Глава 6

Крутая Крис, чьи огненные волосы казались ярче солнца, и Грязная Жопа, с его вызывающе небрежной, но притягательной аурой, бесцельно бродили по городу, наслаждаясь свободой и обществом друг друга. Их маршрут, как это часто бывало, привел их к заброшенной промзоне, граничащей с обширной городской свалкой. Для обывателя это было место отчуждения и упадка, но для Крис и Жопы – настоящая сокровищница для приключений. Каждая ржавая бочка, каждая гора искореженного металла, каждый ворох ветхих тряпок таили в себе потенциал для новой игры, нового открытия. Сегодня их целью была старая, почти легендарная помойка, где, по слухам, можно было найти самые дикие и необычные артефакты. — Как тебе эти тряпки, Жопка? — Крис, с восторженным блеском в черных глазах, достала из кучи мусора что-то неопределенной формы, когда-то бывшее, возможно, занавеской или флагом. Ткань была выцветшей, с пятнами неизвестного происхождения, но в ее руках она выглядела как древний свиток. — Шедевр! — воскликнул Жопа в ответ, и его голос был полон искреннего восхищения. Он ловко выхватил тряпку из ее рук, развернул ее, и таинственная, слегка уловимая грязь на его штанах словно стала продолжением этой эстетики, дополняя образ. В его глазах отражалось мальчишеское озорство, а его улыбка была такой открытой и беззаботной, что рядом с ним хотелось забыть обо всех условностях. Крис, вдохновленная его реакцией, отыскала себе еще одну, более поношенную, но, как ей казалось, более «воздушную» тряпку. Неподалеку они заметили ржавые качели, заброшенные посреди бурьяна, скрипящие на каждом своем звене, как старые корабли. Без лишних слов они взобрались на них. Жопка, легко раскачал качель до головокружительной высоты. Они взмывали в небо, а затем падали вниз, и каждый раз, когда их качель достигала наивысшей точки, они махали своими «сокровищами», словно древние птицы, впервые почувствовавшие вкус свободы. Их смех разносился над помойкой, заглушая скрип качелей и шелест ветра. В один из таких полетов, когда они зависли на мгновение в воздухе, а затем начали опускаться, Грязная Жопа, чуть смущаясь, тихо спросил: — Крис, а у тебя до меня были парни? Крис, которая еще минуту назад витала в облаках, вернулась в реальность. Она задумалась на мгновение, а затем ее лицо озарила восторженная улыбка. — Да, был один, — беспечно ответила она, — но ты в сто раз лучше его! Он был такой… обычный. С тобой все по-другому! Жопа гордо выпрямился, несмотря на то, что сидел на качелях. —Ну ты мне льстишь, — ответил он, стараясь выглядеть скромным, но про себя уже прикидывал, как он расскажет эту историю своим друзьям. Он купался в ее комплиментах, убеждая себя, что он действительно крут, и что Тимур, о котором Крис даже не упомянула по имени, был лишь бледной тенью по сравнению с его сияющим величием. И тут, в этот момент их беззаботного счастья, когда солнце облизывало пыльные качели, а ветер шептал что-то в уши, резко из-за кустов раздался шорох, а затем… Слэй-походкой, вышел Тимур. Он был преображен... В каждом его шаге чувствовалась неимоверная мощь, а воздух вокруг него, казалось, был тяжелый. Все присутствующие на помойке, даже бродячие собаки и птицы, вдруг замерли. Вся мелкая суета моментально прекратилась. Все поняли – на горизонте появился кто-то важный, кто-то, кто изменит правила игры. Невольно, подчиняясь невидимой силе, все стали по стойке смирно, взгляды устремились на него. Наша же парочка влюбленных голубков, увлеченная своей беседой, поначалу не заметила. Но когда их качели, раскачанные до предела, замерли, Крис подняла глаза и увидела его... Ее глаза расширились от шока, а затем наполнились немым восхищением. Жопа, почувствовав ее изменившийся взгляд, тоже повернул голову. И их лица синхронно выразили ужас и потрясение. Они, как будто подкошенные, синхронно упали с качели, приземлившись в клубах пыли и песка. — Т-Тимур… — восхищенно, почти благоговейно, прощебетала Крис, поднимаясь на ноги. В ее голосе не было ни капли прежнего пренебрежения, только