Часть 2

Барвиха-Северное ночами не спала. Особенно сегодня. Алиса поднималась по старой лестнице отдела — так же медленно, как когда-то поднималась к свету после каждого падения. Только сейчас света внутри не осталось. У дверей кабинета Подполковника Володи Яковлева она остановилась. Постучала. Едва. — Войдите, — раздался знакомый хрипловатый голос. Алиса толкнула дверь и шагнула внутрь. Володя сидел за столом, изучая какие-то бумаги — пока не поднял глаза. И сразу всё понял. Не надо было слов. Он встал, обошёл стол и опёрся на край, скрестив руки. Рыбкина опять демон обидел спросил ровно. Но так, что в воздухе сразу похолодало. Алиса открыла рот… и не смогла сказать. Вдохнула, но голос предательски дрогнул: — Я беременна. Володя не пошевелился. Только брови медленно поднялись. — это ребенок демона ? — уточнил тихо. Кивок. Маленький. Сломанный. Подполковник закрыл глаза на мгновение — и этого было достаточно, чтобы выдать: он знал. Про драку Гришиной судьбы с демонами прошлого. Про его любовь, перерастающую в ожесточённую ненависть к самому себе. Про страх перед кровью — чужой и своей. Но он точно не ожидал такого. — Ну и что этот демон сказал? — голос был ровным, но сквозь ровность сочился металл. Алиса посмотрела вниз, вцепившись пальцами в ткань куртки: — Что… ребёнок не нужен. Что… я не потяну. И… — она запнулась, будто ударилась о слова — …предложил деньги. На аборт. Тишина. Густая. Опасная. Колосов разжал кулаки так медленно, что костяшки хрустнули. — Я его убью, — сказал Володя спокойно, почти буднично. — Сначала как мужчину. Потом как мента. Алиса вздрогнула: — Нет. Пожалуйста… не надо. Это… это уже не важно. Он всмотрелся в неё пристально — как на бойца, который стоит на ногах только за счёт упрямства и боли. — Послушай меня, — тихо сказал он. — Ты не одна. Слышишь? Она подняла на него глаза. — Я не позволю тебе пройти через это в одиночку. Ребёнок будет жить. Прорвёмся Рыбкина . Всё остальное — решим. Алиса сжала губы, пытаясь спрятать дрожь: — Я сама справлюсь. — Ты справишься, — согласился он кивком. — Но я рядом. Это тоже факт. Привыкай. Он подошёл и положил ладонь ей на плечо — аккуратно, почти отцовски. — Твой отец — убийца. Это да. Но ты — нет. И этот ребёнок — не его грех, а твоя смелость. Её дыхание сорвалось. Впервые за этот вечер глаза стали влажными. — Спасибо… Володя улыбнулся едва заметно: — Вот и ладно. Завтра выходной. Приеду утром — отвезу тебя в клинику. На обследование. Всё официально, без дураков. Она кивнула. И впервые за много дней почувствовала что-то похожее на опору. — Алиса, — сказал он напоследок, когда она уже открывала дверь. — Я видел, как на тебя смотрел Гриша раньше. С огнём. И я видел, как он сегодня от этого убежал. Подполковник медленно покачал головой: — Такой мужчина не стоит твоих слёз. Алиса вышла. А Яковлев остался в кабинете — но бумаги он уже не видел. Он видел, как завтра найдёт Гришу. И поговорит с ним так… чтобы тот понял: