Глава 8. Битва отрядов началась

Февраль пролетел и растаял, слившись в одно сплошное, смазанное пятно усталости. Каждый день был похож на предыдущий: изматывающие тренировки с лейтенантом Карром, чье имя стало для меня синонимом личного кошмара. Он, словно одержимый, выжимал из нас все соки, а мне и Ксейдену доставалось вдвойне. Наши печати, идеально противоборствующие, интересовали его больше всего. Хотя Ксейден и был на два года старше, моя печать жила во мне гораздо дольше, и исход наших схваток каждый раз висел на волоске, оставляя горький привкус напряжения и непредсказуемости. Но в этом аду был свой тихий, сокровенный рай. Единственное «но», ради которого я могла терпеть все это. Лиам. Каждый вечер он приходил ко мне в комнату, и мы засыпали вперемешку, его дыхание на моей шее, его тепло, отгоняющее холод базы и усталость. Он уже буквально жил здесь; его свитера стали моими, их запах — дымный, древесный и родной — смешался с запахом моей кожи. Ради этих тихих вечеров и утренних пробуждений в его объятиях можно было пережить что угодно. Март ворвался не весной, а новым витком стужи, обрушив на базу бессчетные футы липкого, мокрого снега. Каждое утро начиналось с его уборки на плацу — монотонной, леденящей руки работы под присмотром суровых сержантов. Утреннее построение проходило в привычной ледяной тишине, разбиваемой лишь хрустом снега под сапогами и голосом капитана Фитцгиббонса. Его руки, облаченные в перчатки, скользили по обледеневшему пергаменту свитка. —Шарла Гюнтер, — его голос был плоским, будто он читал список поставок, а не хоронил людей. — И Мушин Веди. Передаем их души Малеку. Тишина после этих слов показалась мне еще громче. Воздух вырвался из моих легких облачком пара. — Веди? — рядом со мной Вай Рианнон нахмурила брови, уже после того как строй распустили. Она щурилась от яркого, но не греющего мартовского солнца. Видимо, новость до нее еще не дошла. К моему сожалению, я стала свидетельницей того урока у Карра. — А ты не слышала? — вмешалась Тара, затягивая на шее тяжелый плащ с меховым подбоем. Ее глаза были серьезны. — Вчера его печать манифестировалась посреди занятия. Он не смог ее сдержать. Сгорел заживо. Вай побледнела, ее пальцы судорожно сжали край мундира. —Он… что, сам себя? Дотла? Тара лишь молча кивнула, избегая прямого взгляда. —Карр считал, что тот выдержит. Ошибочный расчет. Огонь вышел из-под контроля и… — она замолчала, не в силах подобрать слова. — Вспыхнул как спичка, — грубо, почти цинично, добавил Ридок, подходя к нам. Его взгляд, колкий и насмешливый, уперся в меня. — Небось, радуешься, что твоя печать еще дремлет, Сорренгейл? Можешь не торопиться с самосожжением. — «Дремлет» — это еще очень мягко сказано, — покачала головой Вай, переводя на меня взгляд, в котором читалось любопытство и доля упрека. — В отличие от тебя, Алисия, все здесь прошли через пробуждение. Как ты вообще это сделала? Когда? Вопрос застал меня врасплох. Я резко остановилась, будто наткнувшись на невидимую стену. Воздух снова стал ледяным, но теперь не из-за мороза. —Хм… — я отвела взгляд, глядя на заснеженные вершины далеких гор. — Это было очень давно. Мне было… двенадцать. Или тринадцать. — Двенадцать?! — Ридок свистнул, и его цинизм на мгновение сменился неподдельным изумлением. — В двенадцать лет? Серьезно? — Ну да, — тихо ответила я, и слова повисли в воздухе, тяжелые и зыбкие, как маревo. Вдруг я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от любопытных взглядов, от морозного ветра, от всего. Я пыталась вспомнить. Не просто факт, а тот день. Тот самый день, который навсегда разделил мою жизнь на «до» и «после». Картинки поплыли перед внутренним взором: нечеткие, обожженные солнцем, пахнущие пылью и страхом. День, когда все изменилось. Тихий, прерывистый голос Алисии звучал так, будто она снова переживала тот ужас. Вай и Ридок замерли, не смея пошевелиться. — В тот день Вейт улетела по срочному вызову. И строго-настрого запретила мне выходить из дома. — Я обхватила себя руками, пытаясь согреться, но холод шел изнутри. — Она говорила о какой-то угрозе, о мести... Но я была ребёнком. Я не понимала, что меня могут убить