Часть 1

Лавандовые глаза распахнулись, и первое, что увидела Хината, — обветшалый деревянный потолок, где некоторые балки, казалось, держались лишь на честном слове. Резко сев, она ощутила, как головокружение сдавило виски тисками. Девушка нервно потерла их, надеясь унять пульсирующую боль. Краем глаза она увидела знакомую розоватую макушку. — Сакура, — прохрипела Хината, подползая ближе. Она взволнованно осмотрела тело Сакуры: её покрывали мелкие царапины, наверняка было что-нибудь ещё, но толстый слой грязи скрывал истинный масштаб повреждений. Затаив дыхание, Хината прильнула к груди подруги, отчаянно пытаясь уловить заветное биение сердца. Ей показалось, прошла целая вечность, прежде чем она услышала долгожданное «тук, тук, тук». Хината облегченно выдохнула. Она попыталась исцелить Сакуру, но сил не было, целительная чакра вспыхивала лишь на мгновение, словно угасающая искра. Только сейчас она заметила въевшуюся грязь под своими ногтями и, осмотрев себя, осознала, что выглядит не лучше. Она хотела встать, но ноги не слушались, бьякуган был истощен, а глаза горели от перенапряжения. Она легла боком, прислонившись к Сакуре, прислушиваясь к ее тихому, но ровному дыханию. Хината ждала, когда подруга очнется, понимая, что должна быть начеку, но она была слишком истощена. Морфей забрал её в своё царство… В следующий раз Хината очнулась на закате, когда багряные лучи солнца проникали сквозь щели в ветхих стенах. Сакура по-прежнему лежала без сознания. Прислонившись к холодной стене, Хината попыталась собрать воедино разрозненные обрывки воспоминаний. Они сражались, защищая родную деревню, она бросилась на помощь Наруто, встретившись лицом к лицу с самим Пейном. Она помнила, как он разбил ее защиту, как нестерпимо болели руки. Тщетные попытки подняться, зловещий замах Пейна, и затем — пустота. Она снова окинула взглядом свои руки, но кроме царапин и въевшейся грязи ничего не увидела. Нервно сглотнув, Хината ощутила жажду. Ей необходимо было понять, где они оказались. Активировав бьякуган, она увидела, что они находятся в старом, прогнившем доме на самой окраине чего-то, но к глазам еще не вернулась полноценная сила, она не видела дальше километра. Она искала хоть какую-то зацепку, хоть намек на возможность спасения, и, казалось, удача наконец-то улыбнулась ей: во дворе виднелся заброшенный колодец. Отключив бьякуган, Хината торопливо ощупала кармашек, пришитый к правому бедру. Она вытащила его содержимое: кунай, небольшой мешочек с пилюлями (высыпав их на ладонь, она насчитала семь штук, одну немедленно проглотила, остальные вернула обратно), маленький тюбик с фирменной целебной мазью, которую клан Хьюга изготавливал по особому рецепту, держа в секрете ингредиенты (ее продавали, но далеко не каждый мог позволить себе такую роскошь), Хината бережно опустила на ладонь золотое кольцо. Тонкая работа ювелира запечатлела в центре лунный камень, чей молочный опал пронизывали синие, словно трещины замерзшего озера, линии. По обе стороны поблескивали два маленьких алмаза, ловя ускользающий свет. На губах Хинаты расцвела легкая улыбка. Это кольцо – благодарность за дарованное спасение. Старшая дочь феодала была похищена на полпути к родному дому. На поиски отправили несколько групп, но именно восьмая команда обнаружила ее первой. Битва была нелегкой, оставив на теле Хинаты легкие шрамы, но они выстояли. В порыве искренней благодарности спасенная пыталась воздать им щедро, и Хината едва помнит, как девушка уговорила принять это кольцо, и наконец, самое важное – маленькая пластиковая колба с одной небольшой зеленой таблеткой. Слегка встряхнув её, она спрятала все обратно, Хината решилась на вылазку. Осторожно ступая по скрипучему полу, она направилась в дверной проем, ведущий в кухню, или, скорее, в то, что от нее осталось. Хината искала хоть что-то, что могло им пригодиться. Ничего съестного не было, но ее взгляд упал на полуразбитый стакан, видавший лучшие времена тазик, пару сломанных палочек и вполне пригодную для питья пиалку. Взяв с собой лишь тазик и пиалку, она вернулась к Сакуре, которая все так же неподвижно лежала на полу. Лишь размеренное вздымание груди выдавало в ней жизнь. Активировав бьякуган, Хината еще раз убедилась, что вокруг никого нет. Она вышла во двор. Крадучись, она подошла к колодцу и увидела прикрепленное к нему металлическое ведро. Нервно схватившись за ворот, она принялась быстро опускать ведро вниз. Звук звенящей цепи казался оглушительным в тишине. Услышав легкий всплеск воды, она застыла, выжидая несколько секунд. Затем она принялась медленно вращать ворот, поднимая содержимое вверх. Когда ведро показалось из колодца, Хината ловко перехватила цепь, а затем, ухватившись за железную ручку, вытащила ведро и водрузила его на землю. Все это время ее бьякуган был активирован, не позволяя врагу застать ее врасплох. Опустив пиалку, она набрала воды и вернулась в дом, отключив бьякуган. Покопавшись в кармашке, дрожащими пальцами она достала колбу, открыла ее и извлекла единственную таблетку. Бросив ее в пиалку с водой, Хината замерла в ожидании. Время тянулось медленно, но ее терпение было вознаграждено – вода в пиалке приобрела легкий зеленоватый оттенок. Хината облегченно вздохнула: теперь у них была вода, пригодная для питья. План созрел мгновенно. Убедившись еще раз, что они одни, Хината тщательно вымыла таз. Она нарвала травы и набрала земли с песком, вычищая стенки тазика до блеска. Когда таз был готов, она набрала в него воды и отнесла в кухню. Сняв с себя всю одежду, кроме нижнего белья, она принялась стирать вещи, отчаянно теребя ткань, которая никак не хотела поддаваться. Хината сожалела, что ей не удалось найти хотя бы кусочек мыла. Выстирав свою одежду, она, преодолевая смущение, сняла одежду с Сакуры, оставив ее лишь в нижнем белье. Она надеялась, что эта манипуляция разбудит её, ну или как-то поможет привести ее в чувство, но подруга продолжала безмолвно лежать. Выстирав одежду Сакуры, Хината, когда на землю опустилась непроглядная ночь, омылась сама. Как могла, она расчесала волосы руками. На мгновение ее посетила мысль о том, чтобы снова их обрезать, но она так и не решилась на это. Прислонившись к стене, Хината несла свою вахту, надеясь, что их никто не потревожит в этом богом забытом месте.

