Глава 27. Самонадеянность

Следующим утром Эшли шла на завтрак в одиночестве, поскольку Дафна задержалась в спальне. По дороге в Большой зал ей пришлось выслушать еще несколько соболезнований от тех, кого она не встретила в поезде. Когда по направлению к Эшли двинулась старшекурсница в мантии с эмблемой Хаффлпаффа, она уже приготовилась к словам сочувствия, но вместо этого студентка схватила ее за руку и оттащила подальше от толпы. – Какого черта…? – начала Эшли, но замолчала, когда увидела, кто стоял перед ней. – Вивиан? – Вот уж не думала, что мы с тобой встретимся еще раз, – усмехнулась хаффлпаффка. Со времени их последней встречи в прошлом году Вивиан обзавелась серьгой под губой и явно не собиралась менять свой мрачный стиль. Она напоминала Эшли маггловскую девочку-подростка, которая пыталась доказать свою крутость, куря сигареты, матерясь и показывая средний палец. Она бы никогда не подумала, что Вивиан может являться обладательницей магии огня, если бы Вирджиния не рассказала ей об этом. – Я тоже, – кивнула Эшли и решила сразу перейти к делу. – Бабушка сказала, что ты будешь учить меня. Когда начнем? – Ты настроена решительно, – заметила Вивиан. – Это хорошо. Приходи сегодня после уроков к Черному озеру. Я надеюсь, ты сможешь выбраться незамеченной. – Разумеется, – третьекурсница с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. – Вот и отлично. Увидимся вечером. Не дожидаясь ответа, Вивиан смешалась с толпой и ушла на завтрак. Эшли последовала ее примеру и, войдя в Большой зал, села за стол Слизерина. Есть девушке совершенно не хотелось, и она полностью погрузилась в свои размышления. Хорошо, что Вивиан назначила встречу сегодня: слизеринке нужно было показать ей кулон, который она нашла в тайнике матери. Она не стала надевать его, ведь если кто-нибудь увидел бы его, то стал бы задавать лишние вопросы. А для всех окружающих Эшли была лишь убитой горем дочерью, которая вовсе не расследовала убийство своей матери. Она без удовольствия съела немного яичницы с беконом и встала из-за стола, так и не дождавшись Дафну. Первым уроком было зельеварение, и ей совершенно не хотелось опоздать на него. Может быть, другие преподаватели и посочувствовали бы Эшли из-за ее утраты, но профессор Снейп вряд ли. Хотя после вчерашнего проявления доброты Драко Малфоем могло произойти все что угодно. Коридор после завтрака был забит учениками, но Эшли легко заметила Седрика, выделявшегося на фоне остальных. Он тоже заметил девушку и направился к ней. Девушка попыталась покинуть коридор, но Седрик преградил ей дорогу. На его лице читалось то самое выражение «правильного парня», которое Эшли одновременно любила и ненавидела. – Эшли, подожди, – он мягко перехватил ее за руку. – Я видел, что ты ушла из Большого зала в самом начале. Ты почти не притронулась к еде. – Я не голодна, Седрик. Все в порядке, – она попыталась высвободиться, но он не отпускал, глядя на нее с искренним беспокойством. Вот только его ей сейчас не хватало! – Нет, не в порядке. Смерть близкого человека – это… – он замялся, подбирая слова. – Я просто хочу, чтобы ты знала: ты не одна. Я всегда присматривал за тобой, и буду продолжать это делать. Ты можешь рассчитывать на меня во всем. Считай, что я твой названный старший брат. Эшли почувствовала, как внутри все закипает. Это «старший брат» прозвучало как приговор. Она подняла на него взгляд, в котором смешались боль и ярость. Мимо с хохотом пробежали первокурсники, кто-то задел ее плечом, но она даже не вздрогнула. – Названный брат? – переспросила она, и ее голос опасно задрожал. – Значит, для тебя это просто роль? Защищать слабую маленькую девочку, потому что так правильно? – Эшли, я не это имел в виду… Просто ты дорога мне, и я хочу тебя защитить. Она сделала шаг к нему, вынуждая его замолчать. Теперь между ними оставались считанные сантиметры, и Седрик мог видеть, как она стиснула зубы. – Я не маленькая и не слабая девчонка, и мне не нужна защита. Я не хочу, чтобы ты был моим старшим братом! Я хочу… Эшли запнулась. Ей в голову пришло одно слово, но она не смогла заставить произнести его. Не в полном коридоре учеников и не при таких обстоятельствах. – Это неважно, – бросила она, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. Она резко развернулась и скрылась за поворотом, прежде чем Седрик успел последовать за ней. *** На зельеварении в Эшли продолжала кипеть ярость после разговора с Седриком. Она смотрела на корни, которые нарезала, так свирепо, будто они были виноваты в ее проблемах. Эшли казалось, что к концу урока она взорвет котел, но этого не произошло, хотя вместо зелья из учебника у нее получилась зеленоватая водичка. Дафна определенно заметила перемены в настроении лучшей подруги, но не стала досаждать ей вопросами. Видимо, она решила, что поведение девушки связано со стрессом после похорон. Это было к лучшему, ведь если бы Дафна попыталась поговорить с Эшли во время урока, она бы точно накричала на нее или нагрубила ей. К концу занятия слизеринка успокоилась и присоединилась к разговору подруг. Непринужденные диалоги о последних сплетнях и прочих подростковых пустяках помогли ей отвлечься и не думать о предстоящей встрече с Вивиан. На занятиях времени поразмышлять у нее тоже не было, поскольку Эшли не могла позволить себе снизить успеваемость и была сосредоточена на учебе. А вот когда уроки закончились, и она отправилась к Черному озеру, она начала немного нервничать. С детства на Эшли была возложена обязанность наследницы рода, но быть обладательницей древней и могущественной магии – совсем другое. Хотя ей никто не говорил, что ждет от нее больших успехов, Эшли поставила себе высокую планку сама. Она должна была научиться магии воды как можно скорее, ведь это могло помочь ей расследовать смерть матери. Не стоило также забывать о Волдеморте, благодаря которому она узнала о своих силах. Если он нарисовал на спине Эшли мишень, он не отстанет от нее, и она должна быть готова к атаке. Постоянно оглядываясь и проверяя, не следят ли за ней, Эшли добралась до Черного озера. Выйдя из замка, она словно смогла вздохнуть полной грудью и почувствовать свободу. Ее распущенные платиновые волосы развевались на ветру, а ноги, обутые в теплые ботинки, ступали по заснеженной земле. Остановившись около дуба, Эшли прислонилась спиной к дереву и подняла взгляд на небо. Оно было лазурным, практически не затянутым облаками, а те белоснежные пушистые странники, что все же плыли по нему, делали это не спеша и были похожи на разных животных. Эшли вспомнила летний день, когда ей было семь лет. Солнце палило нещадно, грозясь сделать загорелым любого, кто выйдет на улицу в этот непривычно жаркий для пригорода Лондона день. Но Эшли и Элизабет не пугала, а радовала такая перспектива, поэтому они, одетые в солнечные очки, шляпы и купальники вышли в сад. По просьбе миссис Эверт Легглс временно поставил два шезлонга неподалеку от беседки. Эшли и Элизабет только что вышли из крытого бассейна и собирались высушиться и загореть перед следующим заплывом. – Эшли, подожди! – крикнула миссис Эверт, глядя, как Эшли уже удобно устроилась на своем шезлонге. – Мне нужно помазать тебя солнцезащитным кремом. – Не хочу! – Эшли надула губы. Она с детства была упрямым ребенком, и ее практически невозможно было в чем-то убедить. Этим она определенно пошла в Грейсона. – Я не обгорю и так. – Ты говорила так и в прошлый раз, – напомнила Элизабет, вспоминая, как Эшли потом жаловалась на то, что обгоревшие участки кожи сильно жгло. – Это было в прошлый раз, – с важным видом возразила Эшли, поправляя очки. – И что изменилось сейчас? – Элизабет улыбнулась, качая головой. Девочка задумалась, подбирая подходящий аргумент. Миссис Эверт, воспользовавшись замешательством дочери, подкралась к ней и принялась размазывать крем по ее лицу. – Ай! – крикнула Эшли, а секундой позже рассмеялась. – Так нечестно! Она вскочила с шезлонга и побежала в сторону беседки. Элизабет бросилась за ней, и после немалых усилий, когда Эшли устала от бега, поймала дочь. Под недовольные визги Эшли миссис Эверт намазала ее кожу, незащищенную купальником, солнцезащитным кремом, а затем они сели обратно на шезлонги. – Вот видишь, все оказалась не так страшно, верно? – спросила Элизабет. Эшли не ответила, лишь недовольно прищурилась и надвинула соломенную шляпу себе на глаза. Миссис Эверт тяжело вздохнула и вытащила палочку, которую она всегда