Глава 59 - Обратная

На одно мгновение искреннее удивление — единственное, что проникает в сознание Шики. Как он всё ещё жив? ...Линии. Она определённо разрезала линии. Шики была уверена, что он мёртв. Вот только неоспоримая реальность ситуации заключалась в том, что Арая каким-то образом всё ещё был здесь. Мужчина был жив и здоров, и его пальцы в данный момент крепко сжимали горло Шики. Как? Принцип работы способностей Шики... всё, чьи линии она разрезает, умирает. Исключений никогда не было. До сих пор. Но ничто не могло объяснить это, если только... В её сознании незваным гостем всплыло ещё одно воспоминание. Когда Сатору-ниичан спас её из комплекса клана Камо... Арая тогда тоже «умер». На самом деле, всё его тело превратилось в кровавое месиво под сокрушительной силой Красного её кузена. Очевидно, он был способен обходить физическую смерть своего тела. Шики и её кузен подозревали об этом после её похищения. Но всё должно было быть иначе, когда она разрезала его линии... Если только... ...Линии, которые она разрезала. Были ли это лишь линии, представлявшие смерть сосуда Араи Соурена, а не его души? Может ли человеческая душа вообще быть отделена и отсоединена подобным образом? Нет, «как» — это было не то, что имело значение в данный момент. Вероятно, это результат тщательных экспериментов в запретном искусстве человеческого марионеточного дела, — таково было предположение Шики. Но неважно, как Арая смог совершить этот подвиг, если он был способен позволить своему телу быть уничтоженным без вреда для души и мог даже перемещать свою душу между разными сосудами, то... Как Шики могла убить нечто подобное? В её сознании не было сомнений, что это возможно. Знание покоилось в её крови, сидело в костном мозге. Кристаллизовалось в самом ядре её существа. Истина заключается в следующем: Арая жив. А жить — значит существовать в сопровождении призрака смерти. Если существование уподобить «линии», то следует заметить, что все линии естественным образом имеют «начало» и «конец». Начало и конец. Твоя способность позволяет тебе «убивать» то, что не имеет физической формы. Да. Она может увидеть истинную смерть «Араи Соурена». Обрывочные мысли быстро пронеслись в сознании Шики, пока её тело продолжало рефлекторно двигаться, пытаясь вырваться из хватки Араи. В запястье ощущалась острая боль, но этого было недостаточно, чтобы Шики выпустила меч. Она извернулась и рубанула, полностью отсекая предплечье мужчины, прежде чем он успел отдёрнуть руку, под испуганные крики её одноклассников... Её одноклассники. Студенты Токийского Техникума Дзюдзюцу. ...Ни один из них не был достаточно силён, чтобы противостоять врагу калибра Араи Соурена, и к тому же они были ранены, хуже всех — Кирара. Шики применила к нему Белый, чтобы стабилизировать его состояние. Потеря защитной техники, оберегавшей её саму, и дала Арае возможность застать её врасплох, и... Учитывая всё это, крайне маловероятно, что это было простое совпадение. В предыдущем бою с этим человеком Шики не показывала никаких брешей в своей защите, но если он, тем не менее, прекрасно осознавал ограничения её проклятой техники, то... это подразумевало, что он специально ждал подобной возможности. Ждал, когда Шики использует Белый на ком-то другом и тем самым оставит себя уязвимой. Это, безусловно, добавляло ещё один тревожный аспект к ранее выбранной Араей стратегии — нацеливаться на Ичиносэ-сана во время их стычки. Потому что, если это было сделано им намеренно, то он, очевидно, знал, как работают её способности, несмотря на то, что эта информация тщательно охранялась кланом Годжо. В отличие от него, Шики знала о способностях Араи Соурена гораздо меньше. ...Но это не помешает ему умереть от её руки. «Ты в порядке?» — голос Ичиносэ-сана был напряжённым и обеспокоенным. Что имело смысл. Конечно, он волновался; если Шики окажется неспособной сражаться, то... вряд ли для кого-то из них это закончится хорошо. — «Мы можем чем-нибудь помочь?..» К концу фразы голос старшеклассника затих, словно он сам уже знал ответ, ещё до того как Шики отрицательно покачала головой. «Защищайте себя, как только можете». Это была бы величайшая помощь, которую Ичиносэ-сан и другие студенты могли бы оказать ей в этот момент. Хотя... если Арая всё равно намеревался нападать на них... Шики крепче сжала меч в руке. Что-то в её правом запястье пронзила боль от этого движения. Шики проигнорировала её, так же как проигнорировала жгучую боль в шее, так же как упорно игнорировала усталость, которая коварно накапливалась в её теле. В отличие от неё, Арая, стоявший в другом конце коридора, судя по всему, не страдал от истощения. Неудивительно. Люди устают; марионетки — нет. Арая... каким-то образом этот человек обладал способностью предотвращать собственную смерть, переключаясь между телами-марионетками, даже если Шики разрезала его линии. Но подобная техника определённо не давалась безвозмездно. Либо с точки зрения подготовки или