Часть 84

Глава 84 — Итак, Брунгильда, — сказал я, глядя на сидящую напротив меня валькирию. Да и все её сёстры были тут. — Кто же у нас в следующем бою будет? — с интересом спросил я. — Если ничего не изменится так, как сегодня — когда вместо Шивы вышел Зевс, — то будет Посейдон, — сказала Брунгильда, начав пережёвывать кусочек кабанчика. Как-то так вышло, что больше всех обедал с тринадцатью валькириями я и моя компания, в которую входили Аврора и Агнес. И сейчас мы все сидим и ужинаем. — Ну, я бы посоветовал против Посейдона выпустить Лексуса. Он будет для повелителя морей самым неудобным противником из всех возможных, — задумчиво сказал я. — Может, хватит твоих загадочных слов? Скажи прямо, в чём его преимущество? — с интересом спросила Брунгильда, нахмурив брови. — Это секрет, — сказал я и сразу же увернулся от куриной ножки, которую в меня метнула Брунгильда. — Я же просила — без твоих загадочных слов и всяких секретов! Мне нужна чёткая информация, чтобы я могла его выставить на бой! — возмущённо воскликнула она. — Ну, если просто… — начал я, обиженно надув губы, хотя в моих глазах плясали чертята. — Он особый маг. Типа громовержец, убийца драконов. Да и превращать своё тело в электричество может, тем самым игнорируя большую часть урона. Да и вжарить драконьей молнией может — прям мама не горюй. — То есть он неуязвим для физических атак? — уточнила Брунгильда, перестав жевать. — Не совсем, — покачал я головой. — Но он до безобразия очень живуч. И молнии у него очень больно бьют. — Значит, для него Посейдон достаточно удобный противник, — задумчиво сказала одна из валькирий, та, что сидела справа от Брунгильды. — В большинстве ситуаций он предпочитает атаковать именно чисто физическими атаками. Да и Посейдон — боец ближней и средней дистанции. А как я поняла, этот Лексус — боец дальней и средней. — Лексус — идеальный вариант для боя с Посейдоном, — кивнул я. — Большинство его атак он способен пропускать сквозь себя, да и в ответ вдарить по Посейдону. — Хорошо, — кивнула Брунгильда. — Пусть тогда будет Лексус. Доверюсь я твоему мнению. Всё же твой выбор дважды подряд принёс победу. И надеюсь, что и в третий раз окажется правильным. Тем более нам осталось всего победить пять раз, чтобы закончить этот турнир, — сказав это, Брунгильда начала записывать что-то в блокнот, который держала под рукой. Перо скрипело по бумаге, выводя аккуратные строки. Брунгильда писала быстро, но разборчиво — видно, привыкла составлять боевые планы на ходу. — А теперь, — сказала она, откладывая перо. — Расскажи мне про остальных твоих знакомых. Кто они, откуда, на что способны? — Это тоже секрет, — улыбнулся я и снова увернулся — уже от целой тарелки, запущенной в голову заботливой рукой Брунгильды. Тарелка пролетела мимо, громко звякнув о стену, и разбилась на десяток осколков. В кусочке честно отбитого мяса, упавшем на пол, тут же заинтересованно закопошились две небольшие мышки, выбежавшие из-под плинтуса. Валькирии замерли, глядя на них. Одна даже попыталась поймать зверька, но мышка ловко ускользнула. — Вали! — рыкнула Брунгильда, сверкая глазами. Её кулаки сжались, а на лбу вздулась венка. — Ладно-ладно, — поднял я руки в примирительном жесте. — Расскажу всё, что знаю. Но только после того, как доедим. Брунгильда тяжело вздохнула. В её взгляде читалось раздражение — и оно никуда не делось, даже когда она отвернулась. — Доедайте быстрее, — только и сказала она и вернулась к своей тарелке. Я переглянулся с Авророй, которая сидела рядом и старательно прятала улыбку в салфетке. Агнес прыскала в кулачок. Да и все остальные валькирии, кроме Брунгильды, откровенно подсмеивались над ситуацией. — Гёль, а ты чего смеёшься? — шепнул я сидящей рядом младшей валькирии. — Ты Брунгильду бесишь, — ответила она, сияя глазами. — А я это обожаю. Она обычно такая серьёзная, а ты её расковыриваешь, как старый сундук. — Я не расковыриваю, — возразил я. — Я её… стимулирую. — Стимулируешь? — переспросила Гёль и прыснула ещё громче. — Ты её до белого каления доводишь! — Ну, в крайнем случае — до красного, — улыбнулся я. Аврора, услышав наш разговор, покачала головой, но тоже не смогла сдержать улыбку. — Вали, — тихо сказала она. — Ты бы не дразнил валькирию за столом. Она же нас всех перебить может. — Не перебьёт, — уверенно ответил я. — Им нужны победители. — Ты