Косвенное и не совсем, знакомство со студентами Ночного Ворона

      Выплюнув крошечный огонёк, кот лениво щурился, наблюдая, как тот завис в воздухе прямо перед ним — крошечная искра, что парила, будто играючи. Но стоило пламени чуть дрогнуть, я ощутила, как внутри всё сжалось.       Инстинкты сработали мгновенно. — Вы, все, убирайтесь немедленно! — выкрикнула я, резко махнув рукой в сторону парней в мантиях, стоявших по траектории пламени.       Но никто не двинулся. В следующее мгновение огонёк взорвался вспышкой — волна голубого пламени рябью прошла по площади, словно ожившая волна жара. Воздух мгновенно наполнился запахом гари и магии. — А-а-а! Горячо! — вскрикнул один студент, хватаясь за обожжённый капюшон. — Моя мантия! — другой в панике сбивал огонь с рукавов, отчаянно топая ногами. — Чёрт… — выдохнула я, отскакивая в сторону, чувствуя, как жар лизнул кожу на руке.       Площадь превратилась в хаотичный танец света и пламени. Голубые языки огня бежали по коврам, шторным драпировкам, поднимались по колоннам и украшениям. Даже огромная люстра над залом загорелась, и, сорвавшись с цепи, рухнула вниз, с гулким звоном разлетевшись на осколки.       А виновник бедствия, напротив, будто сиял от гордости. Скакал по перилам, хвостом выпуская новые волны синего огня, и самодовольно выкрикивал: — Видели мою мощь?! Мою силу! — орал он, распушив шерсть и расправив грудь. — И это ещё не всё, что я могу! — Хаос какой-то… — пробормотала я, закрывая лицо рукой, чтобы защититься от жара.       Паника росла. Студенты бросались в стороны — кто-то пытался выскочить наружу, кто-то прятался под столами, а кто-то, наоборот, замер, не в силах сдвинуться. Магические лампы гасли одна за другой, когда огонь поглощал воздух. — Уберите этого монстра! — крикнул кто-то из толпы. — Держите его! — Спасите книги, книги горят! — Плохо дело, — тихо произнёс директор, стоя посреди этого ужаса. Его голос прозвучал на удивление спокойно, будто он комментировал погоду, а не пожар апокалиптических масштабов. — Так и вся академия сгорит дотла…       Я резко повернулась к нему, едва увернувшись от ещё одного сгустка огня, что пролетел мимо и ударил в стену, оставив на ней копоть. — Что-то вы, месье, чересчур спокойно говорите для человека, у которого академия полыхает! — выпалила я, хватая его за рукав, чтобы оттащить с линии огня.       Он, словно не замечая моего отчаяния, лишь поправил шляпу и с невозмутимым видом ответил: — Ах, юная леди, не беспокойтесь. Мы мигом всё решим.       Я моргнула, уставившись на него, как на сумасшедшего. — «Вот этого я и боюсь», — подумала я с горечью, чувствуя, как вокруг трещат балки, а с потолка падают обгоревшие клочья ткани. — «Ваше «быстро» явно не такое быстрое, как хотелось бы…»       Грим тем временем продолжал размахивать хвостом, выпуская новые волны голубого пламени, которые с каждым разом становились всё сильнее. — Хах! Теперь вы видите, кто достоин места в этой академии! — выкрикнул кошак, совершенно не замечая, что под его лапами рушится балкон. — Грим! — крикнула я, — ты сейчас всё сожжёшь! — Ха! Сожгу, если захочу! — фыркнул он. — Это моя демонстрация силы!       Огонь снова вспыхнул, отразившись в его глазах, как в зеркалах. И на мгновение мне показалось, что в этом синем пламени мелькнуло что-то — образ… воспоминание. Тёплое, но болезненное.       Огонь. Крики. Запах гари.       Сердце кольнуло, и я судорожно выдохнула, сжимая ладонь. — Только не снова…       Мне стало дурно от жара и криков — лёгкий звон в ушах, голова кружилась, но я упиралась ногами в пол и старалась не поддаваться панике. Раскисать сейчас было нельзя: брат ждал меня дома, да и просто — отступать было некогда. — Кто-нибудь, поймайте этого тануки, пожалуйста! — вдруг проревел директор так громко, что я дернулась, словно он закричал прямо у моего уха.       