Спасти рядового Энзо

      Тёте Элис было достаточно лишь одного слова «колледж», и она тут же позвонила в школу и отпросила её с занятий до конца недели. Аделаиде было даже немного совестно, что в действительности о продолжении учёбы она и не задумывалась. Но лишь немного.       Со Стайлз дела обстояли несколько сложнее, её тётя практически обитала в том самом колледже, архивы и библиотеку которого они вроде как собирались оккупировать. Здесь Стилински пришлось не только выдумывать несуществующий доклад по истории штата, но и делать его вполне реальным и идти к мистеру Зальцману договариваться о его необходимости. Учитель истории выглядел в последнее время как-то болезненно и странно поглядывал на них со Стайлз, но доклад одобрил и даже согласовал всё с администрацией школы. Так что официальный повод ехать в Уитмор у них появился, как и не ходить в школу в эти дни, а проводить их в колледже.       Конечно, архивы и библиотека были только предлогом, основной целью у них был кабинет доктора Максфилда. Пока Стилински следила за учёным, Ида под мантией невидимкой обыскивала кабинет и фотографировала все попадающиеся ей документы. Разбираться с ними прямо на месте она и не думала. Во-первых, это долго, а во-вторых, шансы всё правильно в них понять были больше у Стайлз, чем у неё.

***

      — Они исследуют вампиров, — поражённо произносит Стилински, когда они уже у Аделаиды дома и перенесли все фотографии на компьютер. Девушке хватило лишь беглого взгляда, даже не понадобилось полноценно начать их читать.       — Как ты это поняла? — заинтересованно поглядывая на открытые графики и схемы, в которых ровным счётом ничего не понимает, спрашивает Ида. Ей правда любопытно, ведь вампиры не единственные живучие создания в этом мире.       — Это данные реакции объекта на световой спектр, — выводя график на экран, поясняет Стайлз, и следующий за ним тоже. — А это данные по регенерации. Это определённо вампир или вампиры. Не знаю никого, кто бы так быстро восстанавливался, — признаётся она и ведёт мышкой вдоль каких-то цифр, — да и реакция на свет…       — Значит, некий Августин исследует вампиров? — делает, как ей кажется, закономерный вывод Аделаида.       — Это не кто-то, это целая организация… — со значением возражает Стилински и тут же дополняет свои слова: — Или определённая группа людей. Один человек точно не справиться, да и слишком много различных данных. Этим определенно занимаются не один десяток лет… И хотят втянуть в это Бетт.       — Ты поговоришь с ней? — спрашивает Ида, внимательно смотря на подругу. Зная историю Стайлз, она не представляет, что та решит делать в этой ситуации. С одной стороны, Стилински до последнего скрывала существование сверхъестественного от своего отца, и тот умер, с другой, это знание не спасло её мать от той же участи. И сама Аделаида не знала, как будет лучше, рассказать всё Элизабет или нет.       — И что я ей скажу? — кивая на экран, спрашивает в ответ Стайлз. — «Мы залезли в чужой кабинет и скопировали чужие исследования? И теперь я боюсь, что тебя хотят втянуть в какую-то мистическую авантюру. Ах да, и я ведьма». Так что ли?       — А если она уже в теме? — предполагает вполне возможный вариант Ида. И ей, с одной стороны, хочется, чтобы Бетт знала, это упростило бы многое, а с другой — обстоятельства, при которых вскрывается это знание, слишком уж настораживающие. Если оно, это знание, конечно же, есть.       — Не думаю, — с сомнением отзывается Стилински. — Слишком эти опыты… — кивает в сторону монитора, — бесчеловечны. Да и судя по последним данным, — Стайлз переключается на фото с документами, где проставлены буквально вчерашние даты, — этот Августин пытается создать что-то большее на основе вампира.       — Но вампиры — магические существа, — произносит Аделаида, нахмурившись. Насколько она в курсе, без участия магии пытаться провернуть что-то подобное — крайне сомнительная затея, — без магии у них не может получиться что-либо стоящее.       — Это знаем мы, а вот доктор Максфилд, видно, считает иначе, — складывая руки на груди, говорит Стилински откидываясь в кресле, — и к тому же в его экспериментах участвует и магия. Та что есть в вампирской крови.       — Тогда что будем делать? — ещё больше нахмурившись от озвученного, спрашивает Ида.       — Найдем этот объект под номером двенадцать сто сорок четыре, убедимся, что это действительно вампир, а дальше… — расписывая план действий, Стайлз запинается и замолкает.       — А дальше?.. — с интересом смотря, как морщится на её вопрос подруга, протягивает Аделаида.       — А дальше посмотрим…       Как найти вампира в огромном кампусе, где постоянно кто-то ходит? Ответ лежал на поверхности. Магией. Вампир всё-таки действительно магическое существо. И они не стали искать одного конкретного вампира, когда даже не знали точно, вампир ли это. Они искали магию. Магию в определённом месте найти оказалось не сложно. Вот только карта Уитмора, над которой они колдовали, показала им целых пять мест в кампусе, что были наполнены магией. Благо у них были израсходованы ещё не все свободные дни, которые они выбили для подготовки проекта. И им предстояло ехать в колледж ещё раз, а может, и не один, всё же магия не давала точных указаний, а просто точку. Точку, которую в реальности ещё предстояло поискать.       Хорошо хоть, Стайлз уже где-то откопала им готовый проект, который они сдадут на следующей неделе. По словам подруги, там стоит подправить всего ничего, чтобы спокойно сдать готовую работу.

