Глава 5.

“Чернильное перо” оказалось уютным кафе, спрятанным в одном из переулков Карнаби-стрит — аутентичное место с кирпичными стенами, книжными полками и ароматом свежемолотого кофе. Драко прибыл на пятнадцать минут раньше назначенного времени, выбрав столик в углу, подальше от окон и любопытных взглядов. Несмотря на расслабленную обстановку, он не мог отделаться от ощущения нервозности, которую не испытывал… чёрт, он даже не помнил, когда в последний раз так нервничал из-за женщины. Заказав эспрессо, Драко проверил телефон — три пропущенных от отца, сообщение от Блейза с пошлой шуткой о свидании с балериной (“Они такие гибкие, тебе повезло, ублюдок”) и деловое письмо от управляющего “Серебряной змеей” о последних приготовлениях к открытию. Драко решил проигнорировать всё это прямо сейчас. Особенно звонки от Люциуса — этот разговор он предпочел бы вести лично, а не по телефону. Он как раз отпивал кофе, когда колокольчик над дверью кафе звякнул, и вошла Лика. Она выглядела совершенно иначе, чем на сцене или даже вчера ночью — простые джинсы, мягкий светло-серый свитер, волосы собраны в небрежный хвост. Без яркого макияжа её лицо казалось моложе, естественнее, но от этого не менее привлекательным. Драко поймал себя на том, что задержал дыхание, когда она заметила его и направилась к столику, лавируя между другими посетителями с изяществом, которое, казалось, было частью её сущности, а не просто профессиональным навыком. — Привет, — она улыбнулась, опускаясь на стул напротив. — Надеюсь, не заставила тебя ждать? — Нет, я пришёл раньше, — Драко пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждённо. — Как ты себя чувствуешь? После вчерашнего, я имею в виду. — Лучше, — Лика сняла лёгкую куртку и повесила на спинку стула. — Выспалась и даже успела на утреннюю репетицию. А ты? — Тоже нормально, — он кивнул. — Это далеко не первая моя ночная конфронтация. — Почему-то меня это не удивляет, — она улыбнулась, и эта улыбка преобразила её лицо, сделав глаза ярче. Подошедший официант принял заказ Лики — латте с карамелью и шоколадный круассан. — Сладкоежка? — спросил Драко с лёгкой улыбкой. — Профессиональная привилегия, — она подмигнула. — С тем количеством тренировок, что у меня каждый день, я могу есть сладкое без угрызений совести. — Звучит заманчиво, — он отпил эспрессо. — Сколько часов в день ты репетируешь? — Обычно шесть-восемь, — Лика пожала плечами, будто это было чем-то обыденным. — Плюс выступления и иногда преподавание. — Впечатляюще, — искренне сказал Драко. — И давно ты танцуешь? — С четырёх лет, — её лицо смягчилось при воспоминании. — Моя мама была балериной в молодости, но потом травмировала колено. Она привела меня в студию, и я… просто влюбилась в танец. — Это чувствуется, когда смотришь, как ты танцуешь, — тихо сказал Драко. — Такое нельзя сыграть или выучить технически. Это приходит изнутри. Лика внимательно посмотрела на него: — Ты довольно наблюдателен для человека, который вчера признался, что никогда не интересовался балетом. — Я быстро учусь, — он слегка улыбнулся. — К тому же, некоторые вещи очевидны даже для непосвящённых. Твоя страсть — одна из них. Официант принёс её заказ, и Лика с видимым удовольствием отпила горячий напиток. — А чем занимаешься ты, кроме управления клубами? — спросила она, откусывая круассан. — Или это твоё единственное занятие? — В основном бизнес, — Драко откинулся на спинку стула. — Клубы, инвестиции, недвижимость. Не такое творческое занятие, как твоё, но оно… подходит мне. — И как к этому отнёсся твой отец? — она задала вопрос непринуждённо, но в её глазах мелькнуло понимание. — Люциус Малфой, насколько я помню, всегда имел… определённые ожидания. — Он предпочёл бы, чтобы я пошёл в министерство, — Драко хмыкнул. — Восстанавливать репутацию семьи в политических кругах. Но после войны… я не мог. Слишком много воспоминаний, слишком много призраков. Лика медленно кивнула: — Понимаю. После того, что произошло… нелегко было бы притворяться, что всё в порядке. — Именно, — он был благодарен за её понимание. — К тому же, я всегда предпочитал быть сам себе хозяином. А в клубах… там своя