14. Mess on the ship

В кофейне H2O+ витал уже устоявшийся, густой запах жженых зерен. Бариста за стойкой не переставая ругался себе под нос. Если бы случайный посетитель бросил взгляд на обратную сторону его рабочего места, ему осталось бы лишь удивленно приподнять брови. Всюду валялись салфетки, насквозь пропитанные кофе и молоком, у кофемашины выстроился неровный строй турок, подстаканников и темперов, а где-то в углу сиротливо стояли кофейные весы, покрытые бурыми разводами. Удивительно, но эта кофейня была любимым местом Джиу. Она ходила сюда около трех лет, и каждый раз, несмотря на царящий хаос и внешнюю неопрятность, чувствовала себя здесь почти умиротворенно. Здесь царила непривычная тишина: никакого детского крика, потому что сумасшедшие мамочки боялись, что неуклюжий бариста непременно прольет кофе именно на их чадо. И еще этот вездесущий аромат жженых кофейных зерен. Поначалу он казался отталкивающим, но со временем к нему вырабатывалась стойкая привычка. И, наконец, самый главный фактор, объяснявший верность Джиу этому месту, — наполняемость. Максимум пять-шесть человек среднего возраста, которым до индустрии кей-попа, мягко говоря, не было никакого дела. Джиу машинально поправила маску на лице — скорее рефлекторно, чем осознанно. Горечь в воздухе достигла своего апогея, и синхронно с этим пиком странного запаха бариста нажал на звонок. Он выставил черный стаканчик с кофе на стойку и устало пробормотал что-то нечленораздельное. Парень уже потянулся за новой порцией стаканов, чтобы начать работать над заказом женщины в углу, уткнувшейся в ноутбук. Одно неверное движение пальцем — и бам! Звон разбитого стекла разнесся по периметру кофейни. Редкие гости заведения перешептывались, осуждающе покачивая головами. Ким с сочувствующей улыбкой проводила взглядом бариста, скрывшегося в служебном помещении, и, наконец, направилась за своим капучино без сахара в черном стаканчике. — О, это мой! — прямо перед ее носом возник парень в капюшоне, кепке и маске. Он разительно выбивался из общей массы посетителей: слишком хаотичный и быстрый для этого унылого заведения, как H2O+. — С чего бы это?! Джиу потянулась за своим стаканом, но парень в маске схватился за него одновременно с ней. Их пальцы на миг соприкоснулись, и перед глазами Ким молниеносно пронеслась вся ее карьера. Вот она впервые ступает ра порог агенства, вот здоровается за рук с Пак Джинёном, тут ссорится с Чанми до хрипоты по юношеской дурости, а здесь первый раз в жизни стоит на сцене… Холодный пот пробежал по спине девушки. Она одернула руку и недовольно топнула ногой. — Вы украли мой капучино без сахара, — твердым тоном заявила девушка. — Я бы заказал кофе без сахара только под дулом пистолета. Как видите, сейчас я не в заложниках, — он показательно покрутил головой. — Это мой, официально оплаченный латте с ореховым сиропом. Парень в кепке сделал демонстративный глоток и тут же сморщился. — Наверняка для вас этот кофе и правда вкусный. — Может быть, потому что он без ядерно сладкого сиропа и пяти ложек сахара? — Джиу саркастично изогнула бровь, но за козырьком кепки это действие осталось незамеченным. От парня даже пахло какой-то приторной сладостью. И этот запах казался ей смутно знакомым, она словно сталкивалась с ним раньше. Да и голос… — А вы наблюдательны… — парень наклонился ближе, будто проверяя Ким на прочность. — Уж не фанатка ли? «Фанатка»?! Джиу замерла. Этот идиотский тон… Этот голос… В кармане завибрировал телефон. Девушка качнула головой, оставляя вопрос без ответа, и потянулась за мобильником. Менеджер-ним🤫 СРОЧНО!!! В 208 кабинет. 10 минут. 