Глава 52 - Что ждёт впереди

Слышен тихий звон колокольчиков, качающихся на тёплом летнем ветру. Лёгкий, мелодичный звук. По словам Цумики, это расслабляет, хотя Шики никогда не находила его таковым. Вместо этого, всякий раз, когда Шики поднимает глаза и видит колокольчики, свисающие с угла крыши, её охватывает внезапное, детское желание их сломать. Есть что-то в этом декоративном колоколе, что делает такой поступок странно… соблазнительным, по необъяснимой причине… Но Шики достаточно умна, чтобы не поддаваться бессмысленным порывам. Дисциплина важна, напоминает она себе. «Хорошо», — говорит Кинджи. Услышав голос одноклассника, Шики позволяет своему вниманию вернуться к нынешней компании. Они переместились из переулка в более оживлённую часть широкой улицы. Здесь, среди гражданских, не являющихся колдунами, была меньшая вероятность снова попасть в засаду, а также Камо Норитоши-сану было бы сложнее сбежать. Не то чтобы парень сейчас проявлял какое-либо желание бежать, но это ничего не гарантировало. «Начинай говорить, Камо». Кинджи скрещивает руки на груди и грозно нависает. «У нас тут одзё-сама с острыми ножами, и она не боится их использовать!» Шики бросает на одноклассника странный взгляд. Хотя она понимает, что в целом эти слова должны были прозвучать как тонкая угроза, странная формулировка… на мгновение сбивает её с толку. Потому что с какой стати Шики бояться использовать ножи? Не то чтобы Кинджи не знал о её явном предпочтении клинкового оружия. «Как я и говорил всё это время», — морщится Камо-сан. — «Не я посылал шикигами наблюдать за вами, и я действительно не ожидал ничего из того, что только что произошло…» Парень умолкает, вероятно, из-за множества подозрительных взглядов, устремлённых на него, — включая Божественных Псов. Камо-сан устало вздыхает. «Вот». Он поднимает руку и передаёт небольшой клочок бумаги, который подобрал среди остатков внезапной атаки, которую они только что пережили. «Возможно, это придаст моим словам больше веса». Мегуми принимает записку и тут же с непроницаемым лицом просматривает сообщение. Кинджи с любопытством заглядывает через плечо младшего парня, его брови поднимаются всё выше по мере того, как он читает то, что написано на бумаге. «Чувак, какого хрена?» «Выражения», — одновременно произносят Шики и Мегуми; Мегуми поднимает взгляд, и их глаза встречаются. Без сомнения, младший парень в этот момент тоже думает о лекторском голосе Киёхиры-сенсея. Мегуми фыркает, слегка качая головой, и снова смотрит на бумагу в своих руках. «…Это от Камо», — говорит он. Закончив читать, Мегуми тут же передаёт записку Шики. — «Они, по-видимому, предупреждают Камо Норитоши, чтобы он "знал своё место". Также там есть что-то о том, что они "убрали" некоего Камо Широшичи». Кирара подходит ближе, и Шики любезно наклоняет бумагу к однокласснику, сама просматривая сообщение. То, что только что сказал Мегуми, — это краткое изложение того, что написано на потрёпанной странице. «Это…» Кирара закусывает губу. «Погодите. Если эта записка от клана Камо, то… нет, стойте. Это не имеет смысла. Он же только что представился как Камо Норитоши, верно? Мы говорим об одном и том же "Камо"?» Замешательство её одноклассника очевидно. Справедливости ради, в этой ситуации ему не хватает довольно много контекста… «Я… я не в особо хороших отношениях с… новоиспечённой главной семьёй», — вот что в итоге объясняет им Камо-сан. Его руки сжимаются в кулаки и разжимаются. Более тихим голосом: «С политической точки зрения им было бы очень выгодно, если бы меня не стало». Рот Кирары слегка приоткрывается. «Что?» Шики наблюдает за Камо-саном, стоящим перед ними. Он встревожен, это очевидно. Но даже так, он всё равно заставляет себя стоять прямо, с расправленными плечами и поднятым лицом, в позе, которая должна проецировать уверенность. «Прошу прощения», — говорит он, голос снова ровный и контролируемый. — «Я не намеревался вовлекать посторонних во внутренние дела клана Камо. Я не знаю, кто вообще подстроил эту ситуацию, но… клянусь, я сделаю всё