Часть 16

Касанна, как и обещала Меррону, занялась подготовкой к балу сама, стараясь как можно реже беспокоить мужа организационными вопросами. Конечно, ей на помощь пришел Элиот, потому что она плохо знала об обычаях и традициях в Тихой гавани. Да, она когда-то изучала вместе со своими учителями особенности всех шести земель, но все же не углублялась в подробности. В подростковом возрасте Касанне было намного интереснее практиковать заклинания, нежели сидеть за учебниками и запоминать, какой цвет считается в Тихой гавани предпочтительным, а какой — нет. А потом замужество так быстро настигло ее, что Касанна даже не успела опомниться и хотя бы как-то подготовиться к нему. После разговора с Мерроном целыми днями девушка только и делала, что учила язык жестов или вместе с Элиотом занималась организацией праздника — составляла список блюд, рассылала приглашения, выбирала украшения в Центральный зал. Касанна надеялась, что благодаря балу она не только ближе познакомиться со знатью Тихой гавани, но еще и заведет парочку подруг. Хоть Луиза навсегда останется в ее сердце самой лучшей подругой, принцесса считала, что ей все равно нужно общаться еще с кем-то, помимо слуг, Меррона и Элиота. Касанна с нетерпением ждала дня, когда ее первый бал в Тихой гавани наконец-то состоится. Она ходила по поместью воодушевленной и радостной. Ее настроение также влияло на всех, кто проживал в доме Форсфулов. Касанна настолько «заразила» всех своим позитивом, что, кажется, даже слуги стали менее серьезными и смурными, а Меррон все же проявил интерес к предстоящему празднику. — Я смотрю, подготовка к балу очень вас развеселила, — однажды сказал ей Меррон, когда они сидели вдвоем в гостиной после ужина. К этому времени девушка уже успела выучить много новых жестов, поэтому она без труда поняла мужа. — Да. Я действительно хочу чтобы он получился запоминающимся, поэтому мне нужно, чтобы все было идеально, — ответила Касанна, откладывая в сторону образцы ткани. — Даже моя мама не подходила с такой ответственностью к организации балов, — признался Меррон. — Во мне просто течет кровь Олденов. Из-за этого вряд ли мне удастся пустить все на самотек, — пошутила принцесса. — Кстати, я решила заказать в Центральный зал новые шторы по этому поводу. Как вы думаете, такие будут хорошо смотреться? Касанна протянула Меррону кусочек ткани светло-зеленого цвета. — Честно говоря, я плохо разбираюсь в оформлении комнат, — написал Меррон на листочке. — Просто скажите, красиво это будет или нет. — Красиво, — ответил Форсфул, глядя прямо на нее. В Касанне внезапно зажегся озорной огонек. — Это вы сейчас про ткань для штор или про меня? — игриво спросила она, наклонив голову. Принцесса не знала, зачем вообще сказала это. Наверное, чтобы проверить, работают ли до сих пор ее навыки обольщения или для того, чтобы внести нотку кокетства в свою жизнь. Меррон ответил, нисколько не смутившись: — Первое… «Кто бы сомневался» — …потому что вы гораздо красивее, чем этот жалкий кусок ткани, — добавил Меррон в письменном виде. Касанна покраснела и опустила взгляд. Это был первый раз, когда Меррон по-особому отметил ее красоту. Конечно, он и до этого делал ей комплименты, однако все они были сказаны будто…вскользь, ради приличия. Мужчина не вкладывал в них какой-то смысл. Сегодня же ситуация изменилась. — Скажите, моя леди, — внезапно написал мужчина, — вы допускаете мысль, что когда-то мы с вами сможем стать полноценными мужем и женой? Этот вопрос застал девушку врасплох. Она и сама порой задумывалась об этом. За несколько месяцев им удалось пройти путь от ненависти до дружбы, а затем и до…чего-то странного, чему Касанне пока не удавалось найти определение. Может быть, в дальнейшем у них получится перевести свои отношения на новый этап? — Я не знаю, — честно ответила Касанна, сминая в руках ткань для будущих штор. — Я…не