материалов, либо расхода Проклятой Энергии; или, возможно, даже из-за нагрузки, которую она, несомненно, оказывала на душу... В конце концов, искусство колдовства основано на равновесии между «отдавать» и «брать». Ни один обмен не бывает бесплатным, и за силу всегда приходится платить. В таком случае... Тогда решением текущей дилеммы в лоб было бы снова вступить в бой с Араей Соуреном и «убивать» его раз за разом. Сколько бы раз он ни возвращался с новым телом-марионеткой, Шики просто должна была убивать его. Снова, и снова, и снова, столько раз, сколько потребуется, чтобы смерть другого колдуна стала окончательной, превращая это в битву на истощение между ними двумя — либо до тех пор, пока Арая наконец не сможет поддерживать этот цикл, либо пока глаза Шики не приспособятся достаточно, чтобы определить линии, ведущие к истинной смерти Араи, либо до прибытия подкрепления. ...У этого плана были риски. Врождённые ограничения человеческого тела Шики и её запасов Проклятой Энергии, а также неудобный факт, что ей, несомненно, придётся быть осторожной из-за присутствия других студентов... Но времени на поиски идеального решения, если таковое вообще существовало, не было. Не тогда, когда Арая сделал резкий жест своей единственной оставшейся рукой, и к ним устремились ленты бело-чёрного света... Кинджи выругался, схватил Кирару на руки и немедленно укрылся; мгновением позже Ичиносэ-сан бросился к Айкаве-семпай и сделал то же самое. Шики приняла стойку и парировала щупальца, нацеленные ей в голову, и тут же рассекла их, отбив в сторону. Уничтоженные верёвки света тут же сменились новым извивающимся скоплением. Она цокнула языком. Было очевидно, чего добивался Арая. Занять её и держать на расстоянии, чтобы её меч не мог его достать. Тревожить её одноклассников и ждать, пока Шики, подвергая их опасности, откроет ему новые бреши. Без защиты её техники аннулирования все удары могли нанести ей новые раны, но... «Ты действительно думал, что меня так легко загнать в угол без Белого?» Линии на барьере Араи из светящихся концентрических кругов к этому моменту Шики видела легко. В её руке появился нож, и она без промедления метнула его. Раздался резкий звук чего-то ломающегося в воздухе, когда вращающийся клинок без остановки прорвался сквозь слои барьера Араи. Звук разрушения повторился раз, два, три... Арая увернулся; нож, всё ещё подрагивая, крепко вонзился в стену за ним. И Шики оказалась перед ним. Он пригнулся под замахом её меча, но это был обман. В левой руке Шики сжимала ещё один нож, скрытый за её первой атакой. В тот момент, когда внимание Араи было отвлечено угрозой, которую представлял Кудзи Канэсада, она вонзила нож ему в центр груди. Что-то внутри марионетки сломалось, и, сделав это, Шики кровавой дугой вытащила нож и нанесла следующий удар в шею мужчины. Раздался громкий, влажный хруст, когда нож вонзился глубоко. Шики вложила в него больше силы, вгрызаясь глубже, чтобы полностью перерезать ему шею, одновременно поднимая Кудзи Канэсада, чтобы... Рука Араи внезапно метнулась вверх и накрыла её лицо. «Сюку!» Невидимая сила внезапно ударила её с такой мощью, что Шики отбросило назад. Проклятая Энергия укрепила её тело и смягчила урон, когда её швырнуло в стену в другом конце коридора, но при ударе спину всё равно пронзил разряд раскалённой боли. Шики кашлянула, прикрыв рот ладонью. На языке чувствовался слабый металлический привкус, а когда она убрала руку, в центре ладони расцветало красное пятно. Внутреннее повреждение? ...На другом конце коридора тело Араи лежало на полу. Значит, она нанесла достаточно урона этому телу-марионетке, хотя нельзя сказать, что размен того стоил. Она не ожидала, что у Араи в рукаве припрятан такой трюк, атака, похожая на искажённую версию Красного Сатору-ниичана. Её ошибка. Честно говоря, это не было бы проблемой, если бы она всё ещё применяла Белый к себе, но... Кираре она была нужнее. Придётся обходиться тем, что есть. Но Шики была не в том положении, чтобы позволить себе и дальше совершать подобные ошибки. Ты должна быть лучше. «О-он наконец-то мёртв?» — голос Айкавы-семпай дрожал, когда она осторожно поднялась из своего укрытия. Её взгляд упал на Шики, и глаза девушки расширились. — «...Ты действительно можешь пораниться?» ...На этот вопрос даже не стоило отвечать, не так ли. «Айкава!» — резко прошипел Ичиносэ-сан и потянулся, чтобы силой усадить ошеломлённую девушку обратно. — «Сейчас не время, о чём ты вообще думаешь...» «В смысле? Разве уже не всё в порядке, этот парень только что...» «Он не мёртв!» Линии на стене рядом с двумя препирающимися старшеклассниками внезапно исказились и изменились, и... Не раздумывая, Шики тут же метнула в ту сторону ещё один нож. Раздались два удивлённых вскрика, один явно более испуганный, чем другой — Айкавы-семпай и Ичиносэ-сана соответственно, — но в то время как Айкава-семпай тут же с возмущением втянула воздух, словно собираясь накричать на Шики, Ичиносэ-сан без лишних слов подбросил в воздух защитный талисман и побежал, увлекая за собой Айкаву-семпай. По крайней мере, у одного из них была голова на плечах. Арая Соурен медленно появился снова, прямо из стен здания вокруг них. В его плече торчал нож, который, казалось, его совершенно не беспокоил. «У тебя поразительное чувство ответственности», — говорит он. Шики не была настолько глупа, чтобы принять это за комплимент. «Разве это не тебе на пользу?» Мужчина склонил голову. «Впечатляюще, для пустого сосуда». Сосуд. ...