Часть 10

Жан шёл за людьми Хэтфордов, краем глаза отмечая каждую деталь. Жасмин двигалась за его спиной в гнетущем молчании, её взгляд скользил по окружению с той же скрытой настороженностью. Их путь лежал через подземный паркинг элитного здания — стерильное пространство с белым светом, отбрасывающим резкие тени, и безупречным бетонным полом без единой трещины. Лифт с зеркальными стенами, в которых отражались их напряжённые лица, привёл их к неприметной двери. Внешняя простота обманчива: вместо обычного замка — панель с шестизначным кодом и сканером ладони. Хэтфорды явно не экономили на безопасности. Прихожая, в которую они вошли, была просторной и залитой светом, как и открывающаяся за ней гостиная. Интерьер выдержан в строгом минимализме — никаких лишних деталей, только чистая геометрия и дорогие материалы. Идеальный порядок и отсутствие намёка на уют выдавали новое, едва обжитое место. Их встретил один из тех мужчин, что унесли Эмму и Кейтлин из «Гнезда». Детина, чей рост заставлял запрокидывать голову даже Жана, с густой рыжей бородой и шевелюрой, скрывавшей часть лица под косматыми бровями. Его брат-близнец, помнится, носил лишь короткую щетину и был чуть ниже. — Всё прошло без проблем? — осведомился он. — Не переживай, Джордж, забрали всё, — подтвердил один из сопровождающих Жана и Жасмин. — Мисс Хэтфорд была права, эти двое заныкали всё самое ценное в лучших традициях Деванса и Уильямса. — Под половицы? — с тёплой улыбкой предположил О’Мелли. — Под каркас кровати изолентой, — отозвался невысокий мужчина с итальянским акцентом, приподняв в руке чёрный пакет, после чего передал его Джорджу. — Если бы не перевернули матрасы, могли бы и не найти. И какие-то бумаги в вентиляции. Бровь Жана чуть приподнялась в удивлении. А вот как нашли документы, он не видел… Может быть, в комнате Кейтлин? — Когда услышат, точно будут ими гордиться, — усмехнулся другой светловолосый мужчина с британским акцентом, последовав примеру своего коллеги и отдав всё найденное. — Остальное в машинах. Думаем, это самое важное. — Ага, будут гордиться. И захотят кого-нибудь прихлопнуть, когда узнают, что произошло с их детьми, пока они были не рядом, — хмыкнул Джордж, бросив тревожный взгляд в сторону коридора и лестницы, что вела на второй этаж к спальням, после чего обратил своё внимание на терпеливо молчавшего Жана. — Мистер Моро, идите, пожалуйста, за мной. Следуя за новым сопровождающим, француз заметил, что в гостиной, которая была совмещена со столовой и кухней, как и в коридоре, не было никого. Он не слышал ни голосов, ни будничного шелеста жизни, только тихие разговоры людей в прихожей, которые не спешили уходить или садиться в ожидании следующего приказа. Когда они вошли в кабинет, Жану пришлось приложить небольшое усилие, чтобы скрыть удивление и толику замешательства. Он ожидал допроса и строгого взгляда, но вместо этого увидел Мэри Хэтфорд, уютно сидящую на коленях у Руссо и просматривающую какие-то документы. Поднявшись с Базилио, словно тот был креслом, женщина забрала из рук О’Мелли пакеты, одобрительно кивнув на доклад о том, что остальные вещи в машинах и будут скоро доставлены, после чего внимательно посмотрела на Жана, который всё ещё был в штанах и футболке, в которых спал. — Сколько часов ты спал? — задала она один из самых неожиданных вопросов. — Думаю, около семи, свою дневную норму, — приказав себе чётко отвечать на любые вопросы, отозвался Жан, смотря исключительно на Мэри. — С каких пор семь часов сна — это норма для спортсмена? — скептически выгнул бровь Базилио, отрываясь от складывания чужих документов по стопкам. — Боюсь, этот вопрос вам стоит задавать не мне, а тренеру Морияма, мистер Руссо, — невозмутимо сказал Моро с пустым выражением лица. — В дальнейшем тебе следует спать больше, — хмыкнула Мэри, а потом обратилась к О’Мелли. — Джордж, передай врачу, чтобы она зашла ко мне после того, как осмотрит Эмму и Кейт. У неё будет ещё два пациента. Первым желанием Жана было возразить и сказать, что это лишнее, но он вовремя прикусил язык. Чуть больше чем за год Тэцуи неплохо выдрессировал его, и парень подчинялся, не видя выхода и каждый день глядя на клеймо на своём лице, но голова его ещё была на плечах. Недостаток сна, травмы, возможно, зависимость от обезболивающих, которые он глотал, как витаминки, не самое разнообразное, строгое питание, перегрузки, постоянный стресс и отсутствие солнца — всё это не могло хорошо сказаться на его организме и психике. Ему нужны были и врач, и простая банальная человеческая помощь. Глупо было отказываться. Без каких бы то ни было «если». — Не стесняйся, садись, — Мэри указала ему на диван, тогда как сама занялась приготовлением чая на небольшом столике на колёсиках. — Чёрный, красный, зелёный? — На ваше усмотрение, я не привередлив. — Ну разумеется, — закатил глаза Базилио, роясь в компьютере. — Ещё скажи, что не предпочёл бы чаю кофе. Ты же француз, в конце концов. — Но в отличие от итальянцев, я знаю, что такое тактичность, воспитание и манеры, чтобы не отказываться, находясь в гостях у человека выше меня по статусу, — огрызнулся Жан и тут же замер, осознав, кому и что сказал. — Прошу прощения… — Или это влияние Эммы и Кейтлин, или ты так же остр на язык, как эти паршивцы, — ничуть не обидевшись, усмехнулся Руссо. — Ни в том, ни в другом ничего плохого нет, — бросила на него недовольный взгляд Мэри, а потом улыбнулась. — Будь добр, сходи на кухню, сделай Жану кофе. И спроси Жасмин, что она бы хотела выпить или поесть. Воздух замер на полпути к лёгким Моро, а взгляд серых глаз метнулся к мисс Хэтфорд, которая продолжала расслабленно заваривать себе чай. Несколько секунд в кабинете царила тишина, Руссо буравил взглядом спину женщины, после чего встал и… вышел, не закрыв за собой дверь. Послышалось далёкое ворчание кофеварки и насмешливые голоса, говорившие на итальянском. Жан сглотнул вязкую слюну, уперев глаза в пол. Ему точно нужен был сон, раз его мозг хотел отказаться от помощи, потому что к этому приучили Морияма, но не смог додуматься не огрызаться на одного из самых влиятельных людей мира. — Ох, точно, — Мэри подошла к двери и крикнула прямо в коридор: — Скажи всем перекусить, если хотят, и прихвати, пожалуйста, из холодильника фрукты! — В этом нет… — В этом доме ещё никто не ел, — отмахнулась Хэтфорд, возвращаясь к чайнику, который к этому моменту как раз вскипел. — И если ты хотя бы немного в том же состоянии, что и мои