Глава 104 - Щёлк-щёлк

«Вау, такое чувство, будто мы вечность тебя не видели!» «Привет, Кинджи, и... Кирара?» — Шики запинается на полуслове, приветствуя одноклассников. Кинджи выглядел более-менее так же, как она его помнила. А вот Кирара, очевидно, решил полностью сменить гардероб. Вроде того, что сделала Шики, когда приобрела уличную одежду, чтобы казаться не такой «похожей на колдуна». Хотя довольно маловероятно, что Кирара сменил свой обычный стиль одежды по той же причине, что и она. Независимо от причин, новая одежда определённо придавала ему другой вид. Вместо обычной школьной формы или какого-нибудь другого простого наряда Кирара был одет в свободную рубашку с оборками и широкими рукавами. Что-то, что почти походило на платье, и это напомнило Шики то, что она видела раньше на Цумики, когда та наряжалась ради развлечения. Хм. Может, именно такое удивление испытали окружающие Шики, увидев её в новом наряде? «Привет, Шики», — Кирара слегка машет ей, улыбаясь. Как ни странно, в его в остальном дружелюбной улыбке, казалось, сквозила какая-то нервозность. ...Высшие чины ведь не пытались доставить неприятности её одноклассникам, пока её не было? «Тебя было трудно застать». Кинджи дружески хлопает её по плечу, прежде чем Шики успевает развить эту мысль. «Носишься по всей стране, потом из страны, а потом прямиком обратно в свой клан... о, да. Поздравляю со становлением наследницей клана!» Это действительно то, с чем стоит поздравлять? Потому что, учитывая, что Сатору-ниичану пришлось заплатить цену ветвьям... Шики придерживалась мнения, что ответ на этот вопрос «Нет». Честно говоря, становление наследницей клана Годжо не было бы чем-то, что стоило бы праздновать, даже без всей этой истории. Шики вздыхает. «Или, эм, не поздравляю, может?» Кинджи склоняет голову, вскидывая бровь. «Тебя ведь не заставили против твоей воли?» «Нет». Несмотря на всё своё нежелание занимать эту должность, Шики была готова взять на себя эту роль. «Были, так сказать, другие сложности. Сатору-ниичан в итоге дал Связывающий Обет ради меня, чтобы заручиться поддержкой семей». «Это, эм. Звучит не очень». Кинджи моргает. «Так и есть». Не то чтобы Сатору-ниичан так считал. Или это была игра с его стороны, чтобы успокоить её? ...Нет, он бы не согласился на такой невыгодный Связывающий Обет только ради этого. В его решении должно было быть что-то большее. Если бы Шики пришлось гадать, то его кажущееся лёгкое согласие было как-то связано с продолжающейся напряжённостью между Сатору-ниичаном и традиционалистами клана. Хотя, чтобы прояснить детали, ей придётся спросить об этом кузена. Кинджи чешет в затылке и издаёт тихий свист. «С тобой ни минуты покоя, да?» ...Действительно нет, не так ли? Оглядываясь на всё, что произошло в последнее время, кажется, что события всегда следовали одно за другим. С тех пор как Шики решила искать Гето Сугуру после отстранения из техникума дзюдзюцу, до сих пор не было ни единой свободной минуты. Каким-то образом, по пути она от погони за Гето-саном дошла до становления новой наследницей клана Годжо. Наследница клана в обмен на обет Сатору-ниичана. Тот факт, что традиционалисты клана теперь имели рычаг давления на Сатору-ниичана в виде Связывающего Обета, мог доставить неприятности в будущем. Но в то же время все семьи ветвей, кроме Шунрю, теперь были обязаны Шики Связывающим Обетом, который они дали Сатору-ниичану. Это было то, что заставило бы традиционалистов задуматься, потому что, если бы они осмелились попытаться использовать Связывающий Обет, чтобы как-то навредить Сатору-ниичану, Шики незамедлительно устранила бы проблему в корне навсегда. Независимо от того, какую «дестабилизацию» это может означать для клана Годжо. Она уже лично высказала своё предупреждение главам ветвей, сразу после того, как был дан обет; если кто-то из них намеревался проверить её... что ж, это был бы не первый раз, когда Шики убивала старейшин клана. «Алло? Земля вызывает Шики?» Кинджи машет рукой у неё перед лицом. «Не витай в облаках, мы ещё даже не дошли до того, зачем пришли с нашим маленьким визитом-сюрпризом». Шики вопросительно склоняет голову. Кинджи выпрямляется и прочищает горло. «Итак. Мы здесь, чтобы официально спросить тебя: хочешь наконец научиться играть в патинко?» Для пущей убедительности парень обаятельно улыбается, что было вопиюще прозрачной попыткой её уговорить. Шики ошеломлённо моргает, глядя на одноклассника. ...