Глава 22. Вечер откровений

Гермиона и Драко ожидали гостей в большом зале, освещённом тёплым светом канделябров. Напряжение, витавшее в воздухе перед их приходом, было приятным, предвкушающим. Неожиданно для самой Гермионы, Драко предложил ей руку. — Для правдоподобности, — тихо сказал он, но в его глазах не было привычной насмешки, лишь лёгкая, почти неуловимая нежность. — Конечно, — улыбнулась она, с лёгкостью приняв его предложение. Её пальцы легли на его сгиб локтя, и это ощущение стало для неё таким же естественным, как дыхание. Когда дверь открылась, впуская Гарри и Джинни, первой реакцией Джинни стал немой, откровенный шок. Её глаза, широко раскрывшись, принялись жадно поглощать окружающую роскошь: высокие потолки с лепниной, портреты предков в золочёных рамах, массивные гобелены и мраморный пол, отражавший огонь в камине. — Боже правый... — выдохнула она, забыв на мгновение обо всех своих коварных планах. — Это... это не дом, это целый музей. Гарри же, переступив порог, почувствовал необъяснимое облегчение. Вместо леденящего душу холода и зловещей тишины, которые он помнил, поместье было наполнено тёплым светом, уютом и едва уловимым ароматом цветов и свежей выпечки. «Она изменила это место, — промелькнула у него мысль. — Или он изменился для неё». — Спасибо, что пригласили нас, — первым нарушил тишину Гарри, пожимая руку Драко и улыбаясь Гермионе. — Очень рады быть здесь. — Да, огромное спасибо, — добавила Джинни, наконец оторвав взгляд от интерьера и обратив внимание на хозяев. Её взгляд на секунду задержался на их сплетённых руках, но она благоразумно ничего не сказала. Гермиона, сияя, пригласила всех к столу. И как только они уселись, магия вечера начала действовать. Официальность растаяла, словно утренний туман, уступив место лёгкому, непринуждённому общению. Разговор тек сам собой, переходя от одной темы к другой. Вспоминали вчерашний приём, и Гермиона со смехом рассказывала, как они с Драко перепутали па в одном из танцев. —Я была уверена, что виноват он, — поддразнивала она, — но теперь, оглядываясь назад, понимаю, что это я повела не в ту сторону. — Я бы никогда не позволил себе усомниться в твоей правоте, дорогая, — парировал Драко с идеально сохраняемой невозмутимостью, но в уголках его губ играла улыбка. Заговорили о квиддиче, и тут разгорелся жаркий, но добродушный спор между Джинни, ярой фанаткой «Холихедских Гарпий», и Драко, с детства болевшим за «Фалмутские Ястребы». Гарри и Гермиона с удивлением слушали их аргументы, изредка вставляя свои комментарии. — Твои «Ястребы» в этом сезоне летают, как будто их метлы накормили снотворным! — горячилась Джинни. —А твои «Гарпии» мечутся по полю, как испуганные феи, не видя общей стратегии! — парировал Драко, и в его глазах вспыхивал знакомый огонёк азарта. Потом речь зашла о работе. Гермиона и Гарри обсуждали сложное дело с контрабандой артефактов, а Драко, к удивлению всех, включая себя, вставил чрезвычайно точное замечание о магических печатях, используемых на чёрном рынке, основанное на знаниях, почерпнутых… из несколько сомнительных семейных источников. Наступила короткая пауза, но Гарри кивнул: —Действительно. Мы не думали об этом ракурсе. Спасибо, Драко. Это «спасибо» прозвучало абсолютно искренне. За едой и вином время летело незаметно. Когда основные блюда были съедены и разговоры на мгновение утихли, Гермиона объявила: —А теперь, я думаю, самое время для десерта! Она оглянулась, ожидая увидеть эльфов с подносами, но те не появлялись. —Странно, — нахмурилась она. — Блип обычно такой расторопный. — Позволь мне помочь тебе, — тут же предложил Драко, отодвигая свой стул. Он встал, обошёл стол и с лёгким, почти рыцарским жестом подал ей руку, чтобы помочь подняться. Их взгляды встретились над столом. И это был не взгляд для публики, не часть их роли. Это был момент чистой, ничем не омрачённой синхронности. Они улыбались друг другу — не широко, не показно, а как-то по-особенному, по-домашнему. Как два человека, разделяющие маленький, общий секрет или просто безмерно счастливые находиться рядом в эту самую секунду. Гарри, наблюдавший за ними, почувствовал, как в его груди что-то щёлкнуло — щёлкнуло правильно. «Вот оно, — понял он. — Вот откуда это сияние. Это не игра. Это… настоящее». Как только пара скрылась за дверью, ведущей вглубь дома, Гарри