Шики всегда знала, что внимание Араи к ней преследовало некую зловещую цель, и она предполагала, что это будет что-то вроде человеческих экспериментов из-за её способностей. Однако сосуд указывал на то, что Арая намеревался обращаться с ней как с одной из своих марионеток. Значит, он намеревался убить её и завладеть её телом. ... Что ж, прекрасно. Не то чтобы Шики сама собиралась оставить Араю в живых. Шики вытерла кровь с губ тыльной стороной ладони, поднимаясь из-под обломков. Само движение вызвало вспышку боли, но она не позволила себе пошатнуться. «Ты всегда это планировал для меня?» Убить Араю. Выиграть время. Эти две цели не обязательно противоречат друг другу. «С самого моего рождения ты намеревался сделать меня своим сосудом?.. Ещё задолго до того, как я стала колдуном?» Раздалось несколько резких вздохов и удивлённых возгласов от других студентов. Шики подавила желание приложить руку ко лбу. Неужели они не понимают, что в такой ситуации не стоит привлекать к себе внимание? ...К счастью, похоже, Арая не обратил на них внимания, хотя Шики не сомневалась, что он прекрасно осведомлён о присутствии остальных в этом коридоре, как и она сама. «Ты всегда была колдуном», — Арая покачал головой. — «Это у тебя в крови. Ты — результат многовековой работы многих поколений. Как колдун клана, ты должна осознавать, какое значение придаётся родословным и происхождению. Ты действительно думала, что способности, подобные твоим, появляются из ниоткуда? Что это всего лишь удача генетики?» То, на что он намекал, было не самой приятной перспективой для размышления. Потому что если то, что подразумевал Арая, было правдой, если даже рождение Шики было частью его далеко идущих планов... «Сначала я почти подумал, что мой план провалился», — спокойно продолжил мужчина, видя молчание Шики. — «Когда ты родилась... у тебя были признаки именно тех способностей, которые мне были нужны, но ты была пуста. Это было не то, чего я желал. Бездушная оболочка не способна развить врождённый потенциал тела». Шики старалась сохранять выражение лица спокойным и неизменным. «Ты никогда не задумывалась, почему ты отличаешься от окружающих? Почему мыслительные процессы других людей порой кажутся почти чуждыми?» — спросил Арая разговорным тоном. — «Это потому, что в своей основе ты нечеловечна. "Шики". Это имя было специально выбрано для тебя, чтобы облегчить процесс зарождения "сознания" и "разума" в сосуде, лишённом и того, и другого. Ты — всего лишь искусственная личность, специально созданная для развития способностей в этом теле». ...Кажется, она начинала понимать, почему Арая был совершенно не против затянуть этот диалог. Неважно, верила ли она его словам на самом деле. Простого посева семян сомнения и представления этого как весьма реальной возможности было бы достаточно, чтобы пошатнуть самоощущение человека, его менталитет. А это было бы только на руку Арае, если бы Шики поддалась его тактике. Она отказалась доставить ему такое удовольствие. «Поэтому ты убил моих родителей?» — ровно спросила Шики, вместо того чтобы пытаться спорить с ним и погружаться в ничтожный вопрос «идентичности». — «Потому что я не развивала свои способности?» «Это было необходимо», — легко ответил Арая, что было молчаливым признанием вины. Однако выражение его лица показывало, что он не чувствовал никакого раскаяния за содеянное. До этого Шики не была полностью уверена в причастности Араи к смерти её родителей, но... теперь в этом вопросе не осталось никакой двусмысленности. — «Твои глаза должны быть достаточным тому доказательством. Глаза, связанные с самой природой этого холодного, жестокого мира...» Айкава-семпай внезапно издала звук, нечто среднее между кашлем и смехом, сколь бы неуместен он ни был в такой ситуации и в такой ужасный момент. Кинджи и Ичиносэ-сан одновременно протянули руки и ударили её по голове. «Ты не согласна?» — Арая бросил взгляд в её сторону. Лицо Айкавы-семпай тут же побледнело, страх, казалось, наконец-то дошёл до сознания девушки, когда внимание Пользователя Проклятья было обращено на неё. — «Но мир, в котором мы живём, действительно холоден и жесток. Существуют несправедливости, которые никогда не исправляются, проступки, которые никогда не находят правосудия, страдания, которые никогда не облегчаются... лишь вечно повторяются, во всё более отвратительных формах». Наступила короткая тишина, а затем мужчина отвернулся от неё. Ноги Айкавы-семпай подкосились. «...