Глава 6: Похвала

— Я серьезно, знаешь? Ты отлично справилась, не нужно так переживать. Сколько раз она уже слышала это за сегодня? Она, конечно, знала, что Мияко желает ей добра, но прямо сейчас это раздражало как никогда раньше. — Я, между прочим, не припомню, чтобы ты так уж сильно переживала из-за этой роли. — продолжила та за рулем, и от ее слов Ай лишь надула губы, не отрывая взгляда от окна машины. Не то чтобы ее особенно волновала эта роль. Это была просто мелкая подработка, на которой Мияко настаивала, утверждая, что та поможет ее карьере. Ее персонажа нельзя было даже назвать второстепенным; он существовал лишь для того, чтобы дать главной паре повод для ссоры на пару серий. Так что дело было не в том, что она сильно вжилась в роль или что-то такое, но все же… Она чувствовала, что ей чего-то не хватает. Хотя Мияко, режиссер и другие актеры говорили ей, что она отлично справляется, она все равно знала, что может лучше. Последнее, чего ей хотелось, — чтобы ее сцены снова вырезали из финальной версии. Ведь теперь у нее были люди, которых она действительно хотела впечатлить. В первую очередь, ее дети — ее дорогая маленькая Руби и любимый Аквамарин. Она, конечно, знала, что им, скорее всего, понравится все, что она делает — эти двое были ее самыми преданными фанатами, и от этой мысли на ее губах появлялась мягкая улыбка. Но она все равно хотела показать им все, на что способна, оправдать ожидания, которые, она знала, были у ее маленьких ангелов. Она просто хотела, чтобы они смотрели на нее с гордостью. А еще был Хачи… Этой мысли было достаточно, чтобы ее улыбка снова сменилась хмурым выражением. Несколько месяцев назад она поклялась себе, что заставит этого парня однажды похвалить ее работу. Имелась в виду настоящая похвала за то, что ему действительно понравилось, а не эти странные, нейтральные комментарии, к которым она от него привыкла. Теперь это был ее личный вызов — пробить неприступную стену, которой было явное безразличие Хачи к ее миру. И если концерты не помогли ей в этом, может, новая актерская роль сработает? Хотя она сомневалась, что Хачи увлекается такими шоу, в которых она снималась, она все равно не могла не надеяться. Но какой смысл, если ее выступление будет блеклым? Однако вместо грусти в ее взгляде появился вызывающий блеск. Значит, нужно просто стараться еще сильнее, чтобы сделать своих малышей гордыми и поразить Хачи… с такой мотивацией ее ничто не остановит! — …Ты снова думаешь о чем-то странном, да? Даже побежденный тон Мияко не мог ее остановить!