09:28 Джиу медленно подняла глаза. В целом, ситуация была привычной — она давно научилась быстро срываться с места и мчаться на работу. Вот только парню в маске, судя по всему, тоже пришло сообщение. И, глядя на его потерянный взгляд, устремленный на нее, можно было не сомневаться — содержание идентичное. — Сынмин? — Джиу? В воздухе, который все так же отдавал жжеными зернами, повисла пауза. Джиу часто заморгала и тряхнула головой. До конца внезапного дедлайна оставалось девять минут. Спокойным шагом до агентства идти все пятнадцать. — Продолжим спорить о твоем потенциальном диабете у менеджера, хорошо? — Только через мой труп, — Сынмин ухмыльнулся. Парень резко сорвался с места и схватил Джиу за руку. Спустя пару секунд их уже не было в кофейне. Вышедший из своего укрытия бариста отвлекся от разглядывания перебинтованных ладоней и удивленно вытаращил глаза, когда дверь захлопнул сквозняк, а за стеклом промелькнули две темные фигуры. Он точно не в дораме? Ветер рвал кепку с головы Джиу, но Сынмин, не сбавляя скорости, натянул ее обратно. Правда, не рассчитал силы и в буквальном смысле ослепил младшую, надвинув козырек прямо на глаза. — Эй, я хотя бы видеть должна! — сквозь порывы ветра слова долетали через раз, но привычная ухмылка парня дала понять, что он все слышал. — Зачем? Не волнуйся, Джиу-я, если понадобится, я тебя к менеджеру на руках занесу! Они влетели в лифт компании. Зеркало отразило двух запыхавшихся людей. Джиу наконец стянула кепку с глаз и заметила, что Сынмин до сих пор сжимает в руке стаканчик с ее капучино без сахара. — Ты… это зачем? — она кивнула на черный стакан. — А, — Ким покраснел. — Забыл выбросить. Лифт звякнул. Перед глазами тут же замелькали люди, а где-то за этой суетой находился нужный им 208-й кабинет. — Да, господин Ын, я понимаю, но как вы себе это представляете? Это невозможно для наших артистов, они занимаются не только репетициями коллаборации. У них активное личное расписание. Что?.. Да, я… нет, это же совсем… — Джонхён метался по кабинету. Мин, стиснув зубы, смотрел на экран телефона. Было очевидно, что какой-то офисный планктон только что унизил его как менеджера. Слева от него в кресле сидел менеджер Stray Kids, господин Кан Чжон собственной персоной. Он нервно сжимал карандаш, а перед ним на столе возвышалась гора бумаг, разобраться в которой было почти нереально. Мешки под глазами и усталый взгляд Кана говорили сами за себя. — О, все в сборе. Наконец-то. Начнем? Итак, на повестке дня, — Джонхён начал что-то рассказывать двум группам, собравшимся в одном кабинете. По взгляду, который он медленно перевел на все еще стоящих вокалистов, Джиу поняла — сейчас им влетит. Очень и очень сильно. — Ким… — И Ким! — голос менеджера скизов прозвучал как удар хлыста. Кан Чжон с хрустом сломал карандаш в руках и отшвырнул обломки. — Вы серьезно пришли, будто с пляжа сбежали?! — Он раздраженно выдохнул и кивком указал ребятам на свободные стулья рядом с Чанми и Нами. — Ладно, это обсудим… потом. — Кан провел рукой по лицу, и его взгляд в последний раз задержался на стакане в руке Сынмина, прежде чем он продолжил: — Нам пришли указания сверху. — Камбэк переносится с пятнадцатого января на седьмое ноября, — вклинился Джонхён, нервно постукивая пальцами по столу. — В альбоме должно быть десять треков. К каждому — хореография. И делайте с этим что хотите, черт его дери. — Он раздраженно хмыкнул и откинулся на спинку кресла. — Еще поменяли образы. Не целиком, но, с их точки зрения, будет более логично, если девушки в этом проекте будут выглядеть… как он там сказал, Джон? Худышками? — Да пошел этот господин Ын! Я лично все выверял у директора, он сам утвердил восемь песен со сроком пятнадцатое января. Айщ, что за… еще и эти диеты… я с ума сойду! — Подождите, дорогие менеджеры, что за диеты? — Суа поправила очки на переносице и нахмурилась. — О, наши друзья из пиар-отдела решили, что худоба будет смотреться выигрышнее, — хмыкнул Мин. От его нервных клеток, кажется, ничего не осталось. — Ты забыл добавить: «женская хрупкость будет красиво контрастировать с мужской крепостью», — имитируя