Привет из прошлого

      Утро субботы выдалось для Стайлз ленивым, вчера она наконец познакомилась с тётей Иды. Элис — моложавая женщина лет сорока, сорока пяти, была воплощением «бизнес-леди». Она накормила их ужином в «Мистик Гриль», где с уверенной хваткой дельца выведала у неё всё, что Стилински хотела и то, чего не хотела о себе рассказывать.       Не то чтобы она проговорилась о чем-то лишнем, нет. Просто Стайлз открылась несколько больше постороннему, по сути, человеку, чем сама того желала, это и настораживало, и восхищало ее. Да, у неё была некая слабость перед умными и уверенными в себе людьми, женщинами в основном. Они ее восхищали, она хотела быть такой же. Такой же, как Элис, которую встретила вчера, или такой же, как Лидия, которую она знала всю жизнь. Прекрасно понимая, что за идеальным фасадом может скрываться далеко не идеальное нутро, она не могла от этого восхищаться меньше.       Спустившись на пустую кухню, Стилински, как всегда, находит записку на холодильнике от тёти Бетт. У неё был очередной эксперимент в самом разгаре, и на этих выходных дома её можно было не ждать. Заправив и включив кофеварку, Стайлз открывает холодильник, чтобы достать остатки лазаньи, которую они готовили в четверг на пару с Идой. Фейн отдала ей большую часть с собой, ссылаясь на то, что их с Бетт хотя бы двое, и сейчас это как никогда кстати. Желание готовить что-то в одиночку после смерти отца её все еще не посещало, а хлопья на завтрак надоели ей ещё в Бейконе.       Звонок в дверь застаёт её с вилкой в одной руке и противнем с лазаньей в другой. Аделаида все выходные должна была провести со «своей» тётей Элис, у Бетт есть ключи, а больше к Стайлз никто не мог прийти. Может, какие-нибудь «Свидетели Иеговы», с подозрением смотря в сторону входной двери, от которой вновь раздаётся звонок, думает Стилински. И всё-таки оставляет свой завтрак на столе вместе с вилкой, чтобы узнать, кому скучно в субботу в половину двенадцатого дня.       Подтянув чуть сползшие хлопковые штаны, в которых она спала, Стайлз всё-таки доходит до входной двери к началу третьего звонка, который явно намекает, что попасть определенно хотят именно сюда. Может, это знакомые Бетт, которые решили сделать сюрприз, думает она, открывая дверь. Чтобы тут же ее захлопнуть.       — Стайлз! — знакомый голос определенно подтверждает, что ей не привиделось.       — Хей, Кора, — открыв дверь и в приветствии махнув рукой, произносит Стилински, облокачиваясь на дверное полотно и загораживая проход в дом, — когда я писала «заглядывай как-нибудь» и отправляла тебе этот адрес, я не имела в виду «и захвати с собой своего вечно хмурого брата».       Чувствуя, как ее губы растягиваются в неестественной улыбке, которую все больше перекашивает в ухмылку, она старательно смотрит только на младшую Хейл.       — И тебе привет, Стайлз, — мягко улыбается Кора, но в ее тоне легко читается укор. — Впустишь нас?       — Ладно, — закатив глаза и отойдя в сторону, Стилински открывает дверь пошире. — Что привело вас в Мистик Фоллс? Только не говорите, что соскучились по мне… Хотя тебя, Кора, я и рада видеть.       Дерек в своей привычной молчаливости заходит следом за сестрой. Будь Кора одна, она была бы действительно рада ее видеть. За тот короткий период времени, что они провели вместе в Бейкон-Хиллс, они не успели стать подругами, о нет, конечно же нет. Слишком закрытыми были они обе. Слишком любили свой статус-кво, чтобы расточать улыбки и бросаться в объятья к первым встречным. Да и не чувствовала Стайлз к кому-либо такой тяги, как к Аделаиде. Та будто солнышко, что вдруг озарило ее мрачный мирок. Сравнение, конечно, так себе, но что-то в нём все же было, и другого Стилински придумать пока не могла, как и разобраться в этой спонтанной привязанности. Но с волчицей они все же нашли достаточно много тем для общения и даже после того, как обе покинули родной город они его не прервали.       — О, у тебя кофе? — замечает Кора, проходя на кухню, хотя наверняка учуяла его ещё у входной двери.       — Хотите? — скорее машинально спрашивает Стайлз, чем желая быть гостеприимной хозяйкой.       — Мы не откажемся, — присаживаясь за стол, уверяет младшая Хейл, с нажимом добавляя: — Правда, Дерек?       Её брат в своей манере, закатив глаза и упорно строя морду так, словно он вот вообще не понимает, зачем они здесь, и садясь за стол рядом с сестрой, мрачно роняет:       — Правда.       Стилински, радуясь, что заправила в кофеварку, как и всегда, всего и побольше, разливает ароматный напиток по кружкам. А расставив их перед нежданными гостями, задает вопрос, прежде чем занять свободный стул напротив брата и сестры:       — Так зачем вы здесь? Что за ветер занёс вас в Вирджинию, да ещё и в этот город?       — Прошёл слух, — перед тем как открыть рот и начать говорить, Кора выразительно посмотрела на своего старшего брата, видно ожидая, что тот начнет, но Дерек, как и всегда, хмуро молчал. — Что в этом городе поселилась стая. Решили проверить.       — Это бы многое объяснило, — хмыкает себе в кружку Стайлз и, размышляя, кто бы мог быть в этой стае, добавляет: — Только будьте осторожны, здесь обитают вампиры. Не уверена, но в фильмах вы обычно враждуете.       — Вампиры?! — удивленно восклицает Кора, пропуская последнюю реплику мимо ушей и ставя свой кофе, что только собиралась отпить, обратно на стол.       — А ты откуда знаешь? — с подозрением подает голос Дерек, впившись взглядом в Стилински. — Опять влезла, куда не просят?       — Влезла я куда-нибудь или нет — не твое дело, — в тот же миг огрызается Стайлз.       — Ну ты же любишь лезть в мои, — хмыкает в ответ Хейл.       — Не лезла, если бы ты не приезжал туда, где я живу, и не выглядел так… — раздраженно выпаливает Стилински, маша в сторону Дерека рукой, и, понимая, что начинает нести что-то не то, ещё более раздраженно, но уже и на себя, бросает: — …так подозрительно.       — Так! Брейк! — вскочив со стула и подняв руки вверх, произносит Кора. И, видя, что привлекла внимание, тише продолжает: — Вампиры, значит? Ну, мы здесь надолго не задержимся…       — Прочешем лес днем, — как готовый план к действию постановляет Хейл. — Свет солнца их убивает, так что они страшны только ночью. Которую, если ты не против, — ехидно протягивает Дерек, смотря на Стайлз, — мы проведем здесь.       — Ладно, — не то чтобы у неё дрогнула рука или ещё что-то в этом роде, выстави она Хейла в ночь на улицу. Но Кора ей нравилась, и смерти от клыков и когтей вампиров, или что у них там есть, Стилински ей определённо не желала. — Но только на эту ночь, — продолжает Стайлз, — завтра вечером из колледжа возвращается тётя Бетт. И если насчет тебя, — махнув в сторону младшей Хейл, — она против не будет, то объяснять его присутствие здесь я не хочу.       Озвучив это, она видит до боли знакомые закатывающиеся глаза на лице напротив. Его видеть, не только здесь и не только лицо, а всего Дерека в целом, она не хотела. И дело было не только в последней его подружке-маньячке, хотя по большей части да, в ней. Но и в том, что этот придурок променял её, Стайлз, на эту маньячку. Никто. Даже Скотт! Не знал, что между ними было. Да и сама Стилински уже не была уверена, что всё это было на самом деле. Осталось только гадостное чувство разочарования, а ещё раздражение при виде знакомой рожи.       — Не придется, — как и почти всегда, когда они общались, мрачным тоном уверяет её Хейл, — завтра после обеда, если мы ничего не найдем, мы уедем.