чистый восторг. Не задумываясь ни на секунду, она бросилась в объятия к нему, забыв о Жопе, о качелях, обо всем на свете. Тимур лишь безразлично кивнул в ее сторону, даже не взглянув на нее. Его взгляд, холодный и пронзительный, был устремлен на Жопу, который все еще барахтался в песке, пытаясь встать. На лице Тимура не было ни тени прежней обиды или боли – только презрение и какая-то отстраненная, неземная сила. — Ты жалок, — произнес он, и его голос, глубокий и низкий, казалось, резонировал с землей, — В тебе нет ничего, кроме фальшивой оболочки, покрытой грязью, которую ты так гордо носишь. — С отвращением молвил Тимур, а в его глазах горели не просто огни ненависти, но и глубокое, всепоглощающее презрение ко всему на этом свете, что казалось ему фальшивым. — Что… Но я… Я… — Жопа не понимал, почему вызвал такой гнев. И он чувствовал себя разоблаченным, словно его «грязная жопа» вдруг стала символом всех его недостатков. —Заткнись! — грозно сказал Тимур, и его голос прозвучал как удар грома. Тимур медленно подошел к Жопе, который все еще валялся в песке, пытаясь обрести равновесие и хоть как-то подняться. Взгляд Тимура был настолько тяжел, что Жопа почувствовал, как его тело пронзает невидимый холодок. Когда Тимур нагнулся, его гигантская тень накрыла Жопу. Тимур взял его за горло. Его пальцы, словно стальные тиски, сжали шею Жопы, но не сильно, лишь так, чтобы показать полную власть. — Будешь теперь еще послушнее, — прошипел Тимур. — Т-Тимур… За что… — Грязная Жопа дрожал, его глаза были полны ужаса. Воздух с трудом проходил в легкие. Тимур притянул его ближе, его голос стал чуть тише, но от этого не менее зловещим. — Ты… Это все из-за тебя! Ты забрал мою девушку! Теперь я заберу твою жизнь! Крис, которая до этого лишь восхищенно смотрела на Тимура, вдруг осознала всю серьезность ситуации. Слезы навернулись на ее глаза. Она бросилась к нему, пытаясь оттащить его от Жопы, обнимая его за широкие плечи. — Тимурчик, перестань! Не бери на себя такую ответственность! — всхлипывая, говорила Крис, прижимаясь к его стальным мышцам. Ее прикосновения, ее слезы, казалось, пробивались сквозь броню его нового, ожесточенного сердца. Тимур замер. Он посмотрел на Крис, потом снова на Жопу, который уже чуть синел. Вздох. Тяжелый, долгий вздох. — Так уж и быть, — ответил Тимур, его голос все еще был грозным, но уже без той фанатичной ярости, — Сегодня тебе повезло, но, идя вечером за семками по темному переулку, не забудь оглянуться! — после этого он отпустил Жопу, который, закашлявшись, рухнул обратно в песок. Тимур, словно добивая, посмотрел на него сверху вниз, и его взгляд был настолько уничтожающим, что казалось, самооценка Жопки провалилась сквозь земную кору до самого ядра Земли. А сверху, словно в назидание, Тимур аккуратно накрыл его той самой тряпочкой, которую они недавно нашли. После этого Тимур, с невозмутимым видом, развернулся и, приняв необычную позу – опираясь на свои огромные кулаки и используя ноги для мощных толчков – загадочно ускакал на руках в сторону, где, как знали только посвященные, находилась самая крутая качалка района. Каждый его "прыжок" на руках сотрясал землю, а его невероятная мощь завораживала. Все, кто видел это, завороженно смотрели ему вслед, словно за мифическим существом. И лишь один маленький мальчик, стоявший с мамой на краю помойки и наблюдавший за этой сценой, повернулся к ней и с полными восторга глазами сказал: —Мама, когда я вырасту, я хочу быть таким же, как этот парень!— После сие слов мальчик, словно пораженный невиданной мощью и предопределением судьбы, упал на землю и больше никогда не открывал своих очей. Его маленькое сердце, не выдержавшее такой дозы эпичности, остановилось. Не раздумывая ни секунды, Крис загадочно надела маску для квадробики, встала на четвереньки, и с невероятной грацией, поскакала за Тимуром, оставляя за собой клубы пыли и совершенно сломленного Грязную Жопу. Она была готова следовать за ним куда угодно, в любой новый мир, который он для нее откроет.