возможное, чтобы подобное не повторилось». Сами слова милы и приятны, полагает она. Но, учитывая туманный статус Камо Норитоши в его собственном клане… был ли он в состоянии обещать такое? С другой стороны, не то чтобы Шики имела ясное представление о текущем состоянии внутренней политики клана Камо, и у неё нет намерений ввязываться в такие головные боли. Возможно, у Камо Норитоши были союзники в клане, поддерживающие его, которые жаждали восстановить его в должности наследника клана, которую он ранее занимал, — или, возможно, даже полностью заменить нынешнего главу клана. Может быть, он был вполне способен дать им такое обещание. Но каким бы ни был случай… «Независимо от твоих истинных намерений, мы уже ввязались в эту заварушку». «А?» Кирара в замешательстве смотрит на Шики. Сбоку Кинджи реагирует так же. Мегуми хмурится, его глаза сужаются в раздумьях. Камо-сан медленно выдыхает. «…Дела клана Камо должны решать сами Камо». «Дело не только в твоём личном мнении по этому вопросу, Камо-сан». Шики также не исключает полностью возможность того, что Камо-сан точно знал, как развернётся их «неожиданная» встреча, несмотря на его собственные заявления об обратном. Это был бы не первый раз, когда Шики видит, как кто-то мастерски притворяется невежественным, скрывая другие мотивы. «Я уверена, тебе не нужно объяснять мне последствия и возможные последствия от этой встречи». Камо-сан слегка вздрагивает, морщась. Кинджи поднимает руку, словно он всё ещё в классе. «Я был бы признателен за объяснение, пожалуйста и спасибо». Ах, в таком случае… Шики останавливается и на мгновение задумывается. С чего бы ей вообще начать?.. «Дело во внешнем виде», — вместо неё отвечает Мегуми за Кинджи. Младший парень хмурится, и его недовольство отражается в низком рычании, исходящем из глоток обоих его шикигами. Камо-сан настороженно смотрит на Божественных Псов. «В каком смысле?» «…Тебе, наверное, стоит сначала узнать немного предыстории». Мегуми морщится. «Итак, Камо. Одно из Трёх Великих Семейств, наряду с Годжо и Зенин. Однако в последние годы руководство клана Камо было довольно нестабильным. Камо Норитоши-сан был изначально наследником клана, но его изгнали после смерти последнего главы клана». Глаза Кирары расширяются от новой информации. Его взгляд быстро метнулся к Камо-сану, который напрягся, но не отрицал этих слов, а затем быстро вернулся к Мегуми. «Погоди, так…» — следующие слова Кирары нерешительны, сбивчивы. — «Ты говоришь, что на него охотятся, потому что… он был наследником? И мы просто попали под раздачу? Это то, что происходит?» «Всё немного сложнее», — Мегуми трёт лоб, что указывает на начинающуюся головную боль. — «…Я не знаю, какова текущая ситуация у самих Камо, но то, что Шики в это втягивают, не сулит ничего хорошего». Брови Кинджи сходятся на переносице. «Но… ведь ничего не случилось, правда? Никто не пострадал, и этот Камо даже сказал, что не хочет, чтобы кто-то вмешивался в то, что происходит!» «Да, но дело не в том, чего хочет Камо-сан». Мегуми указывает на стоящего среди них колдуна из клана Камо. «Дело в том, какой сигнал пошлёт этот инцидент. Камо Норитоши, бывший наследник клана Камо, тайно встретился с Годжо Шики. Неважно, было это совершенно неожиданно или нет — это всё, что увидят другие люди». «И что?» «И то», — Мегуми намеренно подчёркивает слово. — «Что нам уже никак не избавиться от ассоциации с Камо Норитоши, не тогда, когда первое, на что все обратят внимание, это то, как "Камо Норитоши был замечен на тайной встрече с Годжо Шики, когда на них неожиданно напали". Это значит, что люди будут подозревать, что клан Годжо поддерживает Камо Норитоши в его вызове нынешнему главе клана Камо!» Кинджи недоверчиво смотрит. «…Ты уверен, что не усложняешь? Не может быть всё так сложно». «Шики — благословенное дитя клана Годжо. Как ты думаешь, что другие люди сделают из её действий?» Кинджи открывает рот, на мгновение замолкает, а затем разворачивается к Шики. «Погоди, ты тоже "большая шишка", как твой кузен?» Шики невинно моргает под