Глава 8

Прошло несколько дней с той самой ночи, когда Е Сиу и Таньтай Цзинь переступили черту. Принц-заложник всё так же проводил время на чердаке, в уединении и своих размышлениях. В покои к жене он не возвращался, памятуя о прошлой ссоре и её колких словах, которые болезненно вонзились в него кинжалами. Эти дни давались ему тяжело, но ещё Таньтай Цзиня мучило какое-то непреодолимое чувство тревоги и волнения. Он чувствовал, что скоро должно произойти что-то очень важное и судьбоносное. Чердак был тихим, как заброшенный храм. Пыль медленно оседала на тёмные балки, воздух стоял неподвижно. Здесь, под крышей дома Е, Таньтай Цзинь скрывал свои настоящие мысли — те, что нельзя было показывать никому. Он сидел на циновке, спиной к окну, когда лёгкий звук зацепившейся за раму ветки заставил его открыть глаза. Это был большой чёрный ворон. Он возник будто из воздуха, лишь слегка согнувшись в почтительном поклоне. Глаза его горели красным огнём, и он громко каркнул, призывая обратить на себя внимание. — Повелитель, — прокаркал ворон. — Нянь Байюй передаёт важные вести из Цзын. Таньтай Цзинь медленно поднялся. В его движениях не было ни удивления, ни радости. Лишь холодное ожидание. — Давай сюда. — сказал принц и протянул руку к окну. Таньтай Цзинь взял письмо из лап птицы. Перебор пальцев по шёлку выдавал скрытое напряжение, хотя лицо его оставалось холодным. Он разорвал нить и развернул свиток. Глаза его сузились. — «Принц Таньтай Цзинь. Народ И Юэ больше не может ждать. Мы готовы помочь вам свергнуть Таньтай Минлана и возвести вас на трон королевства Цзын. Сейчас его авторитет слаб как никогда. Министры рода Чжоу, Лан, Инь и Цзя поклялись поддержать ваше восхождение на трон. Цзын ждёт своего истинного императора. Мы готовы выступить, как только вы вернётесь. Наш отряд Лунной тени переправит вас на родину по реке Мохэ на корабле.» В груди Таньтай Цзиня что-то дрогнуло, словно долгие годы ожидания наконец нашли выход. Но вместе с этим, в душе вспыхнула тревога. Он сложил письмо, медленно, а его пальцы дрожали. — Это правда? — спросил он тихо. Ворон каркнул. — Да. Ситуация нестабильная. В Цзын растут недовольства. Народ И Юэ ждёт вас, как будущего правителя, а многие министры готовы открыть вам ворота столицы. Но… — Говори! — взволнованно бросил Таньтай Цзинь. — Но Таньтай Минлан подозревает заговор. Если он узнает, что вы готовы вернуться и забрать трон… он может начать на вас охоту. Таньтай Цзинь на мгновение прикрыл глаза. «Двадцать лет… Двадцать лет я ждал этого момента. Полжизни терплю унижение Шэн, живу в их доме, ем с их стола… Наконец-то время пришло!» Но вместе с этим в голове вспыхнул другой образ. Е Сиу. Её дрожащие плечи. Розовые от гнева щеки. Глаза, в которых она не могла до конца скрыть страх… и что-то ещё. Недавно она кричала, чтобы он исчез из её жизни. Но её тело ночью цеплялось за него, будто тонущий за толику воздуха. Эта мысль больно полоснула его изнутри. Он резко выдохнул и отдал приказ: — Готовьте корабль в Цзын. — Есть! — каркнул ворон и улетел прочь. В комнате стало ещё тише. Таньтай Цзинь медленно поднял голову. В его глазах вспыхнуло что-то опасное. — Е Сиу, ты отправишься со мной в Цзын. — прошептал принц. — Я заберу тебя любой ценой! Он сел обратно на циновку, закрыл глаза и напомнил себе, что она ненавидит его. Что её брат готов убить его. Что остаться здесь — значит умереть или попасть в заточение. «Я не смогу оставить тебя, Е Сиу… Даже не надейся!» Таньтай Цзинь до самого утра продумывал хитрый план, чтобы выкрасть Е Сиу из отчего дома и забрать с собой в государство Цзын. Он перебрал много разных вариантов, и в один миг его озарила гениальная идея, пазл