Малиновый Шлейф Сомнений.

Мими очнулась не от кошмаров, а от резких ударов в дверь, каждый из которых словно возвращал её к мучительным обрывкам вчерашнего вечера. Похожее тяжёлое пробуждение случилось лишь однажды, ещё в её школьные времена, когда она намертво проспала урок у Фенцио, и друзьям пришлось буквально пинками гнать её на занятия. — Отвали же наконец-то, идиот бестолковый, дай поспать! — прорычала она осипшим голосом, пытаясь ещё глубже зарыться в мягкое, как облако, одеяло, пахнущее её собственным запахом с примесью вчерашних грехов. Стучащему хватило лишь секундной паузы, чтобы набраться наглости и возобновить атаку с удвоенной силой, отбиваясь от двери так, словно хотел её расщепить. — Вот сейчас подойду и реально тебе голову откручу! — прошипела демоница, её голос был похож на скрежет металла, когда она резко вскочила с кровати и, чувствуя, как пульсирует в висках, рванула к двери. Одним лёгким поворотом ключа, почти сорвавшегося с петель замка, она распахнула створку… и замерла, словно наткнувшись на невидимую стену. Перед ней, как воплощение её самых худших кошмаров, стоял Кристофер. Наступило тягостное, неловкое молчание, вязкое и неприятное, как остатки вчерашнего горя. Затем, словно выдавливая слова из пересохшего горла, Мими произнесла ледяным тоном: — Проваливай к чёрту! Хлопнув дверью с такой силой, что, казалось, задребезжали рамы, Мими рухнула обратно на постель, пытаясь спрятаться от мира под толстым одеялом, словно ребенок от чудовища. Сон, едва успевший прикоснуться к ней своими мягкими лапами, тут же отступил, когда снаружи вновь раздался уже не просто холодный, а приторно-сладкий, до тошноты елейный голос Криса: — Милая, у нас на сегодня грандиозные планы. Предлагаю не капризничать, а принять это утро как данность. Молчание повисло надолго, тяжелое и давящее, но затем, не услышав ответа, Крис продолжил, его голос обрёл стальные нотки: — Иначе я лично выломаю эту хлипкую дверь и в таком очаровательном, незабываемом виде отправлю тебя на задание, данное Чумой. Едва осознав весь ужас сказанного, Мими невольно бросила взгляд на зеркало напротив. То, что она увидела, заставило её застонать. Лицо, опухшее от ночных слёз и, судя по всему, немалого количества алкогольного глифта, выпитого прошлой ночью, превратилось в безобразную маску. Размытая косметика растеклась по коже грязными потёками, а волосы спутались в дикое подобие вороха вороньих перьев, словно на голове кто-то свил гнездо. Позор. Унижение. Кристофер видел её такой! Демоница мысленно ругнулась, чувствуя, как жгучий стыд обжигает щеки. Она осторожно, словно боясь развалиться на части, попробовала подняться, но предательское шёлковое покрытие простыней сорвалось из-под её ног, и тело с глухим, болезненным шмяком рухнуло на пол. Боль пронзила её, острая и едкая, особенно в области поясницы, принявшей на себя основной удар падения. — Просто шикарное утро, — прошипела Мими, потирая ушибленную поясницу, в которой теперь отчетливо пульсировала боль. Надеясь, что Кристофер, наконец, убрался, Мими продолжала лежать на полу, наслаждаясь моментом покоя, прерываемым лишь фантомной болью и воспоминаниями. Этот удар подействовал как шоковая терапия, вернув в её сознание осколки вчерашнего вечера: унижение перед толпой бессмертных, её собственные язвительные оскорбления в адрес Криса и… тот странный, совершенно нежданный поцелуй. Губы невольно дрогнули, словно вновь ощущая его привкус, его прикосновение – незримое, мимолётное, но такое… реальное. Внутри неё бушевала настоящая буря противоречивых эмоций. Холодный гнев и жгучее раздражение, вызванные вчерашним унижением и сегодняшним Крисом, смешивались с каким-то странным, непонятным теплом, зарождающимся