внезапным пристальным взглядом. «Вроде того», — говорит она. Мегуми начинает кашлять, и оба её одноклассника смотрят на неё ещё более подозрительно. …Шики определённо не «большая шишка» в том же смысле, что и Сатору-ниичан. Но было бы ложью сказать, что её присутствие в клане Годжо незначительно. Возможно, в клане есть те, кто недоволен тем направлением, в котором Сатору-ниичан сейчас ведёт клан, и, следовательно, косвенно недовольны и Шики, но никто из них не посмеет её отрицать. Уже нет. Никто по-настоящему не отрицал существование Годжо Шики с того дня, как было подтверждено, что она обладает парой проклятых глаз. «У клана Годжо в настоящее время нет официально назначенного наследника, но не секрет, что Годжо Шики-сан — предпочтительный кандидат Годжо-самы», — услужливо добавляет Камо-сан. Что на самом деле не так уж и полезно, как, очевидно, думает парень, поскольку Шики не хочет должности наследницы клана… Наследница клана? Если ты примешь эту должность, я хочу, чтобы это было по твоему собственному выбору, а не потому, что это ещё одна обязанность, которую на тебя взвалили. Делай, что хочешь. …но, несмотря на её сомнения, если это поможет Сатору-ниичану, то это… по крайней мере, то, о чём стоит подумать. Сатору-ниичан ясно дал понять, что не собирается её ни к чему принуждать, и Шики рада, что он так внимателен к ней. Но в то же время, если это поможет облегчить бремя клана Годжо, которое целиком лежит на его плечах… … С другой стороны, было бы неуважением к членам клана Годжо в целом, если бы их наследница приняла эту роль просто потому, что хотела помочь своему кузену. Более того, наследником клана должен быть кто-то, кто действительно заботится о клане Годжо. О его многочисленных членах и о будущем клана. Шики не соответствует ни одному из этих критериев. Если подумать, почему Сатору-ниичан вообще считает, что из неё получится хороший наследник? Только потому, что она неплохо справляется с ролью главы ветви? Но половина заслуг здесь принадлежит Киёхире-сенсею, который помогал Шики во многих, многих аспектах этой роли. Или… это потому, что она хороший колдун дзюдзюцу? Компетентность в качестве колдуна не равна компетентности в управленческих навыках, но она идёт рука об руку с авторитетом, и Шики заметила заметную корреляцию между более сильными колдунами и менее несговорчивыми членами клана — по крайней мере, внешне. Что имеет свои преимущества. Ах, её мысли начинают уходить от темы. Шики вздыхает. «Мне не нравится клановая политика». «А кому она нравится?» — бормочет себе под нос Мегуми. Камо-сан, похоже, это услышал, судя по удивлённому кашлю, который он пытается скрыть. «Погодите, погодите, давайте-ка на минутку вернёмся назад». Кинджи ненадолго прижимает руку к голове, затем указывает на Камо-сана. «Так… на нас напали только что, потому что твой клан пытается от тебя избавиться. Поскольку ты раньше был наследником?» Камо-сан коротко кивает. «Камо Эйносукэ, нынешний глава клана, ранее принадлежал к одной из ветвей клана Камо. Самый простой способ для него узаконить свои права — это обеспечить, чтобы его родословная осталась единственной законной». «Единственной…?» Кирара резко вдыхает. «Погоди, ты имеешь в виду, что ты последний? Они убили всю твою семью, чтобы стать главой клана?!» Кирара звучит ошеломлённым от одной этой мысли. «Нет, нет, это не…» — Камо-сан на мгновение замолкает, явно пытаясь подобрать нужные слова. — «Ещё есть выжившие члены главной семьи. Но никто из них, кроме меня, не обладает Проклятыми Техниками, что делает их неподходящими для главенства. Эйносукэ-сан также не был ответственен за смерть моего отца — предыдущего главы клана». «Но если он изначально не был в этом виноват, то почему он так на тебя охотится?» — хмурится Кинджи. — «…А мы вообще знаем, кто был ответственен?» Камо-сан колеблется, его взгляд на мгновение метнулся к Шики. «Камо Тэруичи сам навлёк на себя гибель своими действиями», — нейтрально отвечает Шики. Давление со стороны клана Годжо из-за похищения Шики в конечном итоге привело