***

— М? — Давай устроим им сюрприз~ Когда они добрались до ее квартиры, именно она остановила Мияко, которая уже собиралась просто открыть дверь. Вместо этого она приложила палец к губам и подмигнула ей, получив в ответ лишь закатанные глаза, после чего открыла дверь так тихо, как только могла, что было немалым подвигом, учитывая количество замков. Хачи и Мияко настояли на их установку, и, учитывая прошлые… события, она не стала спорить. Поэтому в свою квартиру она вошла на цыпочках, стараясь двигаться бесшумно, и Мияко, к счастью, подыграла ей, последовав примеру. — …от так…! Чем ближе они подходили к гостиной, тем отчетливее слышались голоса, и одного только звука было достаточно, чтобы на ее лице расплылась улыбка. Но когда она завернула за угол и заглянула, зрелище, представшее перед ней, едва не заставило ее взвизгнуть от чистого восторга. — А потом мама заканчивает вот так…! — Впечатляет. — … Потому что видеть, как ее дорогая Руби с улыбкой на губах подражает одному из ее номеров, который показывали по телевизору напротив дивана, в то время как хлопающий в ладони Хачи и молчаливый Аква сидели на этом самом диване, было почти невыносимо. Если бы она не была так занята тем, что смотрела на Руби сияющими глазами, она бы, возможно, надулась от ревности, видя, как легко Руби удалось получить от Хачи искренний, честный комплимен. Но она была слишком занята, паря в облаках, чтобы думать об этом! — Ну как?! — Затем она увидела, как Руби ухмыльнулась Хачи, ее собственные глаза сверкали в предвкушении. — Как тебе?! Ее взгляд затем стал насмешливым, сфокусировавшись на затылке Хачи, потому что она уже знала, что произойдет. В конце концов, каким бы грубым и ворчливым он ни был большую часть времени, он никогда не мог вести себя так же, когда дело касалось Руби. — Ну, это было… — Слабо. Но Хачи перебил маленький Аквамарин, и хотя она не могла видеть его лица, она лишь насмешливо закатила глаза, зная, что он, скорее всего, сейчас сверлит взглядом свою сестру. — Эй, не слишком ли жестко? — Хачи, конечно, не мог не вступиться за Руби. А потом он еще жаловался, что она их балует. — Нет, онии-чан в кои-то веки прав. — Но вместо того чтобы разозлиться на замечание брата, лицо Руби выражало лишь решимость. — Это почему это «в кои-то веки»… — Если я хочу достичь уровня мамы, этого мало! — вдруг заявила Руби, высоко подняв кулак. И это было уже слишком для нее. — О, милая, ты и так более чем хороша! — воскликнула она, влетая в гостиную, и всякая маскировка была забыта. — А? Мама? — только и успела сказать Руби, прежде чем Ай подхватила ее на руки, буквально затискав, отчего удивление Руби быстро сменилось смехом. И осознание того, что она способна вызывать такую реакцию, заставило ее улыбнуться еще шире. — С возвращением, Ай. — С возвращением, Хошино. Ей пришлось сдержаться, чтобы не затискать Руби, когда она услышала это. Ее выражение лица стало бесстрастным, когда она увидела, как Хачи и Аквамарин встают со своих мест, хотя сейчас они были слишком заняты тем, что с удивлением смотрели друг на друга после того, как синхронно только что заговорили. И это зрелище было настолько милым, что ей пришлось, правда, пришлось сдерживаться, чтобы не заключить в объятия и их тоже. В основном потому, что она знала: Хачи не оценит, если она сделает это вот так просто. Ему нужна была подготовка к таким вещам и немного уговоров, но в большинстве случаев ей это удавалось, даже если он ворчал или жаловался. А вот ее дорогой Аквамарин… — Э-это обязательно? — пожаловался он, когда она притянула его к себе. Его противоречивое выражение лица было таким милым, что ей захотелось ущипнуть его за щеки. — Обязательно. — объявила она, усаживаясь с ними на диван и чуть не рассмеявшись от хмурого взгляда, который Руби теперь бросала на Аквамарина. — Итак, как прошел ваш день с Хачи? С этим вопросом словно открылся шлюз: Руби заговорила так быстро, что Ай с трудом успевала следить, а голос Аквамарина лишь изредка вставлял уточнения, когда Руби пропускала какие-то детали. Улыбка не сходила с ее губ, пока это продолжалось, ведь единственное, что могло бы сделать этот момент