сошёлся. Ему требовалась помощь клана И Юэ для осуществления задуманного. На рассвете он отправил вороном письмо Нянь Байюю с указаниями. Демоническая сила в его жилах бурлила и призывала к активным действиям для осуществления желаемого. Принц-заложник понимал, что дело очень опасное и не терпит провала. Но он был готов поставить на кон свою судьбу и побег из Шэн, лишь бы осуществить похищение своей жены. Если его поймают, смерть будет для него самым желанным исходом. Е Цинъюй не оставит на нём и живого места и будет пытать долго и мучительно, срывая кожу и отрезая куски плоти. Сама же Е Сиу никогда не покинет поместье вместе с Таньтай Цзинем по собственной воле, и этот вариант можно было вообще не рассматривать. Конечно, если бы девушка к этому моменту воспылала чувствами к мужу, возможно, увезти её было бы намного легче. Но этого до сих пор не произошло. Таньтай Цзинь горько вздохнул. Его не волновало ничего, кроме Е Сиу. Ему не представлялось возможным оставить её в Шэн. Уже через три недолгих месяца при первом же приступе она умрёт от яда шелкопряда без близости с ним. К вечеру на столе принца-заложника красовался пузырёк с загадочной жидкостью. Его принёс ворон. Это была посылка от Нянь Байюя. Таньтай Цзинь взял заветный пузырёк и покрутил в руке, нахмурившись. Он немного нервничал, опасаясь, что план может провалиться, но гнал от себя плохие мысли прочь. Таньтай Цзинь выглянул в окно чердака и увидел служанку Чун Тао, которая бегала от кухни до покоев госпожи и обратно. Принц спустился во двор и быстро настиг молоденькую девушку. На дворе уже было темно, и она не увидела мужчину за её спиной. Он протянул руку и схватил служанку за рукав: — Чун Тао! Она вздрогнула и хотела закричать, но он прижал палец к своим губам и тсыкнул. — Господин Таньтай Цзинь… — задохнувшись, выпалила девушка. — Тихо! — прошипел он. — Приходи на чердак через пять минут. И чтобы тебя никто не увидел! Поняла? — его голос был грозным и подавляющим. Служанка испуганно закивала головой и выпалила: — Да, господин, скоро буду. Таньтай Цзинь коротко кивнул и развернулся в направлении чердака. Чун Тао не хотела идти за ним, но последнее время принц-заложник страшно пугал её. Она испытывала перед ним какой-то животный страх, и ноги её подкашивались от одного его взгляда. Девушка не понимала, когда же муж госпожи успел так быстро измениться? Ещё недавно все издевались над ним и пытались оскорбить, но после возвращения госпожи из плена демона что-то изменилось. Люди бессознательно обходили Таньтай Цзиня стороной и боялись смотреть ему в глаза. Служанка, как и было велено, поднялась на чердак через несколько минут. Она хотела постучать, но дверь открылась сама. Девушка зашла в комнату, и перед ней предстал высокий мужчина с опасной, подавляющей аурой и холодным, пронизывающим взглядом. Таньтай Цзинь протянул руку, в которой лежал маленький стеклянный флакон, и сказал: — Добавь содержимое в чай госпожи Е Сиу. Чун Тао непонимающе подняла на него взгляд и хотела возразить, но столкнулась с темным взглядом господина, и ноги её задрожали. — Это… яд? — испугалась она. — Нет. — отрезал Таньтай Цзинь. — Но… — голос девушки колебался. — Что это? — Это неважно. Просто делай, что велено! — А если госпожа узнает? — Она не узнает… если ты никому не проболтаешься, — холод в его голосе был пугающим. — А если я откажусь? — дрожа, прошептала Чун Тао. — Тогда… ты умрёшь прямо сейчас. — безразлично ответил принц. Его взгляд стал презрительным, а глаза загорелись красным огнём. У девушки напротив перехватило дыхание от ужаса, и она, трясущимися руками, взяла флакончик из рук господина. Поджав губы, она быстро поклонилась и вышла.

