Глава 3

Огонь в камине тихо потрескивал и создавал атмосферу уюта и спокойствия. Гостиная Слизерина пустовала, ведь все ученики уже давно спали. Беатриса медленно спустилась по лестнице и осмотрела комнату. Лифёрт решила не мешать своей соседке по комнате своим светом. Девушка прошла к маленькому столу с большим и удобным креслом, присела и достала книгу по противоядием против ядов. Она надеялась, что там может быть ответ на правильный рецепт Морочающей жидкости.  Маленький свет от лампы и дополнительный от палочки Лифёрт прекрасно освещали Трисе сложный текст, помогая погрузиться в изучение материала.  — Ну конечно. Послышался чей-то голос. В гостиную зашёл Блейз Забини. Парень уселся, а если быть точнее, то запрыгнул на диван.  — Кто ещё, как ни Беатриса Лифёрт будет сидеть ночью одна в гостиной и читать скучные книжки.— посмеялся друг. — А нет знаю, Грейнджер наверняка тоже такое любит.  — И тебе доброй ночи, Блейз.— с лёгкой улыбкой ответила девушка. — А ты что тут забыл?  — Тео храпит.— буркнул Забини.  Беатриса тихо посмеялась и взглянула на друга.  — И ты решил сбежать сюда? — Ну вроде того.— он пожал плечами и вздохнул.— Не повезло тебе, конечно.  — В каком смысле?— Лифёрт нахмурила брови и отложила книгу. — Ну не мне же с ним жить.— усмехнулся парень.  — И не мне.— строго ответила девушка, скрытая свою нервозность из-за слов друга.— Ты чего вообще несёшь? — Что вижу, то и несу.— Блейз сказал это спокойно и запрокинул руки за спинку дивана, откидывая голову назад. — Я же вижу, как вы сморите друг на друга.  Беатриса опешила, а потом набрала воздуха в лёгкие. Ей не нравился этот диалог.  — Согласна, мы были с ним в не очень хороших отношениях и порой вели себя, как идиоты.— начала она.— Но мы решили наш маленький конфликт и сейчас сново стали хорошими друзьями.  Блейз хмыкнул, не сводя взгляда с Беатрисы. В полумраке гостиной его глаза казались особенно темными и проницательными. — "Хорошие друзья", говоришь? —протянул он, ехидно усмехнувшись. — Ну-ну. Знаешь, Трис, иногда мне кажется, что ты сама себя пытаешься убедить в этом больше, чем меня. Беатриса почувствовала, как кровь прилила к щекам. Она отвернулась, снова взяв в руки книгу, но слова Блейза уже поселились в её голове, отвлекая от текста.Ей нельзя думать о Теодоре. Ради брата и ради себя.  — Ты не знаешь, о чём говоришь.—пробормотала она, стараясь сохранить спокойный тон. — Мы с ним просто друзья. Между нами ничего нет и не будет. — Да неужели?  Блейз легко соскочил с дивана и, бесшумно подойдя к столу, облокотился на него, оказавшись совсем рядом с Беатрисой. Она ощутила его тепло и уловила легкий запах сандалового дерева, исходящий от его мантии.  — А я вот не уверен. Вижу, как он смотрит на тебя. Вижу, как ты смотришь на него. Разве это взгляд просто друга? Беатриса замерла, не в силах отвести глаз от Забини. Она чувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее, и не знала, что ответить. — Ты… ты ошибаешься.—наконец выдавила она, отводя взгляд и снова утыкаясь в книгу. —Возможно.—пожал плечами Блейз.— Но время покажет. Просто помни, Трис, что если вдруг "хорошие друзья" начнут превращаться во что-то большее, я буду первым, кто скажет тебе "Я же говорил". Он выпрямился и, бросив на Беатрису последний, лукавый взгляд, направился к лестнице. – Спокойной ночи, Трис.