еще лучше, — это если бы Хачи сидел рядом с ней, возможно, даже держа на руках кого-то из близнецов. Ей пришлось сдержаться, чтобы непроизвольно не вздохнуть при виде этой картины, возникшей в голове. Если бы… — Абсолютно исключено…! Внезапный тон Хачи, однако, привлек их внимание к другому концу гостиной, где он сейчас зло смотрел на Мияко, которая, казалось, лишь закатывала глаза, словно имея дело с капризным ребенком. Это было зрелище, к которому она уже привыкла. Можно сказать, это стало традицией каждый раз, когда они оставляли Хачи с близнецами. Они возвращались домой, Мияко пыталась заплатить Хачи за присмотр за ее детьми, а Хачи отказывался от любых денежных предложений, говоря, что делает это не ради денег, Мияко снова настаивала, и затем они начинали спорить, пока она не вмешивалась. Ни разу она не видела, чтобы Хачи принял плату от Мияко, что только заставляло ее брать дело в свои руки и вознаграждать Хачи другими способами, даже если он делал вид, что ему ничего не нужно. Это делало его еще милее, когда ей удавалось его уговорить. — Что-то случилось? — Но в этот раз все было иначе. Она поняла это не только по голосу Хачи, но и по его хмурому выражению, гораздо более явному, чем обычно. — Ничего. — Тот факт, что он ответил с такой окончательностью в голосе, не только сделал это еще более очевидным, но и разжег ее любопытство. — Ты что, умрешь, если просто попробуешь? —громко спросила Мияко, приподняв бровь. — Определенно. — Попробуешь что? — Ее интерес был более чем разожжен. Она даже ссадила Руби и Акву со своих колен обратно на диван и подошла ближе к Хачи и Мияко, хотя ей даже не нужно было оборачиваться, чтобы знать: близнецы последовали за ней. — Ничего… — Раз уж ты так переживаешь из-за своей игры. — перебила Хачи Мияко, к его явному неудовольствию. — Я подумала, что наше чудо могло бы нам помочь и немного попрактиковаться с тобой. Э…? Попрактиковаться? С Хачи? Попрактиковаться с Хачи, о чем знала Мияко, в крайне романтичной сцене? Это сон? Или Мияко разыгрывает ее? Она лишь скрепя сердце одобряла ее… отношения с Хачи, так что с чего бы ей это делать… Она попыталась прочесть что-то по лицу Мияко, но не нашла ничего, что могло бы подсказать, о чем та думает. — И я уже сказал, что это ужасная идея. — Но даже игнорируя то, как редко Мияко предлагала нечто подобное, она знала, что Хачи ни за что не согласится. Его можно было уговорить на многое, если она достаточно старалась, но на это? Даже она не смогла бы… …Но она знала кое-кого, кто мог. — Мама и Хачиман будут заниматься вместе?! — И затем, словно по команде, Руби шагнула вперед, ее глаза сверкали, когда они переводили взгляд с нее на Хачи и обратно. — Я хочу это видеть! — Это не… — И конечно, Хачи, который только что был яростно против, вдруг проглотил язык, как только встретился взглядом с Руби. «Инстинкт старшего брата» — так он это однажды назвал, если она правильно помнила. Было ли это реальным явлением или нет, она не знала, но жаловаться уж точно не собиралась. Вперед, Руби! — Ну пожа-а-алуйста…! — В голосе Руби звучала такая тоска, что Ай заворковала бы от этого зрелища, если бы не старалась изо всех сил сдержать предвкушение, чтобы оно не отразилось на ее улыбке. Она не хотела свести на нет старания своей дочери. — … — Конечно, Хачи замолчал при этом, его взгляд переметнулся с Руби на Мияко, которая ухмылялась, словно бросая ему вызов: попробуй теперь отказаться. Затем его глаза встретились с ее. И как бы ей ни хотелось его поддержать, она не могла упустить такой шанс, верно? — Я не против, так что решать тебе, Хачи. — И она подмигнула ему, отчего его правый глаз дернулся в ответ. Может, он и прочитает ей лекцию позже, но это было максимумом пассивности, на который она была способна перед лицом такой золотой возможности. Не ее вина, что он любил баловать Руби даже больше, чем она. Впрочем, его отчаяние найти хоть какую-то поддержку было очевидным: Хачи дошел до того, что посмотрел на Аквамарина в поисках помощи. — Удачи, Хачиман. Конечно, равнодушное пожатие плечами, которое он получил в ответ, окончательно решило судьбу Хачи. Разве ее детки не лучшие?