елейный голос пиарщика, добавил Кан. — Я правильно понял, что нам за неполные пять месяцев нужно написать десять песен с нуля, поставить десять парных хореографий, заставить девочек сидеть на строгих диетах, и все это — параллельно с личным расписанием? — Бан Чан сверлил менеджеров испытующим взглядом. — Вы хотите, чтобы мы все в буквальном смысле сдохли к концу камбэка?! Десять песен собственного продюсирования, это… — Это больше двухсот часов в студии, с нашим-то перфекционизмом, — закончила за него Суа. — Друзья, мы ничего не можем поделать. Максимум, который доступен нам как менеджерам… — Отменить всё к чертям собачьим, — Чанбин прикусил губу. Он сказал это слишком громко. — Клянусь, я готов перетерпеть сверхурочную работу в студии и тренировки в зале до потери пульса. Но если дамы начнут падать в голодные обмороки… я лично запишу дисс на пиар-отдел. — Бин, твоим диссом дело с мертвой точки не сдвинешь. Я бы и сам с радостью… — Кан и Мин, начните уже хоть что-то делать. Я не позволю так издеваться над своими мемберами, — Суа резко поднялась из-за стола. — Только попробуйте завтра сказать мне, что «образ хрупких девочек» все еще в силе. Они там, блять, педофилы?! Как сексуальный концепт может сочетаться с болезненной худобой? Вы на Лин посмотрите. Она сейчас почти на своей минималке. В могилу ее свести хотите? К черту. Если вы ничего не измените… я подпишу отказ от коллаба. Менеджеры синхронно тяжело вздохнули. Отказ от коллаборации — буквально смертный приговор для них самих. Страшно представить, что сделает тот же пиар-отдел и госпожа Ан Исюл, если все участники действительно подпишут отказ. Обе группы — не пустышки в индустрии, особенно скизы. Если они выразят свое нежелание в письменной форме… Кан и Мин останутся в дураках. Они были бессильны против системы. Лин нервно сжала рукав пиджака. Она и правда в последнее время сильно похудела. И ей искренне не хотелось, чтобы индекс массы тела ушел в отрицательные значения даже по меркам айдолов. Рядом ее поддерживающе приобняла Шин, а напротив девушка наткнулась на вопросительный взгляд карих глаз. Только вот объяснять что-либо Хёнджину ей сейчас хотелось меньше всего. Чжон вышел из кабинета, на ходу кому-то набирая сообщение. — Будет вам. Диеты — по желанию, господин Син одобрил. Но десять песен без вариантов, — объявил менеджер скизов после пяти минут напряженных переговоров. Чан коротко кивнул. Он встал из-за стола и положил руку на плечо сжавшейся Лин. — Мы сделаем десять песен. Не привыкать. Но на наших условиях. И не дай бог, главный продюсер не одобрит хоть одну! Джонхён устало потер глаза и поджал губы. Спорить с Кристофером — себе дороже. — Это не капитуляция. Это перемирие, — Суа сложила лист бумаги в самолетик и запустила его прямо в лицо отчаявшемуся менеджеру. Ее действия вызвали смех со стороны «детей», но слова были сказаны без тени шутки. — Ноябрь вам не январь, господин Мин Джонхён. Кан кивнул Джонхёну, намекая на разговор с глазу на глаз. Менеджеры скомканно попрощались и поспешили покинуть кабинет 208. — А вы, ребята… взаимопомощью занимались? — Чанми выразительно посмотрела на сидевших рядом Джиу и Сынмина. Парень все еще сжимал черный стакан с кофе, а девушка так и не поправила растрепанные волосы. — Мы… э-э… работали! — Батюшки, что я вижу… не думал, что доживу до такого. Ким Сынмин смущается! — Хёнджин вскинул руки в притворном удивлении, но уже через секунду смотрел на стремительно красневших Кимов с живым интересом. — Работали они, конечно. Да-да, — Шин активно закивала. — В кофейне и, какое удачное совпадение, без свидетелей. — Йаа, онни! Джиу запустила в Хеён салфеткой, которая так вовремя оказалась под рукой. — Так, дети, — Чан хлопнул в ладоши. — Если мы и правда делаем десять треков, то жду всех сегодня вечером в студии. Будем думать, что делать с этим чудом. — Ну хоть