***

      На следующий день ранним утром, сразу после завтрака, они только сели в джип Стилински, Ида даже пристегнуться не успела, как на заднем сиденье появился ещё один пассажир.       — Ребекка? — дёргается от удивления Стайлз и резкого разворачивается к появившейся в машине девушке.       — Давно не виделись, — словно они давние подруги, протягивает вампирша и заинтересованно уточняет: — Куда едем?       — Ты для чего здесь? — переглянувшись с озадаченной не меньше чем она Стилински, спрашивает Аделаида.       — Старшие братья бывают до ужаса зануды, — снисходительным тоном протягивает Ребекка и ехидно добавляет, смотря на Стайлза: — особенно когда дело касается их новых увлечений.       — Зачем Элайджа тебя прислал? — вздернув брови, задает прямой вопрос Стилински.       — Клаус заинтересовался, откуда у него информация о месторасположении кольев из белого дуба и что за ведьма ему помогает, — раздраженным тоном, но вампирша всё же поясняет ситуацию: — Меня прислали проследить, чтобы сегодня с тобой ничего не случилось, дорогуша. — И более заинтересованно повторяет: — Так куда мы едем?       — В колледж Уитмор искать подопытного вампира, — бросает в ответ Стайлз, разворачиваясь обратно к рулю и заводя машину.       — А с вами будет интереснее, чем я думала, — весело хмыкает Ребекка, устраиваясь поудобнее на заднем сидении.       — Так… что там с вашей мамой и… кольями? — стоило им выехать на шоссе, задает интересующий обоих ведьм вопрос Стилински.       — Оружия против нас нашли даже больше, чем искали, и, конечно, уничтожили его, если тебя это интересует, — со стервозными нотками в голосе отвечает Ребекка, не отрываясь от разглядывания мелькающих за окном пейзажей, и более сдержанно продолжает: — а мама для нас больше не опасна.       Прозвучавшая информация отчего-то успокоила Аделаиду, хотя ей белый дуб и не был страшен. Да, Эстер могла бы доставить неприятностей, если бы того захотела, но древнюю ведьму больше интересовали её дети, и по её поводу Ида тоже думала, что им не стоит беспокоиться.       Дальнейшую дорогу до Уитмора они провели в молчании. Если со Стайлз тишина мало волновала Аделаиду, то сидевшая сзади первородная почему-то её нервировала. Может, все дело было в оценивающих взглядах, которыми вампирша то и дело их окидывала. А может, и в чем-то другом. Но стоило Стилински припарковаться, как она практически выпрыгнула из машины.       — И куда нам? — спокойно выбравшись из джипа, спрашивает Ребекка.       — Может, разделимся? — предлагает Ида, она думает не столько об ускорении поисков, сколько о том, чтобы оставшись одной разобраться с тем, что её беспокоит.       — Не думаю, что это хорошая идея, — возражает Майклсон, — тем более что я не до конца понимаю, что за вампира мы будем искать.       — Мест не так много, и скорость Ребекки, если здания будут большими, нам только пригодится, — встает на сторону первородной Стайлз.       — Ладно, — немного обреченно протягивает Аделаида и, кивнув на расположенный справа от них корпус, говорит: — тогда ближайшая точка в том здании.       И начались поиски. Первым фонящим магией объектом предсказуемо оказался не вампир. Ида без оглядки на Ребекку пользовалась палочкой для поиска, на местности это оказался самый быстрый вариант из доступных. Можно было обойтись и без палочки, но та, находясь в ее руке, успокаивала ведьму. И первым делом палочка привела их в музей колледжа, где уверенно ткнула на старинное с виду украшение, спрятанное за стеклянной витриной.       — Это не похоже на вампира, — несколько злорадно, как показалось Аделаиде, замечает Ребекка. Или не показалось?       Следующая метка привела их к кабинетам профессоров, точнее, к одному конкретному, и тут им встала задача посложнее. Нужно было проникнуть в кабинет, но предварительно выкурить оттуда некоего профессора Шейна. После быстрого голосования элементом отвлечения предстояло стать Ребекке. Первородная откровенно надулась, когда ведьмы почти синхронно подняли руки за её кандидатуру, но спорить не стала и, поджав губы, пошла выполнять задание. Но и в кабинете профессора Шейна их ждало разочарование. Палочка упорно указывала на какую-то с виду неподъёмную каменюгу, разбираться, что это, они, естественно, не стали, поспешив покинуть «место преступления».       