—бросил он через плечо. — И попробуй поспать. Тебе нужно хорошо выглядеть завтра. Здесь будет вечеринка для всех факультетов. Пригласи своего Адама. Если не боишься, что Нотт набросится на него.  Блейз скрылся за поворотом лестницы, оставив Беатрису в полном замешательстве. Его последние слова эхом отдавались в голове. «Пригласи своего Адама… Если не боишься, что Нотт набросится на него» Говорил он это с насмешкой, но в его голосе проскользнула какая-то тревога. Беатриса нахмурилась. Блейз знал об Адаме? Знал о ее чувствах? Чёрт, конечно знал, ведь в тот день после матча Шифик поцеловал её в щёку, и это видели все.  И что Блейз имел в виду, говоря о Нотте? Теодор, конечно, не был слишком вспыльчивым, но ревность могла изменить любого. И предположение Блейза о чем-то большем, чем дружба, между ней и Теодором, только подливало масла в огонь. *** — Беатрис!— кричит сзади Адам.  Лифёрт сбавила шаг и медленно обернулась. Шафик подбежал к ней и обнял за плечи, направляя дальше по коридору. — Ты чего кричишь на всю школу?— спокойно говорит девушка.  Это было странно. Они общаются всего несколько дней, а уже такое отношение. Адам целует её в макушку и обнимает, не обращая никакого внимания на завистливые взгляды гриффиндорок и осуждающее слизеринцев.  Адам лишь пожал плечами, не выпуская Беатрису из своих объятий. — Просто рад тебя видеть, Трис. Особенно после вчерашнего. Ты так быстро убежала, что я даже не успел попрощаться. Беатриса слегка покраснела, вспоминая их короткую встречу на матче и всё, что произошло после. — Да, прости. Просто… были кое-какие дела.— уклончиво ответила она.— Что-то случилось? Почему ты меня искал? — Ничего серьезного. — Адам улыбнулся.— Просто хотел узнать, пойдешь ли ты сегодня вечером на вечеринку? Все факультеты собираются в вашей гостиной. Беатриса задумалась. После ночного разговора с Блейзом ей совсем не хотелось никуда идти. Нужно было разобраться в своих чувствах, в словах Забини, да и в целом в происходящем. Но отказать Адаму было не так просто. — Не знаю, Адам. Я немного устала. Может быть, в другой раз. — попыталась она тактично отказаться. — Ну же, Tрис!— взмолился Адам.— Я так надеялся провести с тобой вечер. Мы можем потанцевать, посмеяться, просто поболтать. Пожалуйста! Этот взгляд… Беатриса знала, что не сможет устоять. Она вздохнула и сдалась. — Ладно, уговорил. Но обещай, что мы не задержимся допоздна. Мне нужно подготовиться к завтрашним занятиям. — Обещаю!— Адам радостно подпрыгнул и крепче обнял Беатрису.— Ты у меня самая лучшая! Они продолжили идти по коридору, Шафик рассказывал какие-то забавные истории, а Беатриса слушала его вполуха, все еще погруженная в свои мысли. Внезапно они столкнулись с группой слизеринцев во главе с Драко Малфоем. Завидев Беатрису в обществе гриффиндорца, Драко остановился и презрительно усмехнулся. — Смотрите-ка, кого я вижу! Беатриса Лифёрт решила сменить компанию? Что, слизеринские принцы больше не в твоем вкусе? Беатриса закатила глаза. Она знала, что Малфой не упустит возможности уколоть её.  — Драко, не стоит.— попытался успокоить его Блейз, стоявший рядом. — Нет уж, Блейз, пусть скажет, что думает.— парировал Драко.— Или ей сказать нечего? — У меня нет желания тратить время на пустые разговоры, Драко. — спокойно ответила девушка.— Лучше займись чем-нибудь полезным. — О, как грубо!— Драко притворно схватился за сердце.