носила с собой. Одним взмахом палочки волшебница сотворила несколько маленьких облачков, парящих прямо над ней, а с помощью двух других заклятий придала им формы животных и заставила двигаться. – Смотри, – губы Элизабет растянулись в улыбке. Несколько секунд Эшли продолжала сидеть, упрямо не обращая на мать внимание, но любопытство – еще одна ее врожденная черта характера – взяло верх над обидой. Она повернула голову, и, увидев двигающиеся облака, радостно захлопала в ладоши. – Как здорово! – радостно воскликнула она, и недавняя обида на мать моментально забылась. Эшли смахнула слезы, блеснувшие в уголках ее глаз. – Какой ты стала сентиментальной, – пробормотала она себе под нос. Третьекурсница плотнее прижалась к дереву, словно оно помогало ей сохранить связь с реальностью. Ее мысли снова и снова возвращались к тому летнему дню, и она с трудом удерживалась от того, чтобы не заплакать. У нее было четырнадцать лет, чтобы провести их с матерью, но она потратила их так впустую. С каждым годом после того, как ей исполнилось восемь, они с Элизабет все больше отдалялись друг от друга. Эшли погрузилась в чтение книг, и долгие вечера у камина, когда они с матерью играли в настольные игры, оказались забыты. Но все те же книги, что она читала тогда, она могла прочесть и сейчас, а вот поговорить с матерью – нет. И от этого ей было так больно и обидно. Эшли несколько раз глубоко вздохнула, а когда это не помогло, начала считать от одного до десяти. Постепенно ее дыхание выравнивалось, а мысли сосредотачивались на предстоящей тренировке. На том, что изучение магии воды поможет ей раскрыть ее убийство и позволить Элизабет покоиться с миром. Но вместе с боевым и решительным настроем Эшли в голову пришли и менее оптимистичные мысли. С чего она вообще взяла, что сможет освоить магию воды? Она узнала о своей силе совсем недавно, и пока ничем не отличалась от других волшебников ее возраста. А если изучение магии потребует больше времени, чем она думала? Или, что еще хуже, она вообще не научиться ничему? От этих мыслей Эшли, сама того не заметив, начала ковырять ногти. Эта вредная привычка появилась у нее после проникновения в тайник матери, когда она больше не смогла найти никаких зацепок и начала нервничать. С самого начала было глупо полагать, что убийца, сумевший обойти охранные чары поместья, оставит следы, но Эшли все равно надеялась на это и разочаровалась в себе. И как бы она ни старалась перестать ковырять ногти, в моменты особенно сильного стресса или отчаяния она срывалась. Послышались шаги, и Эшли моментально встала по стойке смирно, вытянув ладони вдоль туловища. Не хватало еще, чтобы Вивиан застала ее за таким постыдным занятием. Но, к удивлению Эшли, к ней подошла не только Вивиан, но и Оливия, а также старшекурсник, которого она не знала. – Оливия! – обрадовалась Эшли и обняла второкурсницу. – Что ты здесь делаешь? – Я подумала, что будет неправильно тренировать только тебя, и убедила родителей Оливии и Энди разрешить им присоединиться к нам, – пояснила Вивиан, и, заметив замешательство Эшли при имени Энди добавила: – Я смотрю, вы не знакомы. Эшли, это Энди Вейл, Энди, это Эшли Эверт. – Привет, – Энди немного натянуто улыбнулся. Видимо, он еще не доверял Эшли, ведь видел ее в первый раз. – Я учусь на пятом курсе Ревейнкло. Рад знакомству. – Третий курс Слизерина. Взаимно. Парень протянул ей руку, и Эшли пожала ее, параллельно оглядывая ревейнкловца. У Энди были немного взъерошенные рыжие волосы, изумрудно-зеленые глаза, а также обильное количество веснушек. На Эшли он произвел весьма приятное впечатление, но делать выводы пока было рано. – Ты давно знаешь, что обладаешь магией ветра? – спросила Эшли, чтобы поддержать разговор. – Отец рассказал мне, когда мне было одиннадцать, и я поступал в Хогвартс. Но я не особо учился управлять ветром. Вивиан уговорила меня начать тренировки вместе с вами. – А у тебя как ощущения, Оливия? – слизеринка повернулась к девочке, которая явно чувствовала себя немного некомфортно. – Это ведь здорово – узнать, что ты теперь обладаешь магией стихий. – Да, здорово, – девочка скромно улыбнулась. – Прежде чем радоваться, научитесь управлять магией своей стихий, – в