скучно не будет, — Минхо потянулся, а сидевшая рядом Суа легонько ударила его по груди. — Кому-то скучно?! Ли, ты ничего не… — Ай, госпожа Ван, какая же вы громкая… хотите на метро покататься? — Хо постарался усмехнуться как можно тише, но, вспоминая вчерашнюю сцену на станции Огым, не смог сдержать смеха. — Метро? Что за метро? — Чанбин удивленно раскрыл рот. — Всё. Встречаемся в студии в пять вечера, — Су спрятала покрасневшие щеки за маской и злобно зыркнула на Ли Ноу, который нахально улыбался ей. Схватив пачку бумаг, она поспешила покинуть кабинет. — Женщины… — многозначительно вздохнул Минхо и тоже ретировался. Комната начала стремительно пустеть. Нами, запихивая в рот откуда-то взявшуюся шоколадку, буравила взглядом Джиу. — Эй, Джи-я! — на ее оклик обернулась не только Ким. Джисон со спокойным выражением лица посмотрел на Пак, у которой застрял кусок шоколада во рту. — В смысле… Джиу… — смущенно поправилась девушка, заметив, как рука Хана тянется к бутылке с водой, но замирает на полпути. — Чего тебе? — усталая кофеманка не обратила на младшую никакого внимания. — У тебя хоть есть его какао-толк? — А? — Джиу растерянно оглянулась. — Ну, номер его взяла? — Чей-чей?! — слишком громко переспросила Ким. Где-то у выхода из кабинета вздрогнул Сынмин, чудом не роняя уже до нельзя скомканный стакан.

***

На часах пробило ровно восемь вечера. За три часа, которые две группы провели в студии, не изменилось ровным счетом ничего, не считая тысячи проклятий в адрес работников пиар-отдела. Скомканная серая кофта, брошенная Суа, превратилась для уставших ребят в импровизированную подушку. Те, кто никогда не занимался продюсированием, первый час наблюдали за Суа, Нами и 3RACHA с открытым ртом, а все оставшееся время с тем же открытым ртом по очереди дремали. В особенности девочки. Чан сидел на диване, яростно набирая что-то на ноутбуке. Вокруг валялись скомканные бумажки с перечеркнутыми словами, наглядно демонстрируя ход мыслей: они разрабатывали лор камбэка. Еще до прихода своих мемберов и Enigmes Бан успел сделать наброски того, что он хотел бы видеть от каждой песни, основываясь на концепте. Немного упрощало задачу уже написанная демка заглавного трека. Взгляд Криса был почти стеклянным, в нем отражались лишь бегущие по экрану буквы. Рядом с ним сидела Джиён и внимательно следила за каждым его действием. Иногда он отвлекался от компьютера, чтобы бросить на Чхве ободряющую улыбку, но с каждым разом энергии в ней становилось все меньше. Напротив, поджав босые ноги прямо на стуле, Суа мелким почерком чертила схему на листе бумаги. Она разбила пространство на три колонки с краткими заголовками: Он Она Вместе — Итак, «Hypnosis», — хриплый от долгого молчания голос Ван разрезал тишину. Она обвела название песни в кружок посередине. — Это вторая песня после заглавной. В ней нет полутонов. Честно говоря, я сама не понимаю. Кто кого гипнотизирует? Потому что, если мы вас, акцент пойдет на наши голоса. И тогда суть песни будет более агрессивной. Как будто мы — ведьмы, а вы… ну, не знаю, попали под чары. За ее спиной раздалось нечто, отдаленно напоминающее мурлыканье. Минхо, развалившийся между Суа и Чаном, флегматично поднял глаза и издал короткий смешок. — Конечно, вы нас. Я бы сдался без боя. Даже без гипноза. — Ли перевел взгляд на Су, явно наслаждаясь ее реакцией — мгновенно приподнятыми плечами. — А что? Правда же. Ты в зеркало посмотри. Выглядишь как хищница. Одно неверное движение — и ты нас… — Суа обернулась и смерила его взглядом сверху вниз, — …сожрешь. Да, очень сексуально. И пугающе. — Парень воинственно выставил вперед указательный палец. — Стоять. — Чан отложил ноутбук в сторону и обратился к остальным. — Он прав... Это идея! В комнате повисла пауза. Если уж Криса вдохновила обыденная перепалка Суа и Минхо, то следовало ждать либо чего-то настолько гениального, что