просто за то, что у меня есть Вейт. Я думала, она просто боится, что со мной что-то случится по дороге. Я выдохнула облачко пара, видя в нём то далёкое, знойное лето. — А мне так хотелось... к Фену. — Голос дрогнул на имени. — Просто дойти до их усадьбы, увидеть, как он улыбнётся своей сдержанной улыбкой и скажет: «Алисия, я рад тебя видеть». И всё. Потом пойду к братьям и мы начнем играть. Я замолчала, чувствуя, как подступает тошнота от воспоминаний. — Но на середине пути... из переулка вышли люди. — Я зажмурилась, словно могла их не видеть. — Их было трое. Пахло дешёвым табаком и сталью. Один... он схватил меня так, что синяки потом неделю не сходили. Набросил на голову мешок... Всё потемнело. Я задыхалась. Потом тряска повозки, их хриплые голоса... Они говорили, что будут ждать выкупа... или что-то вроде того. А потом... один сказал: «Зачем ждать? Уберём её — и её дракон выберет нас». Ридок застыл с открытым ртом. Вай прикрыла его ладонью, не в силах оторвать от меня взгляд. — Именно тогда... это и случилось. — Я посмотрела на свои ладони, словно видя на них не снежинки, а тот самый свет. — От страха... и ярости, что всё так закончится. Всё внутри просто... взорвалось. Ослепительная вспышка, жар... Крики. Запах гари и... плоти. Когда я смогла видеть... от них почти ничего не осталось. Только пепел на ветру. Я подняла на них глаза, полные старой, недетской боли. — Никому не пожелаю этого. Ни пробуждения в таком ужасе... ни осознания, что тебя в любой момент могут убить просто за то, что у меня есть дракон. Слава богу подошел командир и переключил тему. — Не прогуливаем, — упрекнул Даин, пронзив нас взглядом. — Остались считаные недели до Битвы отрядов, и чтобы победить, нам нужен каждый из вас. Имоджен фыркнула: — Брось, Аэтос, все знают, что у Второго крыла есть отряд в секции Хвоста, который сделает всех нас. Ни разу, что ли, не видел, как они проходят Полосу? Не сомневаюсь, они даже сейчас там, хоть все заледенело. — Мы победим, — с решительным кивком объявила Сианна, наш старший офицер. — Может, Сорренгейл и замедлит нас на Полосе… — она поморщила нос с горбинкой, — да и по части способностей, с ее-то темпами… — Ну спасибо. — Я сложила руки на груди. Зато закрываться я наверняка умела лучше их всех вместе взятых. — Зато навыки Рианнон все это компенсируют с лихвой, — продолжила Сианна. — И все мы знаем, что Лиам и Алисия истребят на матах любого. Остаются только летные маневры и то задание, которое придумают в этом году командиры крыльев. — О, всего-то? А я-то думал, будет сложно. — Сарказм Ридока заслужил тяжелый взгляд от Даина. — Вас осталось десять, — сказал Даин, оглядывая собравшихся. — Вместе с нами всего двенадцать, а значит, мы уже отстаем от пары других отрядов, но думаю, мы потянем На прошлой неделе мы потеряли двоих новеньких, когда на инструктаже у одного манифестировалась печать, и оба в секунды замерзли насмерть, чуть не утянув за собой Ридока. Его лечили от обморожения, но хотя бы инвалидом он не стал. Теперь от группы, которую перевели к нам после Молотьбы, остались только Надин и Лиам. — Но, чтобы справиться, вы должны учиться, — Даин поднял бровь, глядя на меня. — А ты — особенно. —Ненене, командир. Это не для меня. Спасибо за предложение, но я откажусь. — Сдавайся! — кричала Рианнон, пока всадник Второго крыла пытался ползти, растопырив руки и впиваясь в мат ногтями, а Лиам удерживал его ноги в захвате, выгибая хребет в невозможную дугу. Мое сердце колотилось как бешеное от лихорадочного возбуждения, ставшего главным спутником сегодняшних соревнований. Шел последний бой этого этапа Битвы отрядов — и толпа напирала на нас сзади, из-за чего приходилось прилагать все усилия, чтобы не вывалиться на мат. После двух мероприятий мы заняли седьмую строчку из двадцати четырех, но если победит Лиам, то перескочим на третью. Уголки моих губ дрогнули, вытягиваясь в беззастенчиво гордую улыбку. На площадке Лиам, поймав Микаэля на болевой, довёл приём до жёсткого, но чистого завершения. Раздался очередной щелчок, и противник, побелевший от боли, хлопнулся на колени. — Он молодец, — выдохнула я, и в голосе прозвучало нечто большее, чем