***

      На поиски в лес, не то чтобы она рвалась побродить по пересечённой местности в поисках мохнатых, её, конечно же, никто не взял. Оставшись дома в одиночестве, Стайлз понимает, что остатков лазаньи и ей-то на эти выходные хватило бы в притык, а тут еще двое, прямо-таки с волчьим аппетитом. Долго размышляя заказать пиццу или сходить за едой на вынос в «Гриль», в итоге она собирается и едет в продуктовый.       Мама никогда по-настоящему не учила ее готовить, сложнее нарезки салата она ей ничего не доверяла, и Стилински, будучи мелкой девчонкой, не сильно по этому поводу расстраивалась. Только оставшись вдвоём с отцом, Стайлз погрузилась в мир кулинарного искусства, хотя её потуги и спустя столько лет практики сложно было называть искусством. Первые попытки что-либо приготовить, конечно же, были провальными. Чего стоит хотя бы тот день, когда она впервые решила пожарить мясо, тогда к ним дважды вызывали пожарных. Первый раз соседи, когда увидели валивший из окна кухни дым, а второй раз отец, приехавший узнать, для чего на их адрес вызывали пожарных, и заставший «вторую попытку».       Со временем, конечно, и мясо ей тоже покорилось, любви к готовке у неё не зародилось, но не сжигать кухню в процессе она научилась. И даже начала находить в этом что-то сродни медитации, что очень помогало, когда отец уходил в ночные смены, а она как раз узнала о существовании не только ведьм, но и оборотней, да еще и поселившихся прямо в их городе.       К обеду Стилински Хейлов не ждет, те собирались прочесывать местные леса и успеть до ночи. А она изучала карты и знает, что лесные массивы вблизи города никак не меньше заповедника в Бейкон-Хиллс. Они при всем старании не успеют за несколько часов даже по периметру все обойти.

***

      Увлёкшись готовкой и старательно гоня прочь из головы мысли о Дереке, когда он был неизвестно где, это делать было гораздо проще, чем сейчас, зная, что он в городе, Стайлз осознала, что натворила, только под вечер.       — Вот черт, — осматривая накрытый стол на кухне, что подсознательно напоминал ей об их первом и единственном «свидании». Тогда она тоже сделала салат и стейк, просто потому что не знала, чем кормить волка, чтобы ему понравилось, как не мясом. Не хватает только вина и цветов, да третья тарелка с приборами лишние, и было бы точь-в-точь.       Судорожно размышляя, успеет ли она до возвращения Хейлов не только заказать пиццу, но и избавиться от мяса, а главное, от его запаха, Стайлз понимает, что поздно. Звонок в дверь прерывает её мысленные метания, что вот-вот должны были перерасти в самые настоящие.       — Ладно, спокойно, — закрыв глаза и с силой потерев лицо, Стилински пытается себя успокоить, но получается плохо, и ей плевать, что её сейчас прекрасно слышно там, на улице, — просто переживем эту ночь…       Явно поторапливающий звонок заставляет начинающую ведьму пожалеть, что она не знает какого-нибудь противного проклятья, что можно наслать на звонившего. Да и в принципе не знает ни одного, даже самого жалкого проклятья.       — Прости, что прервал твои разговоры с самой собой, — ехидно ухмыляется ей Дерек, стоило только открыть дверь, и Стайлз, конечно же, только мысленно, вслух она этого никогда не сделает, умоляет его вернуть на место его любимую угрюмую рожу, — но стоять здесь довольно скучно.       — Так зашел бы, не закрыто, раньше тебя даже закрытые двери мало останавливали, — хмыкает в ответ Стилински и, смотря за спину Хейла, уточняет, не спеша его впускать в дом: — А где сестру потерял?       — Она решила, что стоит тебя чем-то задобрить, ведь мы приехали без предупреждения, — отвечает Дерек, заходя в дом. — Скоро будет.       — Ладно, проходи, — Стайлз делает шаг назад не потому, чтобы дать Хейлу пройти, места на самом деле было навалом, а чтобы быть от него подальше, ей все еще, даже спустя несколько месяцев, было некомфортно, — только не чувствуй себя как дома.       — И не собирался, — хмыкает в ответ оборотень, прямой наводкой идя в сторону кухни, и Стилински хочется провалиться на месте. То ли Дерек откопал где-то совесть, то ли сочувствие к ней, но он никак не комментирует меню сегодняшнего ужина. Вслух. Его взгляд более чем выразителен, как, впрочем, и всегда.       Наступившая тишина давит на Стайлз, как многотонный груз, она почти физически ощущает это. Голову заполняют разрозненные мысли, как в самые худшие моменты, словно в сочетании передоза аддеролла и накрывающей паники. Будь у неё такая способность, она бы уже вышла бы из собственного тела, лишь бы быть не здесь.       Трель звонка прерывает это ужасное состояние.       — О, благодарю тебя, господи! — восклицает девушка, радуясь, что этот неловкий момент, когда она в молчании встретилась взглядами с Дереком, прервали. Ей кажется, она бы и землетрясению, или концу света, или чему угодно бы обрадовалась, случись они сейчас.       Рывком развернувшись, Стайлз возвращается в холл, чтобы открыть Коре дверь. Волчица с тортом и бутылкой вина неловко улыбается, наверно, от услышанного возгласа, но Стилински плевать, она была и в более неловких ситуациях, пять минут назад, например.       — Не стоило, Кора, — вполне дружелюбно улыбается Стайлз, впуская младшую Хейл в дом и кивая в сторону кухни. — Проходи, давай ужинать, пока не остыло.       — Алкоголь, Кора? — тоном старшего брата произносит Дерек, видя набор покупок, что принесла его сестра.       — Да брось, Дерек, — фыркает в ответ волчица, — оно слабенькое, для нас почти как сок. А Стилински мы нальем немного.       С Корой за столом и после глотка действительно лёгкого вина Стайлз не чувствует, что её отпускает, но былое напряжение определённо идёт на убыль. Она всё ещё чувствует неловкость, видя напротив молча разрезающего свой стейк Дерека, и потому смотрит исключительно на младшую Хейл, с ней же и заводит разговор.       — Как тебе леса Мистик Фоллс? Нашли собратьев? — спрашивает Стилински не из любопытства, а чтобы разбить царившую за столом тишину. Хотя кому она врет, ей, черт побери, интересно.       — Нашли стоянку, давно покинутую, — а вот отвечает ей Дерек, на которого она старательно не смотрит, но не может не отслеживать его действия, а тот обращается скорее к сестре, чем к ней, словно поддерживая её игру в игнорирование. — Даже следа запаха не осталось. Так что, думаю, нам следует ехать дальше.       — Да, волки здесь определенно были, — говорит Кора, переводя взгляд со Стайлза на брата и обратно. Она явно ощущает напряженную обстановку между ними и не знает, как реагировать. И потому просто пускается в немногословный рассказ об их поисках, игнорируя выразительные и предупреждающие взгляды Дерека.