магия. Место, где люди забывают о прошлом, о статусе крови, о старых обидах. Всё, что имеет значение — здесь и сейчас. — Звучит почти как философия, — она улыбнулась. — И, должна сказать, неплохая. — А что насчёт тебя? — Драко перевёл разговор. — Танец — это способ выразить то, что нельзя сказать словами? — Отчасти, — она задумалась. — Но также это… свобода. Когда я танцую, я полностью контролирую своё тело, свои движения. Я могу быть кем угодно, чувствовать что угодно, и это… освобождает. — Особенно после отношений с кем-то вроде Пьюси, — тихо заметил Драко. Лика напряглась, но не отвела взгляд: — Да. Особенно после таких отношений. — Прости, не хотел поднимать неприятную тему, — он сделал глоток кофе. — Всё нормально, — она покачала головой. — Это часть моего прошлого. Часть того, кто я есть сейчас. Драко смотрел на неё с возрастающим уважением. Многие люди предпочли бы избегать болезненных тем, притворяться, что всё в порядке. Но не она. — Ты удивительная, — вырвалось у него. Лика выглядела искренне удивлённой: — Почему ты так думаешь? — Твоя сила. Честность. Способность говорить о сложных вещах без самообмана, — он пожал плечами. — Это… редкость. — Спасибо, — она слегка покраснела, и Драко поймал себя на мысли, что это, возможно, самое очаровательное зрелище, которое он видел. — Хотя я не всегда была такой. Потребовалось время, чтобы научиться принимать своё прошлое и не стыдиться его. — Я всё ещё учусь, — признался Драко. — Особенно насчет войны. Моей роли в ней. Она инстинктивно взглянула на его левую руку, хотя длинные рукава рубашки скрывали предплечье. — Она всё ещё там? — тихо спросила Лика. Драко понял, о чём она говорит. О Тёмной Метке. Напоминании о самой большой ошибке его жизни. — Да, — он кивнул. — Бледнее, чем раньше, но она никогда не исчезнет полностью. — Шрамы редко исчезают, — она смотрела на него без осуждения, просто с пониманием. — Физические или эмоциональные. — У тебя тоже есть шрамы? — спросил он, имея в виду больше, чем просто видимые отметины. — Да, — она не стала уточнять, и Драко не настаивал. Они сидели в комфортном молчании несколько секунд, потом Лика неожиданно улыбнулась: — Мерлин, мы такие мрачные. Давай о чём-нибудь более приятном? Расскажи о своём новом клубе. Блейз упоминал что-то о скором открытии? — Ты знаешь Блейза? — удивился Драко. — Немного, — она пожала плечами. — Он иногда спонсирует наши выступления. И поставляет отличный алкоголь для приёмов. — Звучит как Блейз, — Драко усмехнулся. — Да, “Серебряная змея” открывается в следующую субботу. Это будет… нечто особенное. — В каком смысле? — Смешение магии и технологий, — объяснил Драко, оживляясь. — Место, где волшебники и избранные маглы могут отдыхать вместе, не нарушая Статут о секретности. Мы используем специальные чары, которые разработал мой друг Тео Нотт — они позволяют маглам видеть некоторые проявления магии как часть шоу, спецэффекты. Им кажется, что это просто очень продвинутые технологии. — Звучит впечатляюще, — искренне сказала Лика. — И довольно революционно. — Мир меняется, — Драко пожал плечами. — Строгое разделение волшебного и магловского миров уже не так актуально, как раньше. Особенно с развитием технологий. — Значит, ты не унаследовал отцовские взгляды на маглов? — осторожно спросила она. — Нет, — твёрдо ответил Драко. — Эта война слишком ясно показала, куда ведёт такое мышление. Лика кивнула с лёгкой улыбкой: — Ты действительно изменился, Драко Малфой. — Надеюсь, к лучшему, — он улыбнулся в ответ. — Определённо, — она допила кофе. — Кстати, о переменах… Как отнёсся твой отец к новости о разводе? — Ещё не знаю, — Драко поморщился. — Я еду в Мэнор сегодня вечером. Мать уже сообщила ему, но… личная конфронтация неизбежна. — Сочувствую, — она действительно выглядела сопереживающей. — Это будет нелегкий разговор. — Я переживу, — он махнул рукой. — В конце концов, мне тридцать два, пора перестать беспокоиться о родительском одобрении. — Легче сказать, чем сделать, — заметила Лика. — Особенно когда речь идет о таких родителях, как твои. — А твои родители? — спросил Драко. — Они здесь, в Лондоне? Тень пробежала по её лицу: — Нет. Они… погибли