хочу пока что давать вам ложной надежды. Могу только сказать, что сейчас я отношусь к вам гораздо теплее, чем раньше. — Этот ответ меня радует, — сказал Меррон и с улыбкой посмотрел на нее. Касанна не могла не улыбнуться ему в ответ. — А как вам моя внешность? — поинтересовался мужчина. — Вам не противно смотреть на меня? До этого он никогда не спрашивал ее ни о чем подобном. — В первую нашу встречу я посчитала вас…страшным, — не стала лукавить Касанна, поэтому Меррон согласно кивнул. — Мне действительно было тяжело даже подумать, что придется выйти замуж за человека без голоса и одного глаза. Знаете, принцессам часто пророчат в мужья прекрасного принца, поэтому мне тяжело было столкнуться с суровой реальностью и понять, что такое случается не с каждой коронованной особой. — А как я вам сейчас? — Я уже привыкла к вашим особенностям, — ответила девушка. — Меня больше не пугает ни ваш шрам, ни ваша повязка. Вы — это просто вы. Какой есть. — На самом деле моя внешность — это еще одна из причин, по которым я не решился выбрать себе жену в восемнадцать лет. Я считал, что на меня просто никто не сможет посмотреть без страха. При этом мне бы не хотелось и чтобы меня жалели. Самое худшее, что есть между мужем и женой — это жалость одного из партнеров к другому. — Но ведь жалость может быть истолкована не только в плохом смысле, — возразила Касанна. — В какой-то степени это еще и забота, сожаление о том, что с вами когда-то случилось такая…неприятность. Меррон поднял руку, останавливая ее, и быстро написал на листке: — Здесь мы с вами имеем разное мнение. Давайте не будем спорить. Касанна согласно кивнула. Она тоже не хотела, чтобы у них на этой почве возник конфликт. Однако девушка подумала про себя, что в жизни Меррона должно быть случилось что-то очень плохое, раз он так рассуждает о жалости. Любопытство распирало ее изнутри. Касанне очень хотелось узнать, с чем же столкнулся мужчина. Однако девушка смогла сдержать ворох вопросов, который рвался из нее. Не сейчас. Она не будет бередить его старые раны в эту самую минуту.

***

— Все готово, — сказала Криста, отходя от Касанны. — Ваша прическа выглядит просто превосходно! После этого она собрала все заколки и прочие вещи, разбросанные по столику, чтобы девушка могла спокойно посмотреться в зеркало. — Спасибо, Криста, — ответила Касанна, накрутив локон на палец. — Ты мне очень помогла. — Вам нравится? — Да! Хотя мне очень непривычно видеть себя с такой прической. Я выгляжу как-то…по другому. — Мне кажется, что вы преувеличиваете, леди Форсфул, — ответила Криста и улыбнулась. — Может быть. Просто в Вуденхолле ценится скромность, поэтому мы не делаем сложные прически даже для бала. — Я не могу сказать, что в Тихой гавани дела обстоят иначе, моя леди. Эту прическу все же не назовешь сложной. Здесь мы просто очень любим подчеркивать женскую красоту — только и всего. Касанна улыбнулась, глядя на себя в зеркало. Она в первый раз видела себя с аккуратно сделанной шишкой. «Что ж…никогда не думала, что скажу это, но… Мне идет! Я могу и привыкнуть к подобным традициям Тихой гавани» — Не думаешь, что я выгляжу какой-то…повзрослевшей? — задумчиво поинтересовалась у служанки Касанна. — Разве что немного, но так и должно быть. Вы все-таки стали леди Форсфул. Пока Касанна крутилась около зеркала, разглядывая себя со всех сторон, в комнату вошла Марла и сказала, что гости уже скоро начнут прибывать в поместье. — Тогда мне нужно поторопиться, — засуетилась Касанна, едва не запутавшись в подоле своего светло-голубого платья. — Аккуратнее, моя леди. Иначе вы так не дойдете даже до первой ступеньки, — пошутила Марла, поправив ее наряд. Касанна достала из ящика духи, подаренные ее тетей, и попшикала ими на себя. Служанки недоуменно переглянулись. — Что это? — спросила Марла. — Парфюм, — ответила Касанна. — Или же духи. Называйте, как