Я зажала ладонями виски, глубоко вдохнула и, медленно опуская руки, открыла глаза. Черноволосый, который всё это время стоял в стороне, улыбнулся мне — странная, тёплая улыбка посреди хаоса. — Вот спасибо, месье, — прохрипела я, и вороноголовый только кивнул в ответ: — Ну что вы, я же такой… добряк. — …конечно… — пробормотала я про себя, и на миг даже усмехнулась, но тут же в лицо врезалась новая паника.       Откуда-то рядом донёсся всплеск возни: тот дружелюбный парень в бандане, которого я приметила раньше, заговорил беззаботно: — А? Уже ловить что ли? — но его голос тут же прервался, потому что у красноглазого парня что-то захлюпало — и тот завопил, как ужаленный. — А-ая-ая-ай! Жопа горит! — прыгал он, хватаясь за задницу и бегая по залу, как ошпаренный. Его друг, темнокожий, лишь устало вздохнул и пытался стянуть мантию, туша пламя.       Я невольно отреагировала: — «Бедный, видимо устал…» — и наши взгляды встретились.       Темнокожий парень посмотрел на меня стойко, чуть приподнял бровь, а потом улыбнулся — тёпло и как-то понимающе. Я моргнула пару секунд, отвернулась и вернулась к делу; зачем он так уставился — я не успела сообразить.       В это время беловолосый, кто-то из старшекурсников, начал толкать всех кому попадётся — и люди, отлетая под ударами его легких пинков, с глухими стуками падали на кафель. Тот самый, что плакал про «жопу» — снова завопил: — Нууу, блин! Кто-нибудь, потушите огонь на моей заднице! Быстро! — скакал на носочках, подвывая. — Горячо! Ай-ай!       Я не смогла просто смотреть. Сняв сумку с плеча, я рванула к нему сквозь толпу, руки неловко рассекая воздух, огонь отражался в моих глазах. Схватив его за руку, вцепилась так, чтобы тот не выскользнул из моей ладони, и крикнула через шум: — Потерпи пару секунд и бежим к фонтану! Если не хочешь лишиться… эээ… задницы! — голос у меня дрогнул, но приказ был ясен.       Беловолосый, сжатый от боли, заёрзал, но верёвка отчаяния и надежды в глазах заставила его сжаться в кулак. Темнокожий парень, что помогал ему тушить мантию, подскочил и схватил вторую руку, так что вместе мы вчетвером проторяли путь к центру зала, где стоял фонтан с нефритовой жидкостью. Вокруг — хаос: кто-то сшибался с колонной, кто-то бежал к выходу, а волны синего пламени лизали ступени и резные перила. Люди кричали, падали, вскакивали, снова бежали. Жара резала горло, капли пота стекали по вискам, дыхание становилось частым и громким.       Я тянула пострадавшего за собой, ощущая под ладонями его жарящийся плащ и едва улавливаемый запах гари и магии. В голове пульсировало одно: фонтан — вода — тушить. — Быстрее! — скомандовал кто-то рядом, и тёмная фигура директора мелькнула в стороне, пытаясь координировать толпу. По пути мы подпрыгивали через обломки, уводя от разгоревшихся клочьев ткани.       Когда мы приблизились к фонтану, его мерцающая нефритовая жижа казалась едва ли не спасительной — голубой свет фонтанил и брызгал беззвучно, и я, не думая, опрокинула край чугунной вазы, полив парня по спине. Горячее шипение, пар и запах палёной шерсти — всё слышалось одновременно.       Парень закашлялся, судорожно размахивая руками, а я, лицом в огне, наконец почувствовала — сердце колотится, ноги горят от усталости, но вокруг нас мелькали чужие лица, кто-то помогал, кто-то еще в панике. — Держись! — выдыхала я, отряхивая его от тлеющей мантии, — сейчас всё будет хорошо!       Но пока фонтан давал лишь краткое облегчение, в зале по-прежнему трещал огонь, и я знала: это ещё далеко не конец.       