Джирая часть 2

Раннее утро я проснулся чувствуя как солнце светит прям в глаза. Из головы не вылетал один вопрос откуда Джирая меня знает? Он сидел на стуле и что-то обдумывал попивал чайку и в этот момент я решил спросить. — Сэнсэй, — начал я, не садясь. — Откуда вы меня знаете? В тот день, во дворе… вы посмотрели на меня и сразу сказали, что думали, будто я погиб. Как вы узнали? Почему… почему вы вообще что-то знали обо мне? Джирая ответил не сразу. Он поднял чашку, отхлебнул чаю, поставил её обратно на стол с тихим стуком. —Садись, мальчик. Я медленно опустился на пол. Он повернул голову, и его взгляд был немного грустным может разачерованным . —Я знал твоего отца, — сказал он сразу, без предисловий. Я замер, не в силах пошевелиться, не в силах вымолвить слов. Отец. Это слово было пустым звуком для меня, призраком, на которого я даже не смел надеяться. — Он… — голос сорвался. — У меня есть отец? — Был, — Джирайя кивнул, его голос звучал очень грусно. — Великий шиноби. Один из лучших, кого я знал. И один из самых добрых, что в нашем мире редкость. — Кто он? — выдохнул я, сердце колотилось быстрее . — Как его звали? Где он? Почему… почему он бросил меня? Джирайя резко поднял голову. —Он не бросил тебя, мальчик! — он немного повысил голос. — Он отдал за тебя жизнь! Он и твоя мать. Мир вокруг поплыл. Я ухватился за первую попавшийся вещь , чтобы не упасть. —Мать?.. —Да. — Джирайя закрыл глаза на мгновение. — Они оба погибли в ту ночь они пожертвовал собой ради тебя и деревни. —Он сказал что-то не договария сделав небольшую паузу после слова ночь. Слёзы сами потекли по моим щекам. Я даже не пытался их вытереть . —Но… но почему меня ненавидели? Если они были героями… —Потому что люди глупы и напуганы, — грубо перебил Джирайя. — Они боялись тебя. А страх и любовь легко превращаются в ненависть. Старики в Совете… они решили, что лучше держать тебя в изоляции, в неведении. Чтобы ты не возненавидел деревню за смерть родителей. Или чтобы ты не возомнил себя чем-то большим. Глупость и трусость, замешанные на благих намерениях. — Он выдохнул. — Я был против. Но… я ушёл. Думал, что, покинув деревню, не буду видеть, как уродуют судьбу сына моего ученика. Оказалось, просто убежал от ответственности. — Ученика? — прошептал я. —Да. Твой отец был моим учеником. Лучшим. — Голос Джирайи стал немного лучше чем раньше. — Он называл меня «Эро-сэннин» и постоянно отчитывал за мои «исследовательские методы», но… я был для него как отец. Он помолчал, глядя куда-то вдаль. —Когда пришла весть о его смерти… а потом и о твоём «исчезновении» и гибели… я думал, что всё кончено. Что я окончательно всё проиграл. Что ничего уже не осталось от них. А потом ты появился во дворе. Грязный, испуганный, очень упрямо меня ищя я слышал что ты меня ищешь но я подумал что ты очередной бродяшка… —он сделал небольшую паузу потом продолжил—И к тому же у тебя очень похожие черты характера как у её. — Мамины? — тихо спросил я —Узумаки. Их родовая черта. — Джирайя наконец посмотрел на меня прямо. — Так что да, я тебя знал. Я следил за тобой издалека все эти годы. Видел, как тебя гонят, как ты отчаянно пытался привлечь внимание. И каждый раз мне хотелось вмешаться. Но я боялся, что моё вмешательство сделает тебя только большей мишенью. Что Оротимару или другие обратят на тебя внимание. — Он горько усмехнулся. — Ирония в том, что это случилось в любом случае. Я сидел, пытаясь переварить этот шквал информации. У меня были родители. Герои. У меня был… почти дед, сидящий напротив. И всё это время он знал. И молчал. —Почему вы не сказали мне сразу? — спросил я, и в голосе лютая обида. —Потому что тебе нужно было принять решение, Наруто, — серьёзно сказал Джирайя. — Решение о том, куда идти. Не из чувства долга перед родителями, не из желания отомстить за них или оправдать их надежды. Твоё решение. Только твоё. Если бы я сказал тебе тогда: «Я учил твоего отца, оставайся», ты бы остался из чувства долга или любопытства. А не потому, что это твой выбор. А мне нужно, чтобы это был твой выбор. Потому что путь, который я могу тебе предложить, — он тяжёл. Его можно пройти только если ты сам, всем сердцем, этого захочешь. Я поднял голову, смотря прямо в усталые глаза Джирайи. —Я благодарен вам, сэнсэй. За