— Кажется, наша Триса совсем забыла, кто её друзья. Адам уже хотел возразить, как в этот момент вперед вышел Теодор Нотт. Он стоял чуть позади Драко, но теперь вышел вперед, и его взгляд был направлен прямо на Шафика. В его глазах читалась неприкрытая неприязнь. — Малфой, оставь их в покое. — процедил Теодор.— У нас есть дела поважнее. — Да ладно тебе, Тео. — усмехнулся Драко.— Неужели ты ревнуешь? Теодор проигнорировал его и, не сводя взгляда с Адама, подошел к Беатрисе. —Трис, мне нужно поговорить с тобой сегодня вечером. Один на один. Адам мгновенно напрягся. Он шагнул вперед, заслоняя Беатрису от Теодора. —О чём тебе нужно поговорить с ней? Говори сейчас. Теодор усмехнулся, окинув взглядом Адама. —Это не твое дело, Шафик. Это касается только Беатрисы. —Если это касается Беатрисы, то это касается и меня.— Адам сжал кулаки, готовый в любой момент броситься на Теодора. — Говори сейчас, или проваливай. Беатриса почувствовала, как назревает буря. Нужно было остановить это, пока не началось что-то серьезное. Она взяла Адама за руку, слегка сжимая её. —Адам, пожалуйста, тише.— тихо сказала она, глядя ему в глаза.— Всё в порядке. Она повернулась к Теодору, стараясь сохранить спокойствие. —Тео, я понимаю, что тебе нужно поговорить. Но сейчас не самое лучшее время. Она мягко кивнула, давая понять, что согласна на разговор позже. — Мы поговорим вечером. В твоей комнате.  Теодор нахмурился, но кивнул в ответ. Он видел твердое намерение в глазах Беатрисы и знал, что сейчас будет бесполезно спорить. —Как скажешь. Вечером жду.— он бросил на Адама испепеляющий взгляд и, развернувшись, ушел вместе с Малфоем и Забини.  Как только слизеринцы скрылись из виду, Беатриса вздохнула с облегчением. Она почувствовала, как напряжение постепенно спадает. — Адам, не пыли так больше. Давай просто пойдем вместе…— она улыбнулась и задумалась.— Например, в Хогсмид? Сегодня же выходной. Купим с тобой сладостей, а вечером пойдём на эту чёртову вечеринку.  Шафик улыбнулся и прижал к себе Беатрису.  — Всё будет так, как ты скажешь.  *** Снег падал хлопьями, создавая атмосферу скорого Рождества и счастья. Адам шёл прямиком в «Сладкое королевство» вместе с Беатрисой, держа её за руку.  В магазинчике сладостей было теплее, чем на улице. Девушка поёжилась, что не ушло от взгляда Шафика. Адам тут же приобнял ее, стараясь согреть. — Холодно? — заботливо спросил он. — Нужно было надеть что-нибудь потеплее. А не этот тоненький шарф.  — Да нет, все хорошо. — улыбнулась Беатриса. — Просто почувствовала разницу температур. Здесь так уютно. Они прошли дальше вглубь магазина, и глаза разбежались от обилия сладостей. Полки ломились от шоколадных лягушек, всевкусных конфет, леденцовых перьев и других волшебных лакомств. Дети радостно бегали между рядами, набирая полные корзины. — Ну что, чего хочешь? — спросил Адам, глядя на Беатрису. — Выбирай всё, что душе угодно. — Да всего понемногу хочется. — засмеялась она, рассматривая разноцветные баночки и коробки. — Давай возьмем шоколадных лягушек, шербетовых шариков и… и вот эти взрывающиеся леденцы выглядят забавно. Адам наполнил корзину выбранными Беатрисой сладостями, а затем добавил несколько своих любимых: карамель "Кровь" и плюшки "Шоколадные котлы". — А теперь самое интересное! — воскликнул Адам, подводя Беатрису к полке с всевкусными конфетами. — Давай сыграем в рулетку. Берем по конфете и гадаем, какой вкус нам