Но я отвлёкся. По крайней мере, не нужно далеко ходить за примерами, достаточно взглянуть на бесконечное число Проклятых Духов, которые без устали сеют злобу и мучения по всему миру, усугубляя его существующие проблемы... и создавая новые». В этот момент в голосе Араи прозвучало что-то древнее и усталое. Но этого было недостаточно, чтобы вызвать у Шики какое-либо сочувствие. Неважно, какого мнения придерживался мужчина о состоянии несовершенного мира, в котором им довелось жить, и было ли это оправдано... это не меняло того факта, что здесь и сейчас они были врагами. Арая хотел убить Шики и использовать её тело как сосуд-марионетку; Шики, в свою очередь, тоже хотела его убить. (Независимо от того, был ли он причиной существования «Шики».) «Нет смысла продолжать борьбу», — сказал Арая. — «Ты знаешь, что не можешь убить меня, уничтожая эти одноразовые тела. Если ты надеешься пережить меня таким образом... то знай, что это бессмысленное усилие. Само это здание — благодаря комбинации барьеров и запечатывающих техник, его можно считать продолжением моего собственного тела. Моей территорией, если угодно». Территория? Но это было... Территории должны были быть проявлением проклятой техники колдуна, сформированной внутри барьера отдельного пространства, а не чем-то, что накладывалось непосредственно на физический мир — что было невозможно, насколько Шики знала до этого момента. Это здание, оно не... оно больше походило на здание, чем на что-то вроде территории, но... возможно, в этом и был смысл. Если Арая был способен скрыть нечто такого уровня, то он был гораздо опаснее, чем Шики когда-либо думала. И всё же... «Ты всё ещё намерена сражаться?» — несмотря на вопрос, Арая, казалось, ничуть не удивился выбору Шики снова направить на него свой меч. — «Это бессмысленно». «Это не тебе решать», — возразила Шики. «А как насчёт твоих одноклассников?» ...Этот раздражающий Пользователь Проклятья!.. Шики резко обернулась, как раз в тот момент, когда Айкава-семпай издала пронзительный крик — в её левой ноге застряла знакомая бело-чёрная верёвка света, за которую она отчаянно дёргала, — но была вынуждена быстро вернуть своё внимание к Арае, который воспользовался её кратковременной невнимательностью для удара. Он больше не утруждал себя видимостью сохранения дистанции; Шики буквально разрезала его тело на куски, но не раньше, чем мужчина использовал свою самоубийственную атаку, чтобы нанести ей сокрушительный удар в бок с отчётливым звуком треска. Судя по сопутствующей вспышке боли, это, вероятно, были кости Шики. ...Больно, но не до такой степени, чтобы это вывело из строя. По крайней мере, пока, и Шики подняла взгляд от свежесозданного кровавого месива у своих ног на одноклассников. Арая ясно дал понять, что будет целиться в них, и если он решит появиться среди них, то ей нужно... Боль расцвела в её спине, и Шики поняла, что снова неверно истолковала действия другого колдуна. Он всё ещё был сосредоточен на ней, лишь используя других студентов для отвлечения внимания, на которое она по глупости попалась. Удары Араи яростно посыпались, когда он появился из стен в новом теле-марионетке. Но Шики была столь же беспощадна со своим мечом. Она разрезала мужчину пополам и пронзила его грудь, пригвоздив к стене. Было определённое разочарование, рождённое осознанием того, что этого недостаточно, чтобы убить... Боль пронзила её плечо сзади, внезапная и всепоглощающая в своей неожиданности. Её сопровождал звук влажного разрыва, рвущейся плоти, и было ощущение, что что-то движется и вгрызается, словно живое. Шики пошатнулась, её хватка на Кудзи Канэсада невольно ослабла, когда правая рука стала бесполезной. Но это не помешало ей протянуть левую руку, чтобы взяться за клинок, и Шики без колебаний направила меч на себя и пронзила собственное плечо. Она вытолкнет это из своего тела, что бы её только что ни атаковало... — рука? ...Это была рука, которая только что проделала дыру в её правом плече. ...Отрубленная рука. Та, что смутно напоминала одну из конечностей, которые она отсекла от тел-марионеток Араи ранее!.. Мужчина всё ещё способен контролировать свои отрубленные конечности? Нет, пока она правильно разрезает линии, он не сможет продолжать... Вокруг неё с земли внезапно поднялись мясистые красные щупальца, хватая тело Шики. Трудно было сказать, были ли они созданы исключительно из плоти марионеток Пользователя Проклятья, или же они поднимались из самого здания. Всё, казалось, смешалось, внутренности, сочащиеся кровью, и бетонные стены превращались в зияющую красную пасть под ногами Шики. Даже с кровавой дырой в груди Арая протянул обе руки, прежде чем Шики смогла выбраться из этого месива. Боль резко расцвела, когда он сломал её левую руку, и её пальцы, вопреки её воле, разжались на рукояти меча. Кудзи Канэсада с лязгом упал на землю. «Конец, к которому я стремлюсь», — тихо пробормотал Арая. — «...