарились, сменившись леденящим изумлением и растущим ужасом. — Олдридж, — имя прозвучало из уст Доктора негромко, но с такой силой ненависти и узнавания, что воздух, казалось, задрожал. Мистер Олдридж сделал изящный поклон, будто встречал старых друзей на светском рауте. —Доктор. Мисс Тайлер. Миссис Ноубл. Как... предсказуемо. Наша случайная встреча на холодной Аляске, как я и предполагал, была не просто игрой случая. Судьба свела нас вновь. Вы — как неисправимые сорняки на моем идеально подстриженном газоне. — Ты... ты тот самый... — Роза не могла отвести от него взгляд, в памяти всплывал образ вежливого незнакомца в зимней одежде, который тогда показался им всего лишь забавным чудаком. — Я тот самый, — подтвердил Олдридж, и его улыбка стала еще шире. — И тогда, и сейчас. Я вижу потенциал. В вас, Донна, — удивительная сила духа. Пропащая дарома для простой секретарши. В вас, Роза... — его взгляд скользнул по ней, — я почувствовал нечто куда более древнее и ценное. Жаль, тот проект на Аляске не увенчался успехом. Но этот... — он широко развел руки, указывая на все вокруг, — этот проект куда перспективнее. Я не просто создаю рабов для шахт. Я создаю будущее. Новую расу, которую не сломит ни радиация, ни время. И чью лояльность можно... перепрошить при необходимости. — С помощью пирожных? — с вызовом бросила Роза, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — С помощью пирожных, инъекций, ароматов... Средство не важно, важен результат. Контроль. Доктор наконец нашел голос. Он был тихим и опасным. —Ты строишь на костях, Олдридж. Как и всегда. — Прочный фундамент, — парировал Олдридж. Его пальцы сжали набалдашник трости, и он с щелчком отделился, обнажив блестящее, фасеточное ядро, которое засветилось зловещим синим светом. — И, к сожалению, ваше путешествие заканчивается здесь. Сигнал с этого устройства парализует нервную систему любого гибрида в радиусе ста метров. А вас, мои дорогие... он просто убьет. Приятно было снова встретиться, пусть и так недолго. Он был прав. Гораций, Хлоя и другие гибриды уже корчились от нарастающей боли, падая на колени. Даже Марк, сжав зубы, схватился за голову. Донна, Роза и Доктор оказались в ловушке. Олдридж стоял между ними и ТАРДИС, а его оружие было нацелено на всех, кто мог им помочь. И на этот раз их враг был не безликим злодеем, а тем самым человеком, чье лицо они запомнили с далекой, заснеженной стоянки. Он следил за ними давно. И теперь настал его час. Синий свет от набалдашника трости Олдриджа пульсировал, наполняя воздух зловещим гудением, от которого звенело в ушах. Гораций, сжавшись, рычал от боли, пытаясь подняться, но его мышцы не слушались. Хлоя лежала на полу, свернувшись калачиком, ее тихие всхлипы сливались с общим стоном. Даже непроницаемый Марк скрипел зубами, по лицу его струился пот. — Видите? — голос Олдриджа был спокоен, почти ласков. — Прогресс не остановить. Даже ваши дикие друзья не могут ему противостоять. А вы... вы просто устаревшая модель. Доктор стоял, сжимая кулаки. Его взгляд метнулся к ТАРДИС, сиявшей в конце зала, как маяк спасения, который вот-вот погаснет. Прямой бой был невозможен — Олдридж нажал бы на спусковой крючок раньше. — Устаревшая модель, — вдруг парировала Донна, ее голос, хоть и дрожал, но звучал с привычным ей вызовом. — Это ты про себя? Потому что спрятаться за технической игрушкой, когда против тебя трое — это по-твоему прогресс? На Аляске ты хотя бы сам разговаривал, а не тыкал в людей палкой! Олдридж усмехнулся. —Милая Донна, ваш напор всегда был вашим главным оружием. И главной уязвимостью. В этот момент Роза, стоявшая чуть позади, заметила движение у своих ног. Бывшая врач, та самая, что проводила опыты, вся бледная и трясущаяся, с ужасом смотрела на Олдриджа. Но