попадется. — Ох, не знаю. — с сомнением сказала Беатриса. — Я слышала, там такие ужасные вкусы бывают… — Ну же, это весело! — уговаривал Адам. Беатриса, поддавшись его энтузиазму, согласилась. Они взяли по конфете и одновременно закинули их в рот. Адам скривился. — Фу, кажется, это была трава! — он выплюнул конфету в заранее приготовленный пакет. Беатриса, напротив, улыбнулась. — А мне попалась клубника! Они еще немного побродили по магазину, наслаждаясь атмосферой праздника и предвкушением вечеринки. Перед тем как уйти, Адам купил два горячих шоколада с маршмеллоу. — Держи, чтобы не замерзнуть. — протянул он один из стаканчиков Беатрисе. Они вышли из магазина на заснеженную улицу, держась за руки и попивая горячий шоколад. Снег мягко падал на их лица, а в воздухе витал аромат волшебства и счастья. Беатриса чувствовала себя по-настоящему счастливой и спокойной рядом с Адамом. На мгновение она даже забыла о предстоящем разговоре с Теодором и о своих запутанных чувствах. Сейчас были только они, Хогсмид и волшебные сладости. *** Беатриса стояла у двери и не могла пошевелиться. Что-то внутри неё давило и заставляло переживать. Хотя повода не было, ведь Тео её друг. Он не может быть для неё угрозой. Лифёрт собралась с мыслями и постучала. Оттуда послышалось громкое и грубое: «Входи!» Триса открыла дверь и зашла в комнату. Нотт сидел за столом возле большого окна. Он был один. — А куда Блейз делся? — Бегает по школе и приглашает всех на вечеринку, — быстро отвечает парень и встаёт из-за стола. Какое-то время они молчали, но эти секунды казались вечностью. — Я хотел поговорить о… Адаме. — наконец произнес Теодор, отворачиваясь к окну. — Я знала. — вздохнула Беатриса. — Ты считаешь, что он мне не подходит. — Я просто беспокоюсь за тебя. — ответил Теодор, не глядя на неё. — Вы едва знакомы. Он окружил тебя вниманием. Слишком много внимания, как по мне. — Он хороший парень, Тео. — возразила Беатриса. — Он добрый, заботливый… — Ты видишь только то, что хочешь видеть. — перебил её Теодор. — Я не говорю, что он плохой, просто… он неизвестный. Ты мало что о нём знаешь. — Ты тоже не всегда был мне понятен. — парировала Беатриса, и в голосе её зазвучали укоризненные нотки. — Сколько тайн ты от меня скрывал? В комнате снова воцарилось молчание. На этот раз более тяжелое, чем прежде. — Это другое. — наконец произнес Теодор. — Чем же? — спросила Беатриса. — Ты тоже мутный, Теодор. И ты также мой друг, не так ли? — И именно поэтому я переживаю. — в его голосе прозвучала какая-то обреченность. — Прости, Трис, я не хочу лезть не в своё дело. Просто… будь осторожна. Беатриса задумчиво нахмурилась. Слова Теодора заставили ее задуматься. Пророчество… Генри… Все это давило на нее, как неподъемный груз. Девушка опустила взгляд, разглядывая свои руки. Ей было не по себе от этой тревоги, исходящей от Теодора. Она действительно доверяла ему, как другу, но его настороженность заставляла её сомневаться в собственном выборе. — Ты тоже мне не всегда понятен, Тео… — тихо проговорила она. — Неужели ты не понимаешь, как сложно, когда тебе говорят, что твои чувства – ошибка? Теодор подошел ближе. В его глазах читалось искреннее беспокойство. — Я не утверждаю, что это ошибка, Трис. Я лишь прошу быть осторожной. Адам появился так внезапно…  — Но ведь с тобой мы знакомы давно. — вздохнула Беатриса. — И все равно, иногда мне кажется, будто