Пена и брызги взлетели в воздух, когда кто-то с силой толкнул нас — и мы оба рухнули прямо в фонтан. Холодная вода накрыла с головой, сбивая дыхание. Парень, которого я только что тащила, оказался сверху, а я — под ним, чувствуя, как тяжесть его тела прижала меня к каменной кромке. — Эм… может, ты с меня всё же слезешь? — пробормотала я, стараясь не смотреть прямо на него. — Мы тебя потушили вроде бы…       Смуглокожый поднял голову, и капли с его волос стекали прямо мне на шею. Щёки обожгло жаром, и не от огня, а от того, как близко он оказался. — А? О-ой… — красноглазый паренёк моргнул, будто только сейчас осознал положение, и попытался приподняться, неловко задевая меня локтем. — Калим! — раздался знакомый голос, и рядом появился темноволосый парень, спокойный и собранный, несмотря на хаос вокруг. Сжав своего друга за шкирку, он без усилий поднял его в воздух, словно котёнка. — Эй, Джамиль! Поставь меня, я же не специально! — возмутился тот, болтая ногами. — Калим, — вздохнул тёмноволосый, — не вежливо лежать на девушке в подобной позе. — После чего перевёл взгляд на меня и чуть склонил голову. — Прошу прощения за него. И… благодарю за помощь.       Я слегка улыбнулась, поднимаясь и отжимая пиджак формы. — Всё в порядке. Он просто испугался — я бы тоже побежала, если бы у меня загорелась… ну, скажем, форма. Так что, не стоит извинений.       Оба парня синхронно смутились — и тут я поняла почему. Моя униформа промокла насквозь, и белая ткань блузки предательски прилипла к коже, открывая силуэт белья. — А-а… — выдохнула я, прикрывая грудь руками. — Вот чёрт…       Калим, вспыхнув, резко отвернулся, заикаясь: — Н-не смотрю! Честно, не смотрю!       А Джамиль, хоть и сохранял невозмутимость, отвёл взгляд и тихо сказал, протягивая свой плащ: — Возьмите. Так будет… приличнее.       Я приняла плащ, чувствуя, как тепло его ткани контрастирует с холодом воды. — Спасибо… вы настоящий джентльмен. — Просто стараюсь не усугублять хаос, — коротко ответил он, снова бросив строгий взгляд на беловолосого. — Эй! Я же сказал, я не специально! — взмолился тот, а я, едва сдерживая смех, только покачала головой. — Похоже, задница спасена, но гордость — нет, — прошептала я, и Джамиль едва заметно усмехнулся уголком губ.       Обернувшись, я заметила, что вокруг фонтана уже собралась вода и пар — воздух дрожал от жара, а огонь плясал где-то вдали. Я плотнее запахнула плащ, который мне дал Джамиль, и, чтобы он не спадал, туго затянула пояс на талии. Ткань приятно обволакивала тело, скрывая промокшую форму. — Спасибо за плащ, я верну его позже, — поблагодарила я, делая лёгкий поклон. — Не торопитесь, — ответил тот сдержанно, — главное — чтобы вы были в безопасности.       Я коротко кивнула и, ещё раз взглянув на парней, добавила с лёгкой улыбкой: — Тогда… до встречи. — Постарайтесь не попасть под огонь снова, — заметил он полушутливо, но в его голосе прозвучала лёгкая забота. — Учту, — отозвалась я, после чего, собрав волосы в кулак и отбросив их за плечо, бросилась обратно в сторону площади, где всё ещё бушевал хаос.       Стоило мне покинуть фонтан, как туда же с довольным урчанием подбежал Грим. — Хе-хе, отличное место для новых фокусов! — заявила пушистая напасть и, запрокинув голову, выпустила очередной столб голубого пламени прямо в воду. Фонтан мгновенно зашипел, закипев как котёл. — «Надеюсь, с этими двумя всё будет нормально…» — подумала я, бросив короткий взгляд через плечо. — «А то не кому будет возвращать мантию.»       Пожав плечами, я прибавила шагу.       Площадь выглядела как сцена из кошмара: обугленные балки, трещины на мраморных плитах, украшения падали с потолка, а в воздухе стоял густой запах гари. Сквозь дым я заметила, как кто-то пытается потушить огонь заклинаниями, но пламя Грима лишь разгорается сильнее.       Пока я пробиралась к директору, впереди послышались два знакомых, совершенно неуместных в этой ситуации голоса. — Боже-боже, Азул! Где ты прячешься, мой осьминогий друг? — протянул один из близнецов с растянутой ухмылкой. Его голос был игривым и опасным одновременно. — Ну и дела, — добавил второй, потирая затылок. — В самый разгар пожара он снова решил куда-то уползти.       Я замерла на секунду, узнав их — тех самых близнецов, которые придирались со мной. И если я не ошибалась, тот, что говорил первым, был Флойд — тот самый, что на вид казался весёлым… и слегка безумным. — «Вот только их тут не хватало…» — пронеслось в голове.       Они шли по сгоревшему залу, как будто по садовой дорожке, невозмутимо переступая через пылающие обломки и искры. — «Серьёзно…» — прошептала я, прижимая ладонь к виску. — «Они будто из другого мира.»       Однако сейчас было не до чужих странностей. Я обошла их по дуге, стараясь не привлекать внимания — зная, что один неловкий взгляд может обернуться очередной катастрофой. — Ладно, — тихо выдохнула я, — у каждого свои заскоки.       И, не оглядываясь больше, побежала дальше — туда, где стоял директор, в гуще пламени и паники.