Это было, конечно, не то, что она ожидала от него услышать, но в то же время это было в духе Кинджи. «Я... собиралась провести день, помогая Цумики». «Точно, Цумики-чан!» — Кирара на мгновение колеблется. — «С ней... всё в порядке? Мы только на днях слышали от Годжо-сенсея, что её прокляли». «Да», — кивает Шики. „Годжо-сенсей“... это Сатору-ниичан, верно? — «Но Цумики больше не проклята». «Ладно, это хорошо», — Кирара издаёт тихий вздох облегчения. — «Годжо-сенсей толком ничего об этом не объяснил». Сатору-ниичан определённо из тех, кто заставляет других гадать, когда он в игривом настроении, так что Шики не могла сказать, что её это слишком удивило. «...Хотите войти?» Шики смещается в дверном проёме, когда до неё запоздало доходит, что она всё это время держит гостей на пороге. Учитывая всё, было приятно видеть, что её одноклассники вот так появились у неё дома, пусть это и было довольно неожиданным сюрпризом, без какого-либо предупреждения. Позади дуэта Чоки спокойно смотрит на Муцуо, который и привёз сюда одноклассников Шики. Муцуо подчёркнуто не смотрит на своего кузена, кажется, он даже съёжился, что выдавало его виноватую робость. Они поссорились по дороге сюда? ...Вероятно, это не её дело. «Знаешь, когда Муцуо-сан сказал, что ты живёшь за пределами территории клана, я почему-то подумал, что это будет... ну, не знаю. Какое-нибудь модное, традиционное здание в том же духе, что и территория твоего клана?» Кинджи входит внутрь, Кирара следует за ним. «В смысле, здесь всё равно довольно шикарно, не пойми меня неправильно, но выглядит... на удивление обычно». «Слово, которое ты ищешь, — "современно"», — сухо подсказывает Кирара. «Ага, современно!» Кинджи щёлкает пальцами. «Полагаю, даже одзё-сама должна жить где-то в обычном месте, когда она не... погоди, какого чёрта. Шики. Шики, это что, Проклятый Дух сидит в вазе?» Шики прослеживает направление, куда недоверчиво смотрит Кинджи, протирая глаза. В цветочной композиции сбоку действительно спрятался Проклятый Дух, как он так проницательно заметил. Если быть точным, то к цветочной композиции привязан мелкий Проклятый Дух в форме лягушки — такой, что даже не тянет на Четвёртый Класс. Проклятый Дух издаёт жалобное кваканье рядом с изогнутой веткой, усыпанной мелкими цветами абрикоса. «Да», — говорит она. — «Это Проклятый Дух». «...Это ещё одна фишка семей колдунов?» Лицо Кинджи кривится в забавной гримасе. «Использовать Проклятых Духов в качестве декора интерьера? Серьёзно?» Шики странно смотрит на одноклассника из-за такого предположения. «Кто станет использовать Проклятых Духов в качестве украшения?» Кинджи смотрит на неё, а затем демонстративно указывает на цветочную композицию в коридоре. «Это не для украшения», — поправляет она недоразумение. «Шики, он же буквально прямо там, посреди твоей цветочной композиции». Кинджи не выглядит убеждённым. «Да, я знаю, где он находится», — кивает она. — «Но он там не для украшения. Его поместили туда, потому что...» «О! Шики, у тебя гости?» Цумики. Это Цумики только что завернула из другого конца коридора и смотрит на них с яркой улыбкой. «Цумики-чан!» — Кирара первым машет рукой и приветствует её. — «Рад тебя снова видеть. Мы как раз спрашивали об этом Шики; слышали, у тебя недавно был несчастный случай. Ты в порядке?» «Я тоже рада вас видеть! И