Эту неизбежную окончательность, что является высшей судьбой всего живого, я давно решил, что стану свидетелем всего этого. И ты... послужишь моим путём к нему». Прежде чем Шики успела что-либо сделать или даже открыть рот, чтобы ответить, связывающие её мясистые щупальца резко дёрнули вниз... И всё погрузилось во тьму. ... ... ... ...Но она не была без сознания. На самом деле, Шики была в полном сознании и остро ощущала непрекращающуюся боль от ран, вздымание и опускание собственной груди в такт учащённому от напряжения боя сердцебиению. Усталость была знакомым спутником, и нежеланным. Но, к сожалению, это было не то, что Шики могла решать. Тишина всепоглощающей тьмы, окружавшей её, была оглушительной. ...Двигаться было трудно. Её всё ещё сдерживал мясистый материал, который Арая использовал, чтобы связать и утащить её... куда бы то ни было. Казалось, она больше не находилась внутри здания, и Шики предварительно заключила, что это результат работы барьеров Араи. Возможно, ещё один слой барьера, наложенный на здание? Ей нужно выбраться. Быстро, желательно как можно скорее. Шики не была уверена в способности своих одноклассников оставаться в безопасности перед лицом такой угрозы, как Арая, и было бы предпочтительнее, чтобы они остались живы. Но сбежать было легче сказать, чем сделать, особенно в нынешнем состоянии Шики. Раненая и измотанная, с истощающимися запасами Проклятой Энергии... чудом было то, что она всё ещё могла поддерживать Белый на Кираре в этот момент. И, даже если бы она немедленно вернулась, в её нынешнем состоянии... Насколько серьёзный бой она смогла бы дать Арае Соурену? Проклятую Энергию можно использовать для усиления силы и выносливости тела, но у этого есть предел, и Шики давно перешагнула этот предел в этом бою. Урон, который получило её тело, был... неидеальным. Шики осознавала, что лучшим вариантом для борьбы с Араей было бы поддерживать Белый на себе, но она также прекрасно понимала, что это означало бы смерть Кирары. Тогда не лучше ли тебе умереть самой? Ты же знаешь, что как только ты умрёшь, шансы других студентов выбраться живыми будут ничтожно малы. ...Она понимала эту чёткую логику. Но почему-то, даже сейчас... чувство, что горело у неё в груди, не было «сожалением». Шики закрыла глаза. ... Обратная Проклятая Техника. Способность исцелять себя с помощью положительной энергии. Если бы она только могла использовать Обратную Проклятую Технику, то не имело бы значения, способен ли Арая наносить ей изнурительные удары — потому что ничто, кроме смертельного удара, на самом деле не было бы изнурительным. Она смогла бы починить своё тело и снова сражаться как следует... Но для использования Обратной Проклятой Техники требуется положительная энергия. А Шики никогда ранее не удавалось успешно генерировать положительную энергию, несмотря на многочисленные попытки на протяжении многих лет. Это просто умножение «отрицательного» на «отрицательное», чтобы получить «положительное», — вот что говорил Сатору-ниичан всякий раз, когда она спрашивала его на эту тему. Что было не особенно полезно. Умножение в математике было достаточно легко представить, но отрицательная природа Проклятой Энергии? И умножение этого? ...Шики даже не знала, с чего начать. Но на данный момент другого варианта не было. Её тело было ранено и связано. Единственный способ для неё сбежать и вернуться к одноклассникам — это если она сможет исцелить себя и пробиться наружу. Даже если бы она немедленно прекратила использовать Белый на Кираре и применила её к себе, это на самом деле никак не исцелило бы её. Лишь предотвратило бы получение дальнейших травм, вместо того чтобы изменить ситуацию или предоставить способ побега. Итак, Шики сконцентрировалась на своей Проклятой Энергии. Сосредоточилась на том, как энергия циркулирует, и... Положительная энергия — это не буквальное обращение потока. Существует множество свитков, описывающих катастрофические результаты попыток сделать подобное. Нужно обратить саму природу Проклятой Энергии, если кто-то хочет создать положительную энергию и манипулировать ею. Вот так?.. ...Нет. Неправильно. Обращение... нет, тоже не совсем так... ... Глубже. Нужно погрузиться глубже, в самое ядро самой Проклятой Энергии. «Ты на верном пути». Рука внезапно легла ей на поясницу, сопровождаемая нежным голосом. Звук голоса, который был знакомым, но должен был быть невозможным... — «Сосредоточься, Шики». Глубже. Глубже. Схватить ядро... «Не контролируй её так сильно», — голос оставался спокойным, уверенным. — «По крайней мере, не так. Ты не заставляешь свою Проклятую Энергию становиться чем-то совершенно иным. Положительная энергия — это всё ещё Проклятая Энергия, просто в другой форме. Позволь ей течь. Процесс должен быть естественным». Отпустить. Слушать. Течь. ...