***

      Я кинулась к директору, перепрыгивая через обломки и клубы дыма. Он стоял в центре площади, словно всё происходящее вокруг было обычной непогодой, а не пожаром масштаба катастрофы. — Мисье! — крикнула я, подбегая ближе. — Я… я помогла тому беловолосому парню, что кричал про… эм… задницу. Всё в порядке, он уже не горит! — Превосходно, юная леди, — мягко кивнул директор, даже в дыму сохраняя какую-то почти аристократическую улыбку. — Очень похвально, что вы не растерялись в такой непростой ситуации.       Я только открыла рот, чтобы ответить, как рядом раздалось: — Директор!..       Из дыма вышел парень с голубыми глазами и аккуратно уложенными светлыми волосами — тот самый, с которым я недавно сцепилась языками. В руках — томик, под мышкой — мантия идеальной белизны, а походка такая уверенная, будто под ногами не раскалённые плиты, а мягкий красный ковёр. — Позвольте, — начал он, полностью игнорируя моё присутствие, словно я воздух. — Позвольте мне разобраться с этим.       Тот сделал величественный жест, прижав ладонь к груди, будто перед ним стоял король, а он — рыцарь в сияющих доспехах. — Поймать этого… беззащитного зверька, — сказал он с тенью снисходительной насмешки, — всю грязную работу я беру на себя. Ради академии, разумеется.       Я мысленно закатила глаза так сильно, что, казалось, они вот-вот провернутся на 360°. — «Ага, конечно. Если бы он хотел помочь, поймал бы Грима, а не поливал всех мёдом из словаря аристократов. Что-то он точно задумал…»       И правда — слишком уж сладко звучали его слова.       Либо хотел выбить себе награду…       Либо услугу…       Либо вообще подставить ситуацию под свою выгоду.       И тут сбоку послышался механический писк. Я повернула голову и заметила странный прибор — напоминающий летающий планшет. Он парил сам по себе и проецировал голографическое изображение лица…       С устройства раздался голос: — Как и ожидалось, господин Азул нашёл лазейку, чтобы поднять свой рейтинг. О-хо-хо… какое предсказуемое поведение.       Следом — тихое ехидное хихиканье, от которого у меня аж бровь дёрнулась. — «Так ещё и технологии… в мире, где магические коты жгут академию… Невероятно.»       Однако думать долго не пришлось — сверху раздался треск. Я резко подняла голову. Прямо над летающим планшетом огромная деревянная балка, подгоревшая и уже едва держась, накренилась и начала падать. — Осторожно! — выкрикнула я.       Не думая, рванула вперёд, ухватила планшет за край, а другой рукой — студента, который даже не заметил, как смерть падает ему на голову. Я буквально рывком выдернула его назад. В тот же момент балка с грохотом рухнула, разлетевшись в щепу и подняв волну горячего воздуха.       Пламя взвилось ещё выше. — Фух… — я выдохнула, чувствуя, как сердце бьётся под грудной клеткой. — Обошлось…       Я всё ещё прижимала к себе гаджет, как ребёнка, которого только что спасли от верной гибели. А спасённый студент… просто развернулся и сбежал. Молча. Даже не оглянулся. Я ошеломлённо смотрела ему вслед. — Грубиян… — пробормотала я, моргнув несколько раз. — Хоть бы спасибо сказал…       Но, видимо, в этой академии манерам учат только после того, как тебя не сожгли дотла. Экран дрогнул, словно парень по ту сторону не ожидал, что его вдруг разглядывают так близко. На пылающем фоне лабораторного света появилась его фигура — бледноватый, с синяками под глазами, как будто ночи напролёт сидел над проектами. Янтарные глаза смотрели настороженно, а голубые волосы, будто сотканные из самого огня, мягко колыхались, повторяя движение пламени позади него.       