не на трость. Ее взгляд был прикован к его левой руке, свободно лежавшей вдоль тела. И Роза увидела то, что упустили другие — тонкий, почти невидимый проводок, идущий от манжеты его пальто к небольшому устройству на запястье. Устройству, на котором мигал крошечный светодиод. Он не просто держит трость. Он управляет ею через браслет, — пронеслось в голове у Розы. Трость — всего лишь антенна. Источник — на нем. Она бегло взглянула на Доктора, пытаясь поймать его взгляд, но он был всецело поглощен Олдриджем. Тогда она, не двигаясь с места, прошептала так тихо, что услышала бы только стоящая рядом Донна: —Браслет. На его левой руке. Это управление. Донна, не меняя выражения лица, лишь слегка сузила глаза. Она поняла. — Олдридж! — вдруг рявкнула она, делая шаг вперед, будто в ярости. — Ты хоть знаешь, что твои «совершенные» солдаты там, в клетках, плевались на твой портрет? Они тебя ненавидят! Ты думаешь, стерев память, ты стер все? Так вот — нет! Они все помнят! На уровне... на уровне печенок своих звериных! Она говорила громко, вызывающе, отвлекая на себя все его внимание. Ее слова, полные ярости и презрения, задели его. Идеальный солдат не должен ненавидеть своего создателя. На долю секунды его безупречная маска дрогнула, и его взгляд целиком сконцентрировался на Донне. Этой доли секунды хватило Розе. Она не побежала. Она резко, изо всех сил, толкнула вперед стоявшего перед ней и корчившегося от боли гибрида с козлиными рогами. Тот, не ожидая толчка, с грохотом повалился прямо на Олдриджа. Это был хаос. Олдридж, отшатнувшись, инстинктивно поднял левую руку, чтобы защититься. Проводок натянулся. — Доктор, ЛЕВАЯ РУКА! — закричала Роза. Доктор рванулся с места с нечеловеческой скоростью. Он не пошел в обход — он просто пролетел несколько метров, как торпеда, и врезался в Олдриджа, хватая его именно за левое запястье. Раздался хруст ломающегося пластика и искры. Синий свет на трости погас, гудение прекратилось. Паралич гибридов мгновенно ослаб. Гораций, с рыком ярости, поднялся во весь рост. Марк, не теряя ни секунды, был уже рядом, вырывая сломанный браслет из руки Олдриджа. — Бежим! К ТАРДИС! — скомандовал Доктор, отшвырнув Олдриджа от себя. Тот, пошатываясь, отлетел к стене, его безупречное пальто было испачкано пылью, а на лице застыла гримаса чистой, немой ярости. Они бросились к синей будке. Гораций и Марк, прикрывая отход, помогали ослабевшим гибридам. Донна, схватив за руку все еще дрожащую врачиху, потащила ее за собой. Роза и Доктор бежали рядом. Доктор, уже вставляя ключ в замок ТАРДИС, обернулся на Олдриджа. Тот стоял, опираясь о стену, и смотрел на них. Не с ненавистью. С холодным, безраздельным интересом ученого, который только что получил ценнейшие данные. — Это не конец, Доктор! — крикнул он, и его голос снова обрел ледяную уверенность. — Теперь я знаю вас всех еще лучше! Я изучу каждую вашу слабость! И в следующий раз... в следующий раз не будет никаких пирожных. Будет только финал! Дверь ТАРДИС захлопнулась. Знакомый, спасительный звук материализационного узла заполнил зал. Синяя будка начала медленно исчезать. Они были в безопасности. Но в воздухе, как призрак, висела обещающаяся угроза. Олдридж не был побежден. Он был отброшен. И такая угроза, как знал Доктор, всегда возвращается. И всегда становится сильнее. Гул материализации сменился привычным мерным гудением машинного зала. Повисла тяжелая, давящая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием спасенных гибридов и тихим всхлипыванием Хлои. Они стояли среди древних коралловых колонн ТАРДИС — грязные, изможденные, но живые. Первым двинулся Гораций. Он медленно подошел к дрожавшей врачихе, которая прижалась к стене, ожидая расправы. —Встань, — его голос был хриплым, но без злобы. — Ты