то, что рассказали. За то, что спасли меня. — Я сделал паузу, подбирая слова. — Но… я думаю, мне нужно вернуться. К Итачи. Джирайя не выглядел удивлённым. Он лишь медленно кивнул. —К своему «тихому учителю». На путь, который он выбрал. —Он принял меня, когда все отвернулись, — сказал я твёрдо. — Он дал мне первый настоящий выбор. Я дал ему слово идти с ним. И я… я хочу понять, куда ведёт его путь. Хочу стать сильным рядом с ним. Не для мести Конохе, не для разрушения. А чтобы… найти своё место. Возможно, даже среди таких, как он. Он не такой, как вы о нём думаете. Он не эгоист может прошлое у его тёмное прошлое, но я хочу понять зачем он так сделал. Джирайя долго смотрел на меня. Потом усмехнулся немного горько. —Честно. Упрямо. Глупо. Совсем как твой отец, когда он был молод. — Он тяжко вздохнул и встал, разминая спину. — Ладно. Твой выбор. Я не буду держать тебя на цепи. Но, мальчик, есть одна проблема. Я насторожился. —Какая? — Ты не уйдёшь отсюда, — сказал Джирайя спокойно , — пока не освоишь «Рассэнган». Я моргнул. —Что? Что это? —Это не «что» и не что-то. Это — Техника, которую я создал. И которую освоил твой отец, став первым, кто смог это сделать. Техника высочайшего уровня сложности, требующая невероятного контроля чакры. Полного контроля чакры. Того, чего тебе так не хватает. — Но… зачем? — я был сбит с толку. — Если я ухожу к Итачи… — Именно поэтому! — перебил Джирайя. Его голос стал очень властным — Ты хочешь идти по тёмной дороге с одним из опаснейших шиноби мира? Хочешь понять его путь? Прекрасно. Но ты не пойдёшь туда слабым. Не пойдёшь просто слабым. Ты пойдёшь туда как Наруто Узумаки , сын Минато, мой… ученик. И у тебя будет в руках техника, доказывающая это. Он шагнул ко мне. —Итачи научил тебя выживать. Я же научу тебя стойкости и контролю чакры. Он вытянул руку. На его ладони, резко появилась что-то синее вращаюшейся очень быстро. Оно гудело тихо, и вокруг искрился свет. Это было красиво, и выглядело невероятно просто. —Вот оно. Высшая форма изменения природы чакры. — Он сжал кулак, и сфера исчезла. — Чтобы создать это, тебе потребуется месяцы, может быть, годы упорнейших тренировок. Но пока ты не сформируешь хотя бы его прототип, ты никуда не уйдёшь. Потому что я не позволю тебе уйти просто так, на пороге настоящей силы. Это мой долг. Перед тобой. И перед твоим отцом. Я смотрел на его сжатую ладонь, чувствуя, как внутри всё переворачивается. С одной стороны — желание вернуться к Итачи, к знакомому, хоть и тёмному пути. С другой — Невероятный, почти невыполнимый вызов. — Итачи… он может подумать, что я сбежал или погиб, и вообще я изучу твой этот Касетаган всего за месяц. — пробормотал я. —Если он такой умный, как о нём говорят, — ответил джирая , — то поймёт, что на такое обучение нужно время. А если не поймёт… значит, он не тот, ради кого стоит отказываться от шанса стать по-настоящему сильным. И к тому же с начало прыгни потом скажи хоп твой отец изучил эту технику за 3 года. Я посмотрел тихо усмехнувшись но ничего не ответил. Он снова сел, налил себе чаю. —Решай. Прямо сейчас. Остаться здесь, в этой развалюхе, и месяцами изнурять себя до кровавого пота, пытаясь добиться невозможного? Или попытаться сбежать сейчас, рискуя никогда не узнать, на что ты способен на самом деле? Путь к Итачи будет открыт всегда. А вот шанс научиться Рассэнгану у его создателя… он один. Я закрыл глаза. Вспомнил красные глаза Итачи в дожде. А потом представил голубую сферу на ладони Джирайи. Представил, как смогу создать такое сам. Я открыл глаза. —Сколько времени у меня есть на то, чтобы просто попытаться создать прототип? Джирайя ухмыльнулся. —Сколько потребуется. Но первая неделя будет самой тяжелой. Готов? Я встал, выпрямил спину. Голос больше не дрожал. —Готов. Учите. Но… — я посмотрел ему прямо в глаза, — как только я освою Рассэнган, я уйду. К Итачи. Это моё решение. — Договорились, — кивнул Джирайя. Он выиграл время. А для учителя время — это всё, что нужно, чтобы изменить взгляд ученика. Даже самого упрямого. — Тогда начинаем прямо сейчас. Первый шаг — Научиться вращать чакру в противоположных направлениях в каждой руке одновременно. Без этого даже не мечтай о сфере, — скал Джирайя, но вместо того, чтобы указать на угол двора, он