Он застыл, моргнул, а потом тихо, почти робко пробормотал: — Зачем… ты это сделала?       Похоже, парень в принципе не привык вести разговоры напрямую, особенно когда кто-то проявлял доброту. Через гаджет легче — проще спрятаться за экраном. А сейчас он был лицом к лицу с человеком, спасшим не просто технику, а его единственный способ общения.       Я, немного поправив хват и прижимая планшет, спокойно ответила, мягко, но искренне: — Если бы он повредился, ты бы не смог общаться с остальными студентами… наверное. Поэтому я просто хотела помочь.       Пожала плечами. — Да и… не хотелось, чтобы кто-то расстраивался из-за поломки своей вещи. Возможно, она для тебя дорога. Не мне, конечно, судить… вот.       Я улыбнулась — не из вежливости, а так, по-человечески, спокойно и честно. Он отреагировал так, будто его ударило током. Янтарные глаза округлились, пламевидные волосы вздрогнули, как жаркий костёр под порывом ветра. Парень заметно занервничал, взгляд метнулся в сторону, на мгновение он даже прикрыл половину лица рукой. — А… я… — голос его стал тише, — я понял.       И, будто не выдержав собственного смущения, он резко отключил экран. Погасший планшет дрогнул у меня в руках — и в следующее мгновение, словно им управляла невидимая сила, выскользнул из моих пальцев и стремительно улетел куда-то в сторону общежитий.       Я осталась стоять на месте, моргнув. — Даже не «спасибо»… — тихо выдохнула, но без злости.       Скорее с лёгким удивлением и едва заметной улыбкой. — Ну и ладно. Хотя бы цел.       И всё же где-то в воздухе ещё долго держалось ощущение, что тот голубоволосый, несмотря на странность, смущение и молчаливость, запомнил этот момент куда лучше, чем хотел показать.

***

      Пока планшет улетал прочь, я вновь переключила внимание на пафосного очкарика. Тот, кажется, даже не заметил произошедшего — продолжал витиевато размахивать руками, словно ждал фанфар и аплодисментов. — Ну так что, я для всех вас… — начал он важно, поправляя воротник своего идеально выглаженного костюма. БАМ.       Его голос резко оборвался. Передо мной картинно пролетел Грим, врезавшись в него так, что Азула — или того, кого я предполагала Азулом — отбросило на землю. Шляпка слетела в сторону, очки съехали на кончик носа.       Грим, даже не извинившись, сиганул прочь, оставляя пафосника в пыли. — Не повезло тебе, — сказала я, чуть наклонившись, глядя на него сверху вниз. — Бай-бай.       Я помахала ему пальцами, и он только дернулся, пытаясь восстановить достоинство, но выглядел при этом как обиженный котёнок, которого уронили в лужу. Подбежав обратно к директору, я коротко выдохнула: — Нам нужно вывести отсюда студентов, пока никто не пострадал.       Пока говорила, поправила парик — под ним волосы слегка выбились, а директор, чёрноволосый и строгий, внимательно следил за каждым моим движением. — Я помогу с чем могу, — продолжила я. — А потом поговорим насчёт моего возвращения домой.       Он приподнял бровь. — Постойте… вы хотите помогать даже без магии?       Я лишь усмехнулась. — Ну раньше же я как-то справлялась в жизни без неё. Помогала людям, спасала, таскала тяжёлые сумки соседям — обычные дела.       Пожала плечами. — Так что и сейчас справлюсь. Главное, чтобы все были целы.       Мужчина моргнул. Удивление в его глазах было настолько искренним, что даже немного тронуло. Он будто впервые увидел во мне не гостя, а человека, который не боится действовать. Но я не стала задерживаться — бросилась туда, где нуждались в помощи, перетаскивая студентов подальше от очагов огня, поддерживая тех, кто кашлял от дыма, и помогая сбитым с толку первокурсникам сориентироваться.       И только когда я пронеслась мимо директора во второй раз, уже с двумя испуганными мальчишками за плечами, я услышала, как он тихо, почти себе под нос, сказал: — Только что… или мне показалось… по её глазам прошлась радуга?       Однако я уже мчалась дальше — мне было не до этого.