разговор встряла Вивиан. – Вив, не будь занудой, – Энди несильно толкнул ее локтем в бок, в ответ на что хаффлпаффка закатила глаза. – Лучше расскажи, как ты стала такой крутой ведьмой, что теперь будешь тренировать нас, – поддержала его Эшли. – Мать начала учить меня магии огня, как только я проявила первые магические способности. Если хотите узнать подробности – после тренировки. Мы, кажется, собрались здесь ради нее, а не светской болтовни. Эшли, Оливия и Энди согласно кивнули. Вивиан удовлетворенно хмыкнула. – Вам, наверное, интересно, почему для тренировки я выбрала Черное озеро, – сказала старшекурсница, но ответа не последовало. Её, кажется, это ничуть не смутило. – В Хогвартсе это лучшее место для освоения магии стихий, которое можно найти, потому что здесь присутствуют элементы ваших трех стихий. Озеро – это вода, земля – земля, а воздух – ветер. У нас есть более продвинутое место для тренировок, но оно находится не в Хогвартсе, и пока вы слишком слабы, чтобы заниматься там. Первые занятия у вас будут проходить совместно, потом мы разделимся, и я буду тренировать каждого по отдельности. Для начала вам нужно установить связь со своей стихией и найти в себе силу. Эверт, подойди ближе к озеру, не бойся, ты не утонешь. Хейвуд, ты иди к тому дереву, – Вивиан кивком указала на дуб, около которого раньше стояла Эшли. – Вейл, ты стой там, где стоишь. Эшли подошла к Черному озеру максимально близко и присела на корточки. Поверхность озера полностью сковал лед, но она все еще могла смутно видеть, как вода движется. – И как я буду тренироваться, если озеро заледенело? – обратилась она к старшекурснице. Вивиан страдальчески закатила глаза. – Видимо, твоя бабушка рассказывала мне про другую Эшли Эверт, которая невероятно умна. Хаффлпаффка вскинула правую руку, и в следующую секунду из ее ладони вырвался небольшой огненный шар. Он прилетел в озеро, и, соприкоснувшись со льдом, частично расплавил его. – Вау! – восторженно воскликнула Оливия. Ее глаза блестели, как у маленькой девочки, которая первый раз увидела, как родители пользуются магией. – Это не «вау», а ерунда по сравнению с тем, что реально представляет наша магия. Но чтобы начать управлять своей стихией, сначала вам нужно установить с ней связь. Эверт, опусти руку в воду, Хейвуд, прикоснись к дереву. Потом закройте глаза, все трое. Эшли с опаской сунула руку в воду. Та оказалась ледяной, и девушка тут же отдернула руку. – А ты думала, что она будет теплой, как летом? – хмыкнула Вивиан, наблюдая за её реакцией. Слизеринка прищурилась и снова перевела взгляд на воду. Несколько секунд она оценивающе смотрела на нее, затем сделала глубокий вдох. «Я делаю это ради мамы. И ради того, чтобы противостоять Волдеморту. Будет глупо, если сейчас я отступлю только из-за того, что вода в озере была холодной». Эшли снова опустила руку в воду. Ее обожгло холодом так же, как и в первый раз, но она не отшатнулась. Она постаралась сосредоточиться и закрыла глаза. – Мысленно считайте от семи до одного, – голос Вивиан донесся откуда-то издалека. С каждой отсчитанной цифрой Эшли чувствовала, как становится ближе к чему-то бездонному и необъятному. Ее ладонь, находящаяся в воде, постепенно улавливала ритм течения, и ее сердце словно подстраивалось под него. Один. Эшли резко отдернула руку, открыла глаза, и все изменилось. Это была все та же местность перед Хогвартсом, но теперь Черное озеро выглядело по-другому. Для нее оно было похоже на гигантский организм, который живет своей жизнью. Эшли опустила руку в воду, которая больше не казалась такой холодной, но не почувствовала того же, что минуту назад. Словно тогда она смогла стать кем-то большим, чем обычная школьница, но теперь снова вернулась к началу. – Я почувствовала… – прошептала Эшли, но была уверена, что Вивиан услышала, несмотря на расстояние между ними. – Я как будто дышала в ритме с водой. Но когда я попыталась еще раз, не получилось. На последних словах Эшли поджала губы, и в ее голосе прозвучало разочарование. – Получится в другой раз, – Вивиан пожала плечами и повернулась к Энди и Оливии. – А у вас как успехи? Старшекурсник ответил, что чувствовал то же, что и Эшли, а второкурсница, смутившись, призналась, что