Мягкая посадка

Ослепительная вспышка белого света погасла так же внезапно, как и вспыхнула. Дворфы инстинктивно зажмурились, растирая глаза. Странное ощущение — вспышка была настолько яркой, что должна была обжечь сетчатку, но боли не было. Только сильная дезориентация. Когда зрение восстановилось, перед ними снова предстал привычный интерьер десантной капсулы. Недавняя какофония из предупреждений и сигналов стихла. Всё было тихо. — Какого... чёрта... только что было? — медленно произнёс Торвальд, всё ещё моргая. Никто не ответил. Все были в таком же замешательстве. Бранд первым пришёл в себя. Осмотрелся, проверил ремни, глянул на товарищей: — Ничего не понятно, но похоже, все целы. Да и капсула вроде тоже. Рунар посмотрел на панель управления. Та молчала — ни мигающих огней, ни предупреждений. Словно ничего и не было. — Хорошо, что обошлось, — выдохнул он устало, снимая очки и протирая их. — Честно говоря, я уже сыт по горло сегодняшними сюрпризами. Поскорее бы на станцию... Остальные молча согласились. Сегодняшний день словно специально хотел им испоганить настроение перед праздником. — Но сколько бы эта проклятая планета ни щекотала нам сегодня нервишки, нам не привыкать к такой работе, верно, парни? — сказал Гундар с ухмылкой. — Согласен, дружище, — отозвался Бранд. — Но как же подло со стороны этой чертовой планеты трепать нам нервы уже когда мы с неё благополучно свалили. — Может, обиделась, что мы не оценили ее подарок и сбежали? — хмыкнул Гундар. — Не каждый день ведь встречаешь сразу парочку детонаторов. Команда негромко рассмеялась. Напряжение немного спало. Гундар повернулся к Рунару: — Слушай, а всё-таки... может, у тебя есть какие-то мысли? Что это вообще могло быть? Рунар поправил очки, откинулся на спинку сиденья и задумчиво посмотрел в потолок. — Я хоть и более начитан, но никогда не слышал о таких вспышках во время полёта. Можно было бы предположить, что мы временно попали в радиационный карман, который пробил защиту капсулы. Но максимум, что я слышал о таких случаях, — это небольшие белые пятна в глазах, а не яркие вспышки. И уж точно не на такой продолжительный период. Он замолчал, а затем добавил: — Конечно, это всего лишь догадка, причём необоснованная. Но единственное ключевое отличие от всех прошлых полётов — это тот странный куб, который мы захватили. Впрочем, если даже дело и в нем, все равно не ясно в чем причина такого поведения и какие у этого могут быть последствия. Гундар почесал подбородок: — Ладно, наверное, сейчас париться на этот счёт нет смысла. Просто по прибытии сообщим руководству об инциденте, и они там проверят показания во время полёта и всё такое. Как уже говорил Бранд — главное, что все мы и капсула целы и невредимы. Настроение в капсуле приподнялось. Команда стала обсуждать планы на сегодняшнюю пирушку, до которой было рукой подать. Странный инцидент уже начал забываться, когда панель управления снова напомнила о себе — начав пищать и выдавать подряд новые строки об ошибках. — Да вы шутите, — пробормотал Торвальд. — Снова эта вспышка сейчас будет? — Тогда предлагаю всем закрыть глаза, если не хотите ослепнуть, как в прошлый раз, — сказал Гундар, зажмуриваясь. — Если это всё же было от радиации, будет крайне плачевно, — пробормотал Рунар себе под нос. Команда закрыла глаза руками, ожидая второй вспышки. Но прождав так некоторое время, вспышка так и не последовала, а писк от панели управления всё не затихал. Рунар всё же решился приоткрыть один глаз, осторожно раздвинув пальцы. Вспышки не было — только назойливый писк панели. Он полностью убрал руку от лица и увидел на экране два крупных красных сообщения: КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ СИСТЕМЫ СВЯЗИ И НАВИГАЦИИ! ЗАПУСК ПРОТОКОЛА ЭКСТРЕННОЙ ПОСАДКИ! — Парни, советую получше закрепиться, — сказал он напряжённо. — У нас намечается мягонькая посадочка обратно на Хоксес. — Чего?! — одновременно воскликнули Гундар и Торвальд, моментально убирая руки от глаз. Они уставились на панель управления, не веря услышанному. Красные буквы предупреждений мигали на экране, подтверждая его слова. Бранд нахмурил брови: — Кажется, те двое хотят взять реванш... — Да ты шутишь? — Торвальд повернулся к нему. — Хоксес немаленькая планета, знаешь ли. Не думаю, что протокол посадит нас в то же самое место. Не посадит же... да? Он с надеждой посмотрел на Рунара. Рунар не ответил на вопрос. Вместо этого с крайне серьёзным и хмурым выражением лица сказал: — Проблема не в том, где мы окажемся. Проблема в том, что сбой системы связи означает полную потерю связи с центром управления. — Он сделал паузу, давая