***

      — Что у вас с моим братом? — Кора не выдерживает и все же задает вопрос в лоб. Они вместе со Стайлз как раз остались условно одни, застилали диван для Дерека в гостиной, где ему предстояло провести ночь, пока тот принимал душ. Видя, как мнется Стилински, старательно отводя от неё взгляд и кося куда-то вверх, волчица уверяет её: — Вода шумит, и мы далековато, а он не альфа и не должен нас услышать. Признавайся.       — Ты же знаешь нашу историю? — думая, как съехать с темы, уточняет Стайлз. — Я сдала его моему отцу-шерифу, обвинив в убийстве вашей старшей сестры Лоры, — тщательно заправляя простынь в диван, говорит она. — Потом он от него же прятался у меня в комнате и…       — Ближе к сути, Стилински, такое напряжение не возникает после пары неоднозначных моментов, — играя бровями и параллельно взбивая подушку, прежде чем кинуть её на диван, замечает Кора.       — Да у нас было что-то типа свидания, и мы переспали, — быстро выпаливает Стайлз в ответ, расправляя одеяло, — а потом он со словами что-то вроде «ты достойна лучшего» променял меня на… Дженнифер.       Выплюнув последнее имя со всем презрением, что накопилось в ней, Стилински несмело поднимает взгляд на младшую Хейл, не зная, что именно боится увидеть. Но видит лишь сочувствие.       — Оу. Жаль, конечно, что у вас ничего не вышло, — явно подбирая слова, произносит Кора, — но, с другой стороны, если вспомнить, что случается со всеми его женщинами…       — Ну да, — задумчиво протягивает Стайлз, — в какой-то мере мне даже повезло.       Шум от воды наверху прекращается, и они больше ничего не говорят на эту тему. Как хозяйка, Стилински пропускает гостью в душ первой, а сама пока доставала для неё спальник. Тот долго искать не надо, Аделаида часто ночевала у неё, и его просто не было смысла далеко убирать.       Она знает, что кроме льющейся воды в ванной в доме царит тишина и что Хейл наверняка слышит всё, что она делает. Не то чтобы Стайлз думает, что он таким образом специально следит за ней, нет. Волчий слух и все дела, у Дерека просто особых вариантов-то нет, но ей от этого не легче. Стилински ждет окончания выходных как никогда, как ей кажется. И, стараясь занять себя хоть чем, начинает убираться в своей комнате. Не то чтобы у неё было не убрано, она регулярно пылесосит и вытирает пыль везде, где та появляется. Но бумажки на столе копятся как-то сами собой, и там у неё поистине творческий хаос. Рецепт печенья, распечатанный из интернета, соседствует с описанием свойств полыни, опять же взятой из интернета. Куча магической лабуды, которую ещё только предстоит проверить на полезность. Сортируя информацию по только ей понятной схеме, Стайлз и сама не замечает, как приходит её время идти в душ.       Уже оказавшись в ванной комнате, она начинает стягивать свою футболку, чтобы застыть, осознав кое-что. Тут, в этом доме — Дерек. Буквально в жалких метрах от неё за хлипкой и закрытой на не менее хлипкую щеколду дверью. Не то чтобы она ждала, что он ворвется сюда, стоит ей раздеться, но у Стайлз всегда было живое воображение.       И, чёрт подери, отчасти что-то у неё в глубине хотело, хотело, чтобы он так сделал.       Вошел к ней в ванну и… Вот бы дальше ее воображение пасовало, но нет, она хорошо помнила, что могло бы быть дальше. И она до сих пор не уверена, хотела бы забыть это или нет.       