где-то глубоко в груди. — Что я вообще себе придумываю?! — выдохнула Мими, яростно одёргивая себя. Оправдать его? Того, кого она искренне ненавидела? Сама мысль была абсурдной и пугающей. Наконец, собравшись с силами и пообещав себе, что этот день не сломит её окончательно, девушка поднялась. Первым делом нужно было освежиться. Она оглядела своё нижнее бельё – вчерашнее, выполненное в стиле тонги, с нежным цветочным узором и кружевными вставками, оно сейчас казалось до абсурда невинным и… неуместным. Слишком простое для повседневной носки демоницы. Холодный душ – вот что ей было нужно, чтобы хоть немного прояснить мысли и смыть остатки вчерашней грязи. Она достала из гардероба то, что всегда заставляло её чувствовать себя демоницей, которой она была. Роскошный чёрный комплект белья с тонкой кружевной отделкой, полупрозрачный, он словно был создан, чтобы подчёркивать каждый изгиб её соблазнительного тела. Аккуратно сложив бархатный на ощупь комплект, Мими, словно готовясь к ритуалу, прошла в просторную белоснежную ванную комнату, оставляя за собой лишь едва уловимый шлейф вчерашнего хаоса. Мими отвернула кран, и холодные струи обрушились на неё, мгновенно вызывая мурашки по коже. Она вздрогнула, но не отшатнулась, позволяя воде смывать с себя грязное ощущение прошлой ночи. Аромат малинового геля для душа, который она так любила за его свежесть, заполнил небольшую комнату, постепенно вытесняя затхлые запахи её похмелья. Пар от резкой смены температуры – ледяной воды и нагретого тела – нежно выходил из душевой, окутывая ванную комнату легкой, полупрозрачной дымкой. Она жадно вдыхала малиновый аромат, пытаясь им заглушить всё остальное. Вода смывала размазанную тушь и следы помады, обнажая её бледное, но уже не столь опухшее лицо. Она тщательно терла кожу, словно пытаясь стереть не только грязь, но и воспоминания, которые теперь отчётливо всплывали в сознании. Унижение, едкие слова, что она слышала в свой адрес, и её собственные, не менее острые ответы. А затем… поцелуй. Он был таким мимолётным, таким неожиданным, что до сих пор вызывал странный трепет. Её ладони неосознанно скользнули к груди, очерчивая контуры, словно изучая заново каждую линию, каждый изгиб. Пальцы, будто движимые отдельной волей, сжали упругие холмики, слегка оттягивая острые от возбуждения соски. Волна жара прокатилась по телу, заставляя дыхание участиться. Она закрыла глаза, и перед внутренним взором тут же возник он — кудрявый метис с глазами цвета летнего тумана на рассвете. Его взгляд, полный невысказанной тоски и неистовой страсти, прожигал насквозь. Мими представила, как вместо её хрупких пальцев по коже скользят его сильные, чуть шершавые ладони, оставляя за собой след огненных прикосновений. Нежные коготки заскользили по плоскому животику, вычерчивая замысловатые узоры, от которых по телу рассыпались мурашки. Каждая клеточка её существа жаждала его присутствия, его тепла, его властных прикосновений. Она уже была на пике удовольствия, когда пальцы медленно спустились ниже, исследуя самые сокровенные уголки. Мысль о том, что она удовлетворяет себя, вспоминая своего мученика, пронзила сознание острой вспышкой стыда. Это было неправильно, немыслимо… Но тело отказывалось подчиняться голосу разума. Когда она полностью погрузила пальцы в себя, мир взорвался ослепительной вспышкой. Глаза закатились, губы приоткрылись в беззвучном крике, а из горла вырвался едва слышный стон. - Кристофер..., - тихий, трепетный, предназначенный лишь для одного бессмертного. Волны наслаждения накатывали одна за другой, унося в пучину экстаза, где не существовало ни времени, ни пространства, ни запретов. Только он. Только его образ. Только эта запретная, всепоглощающая