Глава 6. «Древо Боли»

То, что они увидели за воротами, превосходило самые изощрённые кошмары. Комната была огромной — бывший ангар, переоборудованный в нечто среднее между гнездом и операционным театром. Потолок скрывался в тенях, но оттуда свисали толстые органические трубки, пульсирующие изнутри. По стенам росли структуры, похожие на соты, в каждой из которых находилось человеческое тело на разных стадиях...обработки. Некоторые ещё были живы и сознательны — они шевелились в своих коконах из плоти, пытаясь позвать на помощь. Другие были наполовину переварены, их тела медленно растворялись в питательном желе. А третьи уже превратились в нечто иное — гибридные существа с человеческими чертами, но инопланетной анатомией. И в центре этого ада возвышалась Она. Королева была колоссальной — размером с небольшое здание. Её основное тело представляло собой пульсирующую массу плоти, от которой отходили десятки щупалец различной толщины. Некоторые были тонкими, как провода, и тянулись к коконам на стенах, питаясь содержимым. Другие были толщиной с человека и заканчивались ртами, полными игл-зубов. Но самой жуткой была её "голова" — если это можно было так назвать. В передней части туловища располагалось множество человеческих лиц, сросшихся в отвратительную мозаику. Мужские, женские, детские — все с открытыми глазами и ртами, из которых сочилась светящаяся слюна. Эми заплакала и спрятала лицо в складки одежды Лейлы. Среди множества лиц она узнала своих родителей, учителей, друзей — всех, кто исчез за последние месяцы. — Эми... милая... — произнесло одно из лиц голосом её матери. — Иди...к... маме... — Это не твоя мама, — прошептала Лейла, обнимая девочку. — Это всего лишь её воспоминания. Куоритч смотрел на этот кошмар и чувствовал, как что-то ломается в его сознании. Он видел многое за свою жизнь, убивал, терял близких, но это...это превосходило всё. — Но как? — Лейла огляделась. — Выхода нет. Королева услышала их разговор, и все её лица улыбнулись одновременно: — О... но... зачем... уходить? Останьтесь... Станьте... частью... семьи... Один из толстых щупалец потянулся к ним, на конце его раскрылась пасть с кольцевыми рядами зубов. Куоритч открыл огонь, и пули впивались в плоть, но раны мгновенно затягивались. Более того — с каждым выстрелом Королева становилась больше, словно питалась причинённой болью. — Стреляйте в коконы! — крикнула Лейла. — Она питается их остатками! Они начали расстреливать коконы на стенах. Каждый выстрел освобождал очередную жертву от мучений, и Королева корчилась от боли, её крики наполняли ангар. Но жертв было слишком много, а патронов — слишком мало. В процессе этой отчаянной битвы Лейла заметила, как Куоритч прикрывает её спину, как он без колебаний тратит последние патроны, чтобы защитить её и Эми. В его действиях не было расчёта — только инстинктивное желание защищать тех, кто стал ему дорог. — У меня кончаются боеприпасы, — предупредил он. — У меня тоже. И действие ингибитора заканчивается. Действительно, зуд от укусов паразитов возвращался, а на коже появлялись первые признаки инфекции — тёмные пятна, которые медленно распространялись по телу. Королева почувствовала их ослабление и придвинулась ближе: — Не... сопротивляйтесь... Смерть... это...боль... А у... меня... нет...смерти... Тонкие щупальца потянулись к их головам, готовые проникнуть в мозг и сделать их частью коллективного разума. Эми закричала, и её крик был полон такого отчаяния, что даже Королева на мгновение замерла. И тогда Лейла увидела это. В дальнем углу ангара, за спиной у Королевы, стоял стеклянный саркофаг. Внутри находилось человеческое тело — женщина с лицом, которое Лейла узнала бы среди тысяч. Это было её собственное лицо. Её человеческое тело.