Глава 21. Дурни.

«Хм, значит дары…» - мысленно хмыкнула Мириэлла продолжая свои наблюдения. Капитан четвертой когорты Мириэлла Яркая Тень занималась тем что и должен делать каждый разведчик – собирать информацию. Ее нынешним объектом интереса были иглогривы, и она изучала их повадки, привычки и потребности. Все для того, чтобы использовать этих дикарей в своих целях. Среди всех исконных цивилизаций Калимдора иглогривы были самыми развитыми. Они умели выплавлять сталь, знали земледелие, и строили на поверхности крепости, что были неприступными до прихода чужаков из старых земель. Но это процветание имело свою цену. В первую очередь, въевшееся в кости высокомерие. Зверолюдам просто не было смысла с кем-то договариваться. Торговля между ними и тауренами, тем не менее, все еще местами шла, но дружелюбия это все равно не порождало. Вторым неприятным фактом было постоянное перенаселение. Подземные чертоги могли прокормить лишь ограниченное количество свиней, а рождаемость, судя по всему, была у них немаленькой. Поэтому молодежь просто изгоняли на поверхность, пуская обратно лишь тех, кто богатой добычей доказал свою состоятельность. Изгнанники сбивались в банды, грабя всех на своем пути. Обратно возвращался один из десяти в лучшем случае, но в этом и была цель. Нестройная толпа молодежи обменивалась на одного закаленного воина, что ел куда как меньше, а в узких пещерных проходах был даже ценнее. Но это было в идеале. На практике было неважно, как именно были добыты трофеи. Иглогривы могли просто ограбить кого-то более удачливого, украсть, или даже получить дары от особо любящего родителя, вернувшись прямо с порога. Племенам было все равно, что произошло на поверхности – оставалось на поверхности. Так что использование подобных изгнанников как наймитов не было невозможным. Если дать им работу и показать, что случается с теми, кто не хочет сотрудничать, можно было легко добиться преданности. Главное, не держать их рядом с чем-нибудь ценным. А если свинолюды станут не нужны, можно всегда вспомнить полузабытое искусство создания болезней. Огры с их Красной Оспой и Плеть с их Чумой были отнюдь не единственными, способными на это. Да, кидаться друг в друга подобным было запрещено еще во времена Азшары, но дикари никогда не подписывали договор. И их пещеры станут отличной карантинной зоной, особенно если сама чума будет слабеть и гибнуть под лучами солнца. То, что она хладнокровно планировал геноцид целого народа, женщину отнюдь не смущало. Она вообще не видела особой ценности в короткоживущих и уж тем более во всяких примитивных полуживотных. Мириэлла - одна из старейших эльфов своего народа. Она видела, как союзы и договора рушатся и разваливаются, потому что поколения не помнят или не хотят помнить, что обещали их предки, уже давно сгнившие в могилах. То, что для тех же людей – это годы мира, для нее просто миг, который быстро закончится. Люди так вообще мирились, предавали, враждовали и снова мирились сотни раз и тот же конфликт с Альтераком – просто еще один эпизод истории. Через пару сотен лет они могли бы уже в десна лобызаться с лордероцами, забыв все обиды. «Этот же союз с орками в лучшем случае продержится лет двадцать, да и то только потому, что у сторон нету сил, чтобы его рушить.» Для зеленокожих здоровяков это целое поколение. Для нее и таких как она – это просто маленькая строчка в учебнике истории. Не более. Падение родины – это да, важное событие. А союз с орками – просто начальный эпизод их истории, если они тут все не вымрут. Коль удастся эльфам стать достаточно сильными, пока зеленые женщины рожают Орде новых воинов, он может переродиться во что-то длительное, вроде отношений с людьми. Но если нет, орки станут проблемой. Потому она и собирала информацию. Для того же Эйсиндаля двадцать лет могут показаться долгим сроком, но для нее гонка со временем началась уже сейчас. Эльфийское государство просто должно было стать сильным, и все, что можно использовать – должно быть использовано. Если же на этом пути придется приносить жертвы, то это не имеет значения, пока жертвой не является эльф. «М?» Она услышала приближающиеся шаги. Нарочито громкие для того, кто ходит тихо. Обладатель специально дал ей себя услышать, но так чтобы те, за кем она следит, ничего не поняли. Вскоре среди кустов показалась троллья морда. Темнокожий охотник Черного Копья аккуратно приблизился и затих, позволяя округе успокоиться и привыкнуть к нему. «Умный тролль», - мысленно улыбнулась она. Он знал, что просто так приблизиться к Следопыту – это нарваться на отработанный рефлекс – стреляй, потом разбирайся. Потому сразу же дал понять, что он идет и только убедившись, что тот, кто ему нужен, его услышал, он и