Интерлюдия Викки Донован

      Только оказавшись за дверью дома ведьмы, Викки вздыхает с облегчением. Больше нет того тянущего чувства, что буквально засасывало её на ту сторону. И обязательства, данные той стрёмной ведьме, больше не сковывают её по рукам и ногам. Она может остаться. Остаться в этом мире так, как и хотела. Пусть и чувствует те запреты, что простыми словами навешала на неё эта Ида.       Долго торчать перед домом этих высокомерных выскочек она опасается. Ведьмы отнюдь не добрые волшебницы, та сторона хорошо научила её этому. Но куда пойти бедному призраку?       Только домой.       Правда, там Мэтти, и он вряд ли будет рад ей после того, как она огрела его по голове. Но брат всегда был мягкотелым, она уверена, он простит её.       Идя по ночному Мистик Фоллс, Викки наслаждается свободой. Раньше она была привязана к тем, кто вспоминал её, сейчас же может идти куда захочет. Правда, чаще всего вспоминал о ней как раз Мэтт, к которому она и идёт. До чего же странно.       К выкрашенному в жёлтый дом она подходит только к рассвету. Торопиться ей было теперь некуда.       Мистер Хелпер, сосед справа, что любил подглядывать за тем, как она переодевается, старый извращенец, украдкой выглядывает из своей двери, словно чего-то опасаясь. Его взгляд проходит сквозь неё, и Викки это не нравится, ещё больше ей перестает это нравиться, когда этот козел почти бегом добирается до их мусорных баков, чтобы закинуть туда свои мешки.       — Эй! Ты, старый… — решительно произносит Донован, подходя к соседу, чтобы высказаться, и замолкает, когда тот, резко развернувшись, проходит её насквозь. Мистер Хелпер явно не видит и не ощущает её присутствия. Это пугает ее.       В панике Викки бежит в дом и, машинально хватаясь за ручку входной двери, вполне успешно её открывает. Сама собой открывшаяся дверь пугает старого козла, и тот с удивительной прытью возвращается к себе домой.       Девушка бы порадовалась бы этому, если бы в следующее мгновение её рука не перестала ощущать материальность той самой ручки и двери заодно тоже. Её ладонь преспокойно погружается в дверное полотно и проходит насквозь, не ощущая никакого сопротивления.       Оказавшись в доме, она безуспешно пытается закрыть приоткрытую дверь и даже не обращает ни на что другое внимание, пока…       — Ты что здесь делаешь, Викки?! — недовольный голос Мэтта прерывает её попытки вновь ощутить материальность двери.       — Я знаю, ты злишься на меня, Мэтти, — обернувшись к брату, Викки быстро натягивает привычное уже невинное выражение лица, — но я всё могу объяснить…       — Что объяснить? Что ты пыталась убить Елену? Или то, что чуть не убила меня? — складывает на груди руки парень, в недовольстве смотря на сестру.       — Далась тебе эта Елена! — раздраженно закатывает глаза Викки, — Пора бы уже отпустить её…       — Речь не о моих отношениях! Ты пыталась убить нас, Викки! — возмущенно перебивает её брат и, подходя к стационарному телефону, решительно добавляет: — И я позову сюда Бонни, чтобы она отправила тебя обратно, пока ты не повторила попытку.       — Нет, ты не сделаешь этого, — кричит в бессильной ярости девушка, всплеснув руками, и аппарат, к которому протянул руку Мэтт, буквально взрывается. Парень испуганно отшатывается от летящих в него шрапнелью осколков. А Викки чувствует, как её окончательно покинули силы. Она еще никогда не чувствовала себя такой опустошенной и немощной.       — Викки? — обернувшись, брат смотрит мимо неё и, оглядываясь по сторонам, повторяет: — Викки?!       — Мэтт! Я здесь! — устало произносит она и понимает: — Ты не видишь меня…       Брат её не видел и спокойно прошёл прямо сквозь неё, вначале обходя весь дом, потом собираясь в школу. Она же устало зашла в свою комнату, не изменившуюся с тех пор, как она умерла, и растянулась на своей кровати. Сил не было.       Почти.       Викки заметила, что, когда Мэтт проходил сквозь неё, тяжесть, что навалилась на неё, когда она взорвала телефон, стала меньше, совсем чуть-чуть, но стала. Не составило труда сложить всё произошедшее и понять зависимость, а потом и опробовать на так удачно вновь подвернувшемся мистере Хелпере.       Её силы восстанавливались от взаимодействия с живыми!       На радостях она немного попугала старого извращенца, но недолго, это отнимало и так невеликие силы. Вернувшись домой, она успешно включила телевизор и даже успела найти что-то интересное, как вернулся Мэтт. И не один.       — Она здесь! Ты видишь её? — обращаясь к заходящей следом Бонни, мрачно спрашивает Мэтью.       — Да, — уверено произносит ведьма, смотря четко на вскочившую с дивана Викки. И начинает раскладывать свои колдовские штучки прямо посреди гостиной.       — Нет, Мэтт, ты не сделаешь этого! — умоляюще произносит Викки, прекрасно понимая, к чему всё идет. Она пересекает комнату и, пытаясь встряхнуть брата, проходит сквозь него. — Останови её!       Беннет, не теряя времени, садится на пол и в окружении вспыхнувших свечей начинает читать заклинание. А её брат просто укоризненно качает головой в ответ на все ее слова и действия. К ведьме Викки соваться опасается, не лучший опыт общения с такими, как она, велит ей не подходить.       — Бонни? — обращается к подруге Мэтт, видя, что ничего не происходит, его сестра лишь замерла на месте.       — Заклинание работает, она здесь только из-за тебя, — говорит ведьма в перерыве между начитыванием чар.       — Мэтт, пожалуйста, не надо, — просит Викки. Она отчаянно не хочет возвращаться назад во тьму.       — Я не могу позволить тебе остаться, не такой ценой, не ценой жизни Елены, — качает головой парень, помня то, что сестра говорила о своей сделке с мертвыми ведьмами.       — Но мне больше не нужно убивать Елену! — кричит в панике Викки. — Прошу, не изгоняй меня.       — Я должен. Это неправильно, ты не должна быть здесь! — отчаянно произносит Мэтт. — Прощай, Викки.       Свечи вокруг Беннет вспыхивают, и та прекращает колдовать. Но ничего, кроме прогоревших свечей, ровным счетом не изменилось.       — Бонни? — со слезами на глазах уже мысленно попрощавшийся с сестрой зовет ведьму Мэтью.       — Я не знаю, что происходит, — устало признаётся Бонни. — Заклинание свершилось.       — Но Викки все еще здесь, — замечает в ответ Мэтт.       — Вижу, — раздраженно признает Беннет. — Надо попробовать что-то другое.       Викки же почти радостно выдыхает оттого, что её изгнание откладывается. Но радость была недолгой. Бонни не смогла отправить её обратно на ту сторону, но ей удалось запереть Викки в доме.

