Бейби

Холод окутал его. Бейби только скрестил руки на груди, пытаясь загнать обратно глупую дрожь, которая пробежала по спине. Теперь его очередь. Страшно. В тумане не видно ничего. Ни неба, в этом измерении такого же белого. Ни участка земли, где появлялись здесь демоны. Ни конца пропасти там, внизу. Лишь туман и светящаяся дорожка под ногами. Интересно, здесь можно упасть? Вообще, кто-то из демонов погибал здесь не потому, что сдался, а потому что оступился и просто упал? Да, позитивные мысли, нечего сказать. Тишина напрягала его. Он ждал теней, криков, видений из прошлого. Ну… хоть что-нибудь. Мост Отражений не был бы известен, как который почти невозможно пройти, не будь это действительно так. Он мог представить, что видел здесь Мистери. Что видел Джину. Что предстало перед Романсом и Эбби. Но он не знал, что покажут ему. Сделав ещё несколько шагов, до него доходит. Мост Отражений оказался умнее. И зная, что Бейби всегда защищается колючками и грубостью, начал с того, против чего защиты не было. С пустоты. С той самой скуки, от которой он бежал ещё до становления демоном. Ничто. Безвременье. Беззвучие. Серая, удушающая бессмысленность его человеческой жизни. Дни сливались в одно бесконечное «снова». Проснуться. Поесть. Послушать чужие проблемы, которые были ему до лампочки. Лечь спать. По кругу, раз за разом. Надоело. – Мир слишком тусклый и бессмысленный для тебя, верно? – шёпот Гви-Ма возник, как пятно краски, брошенное на абсолютно белый холст. – Тебе скучно здесь, в предсказуемом и обычном мире. Хочешь, я дам тебе силу? Дам тебе целые новые миры? О да, он помнил, в какой пришёл восторг, обнаружив, что после этого разговора умеет управлять снами. Он мог создавать всё, что пожелал, был буквально богом мира грёз. Сны, такие яркие, ослепительные, почти пьянящие. Любой каприз, любая безумная фантазия тут же воплощалась перед его глазами. Его мир, который был его собственной галерей картин, его собственной игровой площадкой. И резко, резанув по ушам – крик. Бейби даже инстинктивно дергается. Пронзительный, обрывающийся крик, хруст костей и глухой удар. При жизни он не видел этого – о происшествии он узнал только на утро, – но Гви-Ма сотни и тысячи раз показывал ему этот момент. Лужа крови. Неестественно выгнутое тело на земле. Переломанные конечности. Его друг. Он уже давно позабыл его имя, но этот человек был его единственным другом. Тихим, мягким, похожим на Мистери. Ему словно не надоедала скука и апатичность младшего, и каждый раз он упрямо тащил его за собой. Холодная, тошнотворная вина ударила в живот. Он не хотел этого. Получив дар, Бейби пользовался им не только для себя. Те, кто перешли ему дорогу, мучались кошмарами, пока не сходили с ума. С другом же он просто хотел поделиться кусочком волшебства. И выбрал самый подходящий, как ему казалось, вариант – полёт. Разве это не мечта – пролететь над красивым ночным городом? Кто же, сука, знал, что его друг лунатик? Тогда впервые в жизни он почувствовал вину. Нелепая, чудовищная случайность, из-за которой он потерял единственного человека, с которым мир становился чуть-чуть ярче. Бейби сглатывает ком, стоявший в горле. Ладно, пережить тот самый поступок действительно страшно… Туман наконец начал принимать форму. Зеркальный Лабиринт снов. Его личное наказание от Гви-Ма. Все эти бесконечные коридоры, насылаемые кошмары, которые он не мог изменить. Не здесь. Ты лишь эгоист, которому скучна жизнь. Рэпер зажмуривается, хотя чувствует недоумение. Больно, да. Но разве это всё? Гви-Ма уже заставлял его переживать это и не раз. – Хочешь забыть? – а вот и подвох. Забыть. Забыть друга, забыть момент его смерти, забыть горький вкус вины на языке. Закрыть эту дверь навсегда и уйти, больше никогда не оглядываясь. Он хочет кивнуть. Согласиться. Так ведь будет легче. Намного. Почему тогда он колеблется? Потому что чувствует, что если согласится – он проиграет? Или по другой причине? Бейби садится прямо на эту дорожку и закрывает уши, чтобы подумать. На всякий случай ещё и зажмуривает глаза. Отголоски криков, доносящиеся до него, подсказывают, что он поступил верно. Он старается перебить их воспоминаниями.