страсть. Медленно, почти нехотя, фарфоровые пальчики покинули этот интимный плен, освобождая её от волнующего прилива, что ещё мгновение назад наполнял до краёв. По внутренней стороне бедра скользнул бархатный след, жемчужная влага, но тут же растворилась под натиском горячих струй. Эти же струи, призванные протрезвить и охладить, теперь лишь распаляли кровь, усиливая внутренний жар, который она так отчаянно стремилась унять. Мими, еле держась на ватных ногах, оперлась спиной о прохладную керамическую стену. Бессильно соскользнув вниз, она осела на пол душевой. В голове набатом билась лишь одна оглушительная мысль: "Зачем я это сделала?". Эта мысль, настолько громкая, что заглушала даже бешеное сердцебиение, эхом отдавалась в висках. Да, сегодняшнее утро она, без сомнения, запомнит надолго. *** Спустя долгие, мучительные минуты, словно выныривая из глубокого омута, Мими восстановила дыхание. Медленно поднявшись, она вышла из душевой кабины, оставив за собой лёгкий след малинового аромата и смутных, противоречивых чувств. Огромное белое полотенце мгновенно впитало влагу, ласково обнимая её тело, словно пытаясь утешить. Еще одно полотенце понадобилось волосам, тщательно вымытым, чтобы и следа не осталось от вчерашнего алкогольного глифта, так глубоко въевшегося в неё после разбитой ночи. Оставив полотенце на голове, Мими принялась за ритуал ухода за телом. Роскошные масла, с ароматами, достойными небес, плавно скользили по коже, оставляя шлейф дорогого благоухания, заменяя собой духи. Тщательно вымыв руки, чтобы не запятнать волосы, она воспользовалась специальным дозатором, распыляя на влажные локоны приторно-сладкий кондиционер с ароматом той же малины. Ее аура должна соответствовать ее истинной душе – кислой, терпкой, словно лесная малина, намекающей на настоящую, не показную Мими. Закончив с волосами, девушка, не торопясь, почистила зубы и, собрав остатки воли, с неохотой вышла из ванной комнаты. Дальше следовала привычная рутина: макияж, прическа. И вот, она стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение. Сегодня выбор пал на элегантное бордовое платье. Глубокий V-образный вырез выгодно подчеркивал изящную линию шеи, а длинные рукава придавали образу сдержанность. Крупные серебристые пуговицы, словно капли росы, украшали перед платья. Облегающий силуэт подчеркивал тонкую талию, а длина до середины бедра позволяла продемонстрировать стройные ноги. Тонкие колготки с едва заметным узором завершали образ, придавая ему элегантность и нотку загадочности. На ноги девушка быстро надела черные туфли на высоком каблуке с открытым носком и тонкими ремешками, завязывающимися на кокетливый бантик, что добавляло образу женственности и утонченности. Взглянув в зеркало последний раз, Мими кивнула самой себе, на её лице расцвела хищная улыбка: она уже представляла, как отомстит Кристоферу за те грязные мысли, что неотступно преследовали её. «Это он виноват, — твердила себе Мими. — Он поселился в моей голове…» Но в глубине души она знала правду: всё это были лишь её собственные сексуальные фантазии, к которым Кристофер не имел никакого отношения. Всего лишь один поцелуй — и вот уже Мими обвиняет его, гонит прочь, пряча за гневом смущение и смятение. Мими буквально вылетела из комнаты, словно выпущенная из пращи. Но, оглядевшись в светлом, залитом ярким летним солнцем коридоре, она не увидела ни Криса, ни кого-либо из бессмертных. Она была одна. Солнце, ласково пригревавшее до этого, теперь слепило прямо в глаза, заставляя щуриться. Демоница была в полном замешательстве. Получить наказание от самого Чумы – перспектива не из приятных, а задание, судя по всему, знал лишь её личный мученик-метис. Где он? Что за задание? Вопросы