брови сами поползут вверх, либо… самого провального предложения Чана за всю историю. — Что, если мы действительно представим вас как хищниц? Именно так, а не ведьмами, как задумывали изначально. — Он посмотрел на Суа и оживившихся девушек. — Типа вы смотрите на нас как на добычу, сквозь пелену гипноза. Вы — жертвы, которые этого не осознают и получают от этого кайф. — Типа, как кошки? — Лин закусила карандаш. — Да! Пантеры, кошки — неважно. Что-то в этом роде. Вы смотрите на нас свысока, а в хореографии появятся более грациозные, пластичные движения. Как раз кошачьи. Суа часто закивала, в ее глазах зажглись искры вдохновения. — А в «Venom» хищниками уже станете вы. Вы поймете, что, попав под действие яда, находиться в состоянии эйфории очень даже внушающе. И при этом где-то на задворках сознания все равно будут метаться мысли: «Что я здесь делаю?», но ядовитая сила будет доминировать. — Тогда в «Eclipse» разум затмевается у всех. И это уже песня 50/50, без лидирующих голосов. — Думаешь, «Eclipse» только про затмение сознания? — Суа вопросительно повела бровью, переваривая реплику Бана. — Я думаю, ее логичнее сделать последней в трек-листе. Типа, это еще и ознаменование конца. — Нет, это нелогично, — в разговор вклинился Джисон. — Сейчас еще рано говорить о порядке песен. Но эта тройка стопудово должна идти подряд. Как последовательная история: завязка, кульминация, развязка. — А прикол как раз в том, чтобы выйти за рамки этой «логичности»? Мы вправе менять названия и последовательность, но сначала неплохо бы придумать концепт целиком. — Нами на уровне инстинкта затрясла ногой — привычка, проявлявшаяся, когда она с головой уходила в работу. — Все равно, мы разобрались только с двумя, если по-хорошему. А остальные восемь? — вкинул Хёнджин. — А чем тебя заглавная не устраивает? Там речь о доминировании и соблазнении. — Чанбин пожал плечами. — Не столько о соблазнении, сколько об игре и полном управлении чужим сознанием через язык тела. Об этом и поется в тексте. Чан-а, ты разве не давал им послушать демку? — Суа скрестила руки на груди. — Как это не давал? Вот этот вот хорек ее до дыр заслушал. Минхо, признаться, был даже немного горд собой. Никогда бы не подумал, что его, как теперь окончательно выяснилось, гениальные подколы в адрес Су приведут к чему-то похожему на лор альбома. Он с довольным видом наблюдал за творческим переполохом, в который со временем включился даже обычно нелюбящий подобные моменты Чонин. — Нет-нет, ну какой здесь секс?! Бин, ты такой пошляк! — Суа заливисто рассмеялась, легонько ударяя парня, который ничуть не смущенно пожал плечами. Идиллию творческого процесса нарушила короткая вибрация телефона в ее кармане. Девушка без задней мысли достала мобильник и с прежней улыбкой расслабленно выдохнула. За время создания лора она рисковала накачать пресс лучше, чем у любого из мужской части коллектива. Анонимный отправитель Улыбашка, ты такая смелая) 20:32 Отказ от коллаборации… 20:32 Горжусь тобой, мой черный лебедь! 20:32 И помни, я всегда смотрю за твоей улыбкой. Не разочаровывай меня. 20:33 Улыбнись, Суа. 20:33 Руки дрогнули. Экран телефона вдруг показался ослепительно ярким, а веселый гомон в студии — оглушающим и далеким, будто доносящимся из-под толщи воды. По ногам резко прошелся сквозняк, которого она до этого совсем не ощущала. Он близко. Он опять написал, когда Суа почувствовала себя в безопасности. — Эй, нуна! А если сюда добавить оттенок такой… маниакальной зависимости? — бас Феликса пробивался сквозь нарастающий звон в ушах. — Типа, герой ушел из ее жизни, но под действием яда все равно постоянно к ней возвращается. Что думаешь? — Ли заправил за ухо карандаш и с интересом уставился на Су. А она не слышала его. Она смотрела сквозь мемберов. Сообщения, все еще горящие на экране, словно выжгли свой след на сетчатке. Это до