племянницы, еда тебе не повредит, — изящными движениями она опустила заварку и залила её кипятком. — Уверена, всё сейчас выглядит очень странно, и ты не понимаешь, что происходит, но пока что ты правда можешь расслабиться. — Я искренне благодарен вам, но… могу я задать вопрос? — Разумеется, — взяв чайник и одну чашку, Мэри опустилась в кресло рядом с диваном. — Вы ведь не выкупили меня обратно, а значит, по факту я всё ещё принадлежу Морияма. — Не выкупила, — призналась она, с пониманием глядя на подростка, а в её серо-голубых глазах появились сдержанность и серьёзность. — И решение, что с тобой будет дальше, принимать тоже не мне, а Стюарту, как главе семьи. Так или иначе, у нас есть все основания полагать, что ты непричастен к тому, что сделали твои родители, а значит, ты Моро, наследник Прованса и Франции. Даже если по документам ты принадлежишь Морияма, я не могла оставить тебя там после того, как увидела, как обходятся с членами моей семьи. А ты — член нашей семьи, ведь твои предки присягнули нам, а мы дали клятву в ответ. — Я правда ничего не знал, мисс Хэтфорд. Понимал, что что-то происходит, но родители всегда держали меня как можно дальше от дел, а потом, в один день, просто посадили на самолёт. Когда я приземлился, меня уже ждал тренер Тэцуи, сказавший, что теперь я принадлежу ему, потому что… потому. У меня был доступ к новостным сводкам, так что было нетрудно догадаться, что именно произошло, и восполнить недостающие детали, если знать, где и что смотреть. — Похвально, — одобрительно кивнула Мэри. — Хочешь что-то сказать, прежде чем я буду разговаривать с Эммой и Кейтлин о тебе? — Нет, — уверенно ответил Жан. — Мне нечего скрывать, нечего стыдиться и не за что оправдываться, а Эмме и Кейтлин нет резона врать о моих действиях. Моя судьба в руках семьи Хэтфорд. Была, есть и будет. — Парень, откуда в тебе столько пафоса? — разрушил всю атмосферу вернувшийся с кофе и едой Базилио. Поставив чашку эспрессо перед французом, а тарелку нарезанных фруктов на середину низкого журнального столика, Руссо завалился во второе кресло, вытягивая свои длинные ноги. — Лучше мне вот что скажи. Эмма, судя по всему, скинула килограмм десять за полтора месяца. Ты там был год и, пусть и не тянешь на самого здорового из всех, но выглядишь лучше. Как? — Меня давно выдрессировали. В Гнезде есть много наказаний, в том числе и лишением еды. Эмма и Кейтлин питались одной овсянкой последние… где-то три недели. Думаю, так Тэцуи хотел посмеяться над их британским происхождением. — Просто уморительно, — плоский голос Базилио был пропитан желчью, а глаза остались холодными, с едва заметной каплей злости. — Виснински будут в ярости, когда узнают, — протянул мужчина, едва ли не мурлыча себе под нос, представляя эту картину, а потом закинул в рот спелую зелёную виноградину. — Ты учишься в школе? — не обращая внимания на слова Руссо, спросила Мэри, наливая себе чай. — Я, Кевин Дэй и Рико Морияма — на домашнем обучении, — начал свой доклад Жан, стараясь собрать все свои знания и изложить их максимально сдержанно, оставив лишь необходимое. — Изучаем всё по учебникам, выполняем упражнения и сдаём экзамены в конце года. Вороны все учатся на бизнесменов и на занятия ходят только парами, чтобы и дальше быть максимально отрезанными от общества. Насколько я знаю, тренер чуть ли не договорился, чтобы им ставили за все предметы оценки автоматом, прощая пропуски и несданные экзамены, потому что их жизни сосредоточены только на экси. Даже летом они не уезжают к своим семьям. В день — минимум девять часов тренировок; семь часов сна; по часу на приём пищи; оставшиеся пять часов — учёба и отдых. — Мэри отпила немного чая, внимательно слушая и думая над тем, стоит ли остановить юношу, но в результате решила дать ему говорить, пока тот это делает. — Врач команды поддерживает их в рабочем состоянии, но многие сидят на обезболивающих, потому что тренер не приемлет слабость. Мы должны играть, у нас не может быть оправданий. Его единственная цель — выигрывать. Всегда и во всём. Команда должна навсегда остаться лучшей, непобедимой, с неоспоримой репутацией и… — Жан шумно выдохнул, качая головой. — Это явно не то, что вы у меня спрашивали. — Если бы я не хотела слушать и слышать, остановила бы, — успокоила его Мэри, улыбнувшись уголками губ, и Моро не мог не заметить, как сильно Кейтлин походила на свою тётю. Нет, конечно, внешне Кейтлин больше походила на свою маму Арию Хэтфорд, однако если присмотреться, если наблюдать… Кейтлин была очень на неё похожа. — Ты говорил, что дети не возвращаются домой даже летом. У них нет такой возможности? — У них нет желания. Вороны — всё равно что секта, боготворящая Тэцуи и Рико, которые там буквально бог и его наследник. — Но потом они же возвращаются в реальный мир, — нахмурился Базилио. — Неужели никто не замечает, что они несколько… — мужчина замычал, пережёвывая очередную виноградину, стараясь подобрать верные слова, — не такие, как остальные. — Сэр, после выпуска все Вороны становятся профессионалами. Только единицы уходят из спорта. Знаете, сколько человек команда Юкио Мисима берёт в год? От пяти до семи. Становясь профессионалами, они попадают в команды, где также есть Вороны. И они продолжают жить парами, как делали это раньше. Что до рассказов… Им внушают, что только так можно добиться совершенства. Да, бывали лишения еды; да, иногда на них поднимали руку; да, их загоняли до полусмерти. Но они стали лучшими. Они боготворят Тэцуи и поют ему дифирамбы, потому что благодаря ему достигли Олимпа. А те, кто не делают этого и остаются в трезвом уме, попросту боятся, ведь знают о влиянии тренера Морияма. — Как и положено относиться к главе секты, — недовольно скривившись в отвращении, подвела итог его мыслям Мэри. — Он царь и бог, создатель экси, лучший тренер… Хах. Подбирает себе целеустремлённых талантливых детей, готовых на всё, чтобы добиться цели, промывает им мозги, а с кем не выходит, запугивает. Умно. — Но не целесообразно, — возразил Базилио. — Жан, ты сказал, что на травмы никто не обращает внимания, и игроки сидят на обезболивающих. Плюс выматывающие тренировки, нехватка сна… Разве всё это не приводит к тому, что организм быстро изнашивается? — Вороны и правда заканчивают свою карьеру в районе 28-30 лет, тогда как другие спортсмены — в 36 или 40, — кивнул Моро. — Но экси — новый вид спорта. Толком статистики нет. Да и, — он криво усмехнулся, посмотрев на свою уже пустую чашку