ты скрываешь что-то важное. От меня же. Хотя, казалось бы… друзья не должны так поступать. Нотт виновато опустил взгляд. — Дело не в недоверии, Трис. Просто есть вещи, которые… которые не стоит знать. Беатриса усмехнулась. — Вот и ты - "мутный". — повторила она его слова. — А ведь я считаю тебя одним из самых близких людей. Тео нахмурился, словно от боли. Он схватил ее за руку. — Трис, послушай… я не хочу, чтобы что-то случилось. Я искренне желаю тебе счастья. И если Адам действительно тот, кто тебе нужен… я буду только рад. Но что-то мне подсказывает… — Что? — нетерпеливо спросила Беатриса. Парень замолчал, словно боролся с самим собой. Он отпустил её руку и снова отвернулся к окну. — Не важно. — выдавил он наконец. — Просто… обещай, что будешь осторожна. Беатриса кивнула, хотя ее решение было не твердым. Слишком много тумана в этом разговоре. — Обещаю. Но и ты будь осторожен, Теодор. Она сделала шаг к двери. Тревога не отступала, а лишь усиливалась. — Береги себя, Трис. И… помни, что я всегда рядом, если что. Беатриса кивнула в ответ и вышла из комнаты, оставив Теодора одного. Тяжелые предчувствия не покидали её. Что-то надвигалось, и она чувствовала это всей кожей. *** Адриана уже целовалась с Блейзом на лестнице, которая вела к спальням слизеринцев. Беатриса и Адам сидели на диване возле камина, обнимались и посмеивались, наблюдая за выпившими подростками. Теодор сидел рядом с Драко, держа в руках наполовину пустые бутылки огневиски.  Генри вошёл в гостиную. Его взгляд сразу же упал на Асторию, которая с грустью смотрела на Трису. Гринграсс хотела провести время с подругой, но у Лифёрт были другие планы.  — Скучаешь?— спросил младший Лифёрт, подходя к Астории. — Типо того.— ответила девушка и протянула ему алкоголь.  — Ох, спасибо, но я не пью.— уважительно улыбнулся Генри.— Моя сестра выбрала компанию Шафика, а не тебя, да?  Гринграсс грустно кивнула и сново посмотрела на подругу.  — Я так и понял.— кивнул парень.— Именно поэтому и я пришёл. Чтобы поднимать тебе настроение.  Слегка качнув головой в сторону Беатрисы и Адама, он добавил: — Порой, друзья – это те, кто рядом, когда другие заняты любовью. Он подмигнул Астории, надеясь вызвать у неё улыбку. Девушка слегка улыбнулась в ответ, и Генри решил действовать дальше. — Может, прогуляемся? Здесь душно, да и зрелище не самое приятное. Могу показать тебе тайный проход на кухню, где сейчас наверняка остались вкусные закуски. Или, если хочешь, можем попробовать сыграть в какую-нибудь игру. Главное, чтобы тебе было весело. Он пристально посмотрел на Асторию, показывая, что готов поддержать её в любое время. Тем временем Беатриса и Адам, увлеченные друг другом, практически не замечали происходящего вокруг. Гостиная Слизерина гудела от музыки и пьяных разговоров, но для них двоих существовал только камин и тепло объятий. — О чём задумалась? — прошептал Адам, нежно касаясь губами виска Беатрисы. — Ни о чём. — ответила она, прижимаясь к нему сильнее. — Просто хорошо здесь, с тобой. Но на самом деле мысли Беатрисы были заняты совсем другим. Слова Теодора не давали ей покоя. Она пыталась убедить себя, что он просто ревнует, что всё в порядке. Но сомнения продолжали грызть изнутри. — Ты какая-то задумчивая сегодня. — заметил Адам. — Что-то случилось? Беатриса колебалась. Стоит ли делиться с ним своими опасениями? Или это только испортит вечер? — Просто немного устала.