~ 4~

Идея устроить свадьбу-спектакль захватила всех. Татьяна Юрьевна, узнав о планах, всплеснула руками: —Боже, наконец-то в этой семье кто-то проявил фантазию! Дорогие мои, я полностью к вашим услугам в качестве режиссёра-постановщика! Владимир Иванович отнёсся к затее с привычным скепсисом, но в глазах его читался интерес: —Главное, чтобы не было самодеятельности. И чтоб шампанское было холодным. Подготовка стала их общим проектом. Репетиции проходили по вечерам в пустом зрительном зале. Татьяна Юрьевна действительно взяла на себя роль режиссёра, расставляя всех по местам, объясняя мизансцены. — Ваня, когда ты будешь произносить клятву, смотри только на Ксюшу, — командовала она, перемещаясь по проходу между креслами. — А вы, папочка, когда будете вести её к алтарю, не тащите как мешок с картошкой! Плавнее! Владимир Иванович ворчал, но подчинялся, отрабатывая торжественную походку. Ксюша отвечала за художественное оформление. Вместо традиционного банкетного зала они решили использовать фойе театра. Она создала эскизы декораций — лёгкие, воздушные конструкции из ткани и дерева, напоминающие театральные кулисы. Вместо обычных цветов — композиции из засушенных растений и бумажных цветов ручной работы, которые она делала сама вместе с подругами из бутафорского цеха. — Это должен быть спектакль о нас, — объясняла Ксюша, показывая эскизы. — О нашей любви к театру, друг к другу. Чтобы всё было искренне. Накануне свадьбы, поздно вечером, Иван застал Ксюшу в бутафорском цеху. Она стояла перед большим зеркалом в своём свадебном платье — простом, элегантном, без лишних украшений. В руках она держала небольшой букет из полевых цветов и колосьев. — Ты похожа на фею из шекспировской пьесы, — тихо сказал Иван, останавливаясь в дверях. Ксюша улыбнулась: —А ты как настоящий принц. Только без коня. Они стояли несколько минут в тишине, глядя друг на друга в отражении. Завтрашний день вдруг показался им и радостным, и пугающим одновременно. — Ты не передумала? — спросил Иван, обнимая её сзади. — Никогда, — ответила Ксюша, кладя свои руки на его. — Это самая правильная роль в моей жизни. Утро свадьбы началось с лёгкой паники. Погода, которая обещала быть ясной, внезапно испортилась, пошёл дождь. Но это только добавило очарования — через большие окна фойе было видно, как капли стекают по стёклам, создавая уютную, камерную атмосферу. Гости начали собираться. Пришли коллеги по театру, друзья, немногочисленные родственники. Все были одеты нарядно, но без излишней вычурности — как на премьеру хорошего спектакля. Когда заиграла живая музыка — струнный квартет исполнял лёгкую, современную обработку классических мелодий, — все заняли свои места. Владимир Иванович, в идеально сидящем смокинге, подал руку Ксюше. — Готовы к выходу, дочка? — спросил он негромко. Это было первый раз, когда он назвал её так. Ксюша кивнула, с трудом сдерживая слёзы. Церемония была простой и трогательной. Когда Иван и Ксюша обменивались клятвами, сочинёнными ими самими, в зале слышались сдержанные всхлипывания. Даже суровый Владимир Иванович украдкой смахнул слезу. После официальной части началось празднование. Столы ломились от угощений, но главным развлечением стали импровизированные выступления. Актёры театра по очереди выходили в центр и читали стихи, исполняли песни, разыгрывали небольшие сценки о любви. В разгар веселья Татьяна Юрьевна подняла бокал: —Дорогие мои! В нашей профессии мы часто играем любовь. Но сегодня я вижу самую настоящую, неподдельную любовь. Я желаю вам, чтобы ваш брак был долгим и счастливым, как хорошая пьеса, где каждый акт лучше предыдущего! Когда танцы были в самом разгаре, Иван увёл Ксюшу в пустой зрительный зал. Они сидели в первых рядах, держась за руки, и смотрели на опустевшую сцену. — Помнишь, мы тут расписались? — тихо спросила Ксюша. — Как же не помнить, — улыбнулся Иван. — А сегодня был наш бенефис. И знаешь что? Публика приняла на ура. Они сидели в тишине, прислушиваясь к доносящейся из фойе музыке. Это был их момент — тихий, совершенный, настоящий. Занавес опустился, но спектакль только начинался.