к смертному приговору для бывшего главы клана Камо. Но в первую очередь именно заговор клана Камо — Мацухимэ Камо — по похищению вызвал гнев клана Годжо. Кинджи замолкает и искоса смотрит на неё. «Я чувствую, здесь есть какая-то история». «Это неважно», — Шики качает головой. Инцидент с похищением и встреча с Араей не имеют отношения к их текущей ситуации. «"Неважно"? Что ты имеешь в виду, неважно…» Они довольно далеко ушли от первоначальной темы, не так ли? «Что касается рассматриваемого вопроса», — говорит Шики, игнорируя возмущённое бормотание своих одноклассников и насильно возвращая разговор к тому, с чего они начали, прежде чем отвлеклись на мелкие детали, касающиеся клана Камо. — «Если нас увидят с Камо-саном… как упомянул Мегуми, большинство воспримет это как одобрение клана Годжо». «Да, так и будет», — морщится Камо-сан. — «А с той неразберихой из-за взорвавшегося шикигами только что, крайне сомнительно, что этот инцидент остался незамеченным. Это значит, что большинство колдунов дзюдзюцу будут об этом знать». «И если люди подумают, что Камо-сана поддерживают Годжо…» Мегуми хмурится в концентрации. Куро тихо сопит и толкает носом руку, свободно висящую у его бока. «Это плохо для Камо-сана, если он намеревается вернуть власть в клане Камо. Потому что Камо никогда не примут главу клана, которого они считают марионеткой другого клана — особенно если это клан Годжо. Это также плохо для Шики, которую из-за этого снова будут ассоциировать с кланом Камо». «Ты и о себе забываешь, Мегуми». Если бы только Шики была подозрительно замечена на месте происшествия с Камо Норитоши сразу после засады, то было бы немного больше пространства для отрицания. Но Шики и Мегуми вместе? Люди бросят на них один взгляд и автоматически подумают о гигантской нависающей тени за их спинами: Годжо Сатору. Глаза парня расширяются, затем сужаются, когда он мгновенно улавливает её намёк. «Так виновники этого действительно клан Камо?» — спрашивает Мегуми. — «Они боятся возвращения Камо-сана теперь, когда он студент Киотского Техникума Дзюдзюцу, поэтому пытаются дискредитировать его всеми возможными способами. Включая насильственную ассоциацию его с кланом Годжо таким образом, который трудно отрицать. Со всеми кланами колдунов, присутствующими в Киото на Обон… люди будут сплетничать». «Возможно». Это было бы вполне разумным, логичным объяснением того, что они только что пережили. «Но это также означало бы, что у клана Камо всё ещё много полезных глаз и ушей в клане Годжо, даже несмотря на работу Сатору-ниичана». Несколько лет назад Сатору-ниичан одним махом стравил старейшин Годжо друг с другом, одновременно выкорчевав шпионов в клане Годжо. Учитывая, сколько времени прошло с тех пор, Шики полагает, что у этих повреждённых информационных сетей была бы возможность восстановиться. Но это наверняка было бы заметным изменением, если бы они уже расширились до такой степени, что им было бы просто отслеживать местонахождение Шики. Когда она только что прибыла в Киото и на самом деле не общалась ни с кем из заметных личностей, кроме своего кузена. Ей определённо придётся попросить Чоки присмотреться повнимательнее и перепроверить всё позже. Но пока… Шики на мгновение задумывается, чтобы переоценить ситуацию. Учитывая тот факт, что было довольно маловероятно, что Камо имели хорошо расположенных шпионов в клане Годжо, докладывающих им, это означало, что маловероятно, что они сразу узнали о её прибытии. Шики не ехала на синкансэне в эту поездку, так что им было бы невозможно предсказать её передвижения, наблюдая за станцией. Она и её одноклассники были заняты выполнением нескольких заданий в Гифу, прежде чем Чоки отвёз их всех вместе в Киото. Имея это в виду, следовало подумать, что означало то, что Божественный Пёс Мегуми поймал шикигами-наблюдателя, скрывавшегося необычно близко к ним во время спонтанного визита в местный комбини. Потому что если Камо не были точно осведомлены об их передвижениях в деталях, то это не объясняло, почему Шики и её друзья нашли того