Ночь вторая. Зов реки

Обряд оказался ложью. Как бы ни уверяла Бала, в душе Фрэнсис Энн не наступило столь желанное умиротворение. Ей не было покоя. В каждый свободный миг её встревоженный ум возвращался к тому вечеру на берегу Джамны, прокручивая события раз за разом, будто пытаясь найти зацепку, способную изменить ход событий. Река звала Фрэнсис Энн. Просила вернуться на её пустынный берег. Умоляла взглянуть в её глубокие, тёмные воды вновь. Ночами мисс Фортескью не спалось — в голове вольготно обосновались кошмары о минувшем, — а днями ей не удавалось отвлечься за обыденными занятиями. Всё чаще к потерянной девушке обращались обеспокоенные взгляды Балы, что неспроста тревожилась за состояние своей госпожи. А Фрэнсис Энн знала одно: она должна была отправиться к реке снова. Блеклым кругом на небе висела луна, едва освещая узкую лесную тропинку. Тихонько улизнуть из хижины просто: девичий шаг был лёгок и тих, как плеск воды, манящий из темноты. Ровная, как стекло, чёрная гладь слабо мерцала в ночи. Фрэнсис Энн, приблизившись к кромке воды, нерешительно заглянула в неё, ожидая увидеть собственное мутное отражение. Но вместо хорошенького молодого лица, знакомого ей всю жизнь, в реке запылал огонь, возникший из искры чужой злобы и людской зависти. А затем перед Фрэнсис Энн появились две фигуры — размытые, но родные и любимые. — Фанни! Фанни! — горько вскричал отец, его лицо исказила гримаса скорби. — О, моя Фанни! Мисс Фортескью затошнило. Нутро стянуло, словно тело поместили в тугой корсет, а во рту появился неприятный кислый привкус. — Фанни, дочка! — обливаясь слезами, умоляла мать. — Помоги! Губы Фрэнсис Энн задрожали. Она не ощутила, как по её пылающим щекам потекли слёзы, — она и вовсе не чувствовала, замерев во льдах скорби. — Мама… папа… но как? — неуверенно промолвила девушка, не веря собственным глазам. — Как вы здесь очутились? Неужели она обезумела от горя? Иначе как можно было объяснить то, что Фрэнсис Энн видела в водах реки? Но образ четы Фортескью казался убедительно реальным: они выглядели так, как она их запомнила, до самых мельчайших, незначительных деталей. Словно и не было ничего: ни восстания, ни пожара, ни недель вечной разлуки. — Помоги нам! — в унисон стонали её родители, а губительный огонь вокруг них подступал всё ближе и ближе, готовясь поглотить пару вновь. Сама того не ведая, Фрэнсис Энн протянула руки, чтобы вытащить родителей из пламени. Совсем немного — и всё удастся исправить, нужно только сделать шаг! — Держитесь! Прошу! — воскликнула она, подаваясь всем телом вперед. Резкий хлопок прорезал ночную тишину, по воде нервно забежали круги. Когда они исчезли, река продолжила свой прежний мерный ход.