без ответов роились в голове, как назойливые мухи. — Прекрасно! И где мне его искать, — Мими закатила глаза, чувствуя, как её и без того неважное настроение усугубляется этой абсурдной ситуацией, полной одних лишь знаков вопроса. — Может, он в саду? — пробормотала она, обращаясь скорее к себе, чем к пустоте. Она имела в виду знаменитый сад при школе, место, где происходило столько всего: от загадочной смерти непризнанной Лоры до эпической битвы с самим Сатаной Ада. Демоница, словно на автомате, спустилась по бесконечному количеству ступеней, каждая из которых казалась ступенькой в ещё больший хаос. Наконец, выйдя наружу, она вдохнула теплый, наполненный летними ароматами воздух. Кожа тут же начала согреваться, а остатки вчерашнего злобного настроя сменились спокойствием, исходящим от энергии солнечного дня. Она ступила на прохладную бетонную плитку, окруженную аккуратно подстриженной зелёной травой. Мими не успела пройти и метра, как увидела его. Кристофер тихо прилёг возле раскидистого дерева, скрестив руки за головой, и, казалось, мирно дремал. Осторожно, стараясь не потревожить его покой, Мими подошла ближе. Она присела совсем рядом с Крисом, гипнотизируя его лицо. Лицо, с которым она, к своему полному изумлению, фантастически целовалась в душе. — Милая… — шепотом вырвалось из её горла. Это слово, которое он так часто употреблял, теперь прозвучало иначе, наполненное какой-то новой, непонятной нежностью. Демоница продолжала смотреть на спящего метиса. Его лицо было непроницаемым, лишённым каких-либо эмоций. Но одна непокорная прядка кудрявых волос небрежно лежала на его лбу, щекоча ресницы. Мими, поддавшись внезапному порыву, лёгким движением руки смахнула эту прядку набок. Как только её пальцы отстранились, её запястье оказалось в крепкой, тёплой хватке. Большая рука Кристофера сжала её, не причиняя боли, но давая понять, что она замечена. — Ты долго собиралась, — прохрипел он, не открывая глаз. В его голосе звучала усмешка. — Какой ещё факт расскажешь? — с неподдельным сарказмом спросила Мими. В тот самый момент, когда Кристофер проснулся, её настроение резко изменилось. Но почему? Этот вопрос повис в воздухе, как и всегда, без ответа. Кристофер элегантно поднялся, отряхивая невидимую пыль с чёрного плаща из матовой кожи. Его одеяние было безупречным: бежевая кашемировая водолазка, свободные брюки из костюмной ткани глубокого ночного цвета и глянцевые чёрные ботинки Челси. На шее, поверх водолазки, эффектно висели две длинные золотые цепи: на одной – крест, на другой – кольцо, оба символы, казалось, несли в себе какую-то тайну. На запястье сияли золотые часы Rolex, завершая образ истинного аристократа. — Вот выпендрёжник, — промелькнуло в голове у Мими, когда она заметила золотые часики на руке Криса. Она прекрасно знала этот бренд, сама частенько "заимствовала" у них роскошные модели. Но Кристофер… Он был другим. — Мы опаздываем, — сухо сказал Кристофер, и в его глазах мелькнул лёгкий блеск. Он нежно взял Мими за руку, и они направились к водовороту, который, пульсируя энергией, должен был перенести их… Куда? — Крис… — Мими нежно взглянула ему в глаза. Страх холодком пробежал по её спине. Перед ними, вместо привычного пейзажа, раскинулся полуразрушенный город, окутанный дымкой, и… мутанты? *** Мими шла по израненной земной дороге, усеянной обломками жизни, искореженной грудами мусора, сломанными досками и останками чьих-то надежд. Каждый шаг был осторожным, каждый взгляд прикован к земле, словно пытаясь вымолить прощение у истерзанной почвы. Чувство вины давило на плечи, словно неподъёмный груз, ведь именно она, Мими, была соучастницей этого разрушения. Именно она распространяла заразу, выпуская на волю зараженных