подозрительного шикигами с таким случайным, безупречным расчётом времени. Как раз вовремя, чтобы встретить Камо Норитоши, когда они, естественно, решили провести расследование, впоследствии ввязавшись в грязную тактику засады, которая с высокой вероятностью не осталась бы незамеченной. Это означало, что было две возможности. Первая: фракция Камо Эйносукэ инсценировала всё это. В клане Годжо были ненадёжные элементы — вероятно, один из слуг, с которыми столкнулись Шики и её друзья, или кто-то из их близких, — которые докладывали непосредственно клану Камо. Они сообщили своим хозяевам о прибытии Шики в Киото и последующей поездке в ближайший комбини с друзьями, после чего Камо привели в действие свой план: заманить Камо Норитоши в ту же область, устроить публичную встречу, которую ни один клан колдунов не проигнорирует, а затем извлечь выгоду из последующих слухов. Если бы им повезло, то мог бы даже возникнуть незначительный конфликт между Камо Норитоши и Годжо Шики. Камо Норитоши был колдуном третьего класса; Шики — первого. Если бы она унизила Камо-сана в бою, это негативно сказалось бы на его репутации и, следовательно, сыграло бы на руку Камо Эйносукэ. Даже если бы Шики обнаружила, что это устроил клан Камо — и что? Не было секретом, что Годжо Шики не питала тёплых чувств к клану Камо из-за своего прошлого опыта. В этом клан Камо ничего не терял. Приближался Обон, так что маловероятно, что она устроила бы сцену в ближайшие несколько дней. После этого Шики вернётся в токийскую школу, что ещё больше снижало шансы на какое-либо значительное возмездие. Их логику здесь легко проследить. Высшие чины и старейшины среди различных кланов колдунов на самом деле не так уж сильно отличаются друг от друга. Что касается второй возможности… В случае, если клан Камо не мог намеренно отслеживать передвижения Шики и подстроить такую ситуацию с Камо Норитоши в своих целях, будь то из-за болтливых слуг или другими способами… это означало, что не они послали того шикигами-наблюдателя. Камо не были ответственны за то, чтобы заманить сюда Шики. Это означало, что была третья сторона, которая внимательно следила за кланом Годжо, не вызывая тревоги. Которая немедленно узнала о её прибытии в Киото и намеренно послала шикигами, чтобы привлечь их внимание и привести к Камо Норитоши при первой же возможности. Но кто ещё, кроме клана Камо, мог бы извлечь из этого выгоду? Кто бы надеялся, что они извлекут выгоду, и выиграл бы от усиления фракции Камо Эйносукэ? …Или был какой-то другой скрытый мотив для организации этой ситуации? Такой, где влияние на внутренние дела клана Камо было лишь второстепенной целью, а не основной? «Не думаю, что мы можем что-то с уверенностью сказать на этот счёт. Но в случае, если это не клан Камо, то… может быть, это работа одного из меньших кланов, присматривающихся к положению Камо как одного из Трёх Великих Кланов?» — предполагает Мегуми. — «Камо Эйносукэ до сих пор не очень хорошо справляется с ролью главы клана. Так что, если они хотят продлить нестабильность в клане Камо, то оставить его у власти было бы хорошей идеей. Это значит, что у них будет больше возможностей в будущем». «Но если их цель — нестабильность внутри Камо, то они могли бы достичь этой цели гораздо более прямым путём, просто помогая Камо-сану». — Шики задумчиво мычит. — «В конце концов, он находится в более слабой позиции и является новым элементом, бросающим вызов текущему балансу сил в клане Камо. И если тот, кто стоит за шикигами, которого поймал Широ, прекрасно осведомлён о наших передвижениях…» «…то это не очень-то похоже на то, что под силу любому мелкому клану колдунов, особенно если они как-то могут обойти защитные барьеры клана Годжо. Если предположить, что именно так они узнали, когда и куда мы направляемся…» Мегуми с лёгким раздражением цокает языком. Кирара смотрит то на одного, то на другого, очевидно, потерявшись в разговоре. «Я… думал, мы уже установили, что за всем этим стоит клан Камо? Почему мы сейчас говорим о третьих сторонах? Разве всё и так не