из-под кофе, которую выпил чуть ли не за один глоток, — кто вообще обратит на такое внимание и сопоставит факты, особенно когда Вороны — бóльшая часть статистики? Выдающиеся спортсмены получают травмы и уходят на покой. Они становятся тренерами, менеджерами и тому подобное. Что в этом такого? Пенсия у спортсменов ранняя, экси — грубая и жестокая игра. Какие могут быть вопросы? — А как же проверки на допинг? — нахмурилась Мэри. — Разве сильные обезболивающие не против правил? — Конечно, — против собственной воли Жан широко и искренне улыбнулся. — Но и выводить вещества из тела можно достаточно быстро. А благодаря авторитету тренера Морияма, Воронов никогда не проверяют без предупреждения. После университета все проходят два месяца реабилитации во время межсезонья в частной клинике и дальше играют чистыми. Они не срываются, вероятно, боясь бросить тень на репутацию Воронов и тренера Морияма. — Какая прелесть, — протянула Хэтфорд, задумчиво глядя куда-то в сторону. — Всё так гладко, и никто ни о чём не спрашивает… Прямо мечта социопата. Пора внести свои коррективы, — решительно сказала она, а потом направилась к своему рабочему столу, чтобы взять в руки телефон и начать набирать сообщения с лёгкой, почти мечтательной улыбкой на губах. — Неделя перестаёт быть томной? — уточнил Базилио, откусывая от ломтика яблока кусочек, словно они говорили о погоде, а Жан Моро не был изморенным и побитым ребёнком, которого они буквально выкрали и похитили у законного опекуна. — Скорее месяц. В конце концов, я предупреждала, что будет, если тронут моих племянниц. **** — Что скажете, доктор Акияма — сухо спросила Мэри у закончившей с работой Саюри когда та пришла в ее кабинет. — У ваших племянниц и мисс Лейн сильное физическое истощение. Эмма потеряла около восьми с половиной, килограм а Кейтлин семь килограммов. Это не критически низкий вес, но на грани. Они оба и раньше были спортивного телосложения, но сейчас… Им нужно набрать массу, употребляя множество питательных веществ, отдыхать и постепенно, прошу, обратите внимание и донесите до них, что именно постепенно можно добавлять легкие физические нагрузки. Пока что я поставила им капельницы с витаминами, которые и здоровым не повредят. Точнее смогу сказать после получения результатов анализов крови через пару часов. И, прошу, напоминайте Эмме не беспокоить швы. — Швы? — Рана на голове. Ей несколько дней. Пришлось зашивать. — Жан Моро? — С ним было меньше сложностей в связи с более спокойным характером и внешне лучшим состоянием, но, думаю, анализ крови будет не самым удовлетворительным. Его кожа слишком бледная и тонкая, синяки сходят дольше, чем должны, ногти слоятся, продолжительный недостаток сна, к которому организм уже привык… — она неодобрительно покачала головой. — Плюс, шрамы на его теле нужно начать обрабатывать, чтобы в дальнейшем они не причиняли дискомфорт. А также я бы посоветовала ему сходить на рентген и проверить, нет ли трещин и иных повреждений, которые неверно срослись и зажили, — доктор Акияма положила на край стола свои записи с рекомендациями и назначениями. — Я вернусь через несколько часов с результатами анализов и более точечными рецептами и рекомендациями. — Хорошо, — кивнула Мэри, глядя на собранный анамнез. — И, Корнелия, я буду благодарна вам, если вы найдете еще пять или восемь своих коллег, не обделенных умом, тактом и готовых молчать обо всем увиденном до конца своих дней за достойную плату. — Это много специалистов, мисс Хэтфорд. Мало какой врач, как я, скажет, что это не пулевое ранение, а просто неудачно попавший в живот человека дротик от дартса. — Ваше чувство юмора умопомрачительно, — усмехнулась Мэри, — но нам нужны не настолько творческие личности. Просто молчание о чужих травмах, синяках, шрамах и, возможно, зависимостях, которые будут вылечены в наполовину официальном порядке. — Это куда проще, — облегченно вздохнула Саюри . — Я подготовлю список честных врачей, которые никогда не предадут данную клятву, за пару дней. Вас устроит такой срок? — Более чем. На данный момент этого и правда было более чем достаточно. В ближайшие часы должны были прилететь Стюарт и Натан которые, несомненно, будут рвать и метать; Ичиро, приехавший к их дверям, был послан так далеко и надолго, что вряд ли вернется до конца суток, чему был неимоверно рад Басилио который смог хоть на кого-то слить свою агрессию и злость за то, в каком состоянии пребывали сейчас Эмма и Кейтлин о которых он, пусть никогда и не признается, беспокоился; сообщения Вану Киму Волкову и младшим Руссо уже были доставлены, и совместный звонок по видеосвязи должен был пройти уже через полчаса; приказ, который заранее был обговорен со Стюартом и Натанам уже получили все их люди анонимные запросы о совместной работе были отправлены на крупные телеканалы, а предложения о сотрудничестве заранее подобранным с помощью Эммы и Кейтлин которые сосредоточили свою деятельность вокруг спорта. Все должно было пройти идеально по плану даже несмотря на то, что сын и племянница ослушались ее и пострадали. Безусловно, это сыграет на руку и усилит эффект ее слов, но Мэри все равно была безгранично недовольна и обеспокоена. Она была не сильно удивлена, когда в мешках обнаружила жесткие диски, на которых были видео, снятые на мини-камеры, спрятанные на столе среди бумаг или прикрепленые к одежде. Там были часы материала, которые, несомненно, еще нужно будет обработать, однако, посмотрев одну запись, на которой было видно, как Эмму швыряют в стену и пинают, Мэри закрыла ноутбук и изъяла блок. Она не была готова на это смотреть и понимать, что это далеко не самое худшее. А вот документы… Не могли не удивить. Возможно, именно ради них дети и задержались. Потому что каждое было интереснее предыдущего. Если бы они не забрали их сейчас, следуй они изначально оговоренному плану, бумаги могли бы быть уничтожены или подделаны. Как они их достали и какой ценой — большой вопрос, но результат был неизменен. Оригинал письма Кейли Дэй своему сыну с именем биологического отца мальчика. Отсканированное свидетельство о рождении Кевина Дэя. Отсканированное завещание Кейли Дэй, в котором говорилось о том, что ее доля в бизнесе переходит именно ее сыну, и опека передается далеко не Тетсуи, а именно биологическому отцу — Дэвиду Ваймаку, кем бы он ни был. Несколько копий медицинских карт Воронов с настоящими анализами и записями о всех травмах. Договор с одним из игроков университета Юкио