словам дойти. — Пополнение боезапаса не придёт. Мы всё истратили, когда сбегали от детонаторов. Пройдёт время, прежде чем они поймут, что капсула пропала, и начнут восстанавливать связь. А до того момента... нам придётся выживать самим. Он сделал паузу и добавил то, что должно было подбодрить: — К счастью, капсула, как и Молли, оснащена отталкивающим барьером. Поэтому даже без патронов сможем какое-то время продержаться. Вопрос — насколько его хватит. Торвальд коротко выругался: — Чёрт... так и норовят задержать нам пирушку. Все члены команды как можно крепче закрепились на своих местах, готовясь к посадке. Ждать пришлось недолго — капсулу резко тряхнуло. По какой-то причине вторая посадка ощущалась намного жёстче обычной. Корабль трясло так сильно, что казалось, будто он вот-вот развалится на части. Сначала можно было подумать, что это последствия экстренного протокола, а не плановой посадки, но разница не должна была быть настолько существенной. Впрочем, думать об этом было некогда. Дворфы что есть мочи вцепились в подлокотники сидений, ожидая, когда капсула наконец коснётся твёрдой почвы. Время тянулось мучительно долго. Постепенно тряска стала ослабевать, зато за бортом нарастал оглушительный рёв — словно они находились в непосредственной близости от работающего реактивного двигателя. И вот капсула с грохотом врезалась в землю. Удар. Тишина. Дворфы удивлённо переглянулись. Капсула не стала бурить дальше, как это обычно происходило. Она просто остановилась. За сотню миссий команда повидала многое, но с протоколом экстренной посадки не сталкивалась ни разу. Да и не особо хотела. Логика подсказывала: раз протокол экстренный, значит, капсула должна сесть прямо на поверхность, минуя долгое бурение. Быстро и эффективно. Но в этом крылась проблема. На выжженной поверхности Хоксеса не было пригодной для дыхания атмосферы. А это означало, что главной угрозой станет ограниченный запас кислорода в капсуле, а не орды глифидов. Дворфы осторожно отстегнули ремни и встали напротив главного шлюза. Рунар глянул на панель управления — датчики показывали на удивление достаточный уровень кислорода снаружи. Он нахмурился. Это могло означать только одно: они попали в одну из расщелин и сейчас находились где-то глубоко в недрах Хоксеса — там, где в пещерах имелся кислород. А где кислород — там и глифиды. Что ж, похоже, за сегодняшний день они потратили всю свою накопленную жизненную удачу. Рунар отвернулся от панели и громко выдохнул: — Кажется, мы угодили в расщелину, парни. Осталось надеяться, в каком именно секторе. Команда приготовилась. В любую секунду главный шлюз должен был открыться, раскрыв карты. Все надеялись на лучшее. Но как только шлюз с громким шипением распахнулся, все непроизвольно застыли в недоумении: — А? Перед их взором раскинулся совершенно незнакомый пейзаж. Не привычные виды пещер Хоксеса, а полупустыня с редкими участками растительности. Сверху всё это укрывала пелена серых облаков, медленно плывущих в одном направлении. Между ними изредка проглядывало солнце, отбрасывая скользящие тени на землю. В лицо дул лёгкий и освежающий ветерок. Команда несколько мгновений молча смотрела на открывшуюся картину, пока Торвальд не нарушил молчание: — Может кто-нибудь меня ущипнёт? Вдруг мы уже к Карлу на небеса отправились, и всё это ненастоящее? Гундар незамедлительно щипнул его за бок — да так сильно, что тот вскрикнул. — Эй! Можно было и полегче! — Чтобы точно убедился, что мы ещё в реальности, а не на небесах или во сне, — усмехнулся Гундар. Он снял свои жёлтые защитные очки и посмотрел на небо: — Хотя, глядя на такую картину, и правда не верится в происходящее. Я бы ещё мог предположить в безумстве, что это какой-то биом на Хоксесе... но голубое небо сверху сразу рушит эту догадку. Остальные тоже подняли головы, разглядывая небо и пышные серые облака. Как давно они в последний раз видели обычное небо? Наверное, ещё когда отчаливали из дома, устраиваясь на работу в Deep Rock Galactic. С тех пор прошло столько времени, что они почти забыли, каким прекрасным может быть самый обычный пейзаж природы. Пока остальные наслаждались видом, Рунар достал сканер и попытался найти последнюю установленную метку — ту, что он поставил во время миссии. Метки не было. Если она пропала, это означало, что вышла за радиус действия сканера. Они находились слишком далеко от той точки. К его удивлению, автоматическое построение голографической карты местности всё ещё работало. Правда, в данном случае это было не особо полезно — система проектировалась для работы внутри пещер, чтобы легко отслеживать найденные проходы и залы. На