подошел. Тролли знали что у них с эльфами есть напряжение. Даже более сильное чем с орками, потому сами старались не раздражать. Такое поведение даже импонировало Мириэлле. Говорить с идиотами она не любила, а вот понимающие личности всегда вызывали в ней уважение. Может показаться странным, что она так думает, но на самом деле только у молодежи типа Эйса или Илифейн такие тяжелые отношения с орками. Те, кто старше, с большим трудом выдерживают троллей. Орки без сомнения неприятное явление, причина большого кровопролития, боли и потерь. Но это явление, что случилась с ними один раз двадцать лет назад и более не докучало. А вот тролли – это то с чем эльфы жили поколениями. Каждого маленького ребенка учили с детства бояться троллей и пугали их приходом таких тварей. А когда они становились чуть старше, о том, что делать, если ты встретил тролля в лесу рассказывали уже на уроках в Академии. Орки напали раз – тролли нападали тысячи лет. И то что орки сделали с деревней Ветрокрылых – это мелочь с тем, что Амани творили с их родиной поколениями. Никто не совершенен – ни Следопыты, ни Пограничная Стража, и порой тролльи рейды умудрялись просочиться через границу. А порой даже незаметно сконцентрировать достаточно сил, чтобы проломить ее грубой силой. И что они творили, находя эльфов, Мириэлла предпочитала не вспоминать. Даже самые мерзкие орочьи отморозки на их фоне покажутся неженками. Но самое мерзкое в троллях было то, что их поступки были бессмысленными. И они знали это. Вырежи ты хоть десяток эльфийских деревень – ты все равно не победишь. И эльфы придут в ответ, вырезая уже ваши деревни. Но Амани было плевать. Они как будто уже смирились с собственной смертью и были готовы на все, лишь бы нанести врагу как можно больше урона перед оной. Разумеется, Капитан Следопытов понимала, что это такие как она сделали Амани такими. Она своими глазами видела, как из войны во имя духов и богов вражда с эльфами постепенно переродилась в войну во имя мести, а после и вовсе в своеобразный новый культ, которому Амани следовали с куда большей фанатичностью, чем любой из прошлых религий. Но ей было все равно. С орками все было далеко не так пессимистично. Как бы неприятно не было признавать, но даже нападение на деревню Ветрокрылых и вырезание всех жителей – было частью плана, важной миссии, а не тупо развлечением. Это не значит, что орки не развлекались, убивая женщин и детей, а те не мучались. Но это хотя бы было осмысленным действием для важной стратегической цели. Для Амани же это был акт их искаженный веры. Война была сутью жизни, а каждый замученный эльф – религиозным подвигом. Она потом еще спросила у Эйтригга о том, как проходила эльфийская кампания с их стороны и что делали Амани. Те больше занимались жертвоприношениями и глумлением над трупами, чем снабжением армии, а Зул’Джин всячески отказывался от отступления, даже когда было понятно, что это – лучший выход. Можно было подумать, что и эльфы творили кошмары на их территории такие же. Но это не совсем так. Как и орки – эльфы всегда имели какую-то цель и смысл своими поступками от банального удержания тварей в «каменном веке», до устранения чрезмерной популяции. Это не делает поступок мерее ужасным, но он имеет смысл. Для Мириэллы – это было важнее. Пока враг рационален, с ним можно вести переговоры. Не обязательно дружественные – но сама возможность диалога позволяла порой избежать лишней крови. Троллья же рациональность была… альтернативной. Они больше думали о лоа, предках и прочих эфирных материях, вместо того, чтобы обратить внимание на что-то более злободневное. Не только Амани. Все тролли. Так что, может с Гурубаши и конкретно этим племени у нее дурной крови не было, но старые привычки тяжело перебороть. Тролль есть тролль. Благо она спокойнее реагировала на них чем молодежь. - Говори, - произнесла она, заглушив свои слова магией, чтобы её мог слышать только собеседник. - Доклад по новым свинным стоянкам принести, - ответил тот, передавая ей послание. – Ну и спросить кое-что. - М? - Кого звать, чтобы разнять орка и эльфа от попыток стукать друг друга по головам? - А? *** - Что?! Ты нарываешься, морда зеленая?! – рычал Альсудар, смотря на своего оппонента. - Да, и что ты сделаешь, принцесса?! – ответил ему оскалившийся Варок. Два могучих воина стояли друг напротив друга и готовы были в любой момент выхватить оружие и начать бой. Окружающие, как орки с троллями, так и эльфы с тауренами, не особо знали, что им делать. Приказывать двум военачальникам они не могли, друг друга не особо жаловали, но резню устраивать тоже не хотели. Но была бы проблема только в ссоре, то можно было еще понять, но ЭТА причина… - Доспехи – вот во что нужно вкладывать труды