Не работает. «Нетерпение на тебя не похоже», — с лёгким укором сказал голос, но не совсем осуждающе. Тон смягчился. — «Сосредоточься. Это не за пределами твоего понимания. Положительная энергия противоположна обычной Проклятой Энергии, инверсия...» Инверсия. ... Трудно сказать, что именно щёлкнуло в сознании Шики в этот момент. Возможно, что-то в самом слове «инверсия» послужило последним кусочком, сложившимся в единое целое. Или, возможно, это просто из-за того, что Проклятая Энергия наконец-то полностью раскрылась для восприятия Шики, и всё вдруг стало ясно... То, что последовало, ощущалось таким же лёгким, как дыхание. Инстинктивным. Сломанные кости в её теле выровнялись, а мышцы срослись. Дышать тоже стало легче, так как её туловище перестало болеть, и каждый новый вдох больше не сопровождался приступом боли. Шики открыла глаза. ...Её больше не сдерживали путы Араи. Перед ней фигура знакомого мужчины закончила движение, вкладывая меч в ножны, и посмотрела на неё с лёгкой улыбкой. Шики, однако, не могла заставить себя ответить на это выражение. Потому что то, что стояло перед ней, — была марионетка с лицом Годжо Джихея. Хотя, кажется, теперь она немного лучше понимает Ичиносэ-сана. «Рад снова тебя видеть», — улыбка Не-Джихея приобрела слегка печальный оттенок. — «Но надеюсь, ты не обидишься, если я скажу, что искренне надеялся не увидеть тебя здесь». Его поведение и манеры... это было похоже на случай с Исодой-сан. Как и Ичиносэ-сан, Шики не заметила никаких сразу бросающихся в глаза несоответствий, осматривая марионетку перед собой. Но как бы убедительно ни выглядела внешность, не было сомнений, что перед ней не Джихей-сан. «...Ты так выросла». На мгновение Не-Джихей замолчал. Затем: «Как долго я мёртв?» «Примерно четыре года». «Четыре года...» Марионетка смотрела на Шики, словно пытаясь запечатлеть её облик в своей памяти. «Ты... хорошо жила всё это время?» «В этом разговоре нет смысла». Несмотря на то, что это была чрезвычайно убедительная симуляция одного из людей, которые её воспитали, это не меняло того факта, что это не Годжо Джихей. Даже если он обладал его воспоминаниями, узнавая и помогая Шики, несмотря на то, что был одним из творений Араи Соурена. «Полагаю, нет», — усмехнулась марионетка. — «...Ты не изменилась, я вижу». Пальцы Шики дрогнули. Её руки казались пустыми без Кудзи Канэсада... меча, который был с ней все эти годы, подарка от мертвеца перед ней. Арая пожалеет, что не умер, если посмеет его уничтожить. «Что это за место?» «Место, где один и тот же цикл постоянно повторяется, снова и снова», — ответил Не-Джихей. — «Здесь есть и другие, подобные мне. Люди, которые, предположительно, были убиты Араей, и чьи воспоминания были извлечены и помещены в тела марионеток, повторяя последний день своей жизни». ...Повторяя последний день своей жизни? Какой смысл был в чём-то подобном? «Я не знаю причины. Предположительно, это какой-то ритуал для подпитки его необычных техник...» Не-Джихей покачал головой. «К счастью, похоже, что аспект "очищения" в моих способностях даёт некоторую защиту от этого. И всё же, мне потребовалось довольно много времени, чтобы осознать, что я заперт в этой бесконечной, неизбежной петле». Марионетка похлопала по мечу у своего бока и вздохнула. «Я кое-что здесь подметил», — сказало оно. — «Но, несмотря на все мои усилия, в моих воспоминаниях всё ещё есть пробелы. И... ничего никогда не меняется. Единственный раз, когда что-то было иначе, это когда живой мальчик каким-то образом забрёл сюда, но я не смог...» «Кирара?» «...Он представился как "Хоши Кирара", да», — моргнула марионетка, удивлённая. — «Вы знакомы?» «Кирара — один из моих одноклассников», — ответила Шики. — «Он упоминал, что оказался в странном, тёмном пространстве, когда во время Обона что-то пошло не так... и он встретил кого-то с проклятой техникой на основе воды, кто помог ему сбежать». Не-Джихей издал звук осознания. «Это был я. К сожалению, Арая с тех пор закрыл в нём проход, но... для тебя это не проблема, не так ли?» Нет. Не проблема. Подобно огненному барьеру, который она сломала во время Обона... теперь, когда её глаза привыкли к этой тьме, пространство, в котором Арая её запер, действительно не так уж сильно отличалось. Шики подозревала, что Арая либо не знал об этом факте, либо был уверен, что Шики всё равно не сможет действовать, будучи тяжело раненой и обездвиженной. Если она не могла двигаться, чтобы разрезать что-либо, то какая разница, видит она линии или нет? В данном случае это была оплошность Араи. Не то чтобы Шики собиралась на это жаловаться. «Вот». Не-Джихей снял меч с бедра и протянул ей. В мече не было ничего особенного — это был даже не настоящий Проклятый Инструмент, — но в руках Шики это не имело значения. «Делай то, что должна». Шики приняла оружие и на мгновение замолчала. «...Ты марионетка. Почему ты мне помогаешь? Разве Арая не контролирует твои действия?» «Я не совсем уверен», — признался Не-Джихей. — «Но сейчас, я бы сказал, что мои действия — мои собственные». Шики ещё мгновение изучала марионетку. «Твои линии... связаны с линиями этого барьера. Помогают поддерживать его. Когда я уничтожу барьер, ты умрёшь». Не-Джихей печально улыбнулся. «Я уже мёртв, Шики». Ей не нужно было, чтобы он напоминал ей об этом. Но всё же, было что-то в том, как лицо Дзихея-сана произносило эти слова, что делало Шики немного... несчастной. «...