***

      На следующий день Мэтт опять приводит с собой Бонни, теперь на пару с Кэролайн Форбс. Те опять пытаются её изгнать, и опять безуспешно. Ей даже становится интересно, что та ведьма… Ида сделала с ней, ведь именно она не дала утянуть ее на ту сторону.       Как Викки поняла из их разговоров, завеса между миром живых и той стороной повредилась или что-то вроде того и начала пропускать мертвых. Они думали, что все дело в ней, в её появлении и том, что Беннет не удалось её изгнать. Мэтти пытается узнать у неё хоть что-то, что она может знать о происходящем. Но стоит Викки открыть рот, как горло сдавливало крепкой хваткой, заставляя молчать.       Она не могла ничего рассказать о тех ведьмах.       Поняв, что от нее помощи не дождаться, вся компания покидает дом, что стал клеткой для Викки.       По рассказу Мэтта, вернувшегося заполночь тем же днем, на помощь к Бонни пришла её бабушка или еще кто, и они смогли восстановить завесу. Вот только Виктории на той стороне места уже не было. Как его не было и на этой, но теперь она здесь.       Идут дни, недели.       Викки удаётся уломать брата, чтобы тот обратился к Беннет, и ведьма её освободила. Дом перестал быть ловушкой для неё, таковой для неё стал весь город.       Она не может покинуть Мистик Фоллс дальше чем на пару миль от его границ. Не может общаться ни с кем. Не принадлежащие сверхъестественному миру люди, кроме Мэтта, что, как объяснила ведьма, связан с ней кровью, просто не видят её, если она не прилагает к этому должных сил. Но силы у неё нет.       Викки ворует её у всех, кого видит, просто проходя сквозь них. Простые горожане дают лишь каплю. Бонни почти размазала её по стене, когда она попыталась провернуть с ней этот трюк. А вампиры слишком быстры и, почуяв неладное, просто уходят от её воздействия.       Тайлер, поначалу обрадовавшийся ее появлению и даже поссорившийся из-за этого с Кэролайн, вновь быстро потерял к ней интерес. Даже Джереми, вечно крутившийся вокруг и уверявший, что готов на всё ради нее, вернувшись в город спустя кучу времени, попросил оставить его в покое.       Накопленное кончается очень быстро, а пополнение лишь напоминает, в каком жалком положении она теперь находится. И вынуждена наблюдать за проходящей мимо нее жизнью.       Когда-то она мечтала сбежать из Мистик Фоллс. Умерев, мечтала хоть и призраком оказаться вновь среди живых.       Кажется, все её мечты оборачиваются против неё, и сейчас она не знает, стоит ли о чем-то мечтать…