***

Первые изменения пришли незаметно. Сначала Е Сиу просто чувствовала слабость. Она решила, что это последствия вспышки яда шелкопряда в ночь, о которой она старалась не думать. Но слабость не исчезала. Наоборот, стремительно росла с каждым днём. Утром девушка проснулась с тяжёлой головой. Ноги будто налились свинцом. Е Сиу едва допила чай — вкус казался горьким, но она не обратила на это внимание. — Сиу, ты бледная… — сказала Бинчан, заходя в её покои. — Всё нормально. — Е Сиу отмахнулась. Но она сама чувствовала себя странно. Вчера вечером она ощутила жар. Не сильный, но будто под кожей тлел уголь. Она то мерзла, то вспыхивала, как будто что-то внутри неё пыталось выйти наружу. На семейном обеде она едва не упала, чаша дрожала в её руках. Е Цинъюй, заметив это, вскочил: — Е Сиу! Что с тобой? Она выпрямилась, как солдат на плацу, прикусив губу. — Ничего. Я просто… плохо спала. Но её лоб был холоден, а губы слишком бледными. Цинъюй обеспокоено воскликнул: — Я приведу лекаря! Е Сиу остановила его: — Не нужно! Я сейчас же пойду посплю… Е Цинъюй недоверчиво сверкнул глазами, но промолчал. Е Сиу вышла из столовой и на ватных ногах пошла в сторону своих покоев. А Таньтай Цзинь, стоявший на улице за углом, наблюдал за ней будто бы равнодушно. Но пальцы его были так напряжены, что ногти впивались в ладонь. Каждый её шаткий шаг отзывался в нём тревогой. Так прошло несколько дней, и состояние госпожи ухудшалось. Утром четвёртого дня она не смогла подняться с постели. Служанка подняла тревогу — комнату Е Сиу наполнили члены семьи Е. Старшая госпожа потрогала её лоб. — Она слишком холодная… — И слишком бледная, — прошептала наложница рядом. Дыхание у Е Сиу было странным, будто проваливалось. Грудь её сжимало. Тело не слушалось, и она едва могла шевелить пальцами. Е Цинъюй вбежал в покои так, будто сражался с невидимым врагом. — Сиу! Сиу, ты меня слышишь?! — он схватил её за плечи. Е Сиу приоткрыла глаза. — Брат… я… просто… Она не смогла договорить. Е Цинъюй заметил, что от её висков стекает холодный пот, волосы прилипли к коже. Он обернулся к отцу: — Отец! Эта хворь очень сильная! Е Сяо нахмурился: — Я уже вызвал лекаря! Он был в панике, но старался держать себя в руках. Лекаря привели быстро. Он долго осматривал госпожу, но вскоре старик сдался, растерянный и взволнованный. — Госпожа Е… — он склонился перед Е Сяо. — Я не знаю, что с ней. Это не лихорадка, не отравление, не болезнь крови… — Что с моей сестрой?! — сорвался Е Цинъюй. Лекарь пал ниц, заикаясь: — Сжальтесь, милостивый господин! Я не видел раньше ничего подобного! Силы покидают госпожу стремительно, но причину я установить никак не могу! Е Сиу среди этой суматохи лежала тихо, словно тряпичная кукла. Она слышала всё, но голова была тяжёлой, будто её окунули в воду. — Пошлите весть наследному принцу! — прогремел Е Сяо. — Нам нужен его опытный лекарь! В скором времени принц Сяо Линь прибыл в поместье генерала Е со своим самым лучшим врачевателем. Но после осмотра и тот развёл руками и не смог сказать ничего о том, что происходит с госпожой