достаточно сложно?» «Клан Камо кажется наиболее вероятным виновником», — поясняет Мегуми. — «Но в таком случае есть ещё несколько моментов в ситуации, которые не совсем сходятся, поэтому мы не можем полностью исключать другие возможности». «Ладно, но… поправьте меня, если я ошибаюсь», — медленно говорит Кинджи. — «Разве та записка, которую подобрал Камо-сан, не была прямым предупреждением от клана Камо? Мы просто проигнорируем это?» «Сообщение может быть ложью», — предлагает он. «Маловероятно», — Камо-сан тут же качает головой, затем колеблется. — «…Мне нужно будет связаться со старейшиной Шино, чтобы удостовериться в содержании сообщения, оставленного мне в этой засаде». «Было бы лучше подтвердить это», — говорит Шики колдуну из клана Камо, затем поворачивается к своему однокласснику. — «Даже если предположить, что сообщение действительно от клана Камо, и на нас только что напал шикигами из клана Камо… это не обязательно означает, что они же послали шикигами, которого поймал Широ. Именно поэтому мы вообще здесь». Кинджи моргает. «Даже с этим подозрительно удобным расчётом времени всего, что только что произошло?» «Всё было очень хорошо рассчитано по времени», — соглашается с ним Шики. — «Так что, это действительно заставляет задуматься, не так ли?» Брови её одноклассника тут же изгибаются и морщатся. «…Блин», — наконец говорит он. — «Кажется, у меня начинает болеть голова от этого. Кланы всегда такие?» «К сожалению». Ещё одна причина, почему Шики не испытывает никакой симпатии к должности наследницы клана. Быть наследницей, несомненно, означало бы ещё больше политических маневров, чем ей уже приходится иметь дело в своей жизни. Кинджи твёрдо кивает один раз. «Это отстой», — заявляет он. Мегуми закатывает глаза. «Спасибо за это глубокое прозрение». «Пожалуйста», — без запинки отвечает старший парень, затем поворачивается к Шики. — «Короче говоря, у нас на руках дерьмовая ситуация. Мы можем что-нибудь с этим сделать?» «Выражения, Кинджи». Шики бросает на парня многозначительный взгляд. «И, как оказалось, да, можем». Её одноклассник ухмыляется в ответ. «О да? Ну так расскажи». Прямо сейчас они ничего не могут сделать с неминуемыми слухами, которые, несомненно, возникнут, о том, что Камо Норитоши ищет помощи у клана Годжо в своей борьбе против Камо Эйносукэ. Но… «Шикигами, которого поймал Широ», — напоминает она Кинджи. — «Я не дала ему самоуничтожиться, так что мы можем отнести его в поместье Годжо, чтобы поближе рассмотреть и посмотреть, что мы сможем оттуда узнать». В глазах её одноклассника появляется понимание. «Точно! Точно, я совсем забыл об этом на мгновение. Хорошо, что у тебя всё ещё есть… он…» Парень замолкает, совершенно очевидно уставившись на её пустые руки. Шики весело фыркает. «Я оставила его с Чоки», — объясняет она. — «Цумики всё ещё ждёт с ним. Может, пойдём уже?» Она ранее написала Чоки, чтобы сообщить ему, что всё — в основном — в порядке, когда заподозрила, что разговор затянется дольше, чем ожидалось. Но не стоило заставлять его и Цумики ждать слишком долго. Шики хорошо знала, что они оба из тех, кто беспокоится о других. Когда они собираются уходить, Камо-сан шагает вперёд, протягивая руку и открывая рот, словно собираясь что-то сказать, — но, похоже, передумывает, когда Широ на него рычит. Не угрожающе, но нотка предупреждения ясна. Божественный Пёс отходит от Мегуми и обходит ноги Шики, многозначительно глядя на Камо-сана. Шики рассеянно гладит Широ по голове. «Не нужно этого». Во-первых, именно на Камо-сана в первую очередь была нацелена атака. Независимо от того, была ли это фракция Камо Эйносукэ, плетущая интриги за спиной, или какая-то другая сторона, всё подстроившая, Камо-сан был в одной лодке с ними — насильственно ассоциирован с кланом Годжо, независимо от его собственных чувств по этому поводу. Будь он потенциальным кандидатом в наследники любого другого клана колдунов, возможно, это было бы воспринято как хорошо — иметь более тесные отношения с кланом Годжо. Но, учитывая прохладные отношения между