— ответила она, стараясь казаться непринуждённой. — Вечеринка была лишней. Адам нахмурился. — Если ты не хочешь, мы можем уйти сейчас же. — предложил он. — Пойдём в твою спальню и просто поговорим по душам. — Нет, что ты. — возразила Беатриса, целуя его в щёку. — Всё хорошо. Просто я немного не в настроении. Это пройдет. Она попыталась улыбнуться, но, кажется, получилось не очень убедительно. Адам обнял её крепче, стараясь успокоить. Пока Беатриса и Адам были погружены в свой мир, Теодор, сидящий рядом с Драко, неотрывно наблюдал за ними. Несмотря на выпитый огневиски, его взгляд оставался трезвым и сосредоточенным. Он видел, как Беатриса натянуто улыбается, как она пытается скрыть свою тревогу. И это злило его. В груди Теодора копошились противоречивые чувства: беспокойство за Беатрису, раздражение на Адама и… что-то еще. Чувство, которое он старался подавить, игнорировать, но которое становилось всё сильнее с каждой минутой. В его взгляде не было ничего дружеского. Теодор видел, как Адам нежно обнимает Беатрису, целует её в висок. И с каждым его движением в сердце Теодора поднималась волна ревности. Ему хотелось подойти, разнять их, увести Беатрису подальше от этого… выскочки. Но он сдерживался. Во-первых, потому что не хотел устраивать скандал на вечеринке. А во-вторых… он боялся. Боялся признаться себе в том, что он чувствует к Беатрисе. Боялся разрушить их дружбу. Теодор сделал большой глоток огневиски, пытаясь заглушить болезненные чувства. Но алкоголь не помогал. Чем больше он пил, тем отчетливее понимал, что он теряет Беатрису. Что он упускает свой шанс. — Ну и что ты там высматриваешь? — пробормотал Драко, заметив напряженный взгляд Теодора. Тео промолчал, лишь сильнее сжал бутылку в руке. Драко проследил за его взглядом и усмехнулся. — Опять ревнуешь, что ли? Нотт резко повернулся к другу, его глаза метали молнии. — Тебя это не касается. — процедил он сквозь зубы. — Да ладно тебе, Тео.—пожал плечами Драко. — Признайся, она тебе нравится. Что в этом такого? Просто действуй. — Действовать? — усмехнулся Теодор. — И как, по-твоему, я должен действовать? Объявить войну Адаму прямо здесь и сейчас? — Не обязательно войну. — загадочно улыбнулся Малфой. — Просто покажи ей… что ты лучше. Слова Драко запали Теодору в голову. Он взглянул на Беатрису еще раз. Она сидела, прижавшись к Адаму, и смотрела в огонь. Теодор вдруг понял, что больше не может оставаться в стороне. Одним резким движением он поднялся на ноги, оставив бутылку огневиски на полу рядом с Драко. — Куда это ты? — спросил Малфой, но Теодор его уже не слышал. Он направился прямо к камину, где сидели Беатриса и Адам. Шафик что-то шептал Трисе на ухо, она слегка улыбнулась, но Тео видел, что это лишь подобие улыбки. — Шафик! — нарочито громко произнес Теодор, останавливаясь прямо перед ними. Беатриса вздрогнула, а Адам напрягся, почувствовав враждебный тон. — Тео? Что-то случилось? — с легкой тревогой спросила Беатриса. — Просто хотел напомнить, что Кубок факультетов еще не разыгран. — небрежно бросил Теодор, сверля взглядом Адама. — И Слизерин не намерен уступать. Адам нахмурился, понимая, к чему клонит Теодор. — Это здесь при чем? Мы сейчас просто отдыхаем. — Отдыхаете? — насмешливо повторил Теодор, обводя взглядом их обнимающиеся фигуры. — Кажется, вы совсем забыли о чести своего факультета. — Не тебе меня учить, как защищать честь моего факультета. — огрызнулся Адам, вставая и отгораживая собой Беатрису. — Ты лучше займись своими делами, Нотт.  — Мои дела — это победа Слизерина. — парировал Теодор, делая шаг вперед. — А такие гриффиндорцы, как ты, только и умеют, что рассиживаться у камина и целоваться. В гостиной внезапно стало тихо. Все взгляды были прикованы к разгорающемуся конфликту. Даже Адриана и Блейз, ненадолго оторвавшись от объятий, с любопытством наблюдали за происходящим. — Следи за своим языком. — процедил Адам сквозь зубы, сжимая кулаки. — А то что? — вызывающе ухмыльнулся Теодор. — Поднимешь на меня руки? Покажешь, какой ты храбрый гриффиндорец? Адам чуть дрогнул. Теодор попал в точку. Он знал, что Адам не любит драки, предпочитая решать проблемы мирным путем. Но Теодор явно намеренно провоцировал его. — Это грязный прием, Нотт.— вмешалась Беатриса, стараясь разрядить обстановку. — Не стоит ссориться из-за этого. — Не стоит? — взорвался Теодор, поворачиваясь к ней. — Он размяк, Беатриса, и тебе это нравится? Или ты забыла, что такое дух соперничества? — Я никогда об этом не забывала. — твердо ответила Беатриса. — Но я не позволю тебе манипулировать Адамом. — Манипулировать… — слизеринец презрительно фыркнул. — Я просто говорю правду. И, кажется, она тебе не нравится. Не выдержав, Адам оттолкнул Беатрису в сторону и шагнул вперед. — Хватит, Нотт! — прорычал он. — Я не позволю тебе так разговаривать с Беатрисой. — А ты мне запретишь? — Теодор с вызовом посмотрел на Адама, в его глазах плясал огонь. В мгновение ока Адам нанес удар. Он был неожиданным и быстрым. Теодор не успел среагировать и получил кулаком в челюсть. Голова дернулась назад, и Теодор пошатнулся. Не давая Нотту опомниться, Шафик набросился на него. Завязалась драка. Они обменивались ударами, рыча и ругаясь. Драка была скорее сумбурной, чем техничной. Оба парня были охвачены злостью и желанием причинить боль. Кто-то завопил, кто-то начал подбадривать дерущихся. В гостиной воцарился хаос. Драко, наблюдая за происходящим, ухмыльнулся. Он знал, что рано или поздно это произойдет. Теодор просто перегорел. Беатриса, в ужасе наблюдая за дракой, пыталась разнять их, но её отталкивали в стороны. — Прекратите! — кричала она. — Прекратите немедленно! Однако, никто её не слушал. Теодор, оправившись от первого удара, начал отвечать. Он был сильнее Адама и вскоре перехватил инициативу. Он оттеснил Шафика к стене и начал яростно наносить удары. — Это тебе за Трису! — кричал Теодор, с каждым ударом вкладывая в него всю свою злость и обиду. — А это за ложь! Адам пытался защищаться, но силы были неравны. Он начал сдавать позиции, чувствуя боль и слабость. Наконец, кто-то из старшекурсников, увидев, что дело принимает серьезный оборот, вмешался и разнял дерущихся. Адам стоял, тяжело дыша, с разбитым лицом и кровоточащей губой. Теодор тоже был потрепан. На его лице красовалась огромная ссадина, а из носа текла кровь. Тишина наступила внезапно. Все смотрели на дерущихся, ожидая продолжения. — Доволен? — прохрипел Адам, глядя на Теодора полным ненависти взглядом. — Еще нет. — ответил Теодор, вытирая кровь с лица. — Но это только начало. Адам плюнул кровью на пол и развернулся, ушёл прочь из гостиной, оставив Беатрису и ошарашенных слизеринцев наедине с разъяренным Теодором.  — Нотт, иногда ты становишься пустоголовым идиотом!