Мисима который был больше похож на продажу души и тела. Это было настоящее золото из бумаги. Эмма и Кейтлин и правда могли задержаться ради этого и терпеть многое, чтобы добиться своих целей. Оставался лишь вопрос — как они это получили. Вряд ли подобные документы валялись где-то в кладовке и пылились. Но об этом Мэри планировала спросить своих детей позже. Может быть, что-то мог подсказать и Жан. Однако сейчас все трое были в своих комнатах с капельницами в руках под наблюдением братьев О’Мелли и крепко спали. Те, кто осмелится их потревожить, безусловно, столкнется с гневом братьев шотландцев, которые, кажется, винили себя в состоянии молодых девушек . — Оно стоило того? — Басилио поставил по правую руку от нее большую кружку с кофе. Мэри скосила глаза на предмет и не смогла сдержать маленькой улыбки. Это кружка совсем не походила на те изящные фарфоровые чашки для чая, или что-то иное на их кухнях. Этот монстр в форме мультяшной розовой кошачьей головы подарила ей Кейтлин ещё много лет назад когда ей было только пять после их развода с Натанам чтобы подержать тётю сказав, что, раз отец и дядя Натан носят безумные и глупые домашние тапочки, то и у тети и мамы должно быть что-то подобное. И пусть кружка и выглядела совершенно несуразно, Мэри любила ее больше прочих, о чем Басилио прекрасно знал. — Они достали то, на что я не могла и надеяться, — призналась Хэтфорд, беря кошачью голову и делая обжигающий глоток. — Но я все равно страшно зла. — Ичиро все еще в городе и жаждет встречи, чтобы понять, что происходит, — хмыкнул Руссо обняв ее со спины и поцеловав в висок, массирующими движениями разминая затекшие плечи. — Достал меня звонками, так что пришлось взять. Сказал, что был в Гнезде, но там не получил толковых ответов. — И что ты ему посоветовал? — со злорадной ухмылкой на губах, Мэри запрокинула голову, чтобы посмотреть Басилио в лицо. — Подождать еще, раз у него так много времени на полеты из Токио до Фукуока и поездку до Тибы — Еще странно, что мы не пересеклись в Гнезде, — хмыкнула Мэри, в успокоении прикрыв глаза. — Будешь участвовать во встрече? — Нет, хочу посидеть в стороне и посмотреть, как отреагируют и что решат Алессандро и Алесио без моей указки. Им уже за двадцать. Пусть подумают своими головами. Когда часы показывали одиннадцать утра, день, начавшийся в половине третьего, казался слишком долгим и затянувшимся. Басило сел сбоку от ее рабочего стола, чтобы слышать весь разговор, но не попадать в поле зрения камеры и не отражаться в окне, что непременно произошло бы, расположись он напротив. Начав звонок, Мэри чинно сложила руки на груди и принялась ждать. Алессандро и Алесио подключились в считанные секунды, тепло приветствуя ее и первым делом спрашивая, все ли в порядке. Ответить честно, увы, не вышло, ведь для верного эффекта необходимо было дождаться остальных. Следующими присоединились Волковы — Алексей и его трое сыновей Мэри была уверена его дочь тоже была там но сидела за кадром что не могло не сыграть на руку в предстоящем разговоре. Следом за ними присоединились Кимы и Виснински с обоих сторон представителями выступали наследники Абрам официально поприветствовал всех прискдствуших Натан тоже был рядом но было понятно что он хочет понаблюдать как себя проявит Абрам че лицо как и всегда было холодным и без различным и не выдавала его переживаний за Эмму или Кейтлин Юна наследница Кимов тоже поприветствовала Её лицо оставалось абсолютно бесстрастным, словно вырезанным из мрамора, но голос — мягкий и певучий — будто согревал Всех через экран .Ваны разумеется, были последними. Только вот предстал не сам глава семьи, а его дочь Минчжу в гордом одиночестве. Она же и заговорила первой: — Мисс Хэтфорд, простите мне мою бестактность, однако я хотела бы пропустить приветствия и узнать причины, по которым вы собрали всех нас с такой срочностью. — Разумеется, — кивнула Мэри. — У меня, признаюсь честно, тоже нет времени на вежливость. Я попросила всех вас созвониться, чтобы попросить об одолжении. Заранее скажу, что делаю это не как сестра Стюарта Хэтфорда и представитель семьи Англии. Я делаю это как тетя чьи любимые племянницы пострадали. — Пострадали? — Алессандро встревоженно нахмурился. — О чем речь? Что произошло? — судя по проскользнувшему удивлению на лицах других, для них стало неожиданностью, что Руссо не знали чего-то. Это было хорошо. Только лица Юны и Абрама остались без эмоциональными —- Эмма и Кейтлин в начале августа присоединились к команде университета Юкио Мисима Там они должны были быть на домашнем обучении и практиковать экси, который так любят, под опекой и защитой члена побочной ветви семьи Морияма — Тетсуи Морияма. Однако этой ночью, когда в Нью Йорке было раннее утро, Эмма позвонила Абраму и попросила него помощи. Вероятно, она вероятно позвонила брату они мне которая находится ближе к ним потому что номер Абрама первый в списке контактов. Сын связался со мной, и я тут же поехала в Гнездо. Мои люди нашли Эмму и Кейтлин не в кроватях, где им положено было быть, а без сознания в кладовке. Оба были истощены, сильно потеряли в весе, тела в синяках и ранах от побоев. Пришлось даже наложить швы. — Где они сейчас? — холодно спросила Минчжу, несколько удивив всех собравшихся столь ярым интересом. — В кровати. Они отказались разлучаться, как я поняла, из-за какого-то инцидента, после которого Эмма посчитала что им небезопасно спать раздельно. Их уже осмотрел врач, собрал анализы и поставил капельницы. Полное восстановление займет месяцы. — Кто посмел поднять на них руку?! — взвился Максим Волков — второй сын Алексея — Это возмутительно! — Не могу не согласиться, — проговорила Юна чей голос потерял нежность и стал стальным но по прежнему был приятным — Не могу не согласиться, — проговорила Ван поджав губы, лишь так позволяя себе проявить хоть каплю эмоций. Что не укрылось от внимания Мэри, как глаза женщины ненадолго скользнули вверх и посмотрели на что-то вне поля зрения камеры. Несомненно, Вэмин был там, в стороне, как и Натан и Басилио рядом с ней Эмма пусть и приемная дочь главы Виснински всем давно известно что он души в ней не чает а ещё как мне известно она любимая сестра Абрама девушка кивнула Раму на что он ответил ей тем же а он в свою очередь не только наследник Львов но и любимый ученик нашего главы и то что важно ему важно и нам и то что беспокоит его беспокоит и нас — Виновные должны понести самое строгое наказание. Наша семья будет