***

Сакура брела сквозь кромешную тьму, в отчаянии пытаясь нащупать выход. Время словно застыло, превратившись в бесконечность. Сквозь пелену забытья до неё доносился чей-то зов, но слова тонули в гулкой пустоте. Обессилев, она рухнула, подгибая дрожащие ноги. Отчаяние все сильнее сжимало её разум своим липким кольцом, а усталость сковывала тело, неумолимо клоня ко сну. Веки сомкнулись, погружая её в небытие… И вдруг – рывок, неведомая сила подхватила её, понесла в бездну, пока, наконец, не выбросила на берег. Сакура распахнула глаза, боль пронзила голову, словно её ударили чем-то тяжёлым. Краем глаза она что-то заметила. Собрав остатки сил, она повернулась на правый бок и увидела полуобнажённую девушку. Узнав иссиня-чёрные волосы, окутывающие её плечи, Сакура расслабилась. Это была Хината, мирно спящая, судя по спокойному дыханию. Она попыталась позвать её, но из горла вырвался лишь хрип. Этого оказалось достаточно. Хината вскинула голову и уставилась на Сакуру широко распахнутыми глазами. Стремительно поднявшись, она подхватила стоявшую рядом пиалу, слегка расплескав воду, сначала помогла Сакуре сесть и протянула ей ёмкость. Девушка жадно припала к воде, спешно глотая и проливая её на себя. — Ещё, — произнесла Сакура осипшим голосом, и Хината тут же исчезла. Сакура только сейчас осознала, что тоже была раздета. Её тело покрывали ссадины и грязь – она слегка поморщилась. Вернувшись, Хината вновь протянула ей воду. Утолив жажду, Сакура смотрела на Хинату, казалось, та вот-вот расплачется, но она сдержалась. И снова, исчезнув, девушка вернулась с одеждой. — Там есть тазик с чистой водой, — указала она за спину Сакуры, — можно обмыться. Сакура кивнула и с помощью Хинаты поднялась, медленно направляясь к месту, которое ей указали. Вода оказалась прохладной, но не ледяной. Она принялась тереть руки, лицо, плечи. Её била дрожь, но, закончив, Сакура облегчённо вздохнула. Вернувшись, Хината подала ей её одежду. — Спасибо, — произнесла Сакура, и голос её звучал уже лучше. Она начала одеваться, но из-за того, что тело Сакуры было влажное, ткань неприятно липла. — Держи, — Хината протянула ей пилюлю. Сакура машинально проглотила её и потянулась к правому бедру, но не обнаружила там кармана. Разочарованно вздохнув, она посмотрела на Хинату, и та, словно прочитав её мысли, произнесла: — Ты уже была без него… — Что тебе удалось узнать? — спросила Сакура. Хината слегка опустила голову, словно чувствуя свою вину. — Мои глаза ещё не успели восстановиться, и я вижу очень плохо, но мне кажется, мы не в Конохе. Я не могу точно сказать, где мы сейчас. Сакура ничего не помнила. Она знала, что на деревню напали. Она кричала мальчишке, чтобы он бежал, и атаковала одного из Пейнов, но её противник был нечеловечески силён. Она помнила, как упала от истощения, левый глаз заплыл, и она из последних сил поднялась и, шатаясь, пошла в атаку, а потом что-то взорвалось, и её отбросило волной в здание, которое тут же обрушилось на неё. Сакуру пронзила дрожь, и она ощутила зловещую догадку. — Хината, что с тобой случилось в Конохе? — почти шёпотом спросила она. Хината непонимающе посмотрела на неё и заговорила: — Пейн почти схватил Наруто-куна, и я выбежала ему помочь, хоть он и кричал, чтобы я уходила. Но… — запнувшись, девушка продолжила, — я не ушла. Я вступила в бой. Почти достала, но Пейн сбил меня воздушной волной, подбросил так высоко в воздух. Я помню, как летела вниз; боль от падения была сильная, а потом мои руки пронзили чакропроводными трубами, было невыносимо. Последнее, что я помню, – как Пейн замахнулся, а потом – темнота. Сакура слушала. Ее била мелкая дрожь, как мебель во время землетрясения. — Хината, — всё так же шёпотом произнесла Сакура, — мы погибли. Подняв голову и посмотрев на подругу, она видела, как менялось выражение лица Хинаты. — Но мы же живы сейчас, — неуверенно проговорила она. — Да… Я не знаю, я не знаю, — нервно хватаясь за голову, Сакура опустилась на корточки. Она пыталась осознать, что происходит. Она была уверена, что погибла. Может быть, они обе попали под влияние Цукиеми, но это невозможно, даже с огромным запасом чакры. Голова начинала болеть ещё сильнее. Сейчас им сначала нужно было понять, где они находятся, и уже всё остальное.