я в порядке, правда», — весело отвечает девушка. — «Если честно, я даже не помню, что случилось, так что всё немного расплывчато. Я в полном порядке, просто... А-а-а!» Цумики, будучи человеком, который любит поддерживать порядок, потянулась, чтобы поправить цветочную композицию в коридоре. Однако это также означало, что её пальцы, естественно, оказались слишком близко к крошечному проклятию-лягушке, которое Кинджи заметил ранее. К несчастью для Цумики, она заметила его, только когда её рука зависла прямо над ним. «Не волнуйся, это просто... погоди-ка». Кирара застывает, когда до него, кажется, доходит внезапная мысль. «Цумики-чан, ты его видишь?» «Воу, воу, погоди секунду», — вмешивается Кинджи, звуча таким же сбитым с толку, как и его одноклассник. — «Я думал, она не колдун?» «Она была». До недавнего времени, когда её проклял неизвестный. В настоящее время они всё ещё занимаются этим вопросом, насколько это возможно. Шики не намерена оставлять проклятие на своей подруге без ответа. «Цумики теперь колдун?!» «Нет, нет, нет», — Цумики быстро качает головой, отчаянно махая руками перед собой в знак отрицания. — «Я определённо не колдун. Я просто... с тех пор, как меня прокляли, я, кажется, теперь вижу Проклятых Духов?» «...Ха», — Кинджи удивлённо смотрит на неё. — «Должно быть, это был шок». «О, это действительно так. Честно говоря, до сих пор шок». Цумики поворачивается к Шики. «Ладно, нам правда нужно поговорить о том, где по всему дому прячут этих Проклятых Духов! Это уже просто смешно». «Погоди, ты та, кто посадила туда этого Проклятого Духа?» Короткая пауза, а затем в голосе Кинджи появляется полный восторг. «Шики, Шики, Шики. Это розыгрыш. Ты посадила Проклятого Духа в середину цветочной композиции, чтобы разыграть Цумики-чан?» «Нет», — Шики безжалостно разбивает надежды одноклассника. Серьёзно, с чего он взял, что она из тех, кто разыгрывает людей? — «Это тренировка по десенсибилизации, которую придумал Сатору-ниичан, чтобы помочь Цумики привыкнуть видеть Проклятых Духов в своём окружении, не реагируя на них негативно и не привлекая к себе внимания». «Это как-то... ха. Ладно, я определённо понимаю, как это должно работать». Кирара трёт подбородок. «Это также определённо похоже на "тренировку", которую мог бы придумать Годжо-сенсей. Разве он не придумал тренировку с фильмами для Оккоцу?» «Фильмы и розыгрыши — это определённо в стиле Годжо-сенсея», — соглашается Кинджи. — «Так ты посадила Проклятого Духа в цветочную композицию из-за своего кузена, да?» «...Это Мегуми посадил туда этого Проклятого Духа, а не я». В глазах Кинджи появляется блеск. «Но ты тоже прятала Проклятых Духов в доме, не так ли?» «Шики пыталась привязать Проклятого Духа к хвосту нашей кошки», — сообщает ему Цумики с хитрой улыбкой. — «К сожалению, Ми-чан была не в восторге». На самом деле, кошка яростно отшвырнула мышевидного Проклятого Духа, прежде чем решительно сбежать на руки Цумики. Честно говоря, если бы когти Ми-чан были способны проводить проклятую энергию, Шики всерьёз думает, что кошка смогла бы изгнать Проклятого Духа самостоятельно. По крайней мере, тогда её пушистая лапка пригодилась бы для чего-то ещё, кроме как оставлять глубокие царапины на дорогой мебели и рвать в клочья совершенно хорошие кимоно... Кинджи смеётся и хлопает Шики по плечу. «По крайней мере, ты попыталась». «Это довольно забавно», — смеётся Кирара. ...