Часть 7- Три Короны и Безумная Королева

После смерти Гриффина Ланнистера, безумного короля, Вестерос наконец вздохнул. Но недолго — мир никогда не держится на крови, пролитой слишком густо. Когда Грифин убил Баратеонов, их земли, как и их род, не исчезли полностью — на обломках Штормовых земель поднялись три новых рода. Не настоящие, конечно. Скорее — кучки амбициозных псов, разодравших падаль власти на части. Так появились Гливерионы, Лирвертарды и Лиретеоны — три дома, что жрали остатки старого мира, как гиены мёртвого льва. Каждый из них когда-то служил Баратеонам, но теперь каждый видел себя новым властителем Штормового Предела, новым “ударом молнии” Вестероса. Раскол Штормовых земель •Дом Гливерион — потомки одного из бастардов Баратеонов, с белыми, будто выбеленными ветрами, волосами и серыми глазами. Гордость и холод, сплавленные с яростью. Они заявили, что теперь кровь Шторма принадлежит им, и что прежний “удар молнии” стал их символом. •Дом Лирвертард — грязная смесь бывших наёмников, торговцев и дезертиров. Они купили себе гербы, мечи и честь, как покупают шлюху на рынке. Их войска были сильны не дисциплиной, а безумием — шли в бой, будто им обещали место в раю за каждую вспоротую кишку. •Дом Лиретеон — слабейшие из троих. Остались без земель, но с богатыми союзниками — часть Талли и одичавшие вассалы с Речных земель. Они мечтали вернуть старый порядок, но в итоге стали пешками в чужой игре. А Вестерос… Вестерос снова раскололся. После смерти Грифина корону на мгновение примерила его сестра — Леона Ланнистер. Слишком красивая для войны. Слишком умная для мира. Она ненавидела брата, но носила его имя, и это было как клеймо. Люди шептали, что в ней — кровь безумца. А другие шептали хуже — будто её собственный брат сделал её своей ещё при жизни. Но Вестеросу было плевать на слухи, пока не пролилась новая кровь. Когда три дома бывших штормовых лордов собрались и пошли на столицу — на старую Королевскую Гавань, — львица поняла, что не удержит корону. Её войска были слабы, казна пуста, а союзников — меньше, чем друзей у яда. Она сделала то, что сделала бы любая мать, потерявшая всё: уплыла. На Драконий Камень. Беременная, одинокая, сломанная. Она знала, что родит ребёнка от брата — Лейона Ланнистера, последнего из их проклятой крови. И пусть её душа горела от стыда, она клялась, что хотя бы он — будет другим. Пока Леона скрывалась, Вестерос горел. Гливерионы двинулись с юга, взяли Королевскую Гавань, вырезав каждого, кто носил золотого льва на груди. Лирвертарды шли с востока, как стая бешеных псов, грабили города, насиловали женщин, ставили на кол колдунов, мейстеров и детей “по забаве”. Лиретеоны держались чуть дольше — но когда Гливерионы предложили им “мир за верность”, они предали всех и перешли на их сторону. Так пала столица. Когда дым рассеялся, на трон взошёл Сильвер Гливерион, первый из своего имени. Его корона была не из золота, а из сплавленного железа — он приказал переплавить шлемы убитых ланнистеров и надеть их себе на голову. Он говорил: “Старый Вестерос сдох. Теперь мы — шторм, что смоет всех, кто цепляется за прошлое.” Но слухи не умерли вместе с войной. Ходили разговоры, что Леона на Драконьем Камне родила сына — золотоглазого, как солнце, и белокурого, как лёд. Мейстер, что помогал при родах, рассказывал, будто во время схваток она бредила, звала брата, и молила его “не жечь их всех”. Через неделю на остров высадились наёмники Старков — серые волки, нанятые Гливерионами. Они вырезали всех. Когда нашли Леону, она держала младенца на руках и шептала: “Он увидит другой мир… не такой, как наш.” Мир так и не увидел. Они убили ребёнка у неё на руках, а ей самой отрубили голову, выставив череп на воротах замка. Так погибла последняя львица Вестероса. Драконий Камень отошёл Старкам по договору — как “символ мира”. Но по какой то причине волки вскоре отказались от драконьего камня по неизвестным причинам. Тем временем Гливерионы укрепились. Сильвер правил жёстко, почти разумно, но каждый его приказ сопровождался кровью. Он ненавидел и презирал Ланнистеров, и считал, что Вестерос теперь его собственный кузнечный горн — где можно выковать “новый порядок”. А люди так и ждали что львы вернутся.