требовать этого. Благодарю кивнул Абрам на чем лице все ещё не дрогнул ни один мускул — Эмма и Кейтлин Натаниэль не только наши друзья и почти члены семьи, но и дети Хэтфордов и Виснински — согласился Алессандро — Как Руссо мы не имеем права игнорировать произошедшее. Уверен, отец поддержит мое решение, когда узнает о случившемся. Мэри, чем мы можем помочь? Алексей — обратилась к Волкову Хэтфорд, прежде чем продолжить. — Я понимаю твой гнев, Мэри, но… — он качнул головой. — Пусть мы и соседи, поддерживающие добрые отношения… — Мы должны помочь, — перебил отца Максим — Эмма и Кейтлин наши друзья они столько раз оставалась в нашем доме! Неужели после этого мы отвернемся от них А если бы мы с Камилой были на их месте? Ты ведь ожидал бы, что Хэтфорды поддержат тебя. — Даже если не опираться на эмоции, нам стоит помочь, — вступил в разговор Дмитрий наследник Алексея — Это скандал, о котором в скором времени узнают все от мала до велика. У Эммы много друзей на наших территориях во многих странах и не только. Если мы проигнорируем произошедшее и будем стоять в стороне, отмалчиваясь, это может вызвать недовольство. Юна проголосовала Мэри посмотрев на девушку Мисс Хэтфорд, — вступила в разговор молодая наследница Кимов я пусть и не так хорошо знаю Кейтлин и Эмму но вы можете расчитывать на поддержку нашей семьи Мэри кивнула Мисс Хэтфорд, — снова взял слова Дмитрий посмотрел на Мэри сквозь экран, — вы ведь собрали не просто дружественные семьи, а тех, на ком могло бы негативно отразиться отсутствие реакции на случившееся, я прав? — И по этой причине тоже. Сейчас не то время, когда кому-то из нас нужны бы были волнения на наших территориях, не созданные нами самими, — кивнула Мэри, хоть это и было чистой ложью. Ей было плевать, как обстоят их дела, пока они не сильно отражались на Хэтфордах и Виснински . — Я не собираюсь начинать войну, однако хочу потребовать возмездия, а для этого мне нужен рычаг давления на Ичиро, который умоет руки, свалив всю вину на своего дядю. — Виноват он, раз не проследил за безопасностью Эммы и Кейтлин и не донес до своего дяди простую информацию, — презрительно фыркнул Алесио — Эмма и Кейт дочери глав верховных семей — Зная Ичиро? — Алессандро посмотрел на младшего брата и фыркнул. — У него силы не хватит признать свою вину. Он трус. Поэтому Мэри права. Нужен рычаг давления, с помощью которого она, являющаяся лишь главой пары стран в Японии сможет призвать главу территории к ответственности. — Мисс Хэтфорд, а по какой причине на этой встрече не присутствует ваш брат или племянник? — поинтересовалась Минчжу, вопросительно выгнув свою тонкую изящную бровь. — Стюарт и Александр в небе и в ближайшие несколько часов будут здесь. Вы сомневаетесь в том, что мой брат сделает все возможное, чтобы помочь мне и восстановить справедливость после того, как пострадала его старшая дочь и любимая племянница — Я считаю, что данный вопрос нельзя решать без представителя семьи Хэтфорд, раз вы сейчас говорите, как тетя не сестра Стюарта, — позволила себе короткую острую улыбку дочь Вана вашей стороны было бы разумнее дождаться прилета брата и не спешить.и тем более как я поняла семя Виснински тоже находится в небе но при этом как то присутствует на встрече — Мне искренне жаль, что в вашей семье братья и сестры готовы перегрызть друг другу глотки за власть и палец о палец не ударят, чтобы помочь, — процедила Мэри, осознавая свою оплошность и стараясь спасти ситуацию, — однако в моей семье подобное не практикуют. Одна из пострадавших так же является дочерью главы Виснински и он присутствует здесь — Просто мне кажется, что все происходящее — один большой постановочный спектакль, и силы моей семьи и других пытаются использовать. Не поймите меня превратно, все мы тут грешники, каких поискать, но вы, мисс Хэтфорд, известны своим мастерством плести сети и вести манипулятивные переговоры. Я не могу позволить превратить мою семью в марионетку. — Вы правда считаете, что Мэри опустилась бы до подобного? — взвился Алесио Подвергнуть своих детей избиению и голоду ради каких-то махинаций?! — Хочу напомнить, что в свое время, как наказание для Кенго Мориямы, семья Хэтфорд избрала поездки наследника в их дом на месяц раз в год, — в глазах дочери Вана читалась насмешка и пренебрежение к эмоциональности и импульсивности сына Руссо Неужели вы, юноша, думаете, что это была попытка сотворить мир? Или что дети Хэтфордов спокойно отнеслись к появлению в их доме такого человека, как сын Кенго Морияма? — двойняшки переглянулись, вспоминая инцидент с лошадьми, случившийся годы назад. О, они прекрасно знали, как сильно Алекс и Кейт ненавидели Ичиро. — Простите, если раскрыла миру ваш маленький секрет, мисс Хэтфорд. Моя семья известна миролюбивой политикой и нежеланием участвовать в чужих конфликтах. Лишь поэтому я говорю… — Весьма разумная политика, — перебила Минчжу Мэри, про себя отмечая, что наследница у Вэмина была выдающейся женщиной. Не будь они соперниками на политической арене, несомненно, могли бы стать подругами и интересными собеседниками друг для друга. — Однако вы явно плохо меня слушали. Я не прошу вмешиваться в конфликт напрямую. Не прошу применять силу. Мне нужен рычаг давления, не более того. И тем более вмешался до этого молчавший Абрам мисс Минджу пострадала не только Кейтлин но и Эмма вы правда думаете что мой отец я или мои братья позволили бы случиться подобному с нашей принцессой и уж тем более стали бы подобной планировать его тон был стальным и заставил мурашки побежать даже у Мэри а он был её сыном вы знаете меня с десяти лет и думаю сами ответите на этот вопрос тем более вы знаете что нам не нужно подобной чтобы укреплять свою власть над своими. Территориями не одни территории других семей по обширности не сравнится с нашими львы управляют северной и Южной Америкой а так же половиной Европы так что думаю вы понимаете что это невозможно Мэри с трудом сдержала улыбку и кивнув сыну продолжила О чем я хотела попросить — перекрыть для Морияма возможность циркулировать по мировому океану и небу. Ограничение не продлится долго, на переговоры с Ичиро у нас не уйдет больше пары дней. — И потери в финансовом плане все равно будут колоссальны, — возразила Ван — Едва ли кто-то из нас их заметит в бухгалтерских отчетах в конце квартала, — скептически выгнув бровь, заметил Алессандро — Это лишь задержка на пару дней. И не вы ли, госпожа Ван в начале встречи говорили, что вы всегда