внезапно хмыкнул. — Хотя нет. Начнём с другого. С самого фундамента, который твой «тихий учитель», наверное, пропустил. Он встал и двинулся к выходу из дворика. —Идём. Возьми с собой воды. Не понимая, к чему это, я схватил флягу и поспешил за ним. Мы вышли из города и вскоре углубились в лес у подножия горы. Здесь было прохладно, влажно, пахло хвоей и мхом. Джирайя остановился перед огромной, почти отвесной скалой, поросшей у основания древними соснами. — Рассэнган — это вершина контроля, — сказал он, оборачиваясь ко мне. — Самый первый, самый скучный и самый важный этап — научиться направлять чакру не туда, куда она хочет сама, а туда, куда нужно тебе. И начинается он не с рук, а с ног. Он подошёл к одной из сосен с гладкой, почти вертикальной корой. —Видишь? Задача проста: подняться на верхушку. Без верёвок. Без когтей. Только с помощью чакры. Я уставился на дерево. В Конохе я видел, как шиноби бегают по стенам, но это были здания с хоть какой-то шероховатостью. Эта кора выглядела скользкой и гладкой. —Как? — Ты должен направить крохотное, но постоянное количество чакры в ступни и удерживать его там. Достаточно, чтобы создать силу притяжения между твоей подошвой и поверхностью. Не много — иначе оттолкнёшься или взорвёшь кору. Не мало — сорвёшься. Ровно столько, чтобы держаться. Постоянно. На протяжении всего подъёма. Он легко, сделал несколько шагов вверх по стволу, развернулся вниз головой и ухмыльнулся. —Это первый шаг. Без этого — никакого Рассэнгана, никакого серьёзного ниндзюцу. Это база. — Ладно, — Джирайя спрыгнул. — Твоя очередь. Цель на сегодня — подняться хотя бы на высоту трёх метров и удержаться там десять секунд минимум. Начни с того, что сядь у корней, закрой глаза и почувствуй, как чакра струится к ногам. Я сел, прислонившись спиной к дереву. Закрыл глаза. Я сосредоточился на стопах. Это было мучительно сложно. Мой природный стиль — , грубая сила. . Часа через два у меня затекла спина, ноги онемели, но я наконец почувствовал, как тонкая, ровная струйка чакры устойчиво течёт к подошвам, создавая там лёгкое, пульсирующее давление. — Хорошо, — одобрительно кивнул Джирайя, наблюдавший за мной, лёжа на спине и жуя травинку. — Теперь попробуй встать. И сделай первый шаг. Не отрывай подошву полностью! Прижми её, почувствуй связь, и затем перенеси вес. Я встал, повернулся лицом к дереву. Сердце колотилось. Я приложил ладонь к коре, сделал глубокий вдох и направил чакру в правую ступню. Потом медленно, очень медленно поднял ногу и поставил её на вертикальную поверхность. И удержался. Подошва будто прилипла. Это было странное, но твёрдое ощущение. —Да! — вырвалось у меня. — Не радуйся раньше времени, — сказал Джирайя. — Теперь левую. Перенести вес было страшнее всего. Я боялся, что связь порвётся, и я шлёпнусь на землю. Но я сделал это. И вот я уже стоял на дереве, в полуметре от земли, под прямым углом к миру. Это было невероятно! — Отлично, — сказал Джирайя довольно. — Теперь шаг за шагом. Помни про постоянный поток. Это как дышать — ты не можешь перестать дышать. Я глубоко вздохнул задежав дыхание Джирайя заметив это сказка немного посмеявшись: —Я не в этом смысле имел— Через пару секунд я выдохнул и продолжил поползти вверх. Медленно, по сантиметрам. Пять сантиметров. Десять. Двадцать. Пот катился по моему лбу, смешиваясь с сосновой смолой. Один неверный шаг — и я срывался, падая на мягкий хвой. Но с каждым разом я поднимался чуть выше, удерживался чуть дольше. К концу дня, когда солнце уже клонилось к вершинам гор, Я уже мог бежать по дереву доьежав доконца я остановился, вжавшись в кору, чувствуя, как дрожат от напряжения мышцы ног и спины. Джирайя подошёл к основанию дерева и посмотрел вверх. Его лицо было трудно разглядеть. —Ну что, сосулька? Устал? —Нет конечно! — крикнул я сверху, не в силах сдержать улыбку. —Спускайся. Аккуратно. Спуск сложнее, чем подъём. Спускался я как клоун крутясь по кругу и в итоге свалился. — Неплохо для первого дня, — ответил Джирайя, кидая мне флягу с водой. — Завтра будем ходить по неровным поверхностям. А послезавтра добавим ходьбу по воде. Потом я дам тебе водных шариков для тренировки Он повернулся и зашагал прочь, в сторону города. —Идём, ученик. Пора отдохнуть. Завтра будет ещё тяжелее.