просто одобрение. Это было обладание. Признание его силы, которая стала частью моей собственной. Рианнон, стоявшая рядом, ехидно косилась на меня, прищурив один глаз. —Ну конечно, молодец, — фыркнула она, но беззлобно. — Отхватила себе самого перспективного бойца на курсе. Сиди теперь да радуйся. Я лишь пожала плечами, не сводя глаз с Лиама, который отпустил Микаэля и теперь стоял, чуть подавшись вперёд, готовый к следующему вызову. Его грудь равномерно вздымалась, на лбу блестели капельки пота. —Я это и не отрицаю, — ответила я Рианнон, и моя улыбка стала ещё шире, наглая и счастливая. — Наоборот. Горжусь. И каждый день собираюсь этим наслаждаться. Лиам, будто почувствовав мой взгляд, обернулся. Его строгое, сосредоточенное лицо смягчилось, и он едва заметно кивнул мне, уголок его губ дрогнул в коротком, предназначенном только мне улыбке. Этого было достаточно. Ради такого взгляда можно было пережить и Карра, и все тренировки на свете. С очередным воплем Микаэль три раза ударил ладонью по мату — и толпа заревела. — Да! Вперед, Лиам! — кричал позади меня Сойер, и тот отпустил Микаэля, распластавшегося без сил на мате. — Мы победили! — Лиам бросился к нам, и меня смело сплетение объятий, воплей и торжествующих сослуживцев. Уверена, в этой куче-мале я видела даже Имоджен. — Наш победитель! — воскликнул профессор Эметтерио — его голос разнесся по залу и приглушил бушующую энергию, пока Лиам выбирался из сокрушительных объятий. — Лиам Майри из второго отряда секции Пламени Четвертого крыла! Лиам вскинул обе руки в знак победы и развернулся по кругу, и от радостных криков зазвенело в ушах — но в самом хорошем смысле. На мат вышел комендант Панчек, и Лиам вернулся к нашему отряду, обливаясь потом. — Я знаю, вы все ждали, что последняя часть Битвы отрядов пройдет завтра, но у нас с инструкторами для вас сюрприз. Теперь он завладел вниманием всех всадников до единого. — Вместо того чтобы сказать, каким будет ваше финальное, неизвестное задание и дать ночь на подготовку, мы начинаем его сей же час! — он ухмыльнулся, вскинув руки и победно обернувшись, прямо как Лиам. — Сегодня? — прошептал Ридок. — Даина нет. И Сианны.—Вайолет выискивала из взглядом. — Ох, дерьмо, — прошептала Имоджен, оглядывая толпу. — Как вы могли заметить, командиров ваших отрядов и их офицеров… скажем так, отстранили от действия вместе с командирами отделений и крыльев — и нет, пока кто-нибудь не сострил, ваша задача — не найти их, — он ходил по небольшому кругу, обращаясь ко всем кадетам по сторонам мата. — Вы разобьетесь на отряды и выполните сегодня вечером уникальную миссию без руководства и приказов старших. — А зачем нам вообще тогда старшие? — спросил кто-то с другой стороны мата. — Задача старшего — создать сплоченный отряд, способный закончить задание и после его гибели. Считайте своих лидеров… погибшими, — Панчек пожал плечами с беззаботной улыбкой. — Вы сами по себе всадники. А ваша миссия проста: найти и заполучить любыми средствами то, что принесет наибольшее преимущество вашему врагу на войне. Руководители выступят непредвзятыми судьями, а отряд-победитель получит шестьдесят очков. — Этого хватит, чтобы мы стали первыми! — прошептала Рианнон, взяв меня под руку. — Мы можем удостоиться чести быть отправленными на фронт! — А в каких пределах искать? — спросил кто-то справа. — Где угодно в стенах Басгиата, — ответил Панчек. — И даже не смейте приволочь сюда драконов. Они спалят вас от раздражения за такую самодеятельность. Ну прекрасно —Вейт, есть идеи? —Информация, самое важное на поле боя Отряд слева от нас разочарованно зароптал. — У вас… — Панчек достал карманные часы, — три часа, после чего мы ждем ваши похищенные сокровища в зале инструктажа. — Ну, чего мы ждем? — Панчек помахал на нас руками. — Пошли! И началась свистопляска. Вот что бывает, если лишить отряд командира. Мы превращаемся… в стадо. — Второй отряд! — закричала Имоджен, вскинув руку. — За мной! Сойер и Хитон проследили, чтобы никто не отбился, и мы последовали за Имоджен из спортзала в тренажерку. — Ты молодец, — сказала я Лиаму, еще переводившему дыхание. — Было эпично. — Ридок протянул ему флягу