Возле третьей точки что-то подсказало Иде, что они на месте. Может, то, что здание почти целиком было отдано под различные научные лаборатории, а может, то, что палочка указывала почти строго вниз. Подвал — вполне логичное место для удержания существа, которое боится солнца.       И здесь же им несказанно везло. Они быстро нашли вход в подвал здания с улицы, и девушкам не пришлось заходить внутрь самого корпуса и придумывать, для чего они явились, если кто-то ими заинтересуется. Магия уверяла, что в нижних помещениях всего пара живых существ. В коридоре подвала им также посчастливилось никого не встретить и беспрепятственно дойти до запертой двери, в которую недвусмысленно указывал кончик старшей палочки.       — Стайлз? — вопросительно посмотрев на подругу, произносит Аделаида. Ей не хотелось прерывать заклинание поиска, чтобы открыть дверь.       — Сейчас, — согласно кивает Стилински, выходя вперед и сосредоточившись, проводит рукой вдоль замка. «Алохомора» странно действовала в условиях местной магии, и опытным путём ведьмы выяснили, что простое английское «Откройся» с соответствующим мысленным посылом для своей магии действует куда лучше и меньше требуя сил.       Звучный щелчок замка в тишине подвала кажется почти оглушающим. Стайлз тянется к ручке, чтобы открыть дверь, но её уверенно отстраняют.       — Давай лучше я, — решительно произносит Ребекка, — а то мало ли что там за вампир. Не желаю слушать нудные речи Элайджи, если с тобой что-то случится.       Первородная смело распахивает дверь, чтобы зайти и оказаться в помещении, напоминающем больше смесь пыточной и тюрьмы, чем научную лабораторию. По центру большой комнаты стоял не то стол, не то кровать, Ида не знала, как это называть. Но цепи, служащие для приковывания к этому приспособлению, рассчитанному на человека, не давали усомниться в его назначении. Рядом со «столом» находились похожие на медицинские тумбы с различными инструментами на них. Вдоль дальней стены тянулся ряд зарешеченных камер. Их было немного, всего четыре. А заполнена и того одна.       Скрюченная фигура в углу одной из центральных камер как-то лениво подняла голову на их появление. Но после, наверно только осознав, кто его побеспокоил, мужчина пришёл в движение. Он медленно, будто экономя силы, поднялся на ноги, представая пред ними во всей красе. Довольно убогой красе. Мужчине на вид где-то ближе к тридцати, весь заросший и в слишком большой для него или растянутой одежде. Борода и лохматость не давали точнее разглядеть его черты.       — Это тот вампир, которого мы искали? — состроив какую-то брезгливую гримасу, спрашивает Ребекка.       — И для чего же милые леди искали вампира? — интересуется заключенный хриплым и надтреснутым голосом, но от этого не менее мелодичным. Аделаида, обернувшаяся на заговорившую первородную, замечает, как у той от этого голоса пропадает брезгливое выражение с лица, сменяясь на заинтересованное.       — Объект под номером двенадцать сто сорок четыре — это ты? — подходя ближе к камере, но так, чтобы до неё нельзя было дотянуться, спрашивает Стайлз в ответ на прозвучавший вопрос. — Что с тобой тут делали?       — О, это история не для маленьких девочек, красотка, — усмехаясь всё тем же хриплым тоном, произносит вампир, облокачиваясь руками на преграждающую ему путь решетку и просовывая сквозь неё голову, насколько это позволяет расстояние между прутьями.       — Ты хочешь выбраться отсюда? — своим вопросом Ида заставляет мужчину перевести взгляд на себя и после этого добавляет: — Тогда рассказывай.       — Вы не сможете освободить меня, — хмыкает на её слова вампир и, обхватив руками прутья решётки, пытается их тряхнуть, демонстрируя бесполезность собственных действий, — эта решётка не поддаётся моей силе. Что могут с ней сделать три маленьких девочки? Лучше бегите, пока вас тут не застукали.       — Мы бы не предлагали, если бы не могли сделать то, о чём говорим, — серьёзным тоном произносит Стайлз. — Ты расскажешь? Или тебе настолько нравится этот… курорт, что предпочтешь здесь остаться?       — Хотите послушать страшные сказки? — с хриплым смешком выдает вампир и кивает на оставшийся за их спинами «стол», начинает рассказывать со всеми неаппетитными подробностями то, как его резали, вынимали органы, сцеживали кровь и прочие «сказки».       Заметив, что ни одна из девушек не спешит падать в обморок от услышанного, мужчина довольно быстро заканчивает свой рассказ, явно утаивая большую часть того, что с ним действительно здесь делали. Но никто не спешит настаивать на продолжении.       — Ну что, красотки, вы получили то, что хотели. И как же вы собираетесь меня выпускать? — с любопытством, явно написанным на заросшем лице, той части, что все же видна, но все же скептично спрашивает вампир.       Стайлз же просто ведёт рукой, выполняя уже использованное сегодня заклинание, и огромный замок на решётке с гулким звуком щёлкает под её воздействием. Ребекка открывает рот, чтобы что-то сказать или, скорее, даже возмутиться, но не успевает.       Изголодавшийся вампир, в секунду понявший, что свободен, стремительно вырывается из камеры. Только напасть на Стайлз, стоявшую прямо перед ним, не успевает. Ида оказывается быстрее. Взмах палочки очень короток, она буквально на сантиметр её сдвигает, ведя в направлении мужчины, и мысленно произносит «Ступефай».       Вампир, которому осталось всего полметра, чтобы добраться до Стилински, стремительно летит обратно в камеру, отброшенный заклинанием.       — Ты ополоумела?! — кричит Ребекка, вырастая перед Стайлз так, чтобы загородить её от неудачного нападения. — Кто открывает дверь голодному вампиру? Ты бы ему ещё вену подставила! — отчитывает первородная, но не отводит настороженного взгляда от отброшенного в стену вампира и под конец чуть тише добавляет: — Зря я на это согласилась.       — Ты же хотела веселья? — обходя вампиршу, замечает Стилински.       — Ты что делаешь?! — вновь возмущается Ребекка, хватая Стайлз за руку и тем её останавливая.       — Успокойся, он же без сознания и не причинит мне вреда, — уверяет в ответ Стилински и, кивнув на Аделаиду, добавляет: — И Ида его контролирует.       — Вы! Просто! — отпуская руку Стайлз и всплескивая своими, эмоционально восклицает первородная и уже явно себе: — И зачем я на это подписалась? — но, обходя остановленную ею Стилински, заканчивает: — Сама посмотрю, что с ним, а ты держись в стороне. И вообще, что вы собираетесь с ним делать? Для чего искали?       Задает им тот вопрос вампирша, что по-хорошему должна была озвучить еще в самом начале, как только они рассказали ей свои планы на день.       — Забираем? — не отводя палочку от хорошо приложившегося об стену мужчины, спрашивает у подруги Аделаида. Она видит только один вариант дальнейшего развития событий. Если то, что им рассказал о происходящем здесь мужчина, правда, они не могут это вот так оставить. Да, вампиры не нежные фиалки, но и они не заслуживают таких долгих, методичных по сути пыток.       — Нам понадобится для него кровь, — решительно произносит Стайлз, перестав наблюдать, как Ребекка проверяет уже бывшего заключенного, и идёт обыскивать эту тайную лабораторию.       Так и не сказавший им своё имя мужчина был слишком ослаблен тем, что с ним тут творили, и даже не думал приходить в сознание после того, как его приложило об стену. Но первородная все равно стояла рядом и не сводила с него взгляда, пока они быстро осматривали помещение и собирали все найденные здесь документы.       — Как мы его потащим? — после того как они выгребли из этого помещения все, что только можно, спрашивает Ида, подходя к вампиру и Ребекке, что так и находились в камере.       — Может, дождемся ночи? — пожав плечом, предлагает первородная, она явно не видит в этом проблемы. — И я его вынесу.       — Мы не можем ждать ночи, — возражает Стайлз, запихивая в свой рюкзак последние бумаги, — сюда в любой момент может кто-нибудь заявиться. Нам надо уходить.       — Тогда у меня только один вариант, — поджав губы, Аделаида достаёт мантию-невидимку.       — Это что? — спрашивает заинтересовавшаяся переливающейся, как ртуть, тканью Ребекка.       — То, что сделает вас невидимыми, — отвечает Ида и, кивнув на так и лежащего у стены мужчину, — ну… когда ты…       — Я поняла, — закатив глаза, раздражённо прерывает её вампирша и слишком быстро для её восприятия закидывает вампира себе на плечо, чтобы с горящими от любопытства глазами, которые та не сводила с мантии, велеть: — Давай, колдуй.       Ребекка была высокой, в отличие от Иды и череды её предков Поттеров, мантия с трудом скрыла её целиком. Пока они шли в сторону джипа Стайлз, после того как без задней мысли подожгли покинутый ими подвал и сломали систему тушения, вызывая всем этим переполох, Аделаида то и дело ждала, что какая-то часть тела вампирши проявится. Но обошлось. Уже устроившись в джипе, она расслабленно выдыхает.       — Едем к нам домой, — велит первородная, устраивая своего соседа по заднему сиденью так, чтобы он ей не мешал и продолжал быть скрыт от солнца мантией.       — Зачем? — только заведя мотор, оборачивается к Ребекке Стайлз, услышав эти слова.       — А где вы хотите поселить эту жертву опытов? У одной из вас? — задает встречный вопрос вампирша, чтобы ехидно продолжить: — Извини, конечно, но мой брат не обрадуется, если ты поселишь у себя какого-то левого мужика. Да и как вы планируете объяснять его присутствие своим тетям?       Вопрос блондинки заставляет ведьм переглянуться. Они не обсуждали такой поворот событий, да и что делать с вампиром тоже не представляли.       — Он не будет жить у нас, — наигранно возмущается Стилински, первая находясь с ответом, — придет в себя, поест и отправится… жить свою жизнь.       — И что, у вас есть запас крови для него или предложите испить из себя? — говорит, не меняя тона, Ребекка и, хмыкнув, добавляет, не дождавшись ответа: — А у нас достаточно крови, чтобы прокормить пятерых первородных, на одного обездоленного тоже немного найдется. Отдадим ему долю Кола, его все равно нет в городе. Поехали.

***

      К особняку Майклсонов они приезжают уже затемно, необходимость накрывать мужчину мантией от солнца отпала ещё по дороге, и Ида её отозвала обратно. За время пути вампир уже один раз приходил в себя, но напугать своим рыком никого не успел, Ребекка ловко свернула ему шею. Под оторопевшими взглядами ведьм она уверила их, что всё нормально и такое обращение ему не навредит.       — Зайдете? — излишне любезно произносит вампирша, кивая в сторону особняка, и деланно печально продолжает: — Ах да, вам же нельзя попадаться на глаза Клаусу. Тогда пока-пока.       И исчезает вместе с бывшим объектом для опытов. Только хлопок входной двери дома Майклсонов указывает, куда же они делись.       — К тебе или ко мне? — в наступившей тишине спрашивает у со скрипом стискивающей руль подруги Аделаида.       — К тебе, у тебя же осталась та бутылка с виски? — рывком трогаясь с места, уточняет Стайлз, поясняя свой интерес: — Надо разобраться с теми бумагами, что мы забрали.       — Думаешь, без виски там не обойтись? — с удивлением спрашивает Ида.       — Думаю, не обойтись без него после того, что мы сегодня сделали… — произносит Стилински, начиная перечислять, — огонь скроет наши следы, камер там не было, но мне отчего-то неспокойно.       — У них могут быть ещё лаборатории? — скорее не вопрос, а предположение озвучивает Аделаида.       — И другие ученые, и вампиры, — серьезно кивает на это Стайлз, — мы могли способствовать не уничтожению места для бесчеловечных опытов, а разворошить осиное гнездо. Одна надежда, что в тех бумагах, что сейчас у нас, найдется список участников этого «Августина».       И им повезло, они находят то, что нужно. Нет, это не поименное перечисление завязанных в тайной организации лиц. Но копии отчетов о проделанной работе с перечнем адресатов и выписки из банков с денежными перечислениями в некий фонд дали им многое. Ведьмы надеялись, что смогли вычислить действительно если не всех участников «Августина», то хотя бы большую их часть. Всего десяток имён.       И имени Элизабет Стилински среди них не было.