кланом Камо и кланом Годжо, и собственный нестабильный статус Камо Норитоши в клане Камо, его постоянно оспариваемая легитимность… Ну, это было бы то, с чем Камо-сану придётся разбираться самому в будущем. «Прошу прощения», — тихо говорит Камо-сан. — «Я… я искренне не желаю враждовать с кланом Годжо. Как я уже говорил, всё это стало для меня таким же сюрпризом. Пожалуйста, поверьте мне, Годжо-сан». «Почему для тебя важно, верю я тебе или нет?» Шики кажется, что она начинает понимать, как Камо-сана изгнали из его собственного клана. Такой характер… неудивительно, что его чуть не убили, как бы сурово это ни звучало. «Я…» Камо-сан кусает губу, колеблясь. …Учитывая его решение поступить в киотскую школу, любой, кто посмотрит на Камо-сана, увидит в нём человека, намеревающегося в будущем бросить вызов Камо Эйносукэ. Корни клана Камо в Киото были глубоки, и если бы Камо Норитоши смог успешно создать собственную базу сторонников за время учёбы в киотской школе, это, несомненно, стало бы сильным аргументом в его пользу. Но теперь Шики начинает сомневаться, был ли это действительно собственный выбор парня — бороться с нынешним главой клана Камо таким образом. Потому что из того, что она поняла о его характере и личности до сих пор… Камо Норитоши не похож на человека амбициозного. Тот, кто находился в невыгодном положении и намеревался захватить власть в клане Камо, определённо попытался бы использовать текущую ситуацию в свою пользу. Несмотря на то, что нынешние отношения между кланами Камо и Годжо были довольно напряжёнными, связь с кланом Годжо через Шики была бы полезной. Было бы гораздо логичнее, если бы Камо Норитоши попытался извлечь максимум из плохой ситуации и хотя бы попытался возместить свои потери, попытавшись установить какую-то связь с Шики. Но всё, что он делал, — это неоднократно извинялся и говорил, что не хотел, чтобы всё это произошло. … «Ты уверена, что можно просто так оставить Камо-сана?» — спрашивает Мегуми, когда они в конце концов расходятся с бывшим наследником Камо, оставляя парня одного. «А что ещё мы могли сделать? Ты хотел пригласить его в поместье Годжо?» — резонно спрашивает Шики. «…Нет. Ух, это только усугубило бы всё, не так ли?» — Мегуми морщится. У его ног Куро с безупречным расчётом времени высовывает язык. — «Просто… может, он мог бы разобраться с тем, что произошло, со стороны Камо?» «Если бы мы специально попросили его об этом, то это был бы долг, который мы ему должны». Шики не в восторге от этой перспективы; судя по выражению лица Мегуми, ему эта идея тоже не очень нравится. «Камо-сан не предложил провести расследование и поделиться с нами информацией. Так что он либо неспособен на это, либо просто не желает, чтобы мы дальше вмешивались в дела Камо через него». «…Похоже, Камо-сану нелегко». «И?» «И… ничего, наверное». Мегуми мгновение смотрит на неё, затем резко качает головой. «Ну, может, мы сможем узнать больше об этом от Сатору-сана, когда вернёмся?» Шики согласно мычит. По крайней мере, Шесть Глаз Сатору-ниичана определённо смогут извлечь больше информации из подозрительного шикигами, которого поймал Широ, гораздо больше, чем кто-либо из них мог бы разглядеть самостоятельно. . . «Вижу, вы не скучали», — протяжно говорит Сатору-ниичан. Хотя его слова адресованы им, его взгляд явно прикован к полуразложившемуся шикигами в его руках. Он наклоняет голову и осторожно поворачивает его между пальцами. «Не то чтобы мы специально искали неприятности», — бормочет себе под нос Мегуми. «…Технически, разве не твоя собака нашла нам неприятности?» Мегуми хмурится на Кинджи; Кинджи поднимает обе руки перед собой в преувеличенном жесте сдачи. Кирара фыркает и пытается скрыть звук. Цумики протягивает ему салфетку. Шики наклоняется вперёд, чтобы рассмотреть шикигами, который сейчас изучает её кузен. Красные линии густо блестят, мерцая и извиваясь. «Что скажешь, Сатору-ниичан?» «Это определённо шикигами-наблюдатель», — отвечает он. — «Мастерство… я видел такое у Камо раньше». «Значит, это действительно Камо?» — выпрямляется