с водой, которую Лиам быстро осушил. — Пошли-пошли, — поторапливала Имоджен, глядя в проход. Быстро пересчитала нас по головам и закрыла дверь, заперев чарами. Я устроилась на скамье, с Сойером и Лиамом по бокам. — Первый вопрос. Кто хочет быть главным? — спросила Имоджен, оглядев нашу десятку. Ридок вскинул руку. Рианнон прижала ее обратно. — Нет, — покачала она головой. — У тебя все закончится дурацким розыгрышем. — Тоже верно, — пожал он плечами. — Лиам? — спросила Квинн, подняв брови. — Не, — он покачал головой, но тут же невольно глянул в сторону, выдавая истинную причину. — Сегодня меня никто убивать не станет, — возразила Вайолет Он повернулся обратно к Имоджен и снова покачал головой. —Кстати совсем наоборот Ви, хорошее время чтобы убить. — Ты и командуй, — предложила Рианнон, глядя на Имоджен. — Сюда же ты нас довела. Все согласно заголосили. — Эмери? Хитон? — предложила Имоджен. — Вы третьекурсники, это ваше право. — Нет уж, спасибо. — Хитон привалился спиной к стене. — Нет. Мы не просто так не хотели в главные, — добавил Эмери, сидя рядом с Надин. — А ты, Надин, не против пару часов слушаться Имоджен? Все повернулись к первокурснице, никогда не скрывавшей свою ненависть к меченым. Она заметно сглотнула, нервно оббежав нас взглядом. — Не против. — Ну и хорошо. — Имоджен сложила руки на груди — из-под рукава проглядывала ее метка восстания. — У нас уже меньше трех часов. Какие будут предложения? — Может, оружие? — сказал Ридок. — Баллиста в руках врага будет смертельна для любого нашего дракона. — Великовата, — решительно отрезала Квинн. — У нас есть только одна, в музее, да и, если честно, смертелен не снаряд, а сама пусковая система. — Дальше? — Имоджен по очереди смотрела на каждого. — Можно стырить панчековские трусе… — начал Ридок, но Рианнон зажала ему рот. И я рассмеялась от души. — Вот почему мы не взяли тебя главным, — подняла она бровь. — Ну давайте, ребят! Думаем! Что полезнее всего для врага? — Лоб Имоджен наморщился, бледно-зеленые глаза полыхнули. — Знания, — одновременно ответили я и Лиам. Мы переглянулись и улыбнулись — Вайолет, может, украдем новостные сводки из библиотеки? Которые с фронта? — Время сейчас после семи. Библиотека заперта, и ее не вскрыть даже магией. Там все наглухо запечатано на случай пожара. — Проклятье, — вздохнула Имоджен. — Славный был вариант. Весь зал заговорил разом, один голос перекрывал другой, набрасывая предложения. — Что надумала, Сорренгейл? — спросила Имоджен — и ребята затихли. — Я же слышу, как у тебя в голове скрипят шестеренки. — Да ерунда, наверное, — я глянула на остальных. Но вдруг не ерунда? — Давай вперед, рассказывай! — приказала Имоджен. — Серьезно, это безумие. Типа того — невозможное безумие. Нас всех отправят на гауптвахту, если поймают, — Вайолет прикусила язык раньше, чем сказала больше. Но было поздно — глаза Имоджен уже сверкали от любопытства. — Давай. Признавайся. Рассказывай, — отчеканила она. — Мы же можем пользоваться силой, да? — Любыми средствами, — с кивком повторил Хитон. Боже, я думаю нам всем пизда —И правильно думаешь, тем более с тем фактом, что это придумала всадница Тэйрна. К твоему сожелению она слишком рискованная и умная —Пожелай мне удачи — Ну и вот,я знаю, что Ридок управляет льдом, Рианнон может получать вещи, Сойер — манипулировать металлом, Имоджен — стирать недавние воспоминания… А Алисия, заклинательница солнца. — Хитон, а ты? — спросила я. — Под водой дышу, — ответили мне. — Шикарно, хотя это нам вряд ли здесь поможет. Эмери? — Я контролирую ветер, — он усмехнулся. — Много ветра. — Квинн? — Астральная проекция. Тело остается в одном месте, а я разгуливаю в другом. У меня отвалилась челюсть, как и у половины отряда. — Знаю-знаю, довольно круто. — Она подмигнула, собирая волосы в пучок. — Вот оно. Это точно поможет. Ох, это не к добру. Вообще не к добру — Что ты там придумываешь, Сорренгейл? — поторопила Имоджен, заправляя короткий локон с необритой стороны головы за ухо. — Вы сейчас скажете, что я свихнулась, но если у нас получится, то мы сто процентов победим. — И? — Мы вломимся в кабинет моей матери. Я вслух рассмеялась —А ты мне нравишься