во время войны. Драко почувствовал, как сердце сжалось: — Мне очень жаль. — Спасибо, — она слабо улыбнулась. — Это было давно, но… иногда кажется, что только вчера. — Я понимаю, — тихо сказал он, и это была правда. Они снова замолчали, но теперь в тишине было что-то интимное, связывающее. — Ты знаешь, — неожиданно сказала Лика, — для не-свидания это довольно… похоже на свидание. Драко рассмеялся: — Да, я тоже заметил. Думаю, мы облажались с концепцией. — Ну, тогда нет смысла притворяться дальше, — она улыбнулась, и в её глазах мелькнули озорные искры. — Раз уж это свидание, может, продолжим его где-нибудь ещё? День слишком хорош, чтобы провести его в помещении. — Что ты предлагаешь? — Драко подался вперёд, внезапно заинтригованный. — Мой мотоцикл припаркован за углом, — она подмигнула ему. — Как насчёт поездки? Обещаю не превышать скорость… слишком сильно. — Хочешь прокатить меня на мотоцикле? — Драко не смог скрыть удивления. — А как же мой костюм? — О, бедный костюм, — она наигранно вздохнула. — Могу предложить забежать к тебе, чтобы ты переоделся. Или ты слишком консервативен для такого приключения, мистер Малфой? Её поддразнивание задело что-то в нём — не гордость, как могло бы быть раньше, а желание показать, что он может быть спонтанным, свободным. — Ни в коем случае, — он улыбнулся, доставая кошелёк и оставляя деньги на столе. — Веди, мисс Грант. Я полностью в твоём распоряжении. Ducati Лики был именно таким, как она описывала — чёрным, спортивным, с хромированными деталями, сверкающими на солнце. Она протянула Драко шлем и с явным удовольствием наблюдала, как он неуклюже пытается сохранить достоинство, надевая его. — Не волнуйся о причёске, — поддразнила она, застёгивая собственный шлем. — Тебе даже с растрёпанными волосами будет хорошо. — Я не… — начал Драко, но замолчал, понимая, что именно об этом и думал. — Ладно, может быть, немного беспокоюсь. Она рассмеялась — чистый, мелодичный звук, который Драко уже начинал любить. — Садись сзади, — инструктировала Лика, седлая мотоцикл с грацией, которая делала даже этот обыденный жест каким-то элегантным. — И держись крепко. Драко осторожно сел позади неё, не совсем уверенный, куда деть руки. — За меня, — она оглянулась через плечо, глаза смеющиеся за визором шлема. — Если не хочешь слететь на первом же повороте. Драко осторожно обхватил её талию, чувствуя тепло даже через куртку, и неожиданно для себя ощутил прилив адреналина. Он не боялся скорости — квиддич научил его любить её, но это было что-то новое, незнакомое. — Готов? — спросила Лика. — Готов, — подтвердил он, крепче обхватывая её. Мотоцикл взревел, и они сорвались с места. Драко пришлось сильнее прижаться к Лике, чувствуя, как ветер треплет его брюки и рубашку. Они неслись через улицы Лондона, лавируя между автомобилями с мастерством, которое говорило о многолетнем опыте Лики. Это было… опьяняюще. Свобода, скорость, тепло женского тела в его объятиях. Драко поймал себя на мысли, что широко улыбается под шлемом, как ребёнок. Они выехали на набережную Темзы, и теперь мотоцикл нёсся вдоль реки, оставляя позади автомобили. Драко чувствовал, как Лика смеётся — вибрация проходила через её тело в его, соединяя их ещё сильнее. Они остановились в небольшом парке с видом на реку. Лика заглушила мотор и сняла шлем, её волосы рассыпались по плечам, слегка растрёпанные, но от этого не менее прекрасные. — Ну, как тебе? — спросила она, глядя на Драко с откровенной радостью. Он снял шлем и почувствовал, как ветер тут же растрепал его обычно идеально уложенные волосы. Но странное дело — ему было всё равно. — Это было… потрясающе, — честно признался он, не в силах сдержать улыбку. — Я знала, что тебе понравится, — Лика спрыгнула с мотоцикла с лёгкостью, которая напомнила Драко о её танцевальном мастерстве. — Нет ничего лучше, чтобы почувствовать себя свободным. — Теперь я понимаю, почему ты любишь это, — Драко тоже слез с мотоцикла, чувствуя странную лёгкость в теле. — Это как… магия, но другого рода. — Именно! — она просияла, довольная его пониманием. — Я люблю магию, но есть что-то особенное в том, чтобы чувствовать