боли знакомое «улыбнись» с каждым повторением будто вгоняли ей под кожу. Суа не хотела, чтобы Минхо оказался прав. Она изо всех сил пыталась не думать, что по ту сторону экрана сидит человек, которого она когда-то считала «тем самым». Она же не настолько глупа? — Су, тебя что, моя пошлость настолько смутила? Ай, да ладно! — Чанбин ткнул ее в бок и тут же отпрянул, ожидая ответной колкости. Но… тишина. Давящая, от которой все уже успели отвыкнуть. Минхо перевел настороженный взгляд на Суа, застывшую, словно увидела призрака. Побелевшие костяшки пальцев, сжимавших телефон, бросались в глаза слишком явно. Надо было что-то предпринимать. В здравом уме она бы разогнала всех вокруг и попыталась бы прийти в себя самостоятельно. Конечно, ему не было никакого дела до всей этой суматохи. Просто… просто это было делом принципа. Раз какой-то мудак смеет угрожать Ван Суа, Минхо имеет полное право прописать ему по лицу. Руки чесались. — Ой, черт! — он наигранно громко шлепнул себя по лбу, привлекая всеобщее внимание. — Чан-а, помнишь, ты просил переделать косяк в демке нашего дуэта? Я вроде поправил, но, кажется, не сохранилось. Иди посмотри, пока я не забыл. — Ли схватил старшего за руку, игнорируя его недовольное бормотание, и развернулся так, чтобы загородить Суа от остальных. — Опять косяки? Ну давай глянем, что там у тебя. Хо, а в каком файле-то? Минхо не мог терять ни секунды. Он наклонился к Су, делая вид, что поправляет шнурки. Девушка бросила пустой взгляд на его ботинки. Если бы она могла, то усмехнулась бы — на нем были кроссовки на липучках. — Ван, твоя смена настроения слишком резкая даже для биполярника. Что он написал? Говори. Сейчас же. — Голос тихий и низкий, с легкой хрипотцой, сделавшей акцент на последних словах, не оставляя права выбора. Пальцы его левой руки едва коснулись ее влажной ладони. Не в знак поддержки, она это понимала. Это был ультиматум. Суа крепко зажмурилась, издав короткий, сухой и нервный смешок. Минхо тут же вскинул на нее глаза. Он не понимал, что происходит. Для него логичными были только два варианта: либо она сейчас психанет и ничего не покажет, либо сдастся и поделится проблемой. — А? Ты о чем? Об этом что ли? — она мотнула головой в сторону телефона. — Да брось, просто шутка. Мой новый поклонник. Милый, правда? Вечно просит улыбаться... — Что? — Ли, отойди. Я сама разберусь со своими проблемами. Куда уж тебя в помощники записывать? — Суа отвернулась, даже не скрывая истеричной улыбки. Минхо придвинулся ближе. — Подойдешь еще на шаг — и я разобью телефон об стену, и никто ничего не узнает! Просто помутнение. Или хочешь помочь мне разбить мою звонилку? Отойди, я сказала! — Разбей. — Голос стал еще тише. Минхо и не думал отходить. Если бы сейчас он поддался на ее провокацию, страшно было даже подумать, чем бы все закончилось. Это же Суа! Она же… сумасшедшая! Ли просто сменил тактику. Вместо привычной холодной манипуляции он теперь разговаривал с ней, как с напуганным, загнанным в угол животным. Дежавю: точно так же, по крупицам, он выстраивал доверие с Дуни. Она тоже поначалу шипела, царапалась, металась по комнатам, а потом стала очень ласковой. — Мне плевать на твой телефон. Делай с ним что хочешь, но только после того, как я прочитаю. Швыряй в стену. Давай же. Я посмотрю. — Тишина. Чан на заднем плане копался в компьютере. — Или ты боишься, что я увижу правду? Этот «пустяк», из-за которого ты сейчас на грани истерики? Не делай из меня идиота, Суа. — Ли протянул раскрытую ладонь. — Пожалуйста, дай телефон. Девушка закусила внутреннюю сторону щеки. Она быстро встряхнула руками в безуспешной попытке унять мелкую дрожь. В сущности, какая разница. Пусть хоть чечетку с этими сообщениями пляшет. Ничего не изменится. Если это и правда Мун-Су… он будет мучить ее, пока самому не надоест. Так может, от неё хотя бы Ли Ноу отвяжется. В конце