с каждым днём всё больше и больше малышка Ви — Какая ты, блин, стремная, — поежился Ридок через два часа, отстраняясь от Квинн — вернее, астральной формы Квинн. Ее тело сейчас находилось под охраной Хитона в тренажерке. Все остальные крались по коридорам мимо квадранта целителей. Мы уже наткнулись на отряд из Второго и другой — из Третьего, но времени на расспросы или стычки ни у кого не нашлось. — Никогда не заходил дальше, — сказал Эмери у последней двери в квадранте целителей. — Никогда не был даже в библиотеке? — спросила Имоджен. — Бегу от этих дежурств как от чумы, — ответил Эмери. — Писцы меня пугают. Молчаливые, все знают, ходят с таким видом, будто могут тебе всю жизнь сломать, только что-то настрочив. — Пехота все еще в лагере, — Рианнон показала в окно на десятки костров, озаряющих поле под нами. — Неплохо им, наверное, отдыхается, — заметила Надин, но я не услышала уже привычного заносчивого тона — только ту же усталость, которую, наверное, чувствовали мы все. — Писцы на лето разъедутся по домам. Целители проводят выходные в храмах здоровья духа и тела, а пехота, может, и спит под снегом посреди зимы, но хотя бы у костра. — Мы тоже поедем домой, — возразила Имоджен. — После выпуска, — сказала Рианнон. — И на сколько? На пару дней? — Теперь пути назад нет, — сказала я всем, глядя на винтовую лестницу, по которой поднималась так часто, что знала каждую ступеньку как родную. — Веди! — приказала Квинн — и мы подскочили от неожиданности. — Тссс! — прошипела Имоджен. — Кое-кого из нас могут и поймать. — Точно. Простите, — пристыженно поморщилась Квинн. — Только помните план, — прошептала Вайолет и посмотрела на меня. — Никому от него не отклоняться. Никому . Я фыркнула, а Лиам усмехнулся. — Шесть пролетов наверх. Наконец мы поднялись наверх, и Лиам посмотрел на меня и я кивнула, а после он выглянул в коридор. Все остальные удивлённо на нас посмотрели — Магические огни на стенах, — прошептал он. — И ты была права, — он спрятался обратно. — Только один охранник у двери. — А свет под дверью? — тихо спросила я. — Нет, — он повернулся к Квинн. — Охранник под семь футов ростом и спортивного вида. Другая лестница — дальше по коридору слева, а значит, ты должна привлечь его внимание, а потом валить. Квинн кивнула: — Без проблем. — Все знают, что делать? — шепотом спросила Вайолет, её голос был напряженным и собранным. Девять теней в полумраке ответили почти синхронными кивками. Лунный свет скользил по напряженным лицам, выхватывая блеск глаз и сжатые челюсти. — Тогда вперед. Квинн, ты первая. Остальные, затаитесь, чтобы он нас не заметил, если посмотрит в эту сторону. Квинн, гибкая и бесшумная, уже сделала полшага вперед, готовясь слиться с темнотой, но моя рука легла ей на запястье. — Стой, — мой голос прозвучал тише шелеста листьев, но с такой железной интонацией, что все замерли. — Я сама сделаю. Шесть пар глаз удивлённо уставились на меня в полумгле. Лишь двое — Лиам и Имоджен — молча переглянулись и едва заметно закатили глаза. Они уже видели, на что я способна, и знали, что спорить бесполезно. — Алисия, не надо, — тихо, но настойчиво попыталась возразить Вай. — Ты тут не поможешь... Её слова повисли в воздухе, потому что в следующий миг я перестала быть просто девушкой в темноте. Моё тело сжалось, превратилось в чистейшую, ослепительную точку света — крошечную и невероятно яркую, будто на мгновение вспыхнула новая звезда. Не успел кто-либо моргнуть, как я исчезла. И появилась. Прямо за спиной ничего не подозревающего охранника. Не было звука шагов, не было всплеска энергии — лишь тихий шелест сместившегося воздуха. Моя рука, окутанная призрачным свечением, молниеносно и точно опустилась на его шею чуть ниже затылка. Короткий, подавленный выдох, и его тело обмякло, прежде чем он успел понять, что что-то не так. Я мягко подхватила его, не дав рухнуть на камни мостовой, и бесшумно опустила на землю. В темноте воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь далеким гулом города. Я обернулась к своей ошеломленной команде и едва заметно кивнула. Готово. Вайолет охнула, а Имоджен подбежала и использовала свою печать. И мы зашли в кабинет