будете поддерживать и помогать Абраму так как он не только наследник Виснински племянник Стюарта но и ученик вашего главы а в этой ситуации пострадала Эмма его сестра Что виновные должны понести наказание, и ваша семья будет требовать этого? — Басилио невидимый для остальных, расплылся в широкой гордой улыбке, глядя на изображение своего сына на экране. — Теперь же вы словно говорите об обратном. — Я лишь не хочу быть обманутой. У меня нет того доверия, что есть у вас к вашей приемной матери. Подстегнув явно Абраму сказала женщина — Мэри не наша приемная мать, — возразил Алесио скрестив руки на груди и явно начиная раздражаться. — Не мешайте ее отношения с нашим отцом, что проходили параллельно нашей жизни, слава богу, с нашей семьей конкретно. — Мы могли бы решать насущный вопрос? — вмешалась Юна — Мне, конечно, очень интересно наблюдать ваше противостояние, но, думаю, мисс Хэтфорд позвонила всем нам не для того, чтобы посмотреть, кто ее больше любит, уважает, подозревает и далее по списку. Губы Абрама буквально на мгновение пополнялись в улыбке но она быстро исчезала и он спросил — Госпожа Ван вы окажете содействие? — Да, окажу, — спустя несколько секунд молчания, кивнула она. — Однако, я бы хотела поговорить с вами господин Виснински лично после окончания этой встречи. Конечно как только приземлюсь то обязательно свежусь с вами мисс Ван но я в блежаей время буду занят так что не уверен когда именно смогу с вами связаться — И все же я настаиваю, — вкрадчиво сказала Минчжу, положив подбородок на свои сцепленные в замок руки. — Если хотите нашей поддержки, проявите понимание в ответ. Конечно как я уже сказал я обязательно свяжусь с вами при приезде Мэри усмехнулась мысленно признавая, что будь ситуация иной, именно дочь Вана или наследница Кимов одержали бы победу и является очень сильными соперникоми Вероятно, только благодаря Вэмину за экраном, который и хотел поговорить с Абрамам и спросить как он себя чувствует после произошедшего с кузинами и только благодаря тому что во время званка прискдствавал Абрам его любимый ученик Хэтфорд получила согласие, иначе Минчжу не просто отказала бы, но и положила бы ее на лопатки в этом словесном бою. У ее сына были восхитительные учителя, а в будущем противники. Он вероятно станет лучшим главой своего поколения — Мы также согласны, — кивнул Дмитрий говоря вместо отца. — мисс Ким ? как я уже сказала наша семья готова содействовать ваш дед он не начал было Дмитрий но девушка его перебила я уверена дедушка подержит моё решение без капли сомнений сказала Ким при это не раз не оборачиваясь и не отвлекаясь что могло бы выдать присутствия Джувона в отличии от Ван что постоянно бросала взгляды на отца за кадром девушка говорила уверена и её выражения лица за все время разговора не разу не изменилась — Руссо ? — У кого-то были хоть какие-то сомнения? — Вам разве не нужно обговорить это с отцом? — поинтересовался старший Волков — Насколько я понимаю, он не присутствует на встрече. Как и мистер Ким — Не присутствует, — подтвердил Алессандро как и — Как и господин Ван Но вопросов госпоже Ван вы, почему-то, не задаете. Мы с братом представляем семью и исполняем обязанности главы. Вам, мистер Волков лучше следить за собой, учитывая то, с какой частотой на вашей территории возникают беспорядки, — Басилио рядом едва успел проглотить смех, зажав себе рот ладонью, однако его глаза искрились весельем, восторгом и гордостью за своего мальчика. — Тогда я прошу вас приступить к исполнению полной остановки связи к двенадцати часам по Токио провозгласила Мэри, глядя на каждого их представителей семей по очереди. — Наша семья отправит к вам своего человека, чтобы проконтролировать ситуацию, — пообещала Минчжу, прежде чем ее окно закрылось. Свяжитесь со мной как только поставки нужно будет разблокировать и передайте Эмме и Кейтлин от меня привет конечно кивнула Мэри и девушка отключилась — Скажите, как добьетесь желаемого, — кивнул ей Алексей после чего отключился. — Как они? — выпалил Алесио когда посторонних не осталось. — Они будут в порядке? — Спят. И да, они будут в порядке, — заверила их Мэри. — Проконтролируете ситуацию? У вас много портов и аэропортов. — Мы закроем их секунда в секунду, — пообещал Алессандро после чего завершил разговор. Мы скоро будем сказал Абрам наши люди уже получили распоряжения Рен и Райн тоже уже летят хорошо будем ждать улыбнулась сыну Мэри и тот отключился — Доволен? — устало откинувшись в кресле, спросила Мэри, закрыв ноутбук. — Более чем. Это было восхитительно, — промурлыкал Басилио и уже через секунду Хэтфорд была в нежном кольце его рук. — Вы с Минчжу что-то не поделили? — Без понятия. Я чертовски устала от всего этого. **** Едва самолет семейств Виснински коснулся посадочной полосы в Тибе и Абрам оказался в машине, звонок прервал поток его мыслей. На экране загорелось имя «Мастер». Абрам закатил глаза и, сделав глубокий вдох, принял вызов. — Да, Мастер, — устало выдохнул он, откидываясь на спинку кресла. — Абрам, дорогой мой, — в голосе Вэмина слышалась улыбка. — Как дела? Как себя чувствуешь? — Неплохо, — вздохнул парень. — Хочу спать и… перебить всю семейку Морияма. Но, в целом, нормально. Старик громко рассмеялся. — Понимаю. Я знаю, как ты близок со своими сёстрами. Поэтому, в принципе, я и согласился прекратить поставки в Японии. Ван даже не пытался скрывать тот факт, что, хотя переговоры вела его наследница, окончательное решение принимал именно он. — И я вам за это искренне благодарен, — сказал Абрам. — Ну что ты, ты мой любимый ученик. Но я всё равно на втором месте, — усмехнулся Виснински. — Конечно. Я люблю тебя, но с моей Юной тебе не сравниться, — ответил Вэмин . — Я и не пытаюсь, — с усмешкой сказал Абрам , глядя на проносящийся мимо город. — Кстати, могу я узнать, почему ты заваливаешь Юну цветами? — с любопытством поинтересовался Ван. Абрам нахмурился, не понимая, откуда тот узнал об этом. Юна вряд ли сказала бы ему… Но потом парень вспомнил Джувона, который, как и Стюарт, Натан и Базилио, любил обсуждать последние новости с Вэмином. — Просто мне нравится, как она реагирует, — честно признался Абрам, и на его губах против воли появилась улыбка. — Не знай я вас двоих так хорошо — подумал бы, что вы влюбились, — усмехнулся Ван. Абрам не смог сдержать смех. Хриплый, искренний звук вырвался из его груди, смывая часть напряжения последних часов. — Ох, Мастер, — отдышавшись, проговорил он, всё ещё чувствуя дрожь