В следующий раз, когда её друзья начнут так себя вести, Шики натравит на них Ми-чан. «Эй, Цумики-чан». Кинджи внезапно хлопает в ладоши. «Чисто гипотетически, тебе было бы интересно посетить зал патинко?» «П-прости?» Цумики часто моргает, и растерянное выражение её лица даёт понять, что его внезапный вопрос застал её врасплох. Справедливости ради, Шики тоже не ожидала, что Кинджи задаст ей этот вопрос. «Патинко, лучшая игра в мире», — говорит парень, чьё Расширение Территории буквально основано на патинко. — «Хочешь пойти с нами? Мы с Кирарой пытаемся уговорить Шики пойти, но пока безрезультатно. Может, она передумает, если ты тоже пойдёшь с нами!» «Играть... в патинко?» — Цумики хмурится. — «Это ведь незаконно?» Кинджи переминается с ноги на ногу и насвистывает. «Патинко совершенно законен...» «Не для несовершеннолетних», — фыркает девушка, на этот раз подозрительно прищурившись. «Не парься о деталях» Кинджи машет рукой со смешком. «Кроме того, это незаконно, только если тебя поймают, верно?» «Нет, я почти уверена, что это работает не так...?» «Патинко — часть проклятой техники Кинджи». Шики знала, что патинко — азартная игра, и она также незаконна для несовершеннолетних по законам страны. Учитывая, что это каким-то образом стало неотъемлемой частью проклятой техники Кинджи, нет сомнений, что Кинджи уже нарушал эти законы в прошлом... Шики, однако, не стала бы это комментировать. Как есть, так есть. «Я не знакома с игрой, так что было бы неплохо как-нибудь разобраться в ней... хотя сейчас, наверное, не лучшее время для этого, Кинджи». «А?» Парень вскидывает бровь. «Почему нет? Ты наконец-то вернулась в страну, и сейчас весенние каникулы. Мне кажется, самое время уделить немного времени себе и посмотреть что-то новое, нет?» В обычных обстоятельствах, возможно. Но в настоящее время у Шики были другие заботы. А именно, Цумики всё ещё приспосабливалась к тому, что стала зрячей, и Шики не хотела оставлять подругу одну, пока та не адаптируется к новой ситуации. Был также тот факт, что Цумики прокляли. Хоть и было слишком поздно что-либо делать с тем, что уже произошло в прошлом... то, что Шики останется рядом с Цумики после случившегося, будет явным знаком, что она не потерпит, чтобы подобное происходило в её отсутствие. Таким образом, это послужит негласным предупреждением для тех, кто может начать рассматривать Цумики как подходящую цель. Помимо беспокойства о Цумики, нужно было принять во внимание и кое-что ещё: Шики буквально только что назначили наследницей клана Годжо. Побег в зал патинко сразу после этого мог быть истолкован как... ...хотя, неважно. Какое Шики было дело до того, чтобы соответствовать образу правильной наследницы клана в глазах традиционалистов? Может быть, поход в зал патинко был бы стоящим занятием, если бы это разозлило традиционалистов. Шики не была довольна тем, что они сделали, собрав семьи ветвей и выступив против Сатору-ниичана. Прямо сейчас ей было совершенно всё равно, что они могут подумать. «Да ладно тебе», — Кинджи закидывает ей руку на плечо, явно почувствовав слабину в её затянувшемся молчании. — «Ты же говорила, что хотела ознакомиться с патинко, разве нет? Только всегда были другие дела поважнее. Что ж, вот твой шанс!» Шики бросает косой взгляд на ухмыляющегося одноклассника. «...Ты не очень-то тонок». Кинджи фыркает. «А кто сказал, что я пытаюсь?» . . Каким-то образом они в итоге отправляются целой группой, все семеро. Цумики, казалось, не очень убедили заверения Кинджи, что возраст — не помеха для игры в патинко («Это определённо незаконно, о боже мой»), но каким-то образом парень всё же уговорил её пойти. Если бы Шики пришлось гадать... может, Цумики тоже было любопытно взглянуть на патинко? Мегуми тоже вытащили из дома в эту импровизированную поездку. Считая Шики и её одноклассников, а также сопровождающих их Чоки и Муцуо, их группа каким-то образом превратилась в толпу из семи человек. «Чем больше, тем веселее!» — радовался Кинджи. Ни Чоки, ни Муцуо не выглядели особо воодушевлёнными перспективой похода в зал патинко, но против поездки протестовать не стали. Скорее всего, потому, что они оба знали, что Расширение Территории Кинджи было буквально основано на патинко, так что эта поездка была неизбежной. Первое, что замечает Шики, войдя в зал патинко, куда их с энтузиазмом ведёт Кинджи, — это шум. Как