и силы! – гордо заявил Альсудар Бастион ударив кулаком по своему нагруднику. – Прочнейшая броня – вот истина настоящего воина, а не какая-то грязная дубина. - Мой свою дубину или стручок и не будешь стесняться, - ответил ему Варок Саурфанг. – А твоя броня ничего не стоит против хорошего удара. Если орк врежет, то даже рыцаря порвет. - Пф! Врезать ты можешь только по жалкому человеческому куску говна, который они считают настоящей броней. Как кстати и твоя. Такого убожества в жизни никогда не видел. - Зато я хотя бы вижу, что делаю и могу до противника дотянуться, в отличие от тебя, металлолом на ножках. - А давай проверим?! - Как? - Бери свой топор и со всей дури бей мне в грудь. Мои доспехи и я сам выдержу с легкостью, даже не почешусь. - Ха! Да тебя потом хоронить придется. Зато сразу в броне будешь. На гроб скидываться не придется. - Да твой топорик обломается вместе с тобой. Спорим? - Спорим! - Пошли! Оба спорщика разошлись подготовиться к своим. С чего начался данный конфликт? Ну с инициативы двух весьма увлеченных военным делом вояк. Альсудар, так и Варок слушая приказы своих лидеров все же решили попытаться как-то наладить контакт, ну и раз они оба воины, то решили завязать разговор, начав с вооружения. Однако мнения их резко разделились, ведь эльф считал лучше вкладываться в защиту, когда как орочий налетчик предпочитал больше нападать. Это не значит, что орки не ценили доспехи, но полноценную броню очень тяжело достать, а собственное производство давно уже еле дышит и никак не начнется. Не трофейного вооружения у орков крайне мало, а то что есть, качества не особо хорошего. Потому кольчуга – это лучшее что многие могут себе позволить. Ну и вот спор из логичных доводов быстро перерос на высокие тона и разразилась ссора. - Командир, ты что там придумал?! – сказал ему Баскитель. – Да он же тебя в землю вобьет одним ударом. - Пф, если сможет, - фыркнул Бастион. - Тебя же после войны по кускам собирали. Твоя рожа и тело имело больше «заплаток», чем все Следопыты за всю историю. Куда ты снова полез? – покачал головой Вертили. - Так я потому доспехи себе новые и приобрел. Самые лучшие. Потратил на это огромные деньги. И Артас, чтоб ему сдохнуть не больно, как раз уничтожил банк, в котором я кредит брал. Теперь отдавать не придется. - Ну ты… Переубедить этого типа было невозможно. Если Альсудар упрется рогом, то остановить его можно, только этот самый рог обломав. И, как на зло, вокруг не было никого, обладающего достаточной силой или авторитетом. А меж тем на другом конце происходил примерно похожий разговор: - Ты чего вытворяешь, Варок? – недоумевал Эйтригг. – Если ты этого эльфа убьешь, у нас же потом проблемы будут. - Да эти остроухие на одно лицо. Поймаем другого и нарядим в такую же банку. Никто разницы не заметит. - Твои шутки порой совсем уж нелепые, - хмурился троллий воитель Уру'зин, поглаживая свой ирокез. – Может не стоит. - Да ничего с ним не будет. Магией своей закроется и будет вонять, что победил. Сами увидите. Через несколько минут оба спорщика вернулись и стали сверлить друг друга взглядом. Может они и понимали, что конфликт высосан из пальца, но гордость не позволяла никому просто взять и признать неправоту. А потому… - А ну-ка, что вы тут устроили?! – прозвучал гневный голосок. Повернувшись два воина ничего не увидели, а затем додумались посмотреть вниз. Там они увидели маленькую фигурку Илифейн Легкий Ветерок. Та еще для того чтобы чуть приблизиться к ним встала на небольшую табуретку, что ей подал Рокхан. - Два здоровенных лба, а ведете себя как маленькие дети! – негодовала эльфийка. – Ты что, Альсудар, в детство впал, раз теперь мериться гениталиями собрался с кем-то? Совсем уж скучно стало? Воин в полной броне только скривился под шлемом и отвел взгляд. - А ты чего? – сверкнула она сердитым взглядом на орка. – Прославленный воевода, а собираешься тут в нелепом споре участвовать у кого хер больше. Может тебе таким по лбу постучать, ума чуток прибавится? Немолодой орк ничего не ответил. Ситуация резко из напряженной стала комичной, ведь Альсудар ничего более старшему по званию сделать не мог, а Варок просто не мог найти аргументов. Да, формально Глава Следопытов не имела прав ему что-то там выговаривать, но если он начнет спорить, то только выставит себя идиотом. Потому что вся затея с самого начала была не особо умной. - Старые хрычи, даже орк меня старше, а туда же! Седина в голову, бес в ребро! Если дуреете от безделья, то найдите себе работу, а то я могу разве что кинуть вас в карцер! И я это сделаю!!! Спорщики лишь сердито переглянулись, но продолжать не стали. Потом закончат то что начали. Под дружный смех всех вокруг они и двинулись выполнять свои обязанности…