крыс, созданных в лабораториях Чумы. Своими руками она отнимала жизни у невинных людей... Эта мысль была хуже небытия, страшнее любого наказания. А что же Кристофер? Где он сейчас? Словно прочитав её мысли, вопрос эхом отозвался в душе. После её гневных выкриков, полных отвращения к чудовищному приказу метиса – заражать и разрушать эту землю – они почти сразу разошлись. Театры, магазины, уютные кофейни, дома, наполненные жизнью и смехом – всё превратилось в руины, в безжизненные обломки прошлого. Впереди, словно маяк надежды, наконец, засиял водоворот, означавший, что на сегодня её мучительное задание закончено. Один миг – и демоница стояла перед входом в родную школу… Да, именно родную. Пусть Чума и отняла у неё дом, вырвав её из привычной жизни, но сильный дух Мими, ее волю и непокорность не сломит никто! Это ее крепость, ее мир, где она может быть собой, пусть даже и сломленной, израненной, но все еще живой. — Ади! — Внезапно, словно вырвавшись из плена мрачных мыслей, воскликнула Мими. Перед ней, как видение из прошлого, стоял демон с ярко-рыжими волосами, аккуратно уложенными, как всегда. Он был одет в темное платье с длинными рукавами и высоким воротником, украшенное цепями и подвесками, а на шее виднелся массивный кулон. Рукава платья завершались бахромой, а на руках поблескивали черные браслеты. — Ну здравствуй, мелкая, — с горячей, искренней улыбкой произнес демон. Только Мими успела сделать шаг к нему, чтобы обнять, как из-за спины Ади вышел силуэт ангела с волосами цвета смоли, так же аккуратно уложенными. Он был одет в белоснежное платье с длинными рукавами и высоким воротником, казавшееся сотканным из лунного света. И Мими, не раздумывая ни секунды, бросилась к нему в теплые объятия. — Сэми, о боже мой, вы живы! — с радостной, переполненной облегчением улыбкой проговорила девушка. — Я так скучала по вам! — Мими отстранилась от Сэми, чтобы оглядеть обоих парней. На влюбленных, ангела и демона, что шли против всех правил небес и ада. — Ты бы знала, как мы скучали по тебе, — с мягкой улыбкой сказал ангел, его глаза светились искренним теплом. Только Мими открыла рот, чтобы задать вопрос об их нынешней жизни, о том, как они выживали, как к ним подошел еще один безумно любимый человек. — Вики! — Мими буквально разбежавшись, прыгнула на демоницу, из-за чего просто сбила её с ног, и они обе с глухим стуком полетели на пыльный бетон. — Моя дорогая, — прошептала Мими, улыбка на губах была самой искренней за весь день. Она быстро поцеловала Вики в щеку. Но не подумайте, что они пара. Нет, они просто давние, неразлучные подруги, которые сами считали, что больше похожи на сестёр, ведь такой крепкой дружбы небеса еще не видели. — Малышка Мими, — с теплой улыбкой произнесла русая девушка, поднимая голову с бетона. Мими успела лишь мельком увидеть её наряд, состоявший из нежного брючного костюма пудрового оттенка и укороченной белой блузки. Хоть обувь Мими и не заметила, но предположила, что к такому образу Вики, как обычно, надела какие-нибудь летние лодочки в бежевом цвете. — Мне тебе нужно столько рассказать! Нам срочно нужна коробка глифта и месяц свободного времени! — Вики, ну ты и размахнулась в разговорах, давай сначала встанем, и потом подумаем, — с улыбкой сказала Мими. На это подруга ярко рассмеялась и, кивнув головой, принялась "элегантно" подниматься с земли, отряхивая свой безупречный костюм. И вот обе девушки уже стоят на ногах, бурно отряхиваясь и наперебой матеря то, что дорога в школу ужасно грязная. — Когда я была детектором этой школы, дороги всегда были вымыты до блеска! — заявила Мими, с гневом оглядывая пыль на платье. На эту фразу парни лишь посмеялись, а русая демоница сдержанно прыснула в кулак, пытаясь