смеха на губах. — Умеете вы поднимать мне настроение. Порой кажется, что вы лучше меня самого знаете, когда нужна именно такая... лёгкость. В его голосе прозвучала неприкрытая благодарность. В этом и заключалось мастерство Вана — несколькими словами перевести стрелки с тлеющей ярости на что-то более человечное, дать глоток воздуха перед неминуемой бурей. — Рад, что смог поднять тебе настроение, — в голосе старика явственно слышалась тёплая, почти отеческая улыбка. Это был тот редкий тон, который он берег для самых близких. — Тяжелое время сейчас у тебя, Абрам. Не забывай, что даже львам нужна передышка. — Я помню это, Мастер. Но спасибо за напоминание, — ответил Абрам, и в его голосе, сквозь усталость, прозвучала искренняя теплота. — Порой, когда весь мир требует быть сталью, даже простое слово может вернуть тебя к человечности. В трубке повисла тишина, густая и насыщенная. Не торопясь, Ван обдумывал его слова на другом конце света, а Абрам терпеливо ждал, не нарушая молчания ни единым звуком. — Ох... — наконец, спустя добрых шесть минут, выдохнул Ван, и в этом выдохе застыло неподдельное изумление. Абрам не сдержал широкой, самодовольной ухмылки. Ему безумно хотелось оказаться сейчас в Пекине или хотя бы говорить по видеосвязи — чтобы увидеть выражение лица своего Мастера. Надо признать, удивлять людей такого уровня своими способностями было невероятно приятно — вне зависимости от того, как часто он это делал. — Когда до меня дошло... — Ван выдохнул, всё ещё до конца не веря. — Так это твоих рук дело? — Вы довольны своим подарком, Мастер? — уточнил Абрам, наслаждаясь моментом. — Он слишком щедрый по сравнению с той мелочью, что я сделал для тебя, дитя моё, — покачал головой Ван, оправившись от шока и взяв себя в руки. — Скажи, ты это специально? Поставил меня в позицию должника? — Нет, — признался Абрам, чувствуя сладкое удовлетворение от достигнутого. — Я не думал, что вы решите, будто должны мне после этого. — Краем глаза он увидел, как машина медленно подъезжает к дому, где его мать купила квартиру и обосновалась. — Я обещал, и я сделал. — Безусловно, достойный поступок, — задумчиво кивнул Вэмин. На пару секунд вновь воцарилась тишина, но теперь она была иной — уважительной, взвешивающей. — Ты смог не просто удивить меня, а по-настоящему поразить. Хоть и жаль, что при таких обстоятельствах. Я подумаю, как вновь уровнять чаши весов. — Да, Мастер, — юноша усмехнулся, но в его тоне уже вернулась привычная, бесстрастная ровность. Он был рад, что Вэмин не видит азартный огонёк, вспыхнувший в его глазах. Дождавшись, когда Ван сбросит звонок, Абрам выключил телефон. Улыбка всё ещё играла на его губах. Игра только начиналась. **** Эмма смотрела на сопящую рядом Кейтлин и понимала — сон больше не придёт. Пусть подруга отключилась, едва врач поставила капельницу и закрыл дверь, Эмма была обречена на бессонницу. Недели в «Гнезде» научили её довольствоваться крохами отдыха, но не этому. Её грызла тревога — та самая, что не отпускает, когда опасность миновала, но осознание собственной глупости только начинает добираться до тебя. Мэри явно была взволнована и зла, что они не связались раньше. Но ведь ничего критического не случилось? Они же всё контролировали? Ни черта они не контролировали. Ни себя, ни происходящее вокруг, ни других. В пылу погони за целью они забыли об осторожности, подвергая риску не только себя, но и друг друга. Неужели нельзя было найти эти документы позже? Да, это даст им преимущество, да, они заработали очки в глазах Воронов. Но стоило ли это потраченных нервов Мэри, этих синяков и этой леденящей усталости? Едва ли. Сейчас, конечно, тёте будет проще склонить остальных на свою сторону. Но что-то подсказывало Эмме — Мэри не сочтёт их состояние равноценной платой за лёгкую победу. Она столько раз повторяла: их безопасность — прежде всего. А они ослушались, буквально плюнув на её слова. Даже Базилио выглядел… не собой. Не в привычном понимании. Яркие эмоции и открытую привязанность он берег для сыновей, приёмной дочери и Мэри. Но то, как он держал её сегодня, как следил за каждым движением, оставаясь рядом, готовый в любой момент броситься вперёд — его действия кричали громче любых насмешек. Пусть Эмма навсегда записала главу Руссо в придурки, где-то в глубине души она готова была признать: благодаря Мэри и этим вынужденным встречам они всё-таки… сблизились. Прикипели. Главное, чтобы Абрам об этом не узнал. О господи. Абрам. Натан. Рен. Райн. Эта четвёрка наверняка уже сходит с ума. Эмма перевернулась на спину и поморщилась от непривычного ощущения — длинная игла втыкалась в тыльную сторону ладони. Хорошо, что не в вену на сгибе локтя — тогда бы она не могла пошевелиться совсем. Если бы она проспала и не съела то яблоко, что Кайл услужливо почистил и нарезал, было бы проще. Но желудок, получив фруктозу, теперь сводило и крутило, требуя нормальной еды. О’Мелли, конечно, пообещал сидеть под дверью, как сторожевой пёс, готовый выполнить любой каприз. Но позвать его сейчас — значит разбудить Кейтлин, которой отдых был нужен позарез. Девушка снова посмотрела на спящую подругу. Она всё ещё не могла перестать поражаться тому, как безоговорочно та ей доверяла, с лёгкостью засыпая даже в «Гнезде», если Эмма была рядом. Хотя, по правде говоря, этому не стоило удивляться — вся их сознательная жизнь прошла вместе. Даже живя в разных странах, они всегда держались друг за друга. Можно было встать и дойти до кухни самой. Но это снова риск разбудить Кейт, чего Эмма хотела избежать любой ценой. К тому же она была слишком уставшей, неповоротливой — почти размороженной этой мягкой кроватью, теплом и чувством безопасности. Да ещё и с иглой в руке. А их с Кейтлин вещи всё ещё не принесли. Эмма даже не могла написать Кайлу — её телефон лежал где-то в сумках, которые должны были привезти с опозданием. Она оказалась в ловушке собственного выздоровления. Молодая девушка уже добрых двадцать минут пыталась придумать, как выпутаться из этой ситуации, с горечью констатируя, что её мозг за время в «Гнезде» и вправду превратился в желе, раз ничего путного не приходит на ум. Дверь в комнату открылась, и на пороге появилась Мэри. Первым делом она осмотрела обеих девушек, и её плечи чуть расслабились. Затем её взгляд встретился с бодрствующими глазами Эммы. — Аврора звонила. Они уже приземлились и скоро будут здесь, — тихо сказала Хэтфорд. Эмма кивнула. Женщина закусила губу, изучая её. — Ты