Е Сиу. Сяо Линь сел на кровать возле девушки и взял её за руку: — Е Сиу, это я, Сяо Линь, — тихо сказал он. — Ты узнаёшь меня? Девушка немного приоткрыла веки и слегка кивнула ему. Сяо Линь легко улыбнулся в ответ и сказал: — Я сделаю всё, чтобы спасти тебя! Пан Ичжи — один из лучших культиваторов, и он уже спешит сюда. Если это чёрная магия, он сможет вытащить тебя! Е Сиу не смогла ничего ответить, закрыла глаза и провалилась в сон. Пан Ичжи, прибывший в поместье генерала Е, полдня проводил разные ритуалы, использовал исцеляющие заклинания, но не смог определить причину недуга и помочь госпоже. — Пан Ичжи, что же делать? — встревоженно вскрикнул принц Сяо Линь. — Как её спасти, если даже ты не знаешь? — Если бы это была магия, либо причина была духовного толка, я бы смог помочь. Но я впервые вижу такое, и здесь я бессилен. Прошу простить меня, принц… — тихо ответил культиватор. К нему подбежал генерал Е Сяо и отчаянно затряс за плечи: — Что ты такое говоришь? Ты хочешь сказать, моя дочь так и умрёт от этой напасти? Пан Ичжи поджал губы и не смог сказать ни слова. К вечеру Е Сиу перестала приходить в себя. Руки её дрожали. Сон приходил и уходил приступами. Она то выныривала на поверхность, то уходила во тьму. Но хуже всего было то, что никто не понимал, как её спасти. Это было не похоже ни на одну болезнь. Как будто её жизненная сила протекала сквозь пальцы. — Сиу, держись… — шептал брат, сидя у её кровати этими ночами. Е Сиу смотрела на него мутными глазами и едва слышно стонала. Таньтай Цзинь все эти дни проводил на чердаке. Казалось, что в суматохе о нём все благополучно забыли, и он не собирался привлекать к себе лишнее внимание. Принц-заложник сидел тихо, как мышь, и лишь прислушивался к доносящимся звукам из покоев Е Сиу. Всё поместье гудело, слуги взволнованно сновали туда-сюда, а члены семьи ночами не смыкали глаз. Таньтай Цзинь был пауком, который плетёт свои хитрые сети и умело ловит в них свою жертву. Он слышал всё: каждый её тяжёлый вдох, каждый всхлип брата, каждое слово лекарей, которые разводили руками. Он слышал, как она стонет во сне. Слышал, как её дыхание сбивается. Как сердце её бьётся всё тише. И тень на его лице становилась глубже. «Она слабеет быстрее, чем я планировал. Скоро всё свершится…» Мир внутри него оставался неподвижным, как гладь тёмной воды. Но на самом дне паника скручивалась в тугой узел. Принц шагнул к окну, и морозный воздух дунул ему в лицо. Он остановился и, закрыв глаза, прошептал так тихо, будто боялся разрушить воздух: — Ещё немного, Е Сиу… и я заберу тебя. Через несколько мгновений Таньтай Цзинь увидел на подоконнике большого чёрного ворона, к лапе которого был привязан небольшой мешочек. Принц подошёл, отвязал его и высыпал содержимое в свою руку. На ладонь мужчины упала небольшая жемчужина. — Остаётся сделать последний штрих… — шумно выдохнул Таньтай Цзинь и спрятал жемчужину в своих одеждах. Он предчувствовал предстоящую кульминацию. В ближайшее время всё должно было закончиться. Сердце в груди принца билось чаще от предвкушения и волнения.