нам все расскажешь. Все, что знаешь о нем. О его планах. Донна, все еще на взводе, резко повернулась к Доктору. —Так, объясни. Кто этот тип? Ты знал, что он тут окажется? Мы чуть не умерли! Доктор, прислонившись к консоли, провел рукой по лицу. Он выглядел внезапно усталым и постаревшим. —Олдридж... Я встречал его следы. На развалинах цивилизаций, в пепле мертвых планет. Он коллекционер. Коллекционер возможностей, технологий, жизней. Он не стремится уничтожить вселенную — он хочет ее... переупаковать. Сделать эффективнее, чище, стерильнее. А все, что не вписывается в его идеал, подлежит утилизации. На Аляске он изучал аномалии во времени, здесь — пределы биологической адаптации. Роза молча слушала, глядя на пол. Потом подняла на него глаза. —Он сказал... что изучит наши слабости. Он имел в виду не только тебя, Доктор. Он смотрел на меня. И на Донну. — Потому что вы — моя стая, — тихо сказал Доктор. — И он это понял. Удар по вам — верный способ сломать меня. Внезапно Лайка, которая молча наблюдала за всем, издала низкий рык, привлекая внимание. —Значит, этот... коллекционер использовал моих людей как расходный материал. И он на свободе. — Ее желтые глаза горели холодным огнем. — Что теперь? Доктор выпрямился. Энергия снова хлынула в него. —Теперь — план «Эвакуация и Перезагрузка». Мы не можем оставить вас здесь. Олдридж будет мстить. — Куда же ты нас повезешь, Повелитель Времени? — скептически спросил Марк. Его хамелеоньи глаза внимательно следили за Доктором. — Есть мир, — сказал Доктор, запуская руки в карманы брюк и расхаживая по консоли. — Зеленая, тихая планета в спокойной системе. Никаких стратегических ресурсов, никаких аномалий. Скрытая от большинства галактических карт. Там вас оставят в покое. Вы сможете построить свой дом. Без клеток. Без экспериментов. На лицах гибридов появилась смесь надежды и недоверия. Слишком долго их мир состоял из боли и предательства. Через несколько часов, стоя у двери ТАРДИС, они смотрели на раскинувшуюся перед ними долину с изумрудными лесами и двумя солнцами на бирюзовом небе. Воздух был чист и свеж. Лайка, стоя на пороге, обернулась. —Спасибо, — сказала она просто, и в ее волчьих глазах была не только благодарность, но и уважение. — Наша стая не забудет. Гораций молча кивнул Донне. Та в ответ улыбнулась ему — впервые без сарказма, а с теплотой. —Береги своих детей, инженер. Хлоя обняла Розу. —Слушай свое нутро, — прошептала она ей на ухо. — Оно сильнее, чем ты думаешь. Марк был последним. Он посмотрел на Доктора своим раздвоенным взглядом. —Ты скрываешь от них кое-что. Ты не просто нашел эту планету. Ты отвел беду от нее когда-то. Я чувствую это по тому, как ты на нее смотришь. Доктор не стал отрицать. Он лишь молча улыбнулся. Дверь закрылась. Они снова были одни в бескрайней вселенной — Доктор, Роза, Донна и их пленница. Гул ТАРДИС сменился на более спокойный, будто корабль тоже вздохнул с облегчением. Донна тяжело опустилась на ближайший шезлонг. —Ну вот. Сначала хотела на курорт, а в итоге чуть не стала подопытным кроликом у сумасшедшего коллекционера в идеально отутюженном пальто. Типичный вторник. Роза села рядом, глядя на звезды за стеклянной панелью. —Он вернется, да? Олдридж. Доктор подошел к консоли и положил руку на рычаг. —Он уже возвращается. Но теперь мы знаем его лицо. И он знает наши. — Он повернулся к ним, и в его глазах снова зажегся знакомый огонь авантюризма. — Так что, Роза Тайлер, Донна Ноубл... готовы к следующему раунду? Он дернул рычаг, и ТАРДИС с грохотом ринулась в временной вихрь. Впереди были новые миры, новые опасности и тень человека с тростью, которая будет преследовать их сквозь все времена и галактики. Но пока они были вместе. А это значило, что никакой Олдридж не был им страшен.