слишком самоуверен, — заметила Брунгильда, не поднимая головы. — Я реалист, — парировал я. Она что-то проворчала себе под нос, но промолчала. За столом воцарилась тишина. Валькирии доедали ужин, иногда поглядывая на меня с любопытством и лёгкой опаской. Я же просто наслаждался моментом: хорошая еда, приятная компания, лёгкое напряжение перед битвой — всё это создавало неповторимую атмосферу. — А почему вы вообще решили участвовать в турнире? — неожиданно спросила одна из валькирий — та, что сидела слева от Брунгильды. Её звали Хильда, если я правильно запомнил. Светлые волосы заплетены в тугую косу, серые глаза смотрят внимательно, без тени усмешки. — Неужели просто ради спасения человечества? — А почему бы и нет? — пожал я плечами. — Люди, которые нам дороги, живут в этом мире. Если человечество проиграет, они умрут. Или станут рабами. Мы не хотим этого. — Значит, вы сражаетесь не за награду, а за своих близких? — уточнила Хильда. — За них в первую очередь, — кивнул я. — А уже потом — за всех остальных. — Благородно, — сказала Брунгильда, но в её голосе не было насмешки. — Редкое качество. — Не такое уж редкое, — возразил я. — Просто многих его прячут. Она ничего не ответила. Только чуть заметно улыбнулась — впервые за весь вечер. Ужин подходил к концу. Тарелки пустели, разговоры затихали. В комнате царил полумрак, только на столе горели несколько свечей. — Вали, — тихо сказала Аврора, касаясь моей руки. — Может, пойдём отдыхать? Завтра трудный день. — Да, наверное, — кивнул я и встал. — Брунгильда, завтра утром я расскажу всё, что знаю. А сейчас — извините, мне нужно поспать. — Иди, — разрешила она. — Но завтра без отговорок. — Без, — пообещал я и направился к выходу. Аврора и Агнес поднялись следом. Мы попрощались с валькириями и вышли в коридор. — Вали, — сказала Агнес, когда мы уже подходили к нашей комнате. — А ты правда расскажешь им всё? — Всё, что нужно, я им расскажу, — уклончиво ответил я. — А остальное — не их дело. — Хитрый ты, — вздохнула она. — Я практичный, — поправил я. — А теперь — спать. Завтра будет новый день и новые битвы. --- Мы разошлись по своим комнатам. А если быть точнее — я уложил спать Агнес, проводил до комнаты Аврору, а затем пошёл в кабинет, где сидела Брунгильда. Всё же я обещал ей всё рассказать после того, как мы поужинаем. А обещания я свои привык держать. Да и она явно специально не стала докапываться до меня с вопросами сразу — отпустила меня, да и своих сестёр тоже. Видимо, поняла, что разговор не для чужих ушей. Постучавшись в кабинет Брунгильды, я услышал: — Входите. Когда я вошёл, то увидел сидящую за столом валькирию. Она просматривала Хроники Акаши, явно что-то выискивая в них. — Итак, — начала она, отрываясь от экранов. — Расскажешь ли ты мне настоящую причину того, что ты участвуешь в турнире? Всё же ты из другого мира, и у тебя чисто физически не может быть близких людей в этом мире. Да и о способностях других мне интересно послушать. — Ну, причина нашего участия на самом деле проста, — сказал я, слегка улыбнувшись. — Души богов. — Продолжай, — заинтересованно сказала Брунгильда, приподняв бровь в удивлении. — Видишь ли, если мы убиваем во время турнира бога, его душа отходит нам. А душа бога — очень интересная штука, — пояснил я, усаживаясь напротив неё. — Из неё можно сделать много чего интересного. От банального использования в качестве мощнейшей батарейки до создания очень любопытных артефактов. Брунгильда прикрыла глаза и кивнула — коротко, понимающе. Когда она снова посмотрела на меня, в её взгляде не было удивления. — Я удивлён, что ты не возмущаешься этим, — приподнял я бровь. — Я уже давно не маленькая девочка, чтобы верить в бескорыстие, — спокойно ответила она. — Да и ты с самого начала заявлял о себе как о хитро… — она запнулась, подбирая слово, — …лисе. Так что я что-то такое и ожидала, хотя и не знала, в чём именно состоит выгода. Она помолчала, глядя куда-то в сторону, затем снова посмотрела на меня. — Но пока вы помогаете отсрочить конец человечества ещё на тысячу лет — это не важно. Ваши мотивы вторичны. Главное — результат, который вы показали. — Рационально, — кивнул я. — Я уважаю такой подход. — Не нужно моей похвалы, — отмахнулась она. — Лучше расскажи про остальных. Кто они? Откуда? На что способны? — Хорошо, — согласился я и откинулся на