не сделала никаких успехов. Они тренировались еще около часа, но никто не продвинулся дальше. Потом Вивиан объявила, что пора возвращаться в замок, пока никто не заметил их отсутствия. Эшли не стала возражать, поскольку к тому времени она значительно устала, хотя не делала ничего, требующего много энергии. Вчетвером они направились обратно в Хогвартс. Оливия и Энди разговорились, что было необычно для скромной хаффлпаффки, которая порой стеснялась общаться и с хорошо знакомыми людьми. Воспользовавшись моментом, Эшли немного замедлила шаг и поравнялась с Вивиан, которая шла в конце их группы. – Вивиан, мне нужно показать тебе кое-что важное, – негромко произнесла слизеринка, косясь на Оливию и Энди. Она не хотела, чтобы они услышали этот разговор. – Между прочим, у меня есть другие обязанности помимо обучения вас: домашнее задание, уроки и подготовка к СОВ. Я не могу уделять все время вам, – резко и устало отозвалась хаффлпаффка. – Но это срочно, – взмолилась Эшли. – У тебя тоже есть домашнее задание, а еще друзья, которые наверняка беспокоятся за тебя. Мы вчетвером встречаемся два раза в неделю, вот тогда и покажешь мне свое срочное дело. Вивиан была непреклонна, и Эшли видела это. В ее словах действительно был смысл: из-за изучения магии воды школьная жизнь Эшли не останавливалась. Когда все четверо дошли до входа в замок, они разделились. Было бы подозрительно, если бы их видели вместе. Эшли продолжила идти вместе с Оливией, ведь многие знали их как подруг. – Не расстраивайся, – сказала Оливия, заметив, как поникла Эшли. – У тебя хотя бы получилось, хоть и один раз. – Просто я думала, что буду учиться быстро, и что все получится с первой попытки, – девушка усмехнулась и покачала головой, удивляясь собственным мыслям. – Теперь я понимаю, насколько самонадеянно это было. – Со стороны многие вещи кажутся легкими, хотя на самом деле это не так. Я уверена, что Вивиан преуменьшает, когда говорит, что метнуть огненный шар для нее – ерунда. Уголки губ Эшли чуть приподнялись. – Ты сейчас говоришь прямо как философ. Девочки дошли до гостиной Хаффлпаффа, непринужденно разговаривая и перебрасываясь шутками. Оливия пошла к своим товарищам по факультету, а Эшли продолжила путь до общей комнаты Слизерина. Дойдя до нужной стены, она назвала пароль и прошла внутрь. Гостиная была переполнена людьми, но мало кто из них был занят выполнением уроков. Несколько девочек-младшекурсниц сидели на диване, рассматривая журналы, ученики постарше играли в карты и пили напитки, принесенные тайком. На фоне остальных выделялась Дафна, сидящая за письменным столом и сосредоточенно пишущая что-то. Когда Эшли подошла к столу, подруга оторвалась от пергамента и подняла взгляд. – О, Эшли, – облегченно выдохнула она. – Я уже начала волноваться, что тебя нет. Ты куда пропала после последнего урока? Несколько секунд Эшли смотрела на Дафну и не могла собраться с духом, чтобы ответить. Она могла простить себе, что соврала отцу, бабушке и дедушке, но соврать друзьям было для нее совершенно иным. Они искренне переживали за нее, хотели знать о ее состоянии и чувствах, и сказать им ложь значило предать их. На похоронах матери она сама говорила о том, что честность Элизабет не уйдет, и что она продолжит следовать ее принципам. Но, как оказалось, ее мать тоже была не самой честной женщиной, раз скрывала от дочери, что обладает магией воды. И Эшли понимала, что не могла сказать друзьям правду. Ради их же безопасности и ради сохранения семей, управляющих стихиями. – Мне нужно было побыть одной. Эта ложь далась слизеринке нелегко, но Дафне ее заминка не показалась подозрительной. Она лишь понимающе кивнула, потому что на ее взгляд Эшли вела себя, как обычная убитая горем четырнадцатилетняя девушка. Эшли села за стол неподалеку от подруги и вытащила из своей сумки с принадлежностями свиток пергамента. Она не заметила, как слеза образовалась в углу ее глаза, и осознала это, лишь когда она упала на пергамент. Эшли поспешно вытерла слезу и не позволила себе заплакать. «Я постараюсь не врать тебе и остальным, Дафна, обещаю. Я сделала это ради вашего же блага, потому что не хочу, чтобы вы были в опасности. Я не хочу потерять вас».