***

– Ты опять тащишь сюда всякую дрянь? – это он сам. Точно, это было, когда Мистери опять притащил кота в общежитие. – Сам с ним на улице ночуй. Но потом он кидает ему пачку кошачьего корма и миску. И видит едва уловимую улыбку Мистери. Не то чтобы благодарную… Нет, как признание. «Ты не такой, каким хочешь казаться, я знаю.» Романс. Слишком ранимый и мягкий для демона, даже абсурдно мягкий. Но это он порой помогает Бейби уснуть, когда его снова мучают кошмары. И это он, уходя, всегда оставляет гореть ночник около его кровати – зная, что макнэ боится темноты. Джину. Вполне себе нормальный лидер, возможно, даже чуть перегибающий с заботой. Никогда не лезущий в душу – ха-ха – но всегда прикрывающий спину и следящий, чтобы все участники группы были сыты, в тепле и в безопасности. Эбби. Придурок, красующийся своими кубиками по поводу и без, но на деле вполне эмпатичный парень, который постоянно смягчает острые углы. И чаще всего именно его просят рассудить спор. Они не пытались залечить его вину и не искали утешения от своей. Но были рядом. Со всеми его шипами и отвратительным характером. «Спасибо» Бейби говорить не умел, но в благодарность гнал от них кошмары и создавал красивые сны. Чтобы Мистери перестал метаться по кровати, а остальные перестали шептать имена своих близких со слезами на глазах.

***

– Ну же, забудь, – искушающий шёпот Гви-Ма слышится даже сквозь ладони, закрывающие уши. Но сейчас Бейби поднимается, и в его глазах железная решимость. – Пошёл ты. Он пошёл дальше по светящейся дорожке, сквозь тени и туман, не обращая внимания на крики. – Я не забуду. Моя вина? Мой грех? Значит, оставлю. И буду дальше ворчать и делать вид, что мне наплевать. Потому что там, – он махнул рукой в сторону, где, как предполагал, конец пути и где его должны были ждать друзья. – Есть идиоты, которые привыкли к моему ворчанию. И которым, похоже, будет плохо без него. Он уже не боялся пустоты. Скука перестала быть его страхом. Потому что он уже её заполнил. Не иллюзиями и снами, а тем, что происходило в реальности. Раздражающим, но уже родным присутствием тех, кого он мог назвать друзьями. Помолчав, он всё же остановился и бросил в пустоту: – Я понял. Я не стану говорить, что жалею о своём решении… Но если бы вернулся во времени, я бы нашёл лучший способ, чем продать душу. Некоторое время ничего не происходило. Внутри уже шевельнулось нехорошее чувство, что он всё равно облажался, но туман рассеялся перед ним, открыв вид на другой конец Моста. Его сердце пропускает удар. Они все здесь. Мистери улыбается как-то особенно понимающе. В глазах Джину горит радость. Сзади ликуют Романс и Эбби. Он подходит к ним, нарочито спокойно. – Чё уставились? – бурчит он, отводя взгляд куда-то вниз. – Все прошли, а я хуже, что ли? Все вышли целыми и невредимыми, ура. – Типичный Бейби, – Эбби закатил глаза, но улыбался. – Так что, как выбираемся? Кто-нибудь в курсе? Ответ пришёл неожиданно. Само пространство вокруг задрожало, как поверхность воды от брошенного камня. Светящаяся дорожка Моста погасла. Тёмные, ядовито-розовые узоры на их телах вспыхнули, а затем поблекли, становясь такими же светлыми, как у Руми тогда, на поле боя. Внутри ощущается что-то новое. Больше не вечный голод и пустота, а что-то… живое. Мягкое. Теплое. Словно после долгой, холодной ночи снова взошло солнце. Душа. Они вернули себе душу. Занятые этими чувствами, Саджа Бойс сами не заметили, как оказались на той самой сцене. Месте, где и прошла финальная битва. Где они предали Гви-Ма, перейдя на сторону охотниц. Здесь уже никого не было. Люди разошлись, наверное, думая, что всё произошедшее было просто крутыми и излишне реалистичными спецэффектами. Впрочем, это в их стиле. Но всё же они были здесь не одни. Первой с места сорвалась Руми. Её лицо было искажено смесью ярости и облегчения, что граничит с болью. Она врезалась в Джину, обхватив его с такой силой, что воздух вырвался из его легких. Она не говорила ничего, просто молча прижималась к нему, сжимая его так, словно он исчезнет, если она отпустит. Лидер замер, после чего поднял руку и опустил ладонь на её макушку. Пальцы прошлись по длинным фиолетовым волосам, заплетенным в тугую косу. Зои почти так же налетела на Мистери, едва не сбив его с ног. В отличие от подруги, она не молчала. – Придурок! Я думала… Я думала, ты... – слова тонули в рыданиях. Она дрожала от смеси страха, злости и безумного облегчения. Мистери только несмело обнял её, принимая этот шквал чувств. Его собственные глаза наполнились влагой. Отмерев, Мира подошла к Романсу быстрыми, четкими шагами. Схватив за плечи железной хваткой, окинула быстрым взглядом, оценивая его состояние. – Ты… – её обычно твёрдый голос срывался. Она ударила его, чуть не отшвырнув совсем. – Не смей больше так исчезать, ясно тебе?! – рявкнула она, резко притянув его к себе и пряча лицо в его шее. Её плечи невольно вздрагивали. Тихо вскрикнув от неожиданности, Романс обнял её, не сдерживая улыбки, и поцеловал в висок, шепча что-то нежное и успокаивающее. Остальные двое остались чуть в стороне, наблюдая. – Ну вот, слезливая встреча состоялась, – пробормотал Бейби, взъерошивая волосы. В его голосе не было привычного яда. Эбби только насмешливо хмыкнул. И они ни могли не ощутить тепла в груди, когда друзья втянули их в свой круг.