спинку стула. — С чего начать? — С начала, — сухо ответила она, и на её губах мелькнуло подобие улыбки. — И без секретов. — Постараюсь, — пообещал я и начал рассказ. Брунгильда слушала молча, изредка задавая уточняющие вопросы. Она была внимательна, собранна и явно запоминала каждую деталь. Когда я закончил рассказывать всё, что знал о них, она кивнула. — Хорошо. Этого достаточно, чтобы составить примерное представление. — Рад, что смог помочь, — сказал я, вставая. — Тогда, если всё, я пойду. Завтра тяжёлый день. — Иди, — разрешила она, снова уткнувшись в Хроники Акаши. — И спасибо за честность. Хотя бы в этом. — Всегда пожалуйста, — улыбнулся я и вышел из кабинета. Коридор был пуст и освещён лишь тусклыми светильниками. Я направился в свою комнату, чувствуя лёгкость после разговора. Брунгильда оказалась не только суровой воительницей, но и мудрой женщиной. --- День битвы. Мы наблюдали, как арену почти полностью затопили водой, оставляя небольшой кусок суши, где, видимо, должен был проходить бой. — Хем-хем, — прочистил горло Хеймдаль. — После двух поражений подряд со стороны богов настало время третьего поединка Рагнарёка — последней битвы людей и богов. Затем он начал говорить более драматично, встав в драматичную позу: — Почему боги подвергают людей ещё более суровым испытаниям? Но такова природа богов. Они же боги. Такова воля богов. Следующим бойцом после могучего Зевса со стороны богов будет… — он указал пальцем на сторону ворот, которые были наполовину затоплены. На этот раз вместо обычных стальных ворот там были огромные каменные двери, которые начали медленно открываться. В них сразу же устремилась вода, но затем она буквально расступилась в стороны, давая проход идущему. Вода разделилась прямо до небольшого острова, и по этой тропе неспешно шёл блондин с трезубцем. — Зевс был повелителем космического пространства, — продолжал Хеймдаль. — А этот джентльмен — владыка морей. Он управляет мировым океаном. Встречайте — морского тирана! Он говорил всё более возвышенно: — Даже боги боятся навлечь на себя гнев самого грозного бога! Второй из трёх братьев Олимпа, также известный как «Зевс Инариос» — морской Зевс! И зовут его — Посейдон! Он громко объявил первого бойца от богов. — Какой вздор… — тихо сказал Посейдон с презрением, глядя на всех вокруг. На всех трибунах повисло гробовое молчание. Затем Хеймдаль снова заговорил: — А глупцом, который сразится с богом моря… — он неуверенно протянул. — Точнее, бойцом, который выступит со стороны человечества, будет… этот джентльмен по имени Лексус! Об этом бойце тоже ничего не известно, и возможно, он тоже тёмная лошадка человечества, — очень неуверенно сказал он. Хеймдаль указал пальцем на другие ворота, которые, к слову, изначально были открыты. Из них начала медленно плыть деревянная лодка, в которой стоял сам Лексус. Ветер трепал его светлые волосы, в руках он держал свой магический жезл, а позади него искрились молнии. Лодка мягко причалила к островку суши. Лексус спрыгнул на землю и окинул взглядом своего противника. — Ты будешь жалеть о том, что вышел против меня, смертный, — прорычал Посейдон, сжимая трезубец. — Посмотрим, — также оскалившись, сказал Лексус, начав сильнее искрить. Трибуны замерли в ожидании. Боги и люди, затаив дыхание, смотрели на двух бойцов на арене. Вода вокруг острова бурлила и вздымалась, чувствуя гнев своего властелина. Но Лексус не дрогнул. — Начинайте! — крикнул Хеймдаль. И бой начался. Посейдон взмахнул трезубцем, и огромная волна обрушилась на остров, пытаясь смыть Лексуса. Но тот лишь усмехнулся. — Вода не страшна тому, кто управляет молниями, — тихо сказал он, поднимая жезл. Ярко-жёлтая молния ударила с неба, рассекая волну пополам. Вода зашипела, превращаясь в пар. — Это будет долгий и очень увлекательный бой, — прошептал я, глядя на арену с азартом. — Но он ведь выиграет, — неуверенно сказала Аврора, с интересом поглядывая на Лексуса. — Я думаю, что скорее всего да. Всё же его рекомендовал братик, да и он выглядит очень уж сильным, — добавила Агнес. Мы смотрели на арену, затаив дыхание. Впереди была битва двух стихий: воды и молний. Исход её был неясен, но мы знали лишь одно: Лексус не уступит так просто — уж слишком упрямый и упорный, можно сказать даже упоротый в битвах был громовержец. Да и по стихии Посейдон самый удобный для Лексуса.