***

Е Сиу угасала быстро. Слишком быстро. Жар охватывал её тело и вспыхивал ярче, чем пламя свечи. Бред и забытие окутывали девушку, не давая вырваться из своих цепких лап. Утром шестого дня всё закончилось: тихо и внезапно. Будто её душа просто решила уйти. Чун Тао приносила тёплую воду, когда заметила, что Е Сиу странно лежит — слишком тихо, слишком неподвижно. Сердце служанки сжалось. Она подошла ближе. — Госпожа?.. — осторожно позвала она. Е Сиу не ответила. Чун Тао протянула руку к её плечу. Тело госпожи оказалось ледяным. — Госпожа Е Сиу?.. — голос сорвался. — Госпожа?.. Глаза Е Сиу были наполовину приоткрыты — пустые, как высохшее озеро после засухи. Чун Тао зажала рот рукой и в ужасе заверещала. Она, сломя голову, начала звать на помощь и кричать на всё поместье истошным криком. Первой в покои Е Сиу вбежала Е Бинчан. Увидев неподвижное тело сестры, она вскрикнула так, что стены вздрогнули: — Нет!.. Е Сиу! Сиу! Но лицо девушки, белое и безжизненное, не отвечало. Следом вбежала бабушка и остановилась, будто ударилась о невидимую стену. Её дыхание сорвалось. — О Боги… внученька… У старушки подкосились ноги, и служанки едва успели подхватить её. Лекарь примчался, как ветер. Потрогал пульс, проверил дыхание и отчаянно покачал головой. — Госпожа мертва. Этот вердикт прогремел как раскат грома над поместьем семьи Е. Е Цинъюй влетел в покои, словно буря. Шум, крики — всё слилось для него в один кошмарный звук. — Сиу?! — он оттолкнул всех, кто стоял у двери. И замер. Его любимая младшая сестра лежала на подушке, похожая на хрупкую фарфоровую статуэтку. Без движения. Без дыхания. Без жизни. — Нет… — он сделал шаг. — Нет… нет! Сиу, проснись! Слышишь меня?! Он схватил её за плечи. — Сиу! Это я! Это брат! Проснись! Не смей покидать меня! Он тряс её тело, словно пытаясь вернуть душу силой. — Сиу, открой глаза! Посмотри на меня! Но её голова лишь безвольно качнулась. Е Цинъюй застонал, как раненое животное. Он опустился на колени, прижав сестру к себе. — Сиу… моя маленькая… моя сестричка… ты всегда была такой сильной… кто… кто сделал это с тобой? Слёзы стекали по его лицу, падали на её бледные руки. Он впервые за много лет плакал. Когда в покои вошёл генерал Е Сяо, никто не смог произнести ни слова. Все просто расступились. Его взгляд — тяжёлый, строгий, несгибаемый — упал на тело дочери. Он замер. Будто мир остановился. — Это… — голос не слушался. — Что… с моей девочкой?.. Он медленно подошёл ближе, приложил руку к её щеке. Ледяная. Генерал Е выдохнул так резко, будто кто-то пронзил его мечом. — Не может быть… — прошептал он. — Нет… Он присел рядом, наклонился и поцеловал её в лоб. — Сиу… Сиу… как же так… Его плечи задрожали. Генерал, который не плакал даже на войне, сломался в этот миг как хрупкая веточка ивового дерева. Через несколько секунд Е Сяо резко схватился за грудь. — Т… тесно… — прохрипел он. Е Цинъюй бросился к нему: — Отец?! Отец! Держитесь! Генерал осел на пол, воздух разрывался в его лёгких. — Нет… нет… она не могла… — говорил он урывками. — Я сам… вина моя… Он пытался встать, но не смог. Глаза устремились на Е Сиу. И в этом взгляде была боль и отчаяние. Он произнёс: — Прости меня… моя девочка… И потерял сознание. — Отец! — закричал Е Цинъюй. Служанки плакали. Бинчан рыдала. Лекари пытались привести генерала в чувство. Бабушку Е отнесли в покои, ей стало совсем плохо. И только Е Цинъюй хоть как-то держал себя в руках и руководил организацией