***

      Огонь начал жадно лизать потолок, словно пытаясь добраться и туда, куда не должен. Подвесные конструкции — тяжёлые гробовидные украшения, обтянутые тканью — вспыхивали один за другим. Карнизы штор накалялись, металл начинал плавиться, и всё это осыпалось вниз раскалёнными каплями, угрожая студентам, мечущимся по залу.       Я заметила, как над двумя первокурсниками качнулся огромный металлический кубок, полный огня. Он сорвался, вспыхнул ярче — и полетел прямо им на головы. — Осторожно! — я уже открыла рот, чтобы крикнуть, но…       Сверху, словно вынырнув из плотного дыма, спрыгнул парень с белыми волосами и… волчьими ушами? Настоящими. Они дёрнулись, когда он приземлился. Спиной он отбросил летящий декор в сторону — металл со звоном отлетел в соседний стол. — Вы в порядке, ребята? — спросил тот, слегка хрипловато.       Студенты в шоке кивнули, прижавшись друг к другу.       Однако в следующее мгновение перед ним вспыхнул новый огненный шар — фаербол уже летел прямо в беловолосого. — Эй! — выкрикнула я и, не раздумывая, схватила его за рубашку у воротника.       Рывок вышел сильнее, чем я ожидала. Мы оба рухнули вниз — я тянула его на себя, пригибая к полу. Его холодная челка скользнула по моему плечу, щекоча кожу шеи и пахнущая дымом и чем-то свежим, лесным.       Фаербол пролетел над нами, обдав жаром. Парень моргнул, широко распахнув янтарные глаза. Он даже не сразу понял, что произошло. — Осторожнее самому стоило быть, — выдохнула я, отпуская его ткань.       Я отступила на шаг, ожидая либо рык, либо недовольное бурчание. Всё же — уши, когти, звериный запах. Да и зверолюди, насколько я знала, не всем позволяли к себе прикасаться. Если судить по прочитаным мной фэнтези книгам и манхв. Но вместо обвинений янтарноглазый резко дёрнулся вперёд. Его рука схватила меня за запястье и рванула ближе к себе — прямо перед тем, как рядом со мной вспыхнул новый язык пламени. Горячее ударилось в пол, где секунду назад стояла моя нога.       Парень заслонил меня собой. Чётко, инстинктивно. Я моргнула. — Спасибо… — тихо произнесла я.       Белый волк-парень выдохнул, чуть расслабляя плечи. — За то, что спасла меня, — сказал он негромко, глядя прямо в глаза. — Теперь считай, что мы квиты.       Его уши слегка дёрнулись, будто отмечая мой голос… или запах. А огонь вокруг продолжал бесноваться. Новый знакомый слегка наклонился ко мне, словно оценивая, не ранена ли я, и вдруг — совершенно спокойно, без лишнего стеснения — его ладонь легла мне на макушку. Тёплая, большая, уверенная. Он пару раз мягко похлопал, как будто я не человек, а маленький щенок, который сделал что-то правильно.       Я слегка замерла, моргнув.       Обычно такое обращение меня бы задело, но… от него странным образом не веяло ни высокомерием, ни грубостью. В его движении не было ничего неприятного — только спокойная благодарность и какое-то тёплое, почти животное дружелюбие. Да и к тому же его мотивы помочь остальным студентам не вызывала во мне плохих ощущений, казался он мне хорошим. И, к моему собственному удивлению, мне было… приятно. Немного неловко — щёки вспыхнули, а плечи предательски дрогнули — но не плохо. Словно этот волчий парень просто выражал по-своему признательность за помощь. — Ты ловкая, — сказал парень, всё ещё оставляя руку на моей голове на секунду дольше обычного. — И быстрая. Молодец. — Эм… спасибо… наверное, — пробормотала я, не зная, куда девать взгляд.       Тот усмехнулся одними глазами, убирая ладонь. — Держись рядом, если хочешь жить. Здесь сейчас слишком горячо.       И развернулся к очередной вспышке пламени, будто готов был снова броситься в огонь.