только автоматические двери разъезжаются, их тут же встречает почти оглушительный поток звука. Звук, источником которого было быстрое щёлк-щёлк-щёлк бесчисленных маленьких металлических шариков, стучащих и сталкивающихся друг с другом в красочных автоматах, заполняющих комнату. Второе, что здесь бросается в глаза, — это дым. Дым — не то, с чем Шики не знакома. Шоко-сан курит, и поэтому иногда вокруг неё витает слабый запах. Проклятая техника Сунь-сана буквально заключается в манипулировании дымом, который он вдыхает из своей курительной трубки, и горький запах от него был значительно более выраженным. Но внутри этой переполненной комнаты, заставленной автоматами, и людьми, жадно уставившимися на эти автоматы, запах дыма был густым и всепоглощающим. У многих в пальцах были зажаты сигареты, до такой степени, что казалось, будто это что-то ожидаемое и нормальное. Это... странно. Шум, клаустрофобная обстановка. Мигающие огни и бесконечное щёлк-щёлк-щёлк маленьких металлических шариков, сталкивающихся друг с другом снова и снова. Всё это очень странно. Шики ловит себя на странном ощущении... неуместности, в каком-то смысле. Большинство людей, играющих здесь в патинко, слишком поглощены, чтобы обращать на них особое внимание, но некоторые с любопытством поглядывают на них, когда они проходят мимо. ...Может, Шики стоило переодеться в свою «уличную одежду», прежде чем идти за одноклассниками в зал патинко. Хотя сейчас об этом думать уже поздно. Кинджи, кажется, хорошо знаком с персоналом, работающим здесь. Как только они входят, парень направляется прямиком к стойке регистрации, и вскоре их тихо проводят в уединённую боковую комнату, всё так же заставленную яркими автоматами. «Итак, сначала вы начинаете с этих...» Кинджи поднимает корзину, наполненную маленькими металлическими шариками, и начинает объяснять. Общий смысл того, что поняла Шики, был следующим: эти металлические шарики нужно загружать в автоматы. После этого игрок нажимает рычаг сбоку автомата. Рычаг запускает шарик через автомат и через множество штырьков и маленьких дощечек, действующих как лабиринтоподобные препятствия в автомате. Если он попадает в «джекпот», игрок выигрывает и получает в награду от автомата поток новых металлических шариков. Либо для продолжения игры, либо для обмена на призы. К счастью, основные правила, казалось, были не так уж сложны для понимания. Несмотря на то, насколько сложным казался этот странный автомат на первый взгляд, и на другие запутанные правила, которые появлялись по ходу игры... на самом деле, именно с непривычностью и новизной всего этого Шики было труднее всего справиться. К счастью, Кинджи, похоже, был не против объяснить ей, как всё работает. Наблюдая за его игрой, было легко заметить многочисленные сходства между правилами этой игры и правилами его Расширения Территории. Вот только вместо того, чтобы в качестве награды за выигрыш получать маленькие металлические шарики, Расширение Территории Кинджи постоянно поддерживает его запасы проклятой энергии на максимальной мощности, когда он срывает джекпот. А вторичные правила, касающиеся «предварительных показов» его территории, включающие все эти разноцветные шары и затворы, — это всё правила, которые служат для того, чтобы медленно склонять шансы в его пользу, пока он наконец не получит джекпот и все преимущества, которые с ним связаны. ... Патинко — очень динамичная игра. Красочная и головокружительная. После того как игрок заканчивает игру, он может забрать свой выигрыш и обменять его в небольшом магазинчике на углу улицы. Эти маленькие металлические шарики можно обменять на деньги или на другие товары в магазине. В том, в который их привёл Кинджи, на витрине были выставлены целых три полки с различными алкогольными напитками, а за стеклянной витриной прилавка — широкая коллекция различных марок сигарет. Была также другая