— яростно произнесла девушка.  Лифёрт бросила гневный взгляд на Тео и поспешила вслед за Адамом. *** Адам, шатаясь, брел по коридорам школы. Кровь заливала ему лицо, и он еле сдерживал стон. Беатриса, стараясь не отставать, то и дело одергивала его за рукав, призывая остановиться и дать ей обработать раны. Но он не слушал, продолжая идти вперед, словно стремясь убежать от чего-то. Наконец, дойдя до одной из пустующих комнат, он рухнул на ближайший диван, тяжело дыша. Беатриса тут же присела рядом, доставая из кармана мантии влажный платок. — Дай я посмотрю. — тихо произнесла она, осторожно прикасаясь к его разбитой губе. Адам отдернул голову, избегая её прикосновения. — Не трогай. — прохрипел он, отворачиваясь. Беатриса опустила платок. Она знала, что Адам сейчас испытывает не только физическую боль, но и глубокое унижение. — Зачем ты это сделал? — тихо спросила она, глядя ему в глаза. — Зачем ты полез в драку? Шафик злобно фыркнул. — А ты как думаешь? — огрызнулся он. — Тебя защищал. — Защищал? — с иронией повторила Беатриса. — От чего? От соперничества факультетов? Или от его «правды», которая так задела твою гриффиндорскую честь? Адам замолчал, смущенный ее словами. — Он не должен так с тобой разговаривать. — тихо пробормотал он, глядя в пол. — Никто не должен. Беатриса вздохнула. Она понимала Адама, но в глубине души чувствовала, что драка была вызвана совсем другими причинами, чем он пытался показать. — Адам. — начала она осторожно.  — Ты же знаешь, что между мной и Ноттом ничего нет. — Я знаю. — перебил ее Адам. — Но он… он смотрит на тебя так, словно ты — его собственность. И это меня бесит! Триса удивленно приподняла брови. — Ты… ревнуешь? Парень покраснел и смущенно отвел взгляд. — Да. — тихо признался он. — Ревную. Потому что… потому что я… Шафик замолчал, собираясь с духом. Беатриса терпеливо ждала, чувствуя, как бешено колотится ее сердце. — Потому что я люблю тебя, Беатриса. — выдохнул он, глядя ей прямо в глаза.  Девушка застыла. Слова Адама прозвучали для нее, как гром среди ясного неба. Она знала, что он испытывает к ней симпатию, но чтобы любовь… Она была совершенно не готова к такому признанию. — Адам. — начала она растерянно. — Я… я не знаю, что сказать. Шафик грустно улыбнулся. — Не нужно ничего говорить, если ты не чувствуешь того же. — прошептал он. — Я понимаю. Беатриса опустила взгляд, чувствуя себя виноватой. Она знала, что не может ответить Адаму взаимностью. Лифёрт не любила его. Её сердце было занято другим, тем, кто принесёт в её жизнь «испытания и боль», но она пока не понимала этого.  Но увидев боль и разочарование в глазах Адама, она не смогла сказать ему правду. Она не смогла разбить его сердце. «Он хороший. — подумала она про себя. — Он заботливый, любящий… Может быть, я смогу его полюбить. Может быть, он сможет избавить меня от наваждения Теодора. Может быть, он сможет сделать меня счастливой…» В голове Беатрисы метались противоречивые мысли. Она знала, что поступает неправильно, обманывая и себя, и Адама. Но страх перед пророчеством был сильнее её.  Может быть отношениями с Шафиком Триса сможет избежать страдания, которые ей были отведены.  Она подняла глаза и посмотрела на Адама. В его глазах теплилась надежда, словно он ждал от нее чуда. — Я… я тоже тебя люблю, Адам. — прошептала она, стараясь придать своему голосу уверенность. — Очень сильно люблю.