плоской поверхности она была практически бесполезна: из-за принципа работы и требований компании память устройства могла хранить лишь небольшую область, удаляя предыдущие данные при выходе за её пределы. Рунар недовольно почесал затылок и, убирая сканер, произнёс: — Парни, хоть эти виды и красивы, но проблема никуда не делась. Более того — она усугубилась. — Он сделал тон серьёзнее. — У нас нет связи с центром управления, мы находимся явно не на Хоксесе, и при этом без патронов и провизии, которую обычно не выдают на стандартные миссии. Хоть глифидов тут, вероятно, и нет, но нельзя исключать другую живность на этой планете. Которая вполне может оказаться враждебной. — Предлагаю начать двигаться в какую-то сторону в надежде, что мы что-нибудь да обнаружим, — бросил Гундар. — Этот вариант, конечно, нельзя исключать, но мы не знаем, какая тут может быть флора и фауна. — Рунар покачал головой. — Наша капсула хотя бы имеет какую-то защиту, с которой мы точно не пропадём на некоторое время. — Конечно, сразу отправляться куда-то далеко — не вариант, но как насчёт того, чтобы просто исследовать окрестности? — предложил Торвальд. — Можно для начала ограничиться зоной в радиусе действия наших сканеров. Бранд резко добавил: — Как бы вы ни волновались о безопасности, но не забывайте — у нас нет провизии. Без неё мы долго не протянем, поэтому нам в любом случае придётся исследовать местность, пока не наткнёмся на запасы воды и еды. Он бросил взгляд на окружающую природу: — К тому же, судя по виду, где мы оказались, воды здесь не в изобилии, по крайней мере там, где мы приземлились. Поэтому нужно найти для начала хотя бы её. Остальные замолчали, понимая, что ситуация серьёзная и требует немедленного решения. Торвальд задумался, а затем его взгляд упал на верхушку капсулы: — Давайте для начала я залезу на капсулу и осмотрюсь. Может, оттуда что-нибудь увижу. Не дожидаясь ответа, он достал крюк-кошку, метко зацепился за металлический уступ и ловко подтянулся наверх. Вскарабкавшись на самую верхушку капсулы, Торвальд поднялся в полный рост и осмотрелся. Перед ним простиралась бескрайняя полупустыня. Плоская равнина с редкими островками низкорослой растительности тянулась до самого горизонта. Искривлённые, почти голые деревья разбросаны тут и там небольшими группами — у большинства не было листвы, лишь у некоторых виднелась скудная зелень на ветвях. Высокая сухая трава кое-где росла небольшими пятнами, колыхаясь под порывами ветра. Над головой плыли серые облака, но их было недостаточно, чтобы полностью закрыть небо — между ними проглядывала голубизна, а солнце то появлялось, то пряталось, заставляя свет и тени играть на местности. Всматриваясь вдаль, Торвальд с удивлением не заметил ни одного живого существа. Ни птиц в небе, ни каких-либо животных на земле. Только бескрайняя пустошь и ветер. Он повернулся, осматривая местность с другой стороны. Планета явно не ограничивалась одной полупустыней — вдали он заметил, как ландшафт плавно переходил в густой лес. Там виднелись деревья с пышными кронами, резко контрастирующие с местной растительностью. В том лесу наверняка было озеро или ручей — там, где такая буйная растительность, должна быть вода. Торвальд уже собирался предложить направиться туда в первую очередь, когда его взгляд упал на противоположную сторону — туда, что находилась позади капсулы. Там, среди всё той же полупустыни, вдали у горизонта виднелись странные силуэты. Прямые линии. Острые углы. Явно рукотворные структуры, резко выделявшиеся на фоне природного пейзажа. — Парни! — крикнул он вниз. — Кажется, в той стороне есть что-то вроде зданий! Внизу раздались возгласы. — О, значит, на этой планете всё же кто-то живёт? — радостно произнёс Рунар, почесав бороду. — Видишь там людей? Или хоть какое-то движение? — выкрикнул Гундар. — Слишком далеко, — ответил Торвальд, вглядываясь. — Я едва различаю сами постройки. Детали не разглядеть. Гундар недовольно вздохнул, услышав ответ. — Тогда предлагаю не мусолить тут, а поскорее отправиться туда, — решительно произнёс Бранд. — Возможно, встретим того, кто сможет помочь нам в этой ситуации. Остальные согласно кивнули. Торвальд достал сканер, навёл его в сторону построек и отметил направление, после чего быстро спустился с капсулы. Мягко приземлившись, он бодро указал в нужную сторону, и команда отправилась к загадочным постройкам в надежде, что там им смогут помочь. Их ботинки глухо стучали по твёрдой, утрамбованной почве. Ветер свистел в ушах, принося запах сухой травы и пыли. Вокруг ни звука — только шорох ветра да скрип их снаряжения. Путь предстоял неблизкий.