Я знаю. Ты не он», — тихо сказала она, обнажая меч. Совершенно обычный клинок, даже слегка зазубренный и потемневший от ржавчины. «Именно. Я лишь эхо», — сказал Не-Джихей. — «То, что должно было упокоиться с миром давным-давно, вместо того чтобы быть связанным против моей воли, привязанным вместе со столькими другими душами к этому пространству на службе у нашего убийцы. Освободи нас, одзё-сама». ...Время было на исходе. Её одноклассники сейчас в одиночку противостоят Арае, и Шики не доверяла Арае настолько, чтобы он не убил их всех — за исключением Кирары, но это только потому, что она всё ещё чувствовала постоянный отток своей Проклятой Энергии от активной техники. Шики подняла меч перед собой. «...Последние слова?» «Увидимся позже, Шики», — улыбнулся он. — «Или, вернее... настоящий "я" увидит, я полагаю. Но, надеюсь, не очень скоро». Он поклонился ей. Формально и уважительно, как он всегда делал раньше, в стенах комплекса Годжо. Так, как Шики даже не осознавала, что так отчётливо помнит до этого момента, и... это вызвало у неё лёгкую тоску, почти. Но тот, кто стоял перед ней в этот момент, был не Джихей-сан. Она знала это, видела истину собственными глазами. В то же время... хотя у марионетки не было души, она всё же хранила подавляющее большинство воспоминаний Джихей-сана. И можно утверждать, что человека также определяет сумма его опыта. В этом смысле эта марионетка была самой близкой сущностью к «Годжо Джихею», которая всё ещё оставалась в этом мире. Но лишь на мимолётное мгновение. Любимые и лелеемые или ненавидимые и презираемые, все вещи неизбежно приходят к своему концу с неумолимым течением времени. Вечное и мимолётное. ... Поэтому без колебаний Шики взмахнула мечом в руке. Под остриём клинка всё мгновенно раскололось, когда она потянула его вверх. Марионетка, тьма, само пространство — всё это развалилось, гладко рассечённое по светящимся красным линиям. Вокруг неё в воздухе раздался чистый звук, звук чего-то, разбивающегося на тысячу осколков, когда иллюзия была разрушена... А затем мир залил свет. . . Экстра. . В тот момент, когда меч Шики с лязгом упал на землю из безвольных пальцев, Кинджи поразила мысль: «Вот дерьмо». Ситуацию не улучшило то, что в следующие несколько секунд девушку утащили в стены здания. Охренеть. «Охренеть», — слабо пробормотал Кирара рядом с ним, отражая мысли самого Кинджи по поводу неожиданного поворота событий. Кинджи никогда не думал, что увидит, как Шики, из всех людей, потерпит такое поражение в бою... Но она не была непобедимой. Кинджи знал это. Шики просто очень хорошо умела создавать такое впечатление, пусть и непреднамеренно с её стороны. ... Когда Пользователь Проклятья — Арая Соурен — выпрямился, Кинджи очень хорошо осознавал, что следующими будут они, о боже. Даже боль в его ослепшем глазу, казалось, притупилась в предвкушении, когда внимание Кинджи сосредоточилось на неминуемой опасности. Мужчина даже не потрудился посмотреть в их сторону, прежде чем из странных светящихся кругов у его ног вырвались новые световые верёвки. (Типа, самые настоящие верёвки. Какого хрена? Почему верёвки?! Извращение, конечно, но не в стиле Кинджи...) Дыхание Кирары сбилось, когда Кинджи подхватил его на руки и побежал. Но уворачиваться было гораздо сложнее, когда половина его поля зрения исчезла, а Шики больше не было рядом, чтобы отвлекать врага... Ого, это было чертовски близко... «Осторожно!» — внезапно проявив силу, Кирара наклонился вперёд и протянул руку к чему-то за его плечом. Кинджи развернулся и получил сомнительную честь наблюдать с первого ряда, как его самого чуть не проткнули насквозь в голову извращённой дзюдзюцу-хренью сумасшедшего Пользователя Проклятья. Но рука Кирары была вытянута перед ним, останавливая странную светящуюся верёвку на месте... ...Белый. Это «Белый» Шики не давала пронзить руку Кирары, тем самым предотвращая их обоих от нанизывания на вертел, как шашлык. Проклятая Энергия Кирары вспыхнула, и верёвки внезапно были буквально отброшены от них так, что... на самом деле, это вызвало у Кинджи какое-то странное дежавю. Он прищурился, затем посмотрел на мальчика в своих руках. «Эй, это сейчас была твоя проклятая техника?» «Да». Лицо Кирары было бледным, но в его выражении читалась решимость, несмотря на боль, которую он испытывал. Кинджи нахмурился. «...