***

      Пока знакомый зверо-парень ушёл помогать другим — легко, уверенно, почти бесшумно для такого массивного парня — а я осталась на месте, чувствуя, как внутри ещё дрожит лёгкий откат от адреналина. Всё было хорошо… до тех пор, пока я не услышала это. — Чёрт… как же бесят эти травоядные. Надоело, — протянул лениво голос откуда-то сбоку.       Я обернулась — и увидела парня-льва, раскинувшегося на широком кресле, будто вокруг не пожар, а пляжный отдых. Он закинул руки за голову, ногу на ногу и совершенно спокойно цыкнул языком. — Эй, Рагги, разбуди, когда всё закончится. — Хи-хи, как и ожидалось от Леона, — хихикнул тот, что стоял неподалёку. Смех у него был… слишком хищным. Гиениным? Или мне показалось? — Боже, почему бы тебе хотя бы раз не поразвлечься своей любимой охотой? — вмешался третий. Блондин, чьи кончики волос переходили в лавандовый, а глаза были блондинистыми, даже бледнее немного. Он подошел ближе к львиному парню и ткнул его пальцем в плечо. — Разве она не идеальная пухленькая закуска?       И метнул взгляд в мою сторону. Я чуть не подавилась воздухом. — «Это сейчас что было?» — На кой оно мне? Делайте сами, — зевнул зелёноглазый лев, даже не взглянув. — Что? Мне не до этого, — отмахнулся блондин, и при этом от его движения в воздухе оставались маленькие искры-звёздочки. Вот уж кому явно нравилось драматично жестикулировать.       Я закрыла лицо ладонью и тихо выдохнула: — «Господи… застрелиться и похорониться недолго с такой компанией.» — мысленно простонала я. — «Мама, папа, защитите меня с того света, пожалуйста…»       Однако хуже стало тогда, когда я почувствовала пристальные взгляды. Я повернула голову — и увидела, что все трое смотрят на меня. Причём внимательно. Слишком внимательно. И лев, и гиена, и блондин-звёздочка.       Я в ответ просто спокойно посмотрела на них пару секунд… а потом так же спокойно отвернулась. — Ну глядят и глядят… будто впервые на девушку смотрят, — пробормотала я себе под нос и пожала плечами. — А мне работать надо.       И, не желая выяснять, чем у них заканчиваются такие «охотничьи разговоры», собрала волосы под парик получше… и побежала дальше, туда, где студентам ещё требовалась помощь. Я неслась за Гримом, почти спотыкаясь на мокром от воды и расплавленного воска полу, пытаясь хоть как-то поймать этого маленького поджигателя. Он петлял между колоннами, прыгал по обугленным перилам, оставляя за собой вспышки голубого огня, — настоящий огненный комок хаоса.       Сзади продолжал раздаваться надрывный вопль директора: — Да что тут творится?! Кто-нибудь, скорее потушите огонь! — Ох, как занятно разгорелось… — донёсся до меня голос с неожиданной ноткой довольства.       Я резко обратила внимание и увидела того самого малиновоглазого юношу, которого ранее удерживался сереброволосым. Его взгляд будто радовался хаосу — тихо, но искренне. — Ну что ж… пожалуй, я тоже поучаствую, — он сделал шаг в сторону пылающей стены.       Но не успел — перед ним словно из воздуха возник Сильвер. Быстро, тихо, почти беззвучно. — Погодите, старший Лилия! Вам нельзя туда идти! — его голос, мягкий и ровный, перекрыл рев огня. — Что? — бледнокожий приподнял бровь, явно не понимая.       Тем же вмешался третий — тот самый парень с лёгким зеленоватым оттенком в волосах и слишком резким характером, что не был так рад, когда Сильвер упомянул, что мне нужно быть здесь раз зеркало «призвало». — Это всё потому что ты отвлёкся, Сильвер! — выпалил он недовольным тоном, будто обличая преступника. — Что ты сказал? — серебристоволосый обернулся к нему, голос его стал холоднее.       И началось. Они сцепились в перепалке — колкие реплики, раздражение в голосах, странная смесь недопонимания и привычки спорить. Похоже, такое у них происходило часто. Я стояла секунду, слушая их, и лишь тяжело выдохнула. — …Так, ну вас, — пробормотала я себе под нос. — Ребята, разбирайтесь сами, мне за тануки гоняться.       Не желая влезать в их взаимоотношения — и так здесь достаточно сумасшествия — я снова сорвалась с места и побежала дальше, следуя за хвостом голубого пламени, оставленного Гримом.