Но он не сделает. Да, Хейл тот ещё придурок, за прошедшие полгода Стилински только больше убедилась в этом, но он точно так не поступит, и не только потому, что здесь рядом его младшая сестра. А потому что Дерек решил быть «правильным», да, он не озвучивал это, когда кинул её, но она не настолько дура, чтобы не прочитать между строк. Он оборвал их «отношения», не считаясь с её мнением, «ради неё». О, Стайлз прекрасно это поняла, и от этого было только гадостнее на душе.       В охватившей её злости Стилински практически срывает с себя одежду и, встав под душ, выкручивает холодную воду по-максимуму. И тихо, почти про себя, матерится, когда обжигающе ледяные капли касаются кожи.       Этот поступок не приносит облегчения, но на раз вытесняет глупые мысли из её головы, теперь там только одно: «быстрее согреться».       — Ты в порядке? — в ночной тиши спрашивает Кора, когда они уже выключили свет и устроились каждый на своём спальном месте.       Стайлз была не прочь поболтать с младшей Хейл о чем-нибудь, все же она всегда могла найти тему для разговора, если была нужда. А уж с волчицей она точно нашла бы что обсудить. Вот только наличие в зоне слышимости Дерека сводит весь её энтузиазм на нет.       — Всё хорошо, — нейтрально уверяет Стилински и продолжает: — мне нравится новая школа, да и город, хоть и меньше Бейкона, не лишён своего очарования…       — Скучаешь по Скотту? — интересуется Кора, поддерживая разговор.       — Мы часто созваниваемся, ещё чаще переписываемся, — пространно произносит Стайлз, но тише добавляет: — Конечно, скучаю. Но знаешь, нам обоим нужно двигаться дальше…       Их ночной разговор сам собой сходит на нет, и Стилински сама не замечает, как спокойно засыпает.

***

      Утро выдалось ранним, хоть Стайлз и не планировала вскакивать с первыми лучами солнца, так получилось. И если в любое другое воскресенье она бы просто отвернулась к стенке и попыталась вновь задремать, то наличие гостей само собой вычеркнуло этот вариант. Тихо встав, хоть и не веря, что могла не потревожить чуткий сон волчицы, Стилински прокрадывается на кухню.       Её возлюбленная неуклюжесть, видимо проникнувшись и так неловкой ситуацией в жизни девушки, решила всё не усложнять. И Стайлз удалось вполне спокойно не только добраться до холодильника и кофеварки, но и организовать с их помощью сносный завтрак на троих.       И старания девушки оценили, Кора даже сделала это вслух, поблагодарив её. Стилински не то чтобы как-то демонстрировала желание поскорее избавиться от гостей. Нет, Дерек и без неё успел почти с самого своего подъёма обозначить, что они задерживаться не планируют и вообще им уже пора.       И как бы Стайлз не старалась держать нейтральное лицо, скрыть радость, провожая их до «Камаро» Хейла, она не смогла. Обнявшись с Корой и отводя взгляд от Дерека, на прощание говорит:       — Буду рада тебя видеть вновь, волчица, — улыбаясь и отпуская подругу, Стилински не смогла не добавить: — особенно если потеряешь балласт по дороге.       — Спишемся, не скучай, — машет ей Кора, садясь на переднее сиденье машины брата, который, сидя за рулем, лишь закатывает глаза на их прощание.       Смотря вслед удаляющейся «Камаро», Стайлз расслабленно выдыхает, особенно видя, как из-за поворота выруливает машина Бетт.