Глава 4. Окно напротив

Дни казались одинаковые, заснеженная дорога до работы, детские голоса, чай в кружках с трещинками. Она привыкла к школе, к звонкам и перчаткам на батарее, к тому, что теперь её жизнь крутится между тетрадями и подготовкой к занятиям. Но вечера принадлежали окну. Иногда она возвращалась, едва стемнеет, включала настольную лампу и, не раздеваясь, подходила к стеклу. Смотрела. На двор, где фонари бросали длинные тени, на следы, пересекающиеся, как перепутанные судьбы. И на то окно, что напротив. Он появлялся редко, но всегда неожиданно. Мог просто стоять, глядя куда-то вниз, или сидеть, склонившись над столом. Иногда курил, иногда что-то писал. И когда он поднимал взгляд, ей казалось, что он видит. Не просто её силуэт, а её саму. Она не отводила глаза. Так прошли первые вечера, когда между ними возникло молчаливое узнавание не слова, не жест, а лишь пауза между дыханием и взглядом. В один из дней, вернувшись позже обычного, она застала в квартире полумрак, свет на кухне и тень от занавески, качающейся от сквозняка. Она сняла пальто, положила продукты по местам и подошла к окну машинально, будто к кому-то родному. Там горел свет. Он стоял, как всегда у стекла, спиной к комнате. В руке сигарета, тонкая струйка дыма поднималась вверх, растворяясь в холоде. И вдруг он повернулся. Просто так, без причины. Их взгляды встретились сквозь стекло, сквозь морозный узор, сквозь весь этот чужой город. Несколько секунд может, чуть больше. А потом он медленно погасил сигарету, будто специально, и всё ещё глядя на неё, закрыл шторы. Она осталась стоять с чашкой, остывшей в руке, с тем странным чувством, что что-то началось. Не громко. Не резко. Просто началось. На следующий день в школе Вадим снова проводил её до угла ее дома, рассказывал что-то про новый кружок и смеялся своим мягким, уверенным смехом. А она слушала и думала не о нём. А о том, как вчера кто-то напротив погасил свет.