концов, Суа всем надоест. Только тогда возможно будет обрести что-то отдаленное напоминающее покой. Ван вложила телефон в ладонь Минхо и тут же отвернулась. Только его взгляда, торжествующего в отражении ее глаз, ей сейчас и не хватало. — Хёнджин-а! Слушай, а что, если нам разбить хореографию на три основные части? Ну, в духе… Ли посмотрел на телефон в своей руке. Забавно, каким маленьким он казался в его ладони, хотя, когда его держала Су, он выглядел вполне внушительно. Что же в этой электронной коробочке могло настолько выбить из колеи непробиваемую лидершу? Минхо бросил короткий взгляд на группу, столпившуюся у компьютера Чана и уже вовсю что-то обсуждавшую. По Суа со стороны и не скажешь, что только что она балансировала на грани истерики. Она сидела, тыкала пальцем в монитор и наставляла Чанми, которая, видимо, перепутала концепты песен. Выдавало ее лишь то, с какой мертвой хваткой она вцепилась в Хину. Под видом объятий она прятала дрожь от посторонних глаз. Ван намеренно отвернулась от Минхо, исключая любую возможность пересечься взглядами. Дурочка. Ли Ноу сжал телефон в руке и убрал его в карман. Он устало выдохнул и моргнул, по-кошачьи дернув бровями. — Лидер, мне нужно уйти. Менеджер написал по поводу личного расписания. — А? Погоди, разве завтра у тебя не выходной? — Отменили суки! Бан Чан растерянно проводил Минхо взглядом, но в ответ услышал лишь громкий хлопок двери. Крис сделал мысленную пометку уточнить у Кана насчет расписания Ли, но решил отложить это на потом. Чан никогда не жаловался на недостаток проницательности. Минхо оставил за спиной творческий шум, который постепенно начал затихать. Энергия айдолов была далеко не безгранична. Народ начал расходиться, и Суа все так же держала Хину в плену своих объятий. — Онни, мы так до самого общежития и пойдем? — Ну, если тебе не сложно… — Ван мастерски замаскировала дрожь в руках. — У меня тактильный голод, Хина-я. — И почему вечно я крайняя? — Азума недовольно пропыхтела, но послушно подхватила старшую под локоть и повела к выходу, даже не догадываясь, что своим ангельским терпением сейчас спасает Суа от нервного срыва.

***

На следующий день, когда Суа, ничего не подозревая, пришла на работу, Минхо, выглядевший заметно серьезнее вчерашнего, протянул ей новый телефон. В розовом, мать его, чехле. — На, — парень помахал новеньким айфоном, который, честно говоря, даже в руки брать было жалко. Су непонимающе проследила взглядом от его рук до равнодушного, на первый взгляд, лица. — Старый я потерял. Извини. — Ты потерял мой телефон?! Ли Минхо… — Да успокойся ты. Здесь новый номер и новая симка. — Теперь я точно не верю, что ты его потерял. — Ван выдохнула и скрестила руки, сверля парня самым подозрительным взглядом, на который была способна. Однако по его реакции нельзя было сказать, что его это хоть как-то волнует. Он как стоял с протянутой рукой, в которой лежал телефон, так и продолжил. — Ну, давай, рассказывай. — Ван, просто возьми новый, ладно? Я не записывал на видео, как терял твой телефон. К тому же, когда я выходил из компании, меня толкнул какой-то трейни. Так что старый еще и разбит вдребезги. — Минхо прикусил губу. Он почти насильно всучил Суа телефон в розовом чехле и сделал шаг назад. — Мне пора, извини. Ли попятился, едва не споткнувшись, и через пару секунд скрылся за углом. Су устало посмотрела на мобильник в своей ладони и изогнула бровь, твердо решив для себя докопаться до истины. — Думаешь, я тебе поверю? Ли Минхо, да ты, оказывается, совершенно не умеешь врать. Раз уж он вручил ей этот телефон… придется пользоваться. Девушка разблокировала экран и с шокированной улыбкой покачала головой. Вряд ли перед тем, как «абсолютно случайно» забыть телефон на полке в каком-нибудь магазине, Минхо стал бы заботливо переносить все контакты, приложения и прочую информацию со старого устройства.