похорон. Дом генерала Е, ещё недавно сильный и гордый, теперь был залит горем. А за пределами покоев, на чердаке, Таньтай Цзинь сидел неподвижно, как статуя. Он слушал вопли и крики членов семьи, и это была самая красивая музыка для его ушей. Принц-заложник испытывал просто животный экстаз, осознавая, что все те люди, которые считали его пустым местом, теперь окунулись в пучину отчаяния и горя. Уши его ловили каждый звук. Его слух, обострённый демонической силой, вбирал в себя рыдания, всхлипы, стоны и крики его врагов. И в глубине души… в том месте, где у нормального человека бывает сострадание, распускалось тягучее удовлетворение. Уголок губ Тантай Цзиня дрогнул. Это была его месть. Сладкая и прекрасна. Все эти люди, которые годами унижали его. Смеялись над ним. Считали грязью. Не считали за человека. Теперь они были сломлены. Он медленно выдохнул, чувствуя, как внутри пульсирует демоническая энергия. «Это только начало…» Его глаза были тёмными, как омут. Он радовался, что всё идёт по его жестокому, коварному плану. Близилась ночь. Всё поместье было оживленным. Слуги сновали из комнаты в комнату, и готовились к похоронам любимой дочери генерала Е. Среди них была Чун Тао, которая горько плакала, не переставая, и страшно корила себя за то, что погубила свою госпожу. Она шла по двору на кухню, и увидела принца-заложника, который выглянул из окна чердака и поманил её пальцем, приказывая подняться. Чун Тао громко сглотнула и, несмотря на горе, не осмелилась ослушаться. Да, по госпоже она горевала. Но Е Сиу умерла, и уже не сможет ничего ей сделать, а вот её ужасный муж был живее всех живых, и недавно даже угрожал смертью. В глубине души девушка мечтала рассказать всем, что это Таньтай Цзинь дал ей отраву и по его наводке она подсыпала ее госпоже. Ей хотелось упасть в ноги Е Сяо и плакать, что она не знала, что во флаконе яд, что муж госпожи коварно обманул её. Но девушка ясно осознавала, что она всего лишь служанка и её лишат головы даже быстрее, чем принца-заложника. На ватных ногах Чун Тао поднялась на чердак и зашла в комнату. Мужчина стоял к ней спиной, и она тихо прошептала: — Господин… Тантай Цзинь медленно повернулся к ней, а его взгляд был холодным. Девушка опустила голову и боялась смотреть ему в глаза. Из её глаз, не переставая, катились слёзы, и она начала всхлипывать. — Почему ты плачешь? — спокойно спросил Тантай Цзинь. — Потому что я убила госпожу по вашему приказу! — обвиняюще проговорила Чун Тао. — Но знайте, я убила её вашими руками! Я не знала, что во флаконе отрава! Да покарают вас небеса! Таньтай Цзинь холодно ухмыльнулся и сделал пару шагов по направлению к девушке. У служанки задрожали ноги, и она поняла, что выпалила лишнее. Сердце её громко застучало. Принц-заложник подошёл к Чун Тао совсем близко и взял за подбородок. Она была вынуждена поднять взгляд и посмотреть ему прямо в глаза. В этот момент она уставилась на мужчину, и он показался ей завораживающе, зловеще красивым в тусклом свете свечей. Темный взгляд принца заставил её перестать дышать. — Тише, не плачь… — ласково сказал Таньтай Цзинь и смахнул слезу с щеки служанки большим пальцем. — Я устрою тебе встречу с госпожой… Давай не будем медлить! Чун Тао округлила глаза, не понимая, что происходит, и вдруг почувствовала резкую, острую боль под левым ребром. Она ахнула, опустила голову и увидела, как Таньтай Цзинь с выверенной точностью воткнул кинжал прямо в её сердце. Алая струйка