секция магазина, заполненная чем-то вроде сувениров, а слева от неё — несколько коробок с бенто. Кинджи решает обменять весь свой выигрыш на купленные в магазине онигири. Он выходит из магазина с большим пластиковым пакетом, свисающим с запястья, наполненным треугольными рисовыми шариками. «У них было где-то шесть разных начинок? Так что я просто взял по нескольку штук каждой». Парень протягивает им пакет с видом довольного победителя. «Угощайтесь! Всем хватит!» Рисовых шариков действительно было много. После того как пакет обошёл по кругу, включая Чоки и Муцуо, внутри него всё ещё оставалось довольно много онигири, когда его вернули Кинджи. Шики с любопытством смотрит на рисовый шарик в своей руке. Он был тщательно завёрнут в несколько слоёв пластика, до такой степени, что Шики даже не знала, как его развернуть. Она осторожно тянет за уголок, прежде чем оглядеться, чтобы посмотреть, как другие решают эту проблему. Цумики замечает её мучения. «О! Смотри, его нужно открывать вот так...» Девушка демонстрирует Шики на примере своего онигири. Посередине есть тонкая полоска пластика, которую можно отделить от остальной упаковки, а оттуда уже просто, слегка ущипнув за два уголка и потянув пластик по бокам, снять остальную упаковку. Хотя... возможно, точнее было бы сказать, что это не так просто, как кажется. Собственная попытка Шики последовать примеру подруги приводит к тому, что обёртка прилипает к водорослям, и она чуть не роняет всё, когда пытается вернуться и исправить ситуацию. Кинджи фыркает, затем делает паузу. «Погоди, ты никогда раньше не ела онигири в такой упаковке?» Онигири, которые Шики привыкла есть, подавали аккуратно на тарелке, а не туго завёрнутыми в десять слоёв тонкого, хлипкого пластика. Она молча качает головой и откусывает. Вкус... сносный. Хотя на её вкус, лосось на гриле внутри риса был слишком солёным, до такой степени, что едкая солёность почти полностью перекрывала первоначальный вкус лосося. Но было бы неразумно ожидать слишком многого от еды из круглосуточного магазина, не так ли? Кроме того, Шики не слишком привередлива в еде, если только она не приторно сладкая. Она не такая сладкоежка, как Сатору-ниичан. Её следующая попытка самостоятельно развернуть онигири проходит лучше, чем первая. На этот раз пластик плавно отделяется от рисового шарика и водорослей внутри. Осторожный укус показывает, что этот... со стружкой тунца? «Не могу поверить, что я иногда забываю, что ты избалованная одзё-сама», — замечает Кинджи со стороны, наблюдая, как она аккуратно грызёт рисовый шарик. — «Ты действительно мало где бываешь, кроме как по делам колдовства, да? Я тоже, но не видишь же, чтобы я возился со своим онигири». Кинджи машет своим рисовым шариком и откусывает большой кусок. «Кажется, нам нужно вытаскивать тебя почаще. Чем ты вообще обычно занимаешься ради развлечения?» «...Тренируюсь?» Парень закатывает глаза. «Типа, что ты делаешь для развлечения, одзё-сама-трудоголик. Когда ты не тренируешься, не ходишь на миссии и не охотишься на Пользователей Проклятья». «Я не "трудоголик"». Это Сатору-ниичан, а не она. Кинджи подозрительно щурится на Шики. «...Ты ведь знаешь, что означает термин "трудоголик", да?» На что это он здесь пытается намекнуть? «Она любит танцевать в свободное время», — говорит Мегуми со стороны, проглотив рис. — «Хотя это, наверное, отчасти подпадает под "тренировку"...» «Ты танцуешь?» Глаза Кинджи расширяются, а затем он моргает. «...