Ты ещё держишься?» «Я мог бы спросить тебя о том же», — засмеялся другой мальчик, и Кинджи почувствовал лёгкую дрожь в его теле. — «Я в порядке. Больно, но ведь мне не может стать ещё хуже, правда?» Точно, потому что Белый «гарантирует, что ничто не воздействует на цель», следовательно, Кирара не мог ничего сделать, чтобы исцелить дыру в боку, но эй. Хуже ему уже не станет, чем бы его ни ударили, а это хорошо, не так ли? «Ты можешь держать эти штуки подальше от нас?» — резко спросил Ичиносэ. Третьекурсник выхватил ещё один талисман — откуда он их вообще достаёт? — и сумел отбить ещё одну световую спираль, ударившую по ним, как хвост змеи. «Вроде того», — ответил Кирара, потянувшись к руке старшеклассника, чтобы пометить его своей Проклятой Энергией. — «Моя проклятая техника немного сложнее, чем просто "держать вещи подальше", но... по сути, да». «Ограничение по времени?» «Пока у меня не кончится Проклятая Энергия». Кирара поспешно повторил процесс с Айкавой. «Мой радиус действия не слишком большой, так что не...» «Она ведь не умерла, да?» Кирара вздрогнул от неожиданного вопроса и уставился на другую девушку с открытым ртом. «...Прости?» «Она не могла умереть», — повторила Айкава с бледным лицом. Её глаза были широко раскрыты и ничего не видели. — «Она ведь должна быть очень сильной, да? Второе пришествие Годжо Сатору? Поэтому ей на нас всех наплевать. Так что она не может просто так умереть, не так, как...» Кинджи ударил её по лицу. «Ты, чёрт возьми, издеваешься надо мной», — процедил он. — «Ты что, совсем не заметила, что она всё это проклятое время сражалась в невыгодном положении, потому что пыталась сохранить нам жизнь?» Не говоря уже о том, что единственная причина, по которой она вообще была уязвима для травм, заключалась в том, что она упрямо поддерживала Белый на Кираре всё это время вместо себя. «...Я не это имела в виду», — прошептала Айкава гнусаво, держась за свой окровавленный нос. Кинджи одарил её презрительным взглядом, которого это заслуживало, а затем решительно проигнорировал идиотку. «С Шики всё в порядке», — медленно сказал Кирара. — «...Должно быть. На мне всё ещё активен Белый, значит, она поддерживает технику, а она не может этого делать, если она... если она недееспособна». «И с её запасами Проклятой Энергии, такими низкими, как сейчас, как долго, по-твоему, она сможет это делать?» Вражеский колдун наконец начал двигаться в их сторону. Его первые шаги сопровождались треском; он намеренно наступил на любимый меч Шики и сломал клинок пополам. Ух. Шики определённо не обрадуется, когда узнает об этом... Следующие несколько шагов замедлились, словно встречая невидимое сопротивление. Вероятно, проклятая техника Кирары. Но каким-то образом колдун поднял руку в воздух и просто — протолкнулся сквозь неё, что ли? Кирара ахнул, а затем... А затем он стоял прямо перед ними. Кинджи автоматически поправил хватку на Кираре и приготовился ударить другого колдуна ногой, но не успел. Кулак другого мужчины в мгновение ока врезался ему в живот, и Кинджи отбросило в воздух на огромной скорости, и он больно врезался в созданный им же кратер на противоположной стене. Ледяной шип пронзил его грудь, когда он понял, что его руки пусты. Кирара!.. Кинджи резко поднял голову. Ичиносэ и Айкава тоже были на полу. Кирара, с другой стороны, безвольно болтался в хватке Пользователя Проклятья. ...Чёрт возьми, когда Шики сражалась с ним раньше, не казалось, что этот парень бьёт как таран. У него в груди всё ещё была кровавая дыра от того, как она пронзила его своим мечом, а Кинджи едва продержался против него секунду! Но быть слабее — не повод сдаваться. Кинджи сплюнул кровь, шатаясь, поднялся на ноги. «А ты крепкий», — заметил Пользователь Проклятья. — «Но твоя борьба бесполезна, как и её». «Я не собираюсь просто так лечь и умереть», — Кинджи оскалил зубы в кровавой ухмылке. ...Вероятно, он ударился головой. Перед глазами плясало множество чёрных точек, и он чувствовал странную лёгкость в голове. Словно он вот-вот взлетит или начнёт летать, но в то же время Кинджи никогда не был так уверен, что твёрдо стоит на земле. «Я только начинаю заводиться», — сказал он. Его тело двигалось само по себе, руки поднялись перед пупком в странном жесте, который почему-то казался правильным, как и слова, непроизвольно сорвавшиеся с его языка. Расширение терр... По зданию внезапно прошла дрожь. Кинджи моргнул, остановившись, когда его внезапно вырвали из оцепенения. «...Какого хрена?» В воздухе что-то... звенело, достаточно сильно, чтобы его голова заболела ещё больше. Это был такой странный звук, словно что-то только что сломалось. Как оконное стекло, разбившееся на осколки, только не окно, а скорее... словно что-то в самом воздухе... Другой колдун пошатнулся, закачавшись на ногах, и внезапно сплюнул кровь. «Что это значит?..» Мужчина запнулся, уставившись на кровь на своей руке, и медленно сжал её в кулак. «Что ты наделала, Годжо Шики?» ... Словно в ответ на прозвучавшие слова, на стенах здания появилась светящаяся линия. Затем за ней немедленно последовала мощная режущая сила, которая смела всё на своём пути. По всем правилам, это должно было быть ужасающе. ...Но со своей стороны, Кинджи не мог не рассмеяться при виде этого. Знакомая седовласая девушка с неземной грацией шагнула сквозь разрыв, и Кинджи обнаружил, что ухмыляется. «Знал, что ты так просто не сдашься, Шики».