Мегуми. — «Они всё ещё втягивают Шики в свои заговоры?» Кинджи тоже выпрямляется. «Что ты имеешь в виду, "всё ещё"?» Сатору-ниичан игнорирует перепалку. «Само по себе это ничего не доказывает. Базовый шаблон для простых шикигами этого типа более-менее одинаков, так что он не сильно отличается у разных кланов». Цумики наклоняет голову. «Значит, есть шанс, что это не Камо?» «Учитывая то, что вы мне рассказали о ситуации, в которую вы попали, я согласен, что фракции Камо Эйносукэ было бы выгодно, если бы Камо Норитоши был замешан в сотрудничестве с кланом Годжо». — Сатору-ниичан задумчиво мычит. — «Время тоже очень, очень подозрительное». «…Так это всё-таки Камо?» «Однако!» Сатору-ниичан размахивает шикигами, который держит. «К счастью для всех нас, мои глаза достаточно остры, чтобы расшифровать мельчайший поток Проклятой Энергии, оставшийся в ядре этой штуки. Я также узнаю эту Проклятую Энергию, так что нам не придётся гадать вслепую». «Кажется, тебе очень нравится заставлять нас гадать», — ворчит Мегуми. «Хм? Что ты сказал?» — беловолосый молодой человек прикладывает руку к уху. — «Хочешь ещё погадать? О, в таком случае, милости прошу…» «Кто за этим стоит, Сатору-ниичан?» — прерывает Шики. Судя по его реакции… Её кузен сбрасывает игривую маску и поднимает на неё взгляд. «Тот, кого ты знаешь», — говорит он нарочито лёгким голосом. Без дальнейших церемоний: «Помнишь Араю Соурена?» . . Экстра. . Камо Широшичи входит в потайную комнату и быстро закрывает за собой дверь. Печати для конфиденциальности загораются и мерцают вдоль порога, который он только что пересёк, прежде чем исчезнуть с тихим гулом Проклятой Энергии, когда активируются барьеры. «Ты опоздал», — грохочет хриплый голос, и Широшичи почтительно низко кланяется. «Почтенный старейшина», — приветствует он. — «Мои искренние извинения. По дороге сюда я получил новый отчёт, и…» «Не нужно, я уже знаю, о чём он», — прерывает его старейшина Шино. — «Сторонники Камо Эйносукэ пытались напасть на Норитоши». «…Да», — кивает Широшичи. Их многоуважаемый глава клана становился всё более настороженным по отношению к успехам Норитоши как студента киотской школы за последние несколько месяцев. До такой степени, что его сторонники решили, что было бы хорошей идеей попытаться убить Норитоши, снова, на этот раз используя шикигами-смертников, чтобы устроить засаду Норитоши, и… Широшичи абсолютно не мог просто стоять в стороне и позволить этому случиться с молодым парнем, на глазах у которого он вырос. Этим искренним, сердечным парнем, который был добр и стал бы гораздо лучшим главой клана, чем оппортунист и манипулятор Камо Эйносукэ, который умел только прятаться за чужими спинами. Старейшина Шино фыркает. «Глупцы. Мы уже уничтожили всех шикигами, которыми они планировали устроить засаду Норитоши, после того как вызвали его в комплекс. Подумать только, что они всё равно попытались атаковать, имея всего одного оставшегося шикигами… того, который был специально оставлен как предупреждение для них…» Старейшина качает головой. «Камо Эйносукэ и его сторонники становятся всё более беспокойными», — соглашается Широшичи. Это стало совершенно ясно. Скоро придёт время Норитоши. Но до тех пор… «Именно так», — старейшина Шино замолкает и долго смотрит на Широшичи. — «…Полагаю, это было хорошо, что ты послал дополнительного шикигами, чтобы привести Годжо Шики к Норитоши-куну. Слухи, которые неизбежно возникнут из-за связи Норитоши-куна с Благословенным Дитя, будут… сложными, но не невозможными, если всё сделать правильно. По крайней мере, это обеспечит хорошее поведение Эйносукэ на время Обона. Он слишком труслив, чтобы рисковать гневом клана Годжо, так что это даст нам немного времени». Рот Широшичи открывается. «Я… разве не вы послали того шикигами?» Старейшина Шино замирает и глубоко хмурится. «Ты хочешь сказать, что это был не ты?» «…Нет». Оба мужчины тупо смотрят друг на друга. Ужасающая тишина, которая наступает между ними, простирается пустая и зияющая, говоря за них гораздо больше, чем любые слова.