Погоди-ка. Такое чувство, что об этом уже упоминалось...?» «Во время Обона, кажется?» — вмешивается Кирара, нахмурив брови. — «Цумики упоминала, что Шики хорошо танцует во время, эм, "окуриби". Вот только там всё пошло наперекосяк, со всем этим... Пользователем Проклятья и созданием марионеток-зомби...» «А, точно», — кивает Кинджи. — «Блин, в прошлом году было то ещё веселье с Зомби-мэном и его марионетками-зомби. Не верится, сколько времени прошло с тех пор». «И правда, кажется, что прошло много времени», — соглашается Кирара. — «Потом было мероприятие по обмену. А после этого мы наткнулись на Оккоцу. Затем Шики отстранили...» «Вечно одно за другим», — смеётся Кинджи. — «Здесь никогда не бывает скучно». Оглядываясь назад, год и вправду выдался богатым на события, не так ли? А со стороны Шики в этот список можно было добавить ещё кое-что: её миссия в Китае и встреча с Цукумо Юки. Охота на Гето Сугуру в весёлой погоне, приведшей её в Индию. А затем возвращение и становление наследницей клана Годжо. Шики не ожидала и половины того, что в итоге произошло, когда она только поступила в Токийский техникум. «Никогда не бывает скучно» — это, безусловно, точное описание её опыта. «Кстати говоря». Кирара поворачивается к Шики. «Ты знаешь, вернёшься ли ты к началу учебного года?» «Ещё не прошло полгода». Учитывая всё, что произошло, Шики думала, что старейшины захотят, чтобы она отбыла своё «наказание» полностью, а не сокращала его. По крайней мере, это был бы их способ тонко выразить своё недовольство наследницей клана, которая не была их предпочтительным кандидатом, и при этом иметь возможность правдоподобно всё отрицать. В каком-то смысле это было очень похоже на то, как небольшой поход Шики в патинко тоже был формой безмолвного выражения её собственного недовольства традиционалистами в её клане. ...Политика. Шики по-прежнему не испытывает к ней никакой симпатии, и не думает, что когда-нибудь испытает. Даже сейчас, когда её назвали наследницей клана Годжо. С традиционалистами нужно будет что-то делать. Дело не в том, что Шики горит желанием подавить все без исключения несогласные голоса в клане; разногласия между людьми естественны, и это не всегда плохо. Однако то, что сделали традиционалисты, использовав союз семей ветвей, чтобы выкрутить руки Сатору-ниичану... неприемлемо. Связывающий Обет между ними и Сатору-ниичаном гарантировал, что ветви теперь прочно вошли во «фракцию» Шики в клане Годжо. В настоящее время исключением будет только семья ветви Шунрю, но положение и репутация Шунрю недавно серьёзно пострадали из-за ухода членов их клана, включая колдуна Особого Первого Класса. Это означало, что Шики более-менее заручилась поддержкой всех семей ветви клана. Численно они даже превосходили главную семью Ёзакура. Традиционалистам придётся в будущем действовать осторожно, даже несмотря на небольшое преимущество, которое они обеспечили себе Связывающим Обетом. Шики не была беспомощной марионеткой, которую они могли бы двигать по своему усмотрению. ...Но о проблемах клана стоит побеспокоиться в другой раз. Здесь и сейчас Шики ест выигранные в патинко онигири со своими друзьями. С людьми, которым она доверяет и о которых заботится. Это редкий момент, который Шики должна ценить, пока он существует в настоящем, а не отвлекаться на дела клана Годжо, которые всё равно будут ждать её после окончания этой прогулки. Хорошее или плохое, долговечное или эфемерное, всё когда-нибудь заканчивается. Но пока этот конец ещё не наступил... «Ты серьёзно будешь отсутствовать в техникуме целых шесть месяцев?» Кинджи кидает ей ещё один онигири. «Ты не можешь, типа, дёрнуть за ниточки или что-то в этом роде и вернуться пораньше? А то, если нет, мы с Кирарой всерьёз начнём думать, как бы нам тоже отстраниться». «Зачем?» «Да ладно, ты серьёзно спрашиваешь?» Голос Кинджи беззаботный и равнодушный. Когда она поворачивается к Кираре, тот просто отвечает ей лёгкой улыбкой. Лёгкий толчок в локоть, за которым следует тихий смешок. Улыбка, изгибающая губы Цумики, явно раздражённая, но в то же время какая-то невыразимо нежная. «Просто прими, что твои друзья о тебе заботятся, Шики». ...Может, Шики действительно задала ненужный вопрос. Девушка задумчиво мычит и начинает теребить пластиковую упаковку нового онигири в руках.