***

— … — … — … — …Может, скажешь уже что-нибудь? И что это за реакция?! А что она должна была сказать?! Конечно, свои собственные реплики она уже знала наизусть, и остальной текст слышала множество раз, так что думала, что это будет не так уж сложно, даже в присутствии Хачи. Но слышать, как он произносит эти чудовищно пафосные и утрированные диалоги, пусть даже тоном, который можно было описать только как «мертвый», все равно заставило ее сердце трепетать так, как она не привыкла. Именно поэтому она в итоге подняла сценарий, чтобы скрыть свое пылающее лицо от его безучастного взгляда. Даже зная, что он не вкладывал в свои слова никакого смысла, она ничего не могла с собой поделать — это же Хачи! — Ну… — По крайней мере, от смущения ее спас вздох Мияко. — Даже с ужасной игрой Хикигаи ты была хороша, как всегда, Ай. — Почему здесь еще и мою игру оценивают? — пробурчал Хачи, обращаясь к Мияко, которая села на диван. — И не могло быть все настолько плохо. Ответ пришел не от Мияко, а от ее малышей. Вместо ответа они просто отвели взгляды, стараясь не смотреть на Хачи, к его большому огорчению. А вот она считала, что он был замечательным. Но, возможно, тут она была немного предвзята. — Может, попробуем еще раз? — спросила она, когда щеки перестали гореть, и получила в ответ острый взгляд Хачи. — Просто чтобы убедиться, что все хорошо… — …Сайто уже сказала тебе, что все хорошо. — Но ведь может быть еще лучше, правда? — Она бросила этот комментарий Мияко, которая сегодня стала ее союзницей, и она не собиралась упускать этот шанс. — Ну… Я заметила улучшение. — Мияко заговорила после того, как несколько секунд смотрела на нее, и Ай снова пришлось задуматься, откуда эта внезапная поддержка. — Так что давай попробуем еще раз с самого начала. И, Хикигая? На этот раз постарайся вложить хоть немного эмоций. Не заставляй меня просить близнецов научить тебя делать хотя бы минимум. — Меня оскорбляет твое предположение, что пара детей справится с этим лучше меня. — Похоже, слова Мияко действительно задели гордость Хачи. — О? Я ничего не предполагаю. — Теперь Мияко ухмылялась, и Аи вспомнила, что, даже зная их так долго, Хачи ни разу не видел Руби и Акву в деле, верно? — Может, они смогут научить тебя кое-чему. Руби, Аква, не хотите попробовать? — …Вообще-то нет, — начал Аквамарин, но остановился в тот момент, когда Руби вскочила со своего места и схватила его за руку. — Перестань быть букой хоть раз, онии-чан. Давай сделаем это! — Я не бука — и хватит меня тащить?! Она не послушала, и у ее мальчика не было выбора, кроме как подыграть просьбе Руби. Этого факта было почти достаточно, чтобы рассмешить ее. Это было еще одной общей чертой Аквы и Хачи. Однако десять минут спустя выражение шока и поражения на лице Хачи от таланта, который продемонстрировали Руби и Аква, было настолько сильным, что она больше не могла сдерживать смех. Поделом ему, недооценивать ее малышей!

***

— Прежде чем мы зайдем, можно дать тебе совет, Ай? Слова Мияко прозвучали, когда та припарковала машину, и заставили Ай в замешательстве посмотреть на нее. Сегодня они никуда не опаздывали на репетицию, но даже так слова Мияко прозвучали ужасно серьезно. — Некоторые люди… актеры, актрисы, певцы, айдолы и все такое — они могут надевать любую маску, какая нужна для работы. Это часть работы, конечно, так что в этом нет ничего плохого. Это потому и называется игрой. Ай медленно кивнула, не понимая, к чему ведет Мияко. Ответ пришел после того, как та вздохнула, прежде чем бросить на нее острый взгляд. — Но есть и много профессионалов, которые могут выдать нужные эмоции, черпая из собственного опыта и переживаний. Актерство не обязательно должно быть сплошной ложью, понимаешь? Как ты начала выступать для своих детей, так, возможно… — Что ты… — Я просто говорю, что раз уж это романтическая сцена, то нет ничего плохого в том, чтобы представить своего партнера по съемкам с парой рыбьих глаз. А… Она моргнула, прежде чем опустить голову, и слова Мияко медленно отдавались эхом в ее голове, казалось, целую минуту. Затем на ее губах медленно заиграла ухмылка. Сделает ли это ее игру лучше? Она не знала. Но она точно не против попробовать.