***

      Я мчалась за Гримом, как за самой неуловимой кошкой в мире, но тот только издевательски оглядывался через плечо, выпуская язычки синего пламени, будто специально проверяя мою реакцию. — Хе-хе-хе! Ну что, медлительная смертная, не поспеешь! — выкрикнул он, подпрыгивая.       И, конечно же, в какой-то момент он метнул огненный плевок прямо в сторону худощавого паренька, который всего лишь пытался пройти мимо. Тот парень выглядел… хрупко. Бледная кожа, почти как фарфор. Длинные лавандовые волосы до плеч. Голубые, прозрачные, будто стеклянные глаза. Он словно и правда был создан из чего-то полупрозрачного — и к такому лучше не швыряться огнём.       Он успел прикрыться рукой и воскликнуть: — Эй! Немедленно прекрати устраивать хаос! Ты же всё тут сожжёшь!       Грим лишь оскалился: — Мне всё можно! Я будущий великий маг!       Я уже не слушала — сердце ухнуло вниз, когда я увидела парня, застывшего с рукой на лице. — Господи… — я подбежала, не раздумывая. — Прости-прости-прости! Я сейчас посмотрю! — Э-Эм… Что? — он моргнул, явно не готовый к тому, что на него несётся какая-то мокрая от фонтана девушка.       Однако я уже осторожно — очень осторожно — взяла его за пальцы, убирая руку ото лба, и мягко положила свои ладони ему на лицо. Он оторопел. Абсолютно. — Ты как? — быстрым шёпотом спросила я. — Глаза болят? Не щиплет? Огонь не успел задеть роговицу? Покажи, пожалуйста.       Голубоглазый густо покраснел — буквально от ушей до шеи. — В-всё нормально! Н-ничего не болит! Не нужно меня так… э-э… трогать…       Но я продолжала смотреть серьёзно, вглядываясь в его глаза. В голубых зрачках даже отразилось голубоватое пламя вокруг. И… я не заметила огненных ожогов, только лёгкое раздражение кожи. — Точно? — я чуть нахмурилась. — Ты ж моргнул резко, я подумала, что обожгло.       Он отвёл взгляд, пытаясь скрыть краску на лице. — Я… э… точно. Ты… слишком… эм… внимательна.       Но в голове у него, как он потом вспоминал, пронеслось совершенно другое: — «Это же та девушка, которую сначала приняли за парня… Почему она так переживает за меня? И…» Тот моргнул ещё раз, словно проверяя. — «…и я сейчас видел радугу в её глазах…?»       А вслух он только выдавил: — Я… правда, в порядке. Спасибо, что… э… заботишься.       Кошак тем временем уже где-то дальше орал, вызывая новый хаос, а я лишь облегчённо выдохнула, наконец убирая руки. — Ладно. Раз всё хорошо — берегись дальше. Этот пушистый пироман точно не успокоится.       Он кивнул, но взгляд не отрывал… будто пытался снова поймать ту «радугу».