крови покатилась изо рта девушки. Она схватилась за рукав своего палача и хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Через несколько мгновений она замертво упала на пол. Таньтай Цзинь зло ухмыльнулся, присел на корточки перед трупом Чун Тао и закрыл её глаза рукой. Через несколько мгновений на чердаке с помощью магии появился Нянь Байюй. Он увидел, что господин убил ничтожную служанку госпожи Е Сиу, и произнёс: — Мой принц, я здесь и жду ваших указаний! Таньтай Цзинь повернул к нему голову и кивнул. — Действуем согласно оговоренному плану. — скомандовал тот и поднял ещё не остывший труп девушки на руки. Нянь Байюй начал говорить заклинание, вокруг него появились разные магические символы. Он делал замысловатые движения руками, энергия вокруг него засияла синим светом, и через несколько мгновений две служанки в комнате омовения усопших, где лежало тело Е Сиу, упали на пол без сознания. Тело Е Сиу лежало на большом столе в светлой, но пугающе холодной комнате омовения. Воздух в ней был пропитан запахом благовоний и лекарственных трав. Госпожу должны были приготовить к похоронам: раздеть, омыть тело, переодеть в красивые одежды, сделать прическу и макияж перед погребением. Но служанки не успели этого сделать. От заклинания Нянь Байюя они резко потеряли сознание. Через несколько мгновений с помощью магии перемещения в комнате появились Нянь Байюй и Таньтай Цзинь с трупом Чун Тао на руках. — У нас мало времени! — решительно проговорил принц-заложник. Он небрежно положил тело мёртвой служанки на погребальный стол рядом с Е Сиу. Затем быстро достал из складок своего одеяния ту самую жемчужину, что получил от народа И Юэ, и вложил Чун Тао в рот, запрокинув её подбородок вверх, чтобы жемчужина попала внутрь тела. Так как её плоть ещё была мягкой и тёплой, это удалось легко. Через минуту тело служанки приняло облик Е Сиу. Один в один, девушки лежали на погребальном столе как две капли воды, и никто не смог бы их отличить. — Жемчужина изменения внешности бесподобна! — одобрительно прошептал Таньтай Цзинь. Нянь Байюй улыбнулся. Это был древнейший артефакт народа И Юэ, и даже сами боги не смогли бы узнать истинный облик того, кто принял внутрь эту жемчужину. Он был спокоен — теперь никто не сможет разоблачить их обман и вычислить в облике Е Сиу служанку Чун Тао. Таньтай Цзинь обошёл стол и подошёл к настоящей Е Сиу. Он принялся быстро раздевать тело жены. Нянь Байюй тем временем отвернулся и ожидал приказа господина. Принц-заложник быстро управился с этим делом и накинул на тело Е Сиу своё верхнее ханьфу. Затем брезгливо приказал своему приспешнику: — Вытащи кинжал из этой девки и затяни рану на её теле. Затем надень на неё одежды Е Сиу. Нянь Байюй покорно кивнул и принялся за дело. Он вытащил кинжал из трупа служанки, применил древнюю магию, и рана на её остывающем теле затянулась, не оставив и следа. После он быстрыми и точными движениями переодел девушку. Теперь Чун Тао в облике Е Сиу выглядела один в один как госпожа, и одета была так же. Таньтай Цзинь тем временем посмотрел на жену. — Е Сиу… — прошептал он, наклоняясь ближе. — Ты даже не представляешь, какой хаос оставила после себя... — ласково сказал принц и провёл рукой по ледяной щеке девушки. Не теряя больше ни минуты, он бережно взял её тело на руки и кинул Нянь Байюю: — Уходим! Мужчина снова применил заклинание перемещения, воздух вокруг сгустился от магии, и они втроём покинули поместье генерала Е.