***

— Нуууу… вам понравилось? — спросила она, в ее голосе проскользнула тень сомнения. Они только что закончили смотреть премьеру последней серии, и хотя Руби и Аква были достаточно разговорчивы на протяжении большей части серии, они определенно замолчали, когда появились сцены с ее участием. По крайней мере, на этот раз ни одну из них не вырезали, что уже хороший знак, верно? Так почему же они ничего не говорят? Такое чувство, будто их загипнотизировали титры… — Это было та-а-ак круто! — А? — Согласен с Руби. Твои сцены были действительно хороши, Ай. Определенно лучшие в серии. Аквамарин тоже?! Конечно, она привыкла к похвале от своих детей. К этому моменту они были ее главными фанатами, но ее все равно застало врасплох то, насколько впечатленной и счастливой выглядела Руби: ее взгляд сиял, когда она смотрела на нее снизу вверх, в то время как Аква улыбался ей с другой стороны — гораздо более сдержанно, но не менее действенно, учитывая, что обычно он носил нейтральное выражение лица. — Ты еще будешь появляться, да?! — Ага, у меня осталось еще несколько серий, прежде чем они снова сосредоточатся на главной паре. — Контракт был только на треть сезона, просто небольшая роль, в которой Мияко верила, что она сможет превзойти свою предыдущую. — Тогда мы можем продолжать смотреть это вместе?! — вдруг спросила Руби, полная энтузиазма. — Это же еженедельно, да? Мы можем смотреть каждую неделю вместе? — Конечно, можем, дорогая. — Ее энтузиазм был таким заразительным, что Аи остановилась, только положив руку ей на голову, и ее улыбка стала чуть шире от того, насколько счастливой, казалось, сделали Руби ее слова. — Хотя сначала нам нужно убедить твоего брата смотреть с нами. Она бросила игривый взгляд на сына, который, казалось, был застигнут врасплох. То ли от ее слов, то ли от того, как Руби внезапно уставилась на него, словно бросая вызов отказаться, она не знала, но конечный результат был именно тем, которого она ожидала. — Ну… конечно, я тоже буду смотреть. — сказал он, глядя в другую сторону, его смущение было более чем очевидным для нее. Конечно, это делало его почти невозможным для сопротивления, так что она заключила его в объятия сбоку, и хотя он все еще отказывался смотреть на нее, он даже не сопротивлялся. — Тогда сделаем это еженедельной традицией. — гордо заявила она, понимая, что теперь у нее появилось еще что-то, чего можно ждать каждую неделю. И кто знает? Был еще кое-кто, кому ей нужно было это показать, так что, возможно, еще один скоро к ним присоединится!