что-то хотела? — вскинула бровь девушка. — Что происходит с Абрамом? — ещё тише спросила Мэри. Эмма нахмурилась, не понимая. — А что с ним? Женщина вздохнула. — Он какой-то... странный в последнее время. Мне казалось, мы договорились быть честными друг с другом. Но каждый наш разговор — только про его оценки. И да, не пойми меня неправильно, мне важно знать, как он себя чувствует, как учится. Но ему в этом году только восемнадцать, а он уже на четвёртом курсе. Логично, что у него хорошие оценки. — Ты говоришь о том, что он не рассказывает о работе, о своих делах, новых достижениях, — уточнила Эмма. — Да. — Ну... он тебе, по крайней мере, не врёт, — хмыкнула девушка. — Но и не рассказывает. Как и тогда... — Мэри, кажется, хотела добавить что-то ещё, но сдержалась, лишь покачала головой. — Ладно, смысла тащить из тебя всё щипцами всё равно нет. Я просто надеюсь, что однажды он поймёт — рассказать мне он может всё что угодно. — Разве может? — с лёгкой, горьковатой усмешкой бросила Эмма. — Мэри, ты же... ты всегда будешь его мамой. Это окрашивает любое твоё решение, любое мнение, отношение к нему. И это нормально, это естественно. Но... ты предвзята. Всегда будешь. — Говоришь почти как Базилио, — беззвучно рассмеялась Мэри, ласково касаясь руки племянницы и большим пальцем гладя пластырь, скрывавший иглу в её коже. — Ауч, ты ранила меня в самое сердце, — драматично цокнула языком Эмма, скривившись от подобного сравнения. Уверена, Абрам воспринял бы твои слова как оскорбление. — Но это правда. Мэри, он действительно старается делать всё, чтобы ты не переживала и не грустила. Ты же знаешь Абрама. Он всегда был и будет... осторожным. Он нас любит. Поэтому и не «размазывает» всё. Он хочет нас защитить. — Я знаю, — голос Хэтфорд стал тихим, усталым. — Но спокойнее мне от этого не стало. Какое-то время они сидели в тишине. Мэри держала руку племянницы, чувствуя, как внутри неё разворачивается настоящая битва. Она всё ещё помнила те дни, когда хотела лишь одного — чтобы её маленький львёнок был счастлив. После Театра он страдал каждый день, и Мэри страдала вместе с ним, замирая от боли при каждом его всхлипе. Она мечтала, чтобы его большие светлые глаза сияли радостью, а улыбка не сходила с лица. Чтобы боль навсегда исчезла из его жизни. Она помнила его совсем маленьким, взахлёб рассказывавшем о каждом своём достижении — о тренировке по баскетболу, о каждом дне в школе, о приключениях со старшей сестрой и братьями. А теперь... она даже не знала, на скольких языках он говорит и какие планирует выучить. Она почти ничего не знала о нём. У него не было детских иллюзий о будущем, а его руки уже были испачканы кровью — и он не менял своего решения, уверенно идя к цели совсем не детскими методами. Это не было удивительно — он наследник одного из крупнейших кланов их мира. Его судьба была предопределена с самого рождения, а может, и раньше. Но Мэри всё равно не была к этому готова. Как, впрочем, и любая мать. Когда это случилось? В какой именно момент её мальчик так возмужал? Когда перестал взахлёб рассказывать о баскетболе и конном спорте? В ней боролись здравомыслие и материнский инстинкт, готовый защищать детёныша собственным телом от любой угрозы. Головой она прекрасно понимала — ни он, ни Александр не могли остаться невинными всю жизнь. Они убивали. Они должны были. Но она, как и Ария, всё равно не хотела этого принимать, что их мальчики стали жестокими. Из тяжёлых мыслей её вырвали голоса. Дверь распахнулась, и в комнату влетели Натан, Абрам, Аврора и Оливия. Абрам вошёл первым. Он тут же подбежал к кровати. — Принцесса, Кити, — сказал он и крепко обнял Эмму. Та освободила руку из ладоней Мэри и обняла его в ответ. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он, отстранившись и погладив её по растрёпанным волосам. Эмма кивнула и чмокнула его в щеку. Абрам отошёл, пропуская Натана, а затем его взгляд упал на Мэри. Брови парня слегка нахмурились. — Мама, — коротко бросил он, обнял её, а затем, обойдя кровать, присел рядом с проснувшейся Кейтлин. — Кити, Рам, — тихо сказала она, сжимая его с такой силой, словно он был её спасательным кругом. Мэри улыбнулась, наблюдая за ними, а затем её обняла Аврора, уже отстранившаяся от Эммы. — Мэри, — прошептала она, и женщина обняла её в ответ, поцеловав в обе щеки. — Как твои дела? — тихо спросила она. — Неплохо, если не считать, что я хочу убить всех Мориямов, — усмехнулась Мэри. — О, поверь мне, ты не единственная, кто этого хочет. Я тоже этого хочу, — усмехнулась Аврора. В дверях появился Базилио со своим привычным насмешливым взглядом, скрестив руки на груди. — Судя по всему, я опоздал на совет по планированию казни, — сухо заметил он. — Можно к вам присоединиться или нужна предварительная регистрация? Аврора усмехнулась, её взгляд скользнул от Мэри к Базилио: — Регистрация не нужна. Можешь присоединиться, если хочешь. Только у нас строгое правило: кто последний, тот составляет план отступления. — Или приносит кофе тем, кто этот план составит, — добавила Мэри, и в её голосе впервые за этот долгий день прозвучала лёгкая, почти беззаботная нотка. — Угрожающе, — фыркнул Базилио, но в его глазах промелькнуло одобрение. Он сделал пару шагов вперёд, его фигура заслонила собой дверной проём. — Тогда начнём с главного. Убивать будем всех сразу или по одному, чтобы растянуть удовольствие? — Ваш план, конечно, очень интересный, но я хочу есть, — хмыкнула Эмма, внезапно осознав, что уже как минимум час не может уснуть от одного только навязчивого чувства голода. Видимо, она зря переживала за подругу — Кейтлин снова погрузилась в сон и не шелохнулась, будто не слыша ничего вокруг. — Чего бы тебе хотелось, принцесса? — тихо спросил Натан, нежно улыбаясь и ласково проводя пальцем по её заострившейся скуле. — Кажется, я готова убить за вафли с яйцами и жареным сыром, — призналась она, чувствуя, как рот наполняется слюной при одной мысли о такой еде. Аппетит, подавленный адреналином и истощением, проснулся с чудовищной силой. Она была чёртовски голодна. Натан усмехнулся — тёплой, облегчённой усмешкой, в которой растворилась толика его собственного напряжения. — Приказ принят, — тихо сказал он, поднимаясь. — Я пойду прослежу, чтобы твоя кровавая жертва не понадобилась нашим поварам. С сыром поостроже, как ты любишь? Эмма кивнула, уже мысленно ощущая хруст вафель и тягучесть сыра. Голод был настолько сильным, что почти заглушал ноющую боль в теле. Почти.