скрыть смех. — Вот халявщики хреновы! — Мими адресовала это уборщикам, которые, по ее мнению, получали слишком большую плату за мытьё дорожек, которые сейчас были в ужасном состоянии. — Всё бесит! Чума — бесит! Дороги — бесят! А Кристофер вообще гандон последний!! — После последних слов, сказанных с такой яростью, что, казалось, камни задрожали, ребята затихли. Лишь их удивлённые взгляды были прикованы к Мими, на лице которой пылал праведный гнев. — Нам это… пора. Да, Вики?! — с явным намёком, почти криком, произнесла Мими, резко потянув подругу за руку. — Да, мы вообще-то побежали, пока, мальчики! — крикнула Вики уже почти у входа в школу, когда Мими слишком усердно старалась убежать от парней, не желая продолжать свой эмоциональный монолог. *** Девушки шли по коридору, освещённому редкими вспышками прорывающегося сквозь витражные окна света. Долгое молчание, висевшее между ними, было наполнено невысказанными мыслями Мими и, как чувствовала Вики, какой-то незримой, новой тревогой, окутывающей подругу. Наконец, тишина, ставшая почти осязаемой, лопнула, словно натянутая струна, когда Вики нарушила её своим голосом, в котором сквозила лёгкая, но настойчивая тревога. — Мими, что это значит? — спросила она тихо, но настойчиво, заметив, как подруга избегает её взгляда. Они уже поднимались по ступеням, приближаясь к этажу, на котором располагалась уютная комната Вики, но ответа всё не было. Мими была поглощена собственными мыслями, которые, словно стая голодных воронов, кружили в её сознании, терзая и обвиняя её. Она проклинала себя за этот внезапный, неуместный эмоциональный всплеск, за то, что не сдержалась и позволила себе рассказать о произошедшем. Её главной целью было не столько защитить Криса, сколько избежать распространения слухов. Стоило лишь одному праздному бессмертному случайно услышать её слова, и по всей школе, словно чума, поползли бы сплетни, способные разрушить репутацию, которая и без того держалась на тонкой ниточке. Демоница вздрогнула, подпрыгнув на месте, когда громкий крик подруги пронзил внезапно наступившую тишину коридора, вырвав её из плена внутренних терзаний. — Астарот! — Вики буквально вырвала свою руку из хватки Мими, словно испуганная птица, и сорвалась с места, побежав вперёд. Вперёд к какому-то демону. Нет, подождите… Это был метис. И черт возьми, она его ведь где-то видела. Или нет? В памяти Мими метались обрывки воспоминаний, не складываясь в единую картину. Мими, словно парализованная каким-то неведомым заклятием, застыла на месте. Её взгляд был прикован к сцене, разворачивающейся впереди: Вики, с радостным криком, набросилась на этого до боли знакомого метиса, которого, казалось, она знала всю жизнь. Парень был одет в наряд, напоминающий изысканное мужское кимоно глубокого чёрного цвета, но в отличие от традиционного, оно было менее пышным в объёме, что придавало ему более современный и дерзкий вид. Цепей на нём было так много, что они, казалось, могли бы заменить черепицу на целой крыше, но при всей своей избыточности, это странное сочетание смотрелось на нём удивительно гармонично и даже стильно. Мими пропустила тот момент, когда к ней подошли уже вместе Вики и… Астарот, кажется? Имя звучало так же приторно, как и его улыбка. Улыбка. Она была слишком идеальной, слишком наигранной, и Мими это совершенно не понравилось. Внешне он был невероятно привлекателен, идеально в её вкусе: стройный, с аристократическими чертами, но взгляд… Взгляд его небесных глаз был холодным и отстранённым, словно за этой маской идеального мужчины скрывалось нечто зловещее. Он не предвещал ничего хорошего. — Здравствуй, прекрасная дама. Я Астарот, позвольте узнать ваше имя? — произнес он, и его голос был таким