***

Последняя часть ее плана была приведена в действие. И под этим она подразумевала, что сейчас она выходила из своей квартиры в любимой большой белой панаме на голове. Это была та же панама, которую она использовала в первую встречу с Хачи, пытаясь скрыть свою личность, и с тех пор она стала для нее чем-то вроде счастливого талисмана. Она также помогала скрывать лицо, что все еще было необходимо, даже если она шла всего лишь в соседнюю квартиру. Она не взяла с собой солнцезащитные очки и маску на этот раз, как бы Мияко и Хачи ни любили настаивать на этом. По ее мнению, это было лишним, когда Хачи был прямо здесь. К тому же это означало бы, что Хачи, скорее всего, прочитает ей лекцию по этому поводу, а она знала, что это его способ показать, что ему не все равно. И ей нравилось знать, что это так. Но сейчас ее внимание было сосредоточено не на этом, а на том, чтобы убедить Хачи посмотреть ее шоу и заставить его наконец похвалить ее мастерство. И, возможно, даже уговорить его смотреть его каждую неделю вместе с ней и близнецами. Поэтому, подойдя к его двери, она надела решительную улыбку. Повтор скоро начнется, так что у нее полно времени, чтобы его уговорить. Она даже выбрала время, когда знала, что он будет свободен, чтобы избежать любых отвлекающих факторов… — Хошино? Ты что здесь делаешь? Что-то случилось? Но как только она собралась нажать на звонок, дверь внезапно открыл сам Хачи, который смотрел на нее в недоумении, в то время как… был одет в рабочую форму? — Ты на работу? — ответила она вопросом на вопрос, потому что, насколько она знала, его смена начиналась позже, верно? Неужели она ошиблась в его расписании? — Ага. — Обреченный вздох, вырвавшийся из него, сказал ей, что он тоже не в восторге от этого. — Кто-то заболел, и нужен человек, чтобы подменить смену. Сегодня, из всех дней? Серьезно? — Они тебя заставляют, что ли? — Нет, но… — Затем он потер глаза, и она искренне чувствовала, насколько он сейчас уставший. — У моей сестры скоро день рождения, и… лишние деньги были бы кстати, наверное. А… Конечно, она должна была догадаться: если что-то и могло заставить Хачи работать еще больше, так это забота о сестре. — И все же, тебе что-то нужно? — спросил он тогда, заставив ее приоткрыть губы, когда он посмотрел на нее с хмурым выражением. — Да нет, просто зашла проведать! — ответила она с отработанной улыбкой, склонив голову набок. Не было смысла пытаться сейчас, раз она знала, что он не уступит, если дело касается его сестры. Он слишком сильно о ней заботился, так что она проиграла, даже не начав бой, верно? Ей пришлось сдержаться, чтобы не надуться от ревности при этой мысли. К тому же… он выглядел очень уставшим, правда? — Ты уверена… — Он, кажется, не поверил ей, что было неудивительно для Хачи, но внезапный звук, по-видимому, из его телефона, прервал его. — Черт, мне пора… — Будь осторожен там! — Она помахала ему рукой, когда он закрыл за собой дверь, улыбка все еще была на ее губах. Хотелось ли бы ей рассказать ему? Конечно. Но какой бы эгоистичной женщиной она иногда ни была, она знала, когда не стоит давить. Последнее, чего бы ей хотелось, — чтобы Хачи от нее устал. Может… может, лучше вообще не поднимать эту тему? Хачи все равно бы это не понравилось, так что… — Ах да, чуть не забыл. — Но когда он дошел до лестницы, Хачи вдруг заговорил. Ее опущенный взгляд встретился с его, когда она подняла голову. — Хачи? — Насчет твоего шоу… — начал он, и, к удивлению, он действительно отвел взгляд в сторону, словно не мог смотреть ей в глаза. — Я, кстати, видел вчерашнюю серию… А? Он видел? Но вчера — значит, он тоже смотрел премьеру? Сам? Она даже не говорила ему, когда будет премьера…! — И ну… — начал он, и прежде чем она опомнилась, она ловила каждое его слово. — Это действительно не мое. Скажем так, сюжет мог бы быть и получше. Она чуть не рассмеялась тут же. Конечно, он ответит именно так… — Но твои сцены? Они были довольно хороши. Честно говоря, твоя игра была лучше, чем у всех остальных в актерском составе, так что… э-э, молодец? О боже. Ей бы очень хотелось поддразнить его за то, как мило он выглядит, когда смущается вот так, но она была слишком занята, пытаясь осознать услышанное. Это были простые слова, конечно, не такая бурная похвала, как у Руби, и даже более сдержанная и простая, чем у Аквамарина. Но даже так, она почувствовала, как уголки ее губ поползли вверх… так, как она все еще привыкала делать. — Прости, мне правда пора. — Хачи уже двинулся с места, так как его телефон зазвонил снова. — Увидимся позже. — Пока-пока, Хачи. — Ее собственный ответ был удивительно мягким, до такой степени, что она даже не была уверена, услышал ли он ее.

***

— Ты в порядке, Ай? — М? С чего бы мне быть не в порядке? И не успела она опомниться, как уже была внутри, где ее встретил хмурый Аквамарин. — Просто… твое лицо красное, и ты очень улыбаешься. Ее лицо красное? Она и правда коснулась щек и почувствовала исходящее от них тепло. — Разве я не улыбаюсь постоянно? — Конечно, но… — Казалось, ее сын боролся с тем, что сказать, что только усиливало желание ущипнуть его за щеки. — Ты обычно так не улыбаешься. О? Интересно, какое же выражение лица у нее сейчас… Но тем не менее… — Фуфуфу, если хочешь назвать улыбку своей мамы милой, просто скажи это, знаешь ли? Не нужно ходить вокруг да около! — Э-это не то, что я имел в виду — эй! — начал жаловаться он, но остановился, когда она подошла ближе и села рядом с ним на диван, тыкая пальцем в его краснеющую щеку. И пока она дразнила сына, мысль о том, чтобы сделать просмотр ее шоу семейной традицией, которой все они могли бы наслаждаться, никак не хотела покидать ее голову.