машину, дорогу, ветер… это более… физическое переживание. Они пошли по набережной, мотоцикл остался припаркованным под надзором специальных чар, которые Лика наложила незаметно для прохожих. — Я не ожидал, что ты такая… авантюристка, — заметил Драко, когда они шли вдоль реки. — А какой ты меня ожидал? — она бросила на него любопытный взгляд. — Не знаю, — он честно задумался. — Более… утончённой? Сдержанной? Как те балерины из классических постановок, которые кажутся такими хрупкими и воздушными. — О, я могу быть такой на сцене, — Лика усмехнулась. — Но в жизни… я предпочитаю быть настоящей. Со всеми моими противоречиями. — И это прекрасно, — искренне сказал Драко. Она повернулась к нему, удивлённая его тоном, и их взгляды встретились. Что-то промелькнуло между ними — тихое понимание, притяжение, которое становилось всё сложнее игнорировать. Драко подумал о том, чтобы поцеловать её прямо здесь, посреди парка, с растрёпанными ветром волосами и раскрасневшимися от поездки щеками. Но что-то его остановило — не страх отказа, а желание сделать всё правильно. Она заслуживала большего, чем поспешный поцелуй от только что разведенного мужчины. — Что-то не так? — спросила Лика, заметив его задумчивость. — Нет, — он покачал головой, улыбаясь. — Просто… наслаждаюсь моментом. Они продолжили прогулку, разговаривая обо всём и ни о чём — о любимых местах в Лондоне, о книгах, о музыке. Драко обнаружил, что ему легко с ней, как давно не было легко ни с кем. Она не судила, не требовала, просто была собой и позволяла ему быть собой. Когда день начал клониться к вечеру, они вернулись к мотоциклу. Драко посмотрел на часы и вздохнул: — Мне пора. Обещал быть в Мэноре к ужину. — Конфронтация с отцом? — сочувственно спросила Лика. — Да, — он кивнул. — Хотя теперь это кажется не таким уж страшным. Странно, как хороший день может изменить перспективу. — День был действительно хорошим, — согласилась она с мягкой улыбкой. — Спасибо, Драко. — Мне? — он удивился. — Это ты показала мне новый способ смотреть на Лондон. И на жизнь, если уж на то пошло. — А ты показал мне, что не все слизеринцы из аристократических семей — надменные снобы, — она подмигнула, смягчая шутку. — Некоторые из нас — надменные снобы, которые умеют получать удовольствие от жизни, — парировал Драко с улыбкой. Они стояли рядом с мотоциклом, и никто из них, казалось, не хотел, чтобы этот день закончился. — Могу я… увидеть тебя снова? — спросил Драко, чувствуя себя странно уязвимым. — Может быть, завтра вечером? Если ты не занята. — Завтра у меня выступление, — с сожалением сказала Лика. — В Ковент-Гардене, в восемь. — О, — он не смог скрыть разочарования. — Но ты мог бы прийти, — быстро добавила она. — Я оставлю тебе билет. А после… мы могли бы поужинать. Если ты хочешь. — Я бы хотел, — Драко почувствовал, как улыбка возвращается на его лицо. — Очень хотел бы. — Тогда решено, — она просияла. — А теперь… мне нужно отвезти тебя куда-то? Или ты аппарируешь? — Аппарирую от твоего дома, если не возражаешь, — сказал Драко. — Не хочу рисковать с магией посреди парка, полного маглов. — Разумно, — она кивнула, протягивая ему шлем. — Тогда поехали. Обратный путь был таким же захватывающим, но теперь Драко чувствовал себя более уверенно, крепко обхватив талию Лики и наслаждаясь близостью. Когда они остановились перед её домом, он неохотно отпустил её, понимая, что не хочет расставаться. — Завтра, — сказала Лика, словно читая его мысли. — Я оставлю билет в кассе на твоё имя. — Буду ждать с нетерпением, — Драко снял шлем, пригладил волосы и протянул его ей. — Спасибо за сегодняшний день, Лика. Это было… необыкновенно. — Для меня тоже, — она улыбнулась, принимая шлем. На мгновение их пальцы соприкоснулись, и Драко почувствовал, как его сердце ускоряет ритм. Импульсивно, не давая себе времени передумать, он наклонился и легко поцеловал её в щёку — мимолётное прикосновение, но полное обещания. — До завтра, — тихо сказал он. — До завтра, — эхом отозвалась она, и Драко мог поклясться, что видел румянец на её щеках. Он отошёл в тихий переулок и аппарировал, унося с собой ощущение ветра в волосах, запах её духов и тепло её улыбки.