повернулся к Джинни. —Ну что, — тихо сказал он, — ты всё ещё сомневаешься? Джинни, только что умиротворённая едой и вином, насторожилась. —В чём? — В том, что происходит между ними. Взгляни на неё, Джин. Ты когда-нибудь видела Гермиону такой? Она вся светится изнутри. И источник этого света — явно не вчерашний успех на приёме. — Он сделал паузу, глядя на неё прямо. — Я почти уверен, что сегодняшнюю ночь она провела не в одиночестве. И явно не в гостиной с пледом. Джинни закатила глаза, но на сей раз в её гримасе не было прежней ярости, а лишь усталое принятие. —Ладно, ладно, не надо мне тут свои мужские догадки высказывать. — Она вздохнула. — Но да… что-то изменилось. Раньше между ними было напряжение, как перед грозой. Сейчас… сейчас от них исходит какое-то тепло. И умиротворение. Как будто они нашли то, что искали. Вернувшиеся Гермиона и Драко с эльфами и изысканными десертами прервали их разговор. Оставшуюся часть вечера за десертом царило в основном молчание, но оно было комфортным. Гарри и Джинни лишь изредка переглядывались, обмениваясь красноречивыми взглядами, в то время как Гермиона и Драко, казалось, были полностью поглощены своим тихим, совместным миром. Чтобы снова разрядить обстановку, Гермиона предложила: —Джинни, не хочешь ли посмотреть особняк? Думаю, тебе будет интересно. — Ещё бы! — с энтузиазмом согласилась Джинни, вскакивая. — Только ради этого стоило соглашаться на эту поездку на машине! Девушки удалились, оставив мужчин наедине. И почти мгновенно разговор перешёл на чисто мужские темы: последние новости в мире квиддича, новые модели мётл, обсуждение матча, который Гарри недавно посетил. Драко, к своему удивлению, обнаружил, что разговаривает с Поттером почти как… с коллегой. Без старой вражды, без подтекста. Это было странно, но приятно. Тем временем Гермиона водила Джинни по бесконечным коридорам. Больше всего Джинни поразила просторная веранда и балкон с видом на тёмную ленту реки, серебрившуюся в лунном свете. —О, здесь так красиво! — воскликнула она. — Да, — улыбнулась Гермиона. — Мы с Драко иногда приходим сюда вечером. А однажды даже спустились к самой реке и просидели там почти до утра, разговаривая о звёздах. В её голосе звучала такая тёплая, тихая нежность, что у Джинни на мгновение сжалось сердце. Она вдруг вспомнила о подарке. —О, я чуть не забыла! — она достала из сумочки маленькую, изящно упакованную коробочку. — Это тебе. Немного уюта для дома. Гермиона была тронута. Она всегда ценила такие маленькие, нежные жесты. —Спасибо, Джин, это так мило с твоей стороны! — Она тут же призвала Блипа. — Отнеси, пожалуйста, это в мою спальню. Эльф исчез с коробочкой. Джинни, услышав фразу, замерла. Её взгляд стал пристальным и заинтересованным. —В твою спальню? — переспросила она, стараясь звучать как можно невиннее. — Вы с Драко… спите в разных комнатах? Гермиона не моргнув глазом. Она была готова к этому вопросу. —Да, — ответила она спокойно. — У нас… разные предпочтения. Я люблю, когда в спальне тепло и уютно, чтобы можно было закутаться в несколько одеял. А Драко… он, наоборот, не выносит духоты. Он спит с открытым настежь окном, в комнате почти зимний холод, и ему достаточно одного тонкого пледа. Мы попробовали найти компромисс, но… — она развела руками, изображая лёгкое сожаление, — ...в итоге поняли, что для комфорта обоих лучше иметь отдельные спальни. Она сделала паузу, а затем добавила с лёгкой, смущённой улыбкой, которая выглядела абсолютно естественно: —Конечно, это не значит, что мы проводим вечера врозь. Всё как у всех влюблённых пар… кто-то из нас выступает инициатором и приходит в спальню к другому. А уж после… — она застенчиво опустила глаза, давая Джинни додумать самой, — ...после, чтобы хорошо выспаться, мы расходимся до утра. Каждый в свой комфортный микроклимат. Джинни слушала, заворожённая. Эта история показалась ей не странной, а на удивление романтичной. В этом была своя, особая интимность. —Боже, — рассмеялась она. — Это же так мило! Теперь я буду думать, как бы мне тоже выгнать Гарри спать в другую комнату. Мне ночью всегда жарко, а он вечно мёрзнет и кутается в меня, как в грелку! Обе девушки рассмеялись, и последние остатки напряжения окончательно рассеялись. Обнявшись, они направились обратно в зал, к своим мужчинам, чтобы завершить этот невероятный, полный открытий вечер.