же слащавым и фальшивым, как и его улыбка, словно обволакивая её липким сиропом. — Фу, так и тянет сарказмом. Почему Вики так рада ему? — промелькнуло в голове у Мими, словно холодный ветерок. — Нет, что-то с ним не так, — пока не озвучивая свои мысли вслух, Мими изогнула бровь в качестве немого вопроса и вопросительно посмотрела на Вики, надеясь найти в её глазах хоть какой-то ответ. — Нет, нельзя, — быстро пробормотала Мими, словно опасаясь, что одно лишь произнесённое имя может навлечь беду. Демоница схватила Вики за руку, её пальцы сжались чуть сильнее обычного, и оттащила подругу на пару метров, подальше от Астарота, чтобы он не мог услышать их разговор. — Мими, ты чего? — прошептала Вики, её голос был полон недоумения. Она знала, что подруга просто так ничего не делает, и её внезапная агрессия по отношению к новому знакомому была крайне необычной. — Вики, я ему не верю, — прошептала Мими, её голос был полон едва сдерживаемого раздражения. — Его улыбка… он ее наигрывает, это фальшь. — Ее злой оскал был явным свидетельством её негодования. — Где ты его нашла? И как долго вы знакомы? — Да брось, Мими. Ты просто его не знаешь! Он хороший парень! Такой тёплый, добрый, страстный, — ответила Вики, её глаза светились наивной влюблённостью. Но следующая ее фраза, произнесённая с придыханием, буквально довела демоницу до истерики. — А как он целуется… Упоминание поцелуя стало последней каплей. Мими почувствовала, как внутри всё сжимается. Ей не хотелось, чтобы её подруга пережила то же, что и она, пусть даже и с другим человеком. — Вики, — тихо прошептала Мими, взяв подругу за ладони и крепко переплетая их пальцы, пытаясь передать ей всю свою тревогу. — Я тебе верю и желаю только счастья, поэтому скажу прямо… — Демоница на мгновение замолчала, собираясь с мыслями, чувствуя, как слова давятся в горле. — Он играет с тобой, Вики. Я умею распознавать истинные намерения людей, я вижу ложь насквозь. Вики, беги от него! — уже громче, с нотками отчаяния в голосе, произнесла Мими, не обращая внимания на возможное внимание Астарота. — Да что с тобой? Ты ведь его даже не знаешь! — возмутилась Вики, её лицо исказилось от недоверия и обиды. — А ты типа знаешь? — бросила Мими, и это было уже похоже на старые, давно забытые споры. Мда… давненько они не ссорились из-за парней. — Дорогая, просто поверь мне, — твердо произнесла Мими, глядя подруге прямо в глаза, пытаясь достучаться до неё. — Вы с ним даже толком не поговорили, а ты уже делаешь выводы! — Вики была непреклонна, её собственное счастье затмевало любые предупреждения. — Ладно, Вики. Дело твоё, но запомни мой совет. Этот Астарот что-то задумал, и вряд ли что-то хорошее. Будь осторожна. — С этими словами демоница резко развернулась и, не дожидаясь ответа, буквально убежала в противоположную сторону коридора. Её мучил вопрос, который, словно заноза, сидел в сознании: почему он так сильно ей кого-то напоминает? Почему она была так уверена, что когда-то уже видела его? Что-то было не так, что-то невероятно важное ускользало от неё, заставляя чувствовать себя загнанной в ловушку. — Наверное, сегодня я все равно ничего не вспомню, — прошептала Мими, когда подходила к двери в свою комнату, уже почти смирившись с провалом. Только она вставила ключ в замок, готовясь войти и забыться, как её вдруг осенило. Вспышка! Черт возьми, она вспомнила его! Это его она видела вечером после бала, лежащего на скамье, и на самом балу… Точно! Он постоянно стоял рядом с Кристофером, его тенью, его отражением! — Они же одно лицо… — тихо прошептала Мими, чувствуя, как по спине пробегает ледяной холодок, а волосы на затылке встают дыбом. Открытие было настолько шокирующим, что перекрыло все остальные эмоции.гот