хотите. — Откуда они у вас? — с любопытством спросила Криста, наблюдая за тем, как девушка убирает их обратно в ящик. — Ого! Как теперь от вас приятно пахнет! — Это мне подарила моя тетя из Вуденхолла. — Потрясающе! Надеюсь, что в Тихой гавани тоже будут скоро продавать такие штучки, — сказала служанка. — Ладно, леди Форсфул. Вам пора идти, — начала подгонять ее Марла. Касанна набрала в грудь побольше воздуха и распахнула двери своей спальни. Не успев сделать и пару шагов по направлению к лестнице, она нос к носу столкнулась с Мерроном, которого каким-то чудом не заметила в коридоре. — Ой! — воскликнула Касанна и отшатнулась. — Я сегодня что-то слишком неуклюжая. — Это все из-за волнения, — ответил Меррон. Теперь девушка научилась гораздо лучше понимать своего мужа. Поблагодарить за это можно было Элиота и ее собственное упорство. Принцесса посмотрела на Меррона. Сегодня на нем был изумительный темно-синий наряд. Прекрасный плащ белого цвета, на котором красовались вышитые золотыми нитями единороги, дополнял образ мужчины и делал его шевелюру еще ярче. — Вам очень идет синий цвет, — Касанна не стала лукавить и сделала честный комплимент своему мужу. — Как и вам голубой, — ответил Меррон, склонив голову. Повязка на его глазу сегодня тоже была темно-синего цвета. Портной очень хорошо постарался, позаботившись о том, чтобы все элементы наряда точно сочетались между собой. — Носите такие платья почаще. — Моя леди! Нужно открыть двери для гостей! — донесся голос Элиота снизу. — Иду! — крикнула Касанна. Потом она поправила свою прическу и спросила у Меррона: — Вы готовы к балу? Тот кивнул в ответ и взглядом показал ей на свою руку. Касанна тут же поняла намек мужа и взяла его под локоть. Сегодня принцесса чувствовала себя просто превосходно. Она чувствовала, что этот день точно будет идеальным от начала и до конца. Сердце в груди Касанны слегка трепыхалось от волнения, поэтому она приложила правую руку к груди, чтобы немного успокоиться и сделать несколько глубоких вдохов. Меррон, который шел рядом с ней выглядел так, как и подобает лорду Тихой гавани — уверенно и строго. Его лицо выражало абсолютное спокойствие. Впрочем, как и всегда. Спустившись, они встали на самой последней ступени лестницы, и Касанна приказала переводчику, чтобы тот распахнул входные двери. Старик послушно кивнул, и вскоре на пороге появились первые гости. — Барон Эррон Мортис вместе со своей женой Эйвелин! Граф Крис Даэлос вместе со своими двумя дочерьми — старшей Линдой и младшей Барбарой! — громко кричал паж — мальчик, что впервые подал ей руку, когда она оказалась в Тихой гавани. Касанна и Меррон слегка кланялись каждому гостю и приветствовали их своими фирменными улыбками, как и было положено лорду и леди. Потом Криста и Марла в чистой, отглаженной форме горничных провожали вошедших в поместье людей в Центральный зал, где нанятый Форсфулом оркестр уже играл приятную музыку, а на столах красовались стеклянные фужеры с вином и самые разные закуски. Было видно, что абсолютно всех гостей сильно интересует новоиспеченная леди Форсфул, нежели закуски или украшения в Центральном зале. Мужчины кидали на нее оценивающие взгляды, а женщины внимательно изучали ее наряд и прическу, будто выискивая, к чему можно было бы придраться. Одни лебезили, другие — открыто выражали свою признательность, третьи — молча разглядывали хозяев поместья, удостоив их только вежливыми поклонами. В целом, картина была идентична той, которую Касанна наблюдала у себя в Вуденхолле, поэтому она перестала слишком сильно волноваться. — Вы запомнили хоть одно имя? — внезапно спросил у нее Меррон, когда они поклонились очередной паре, вошедшей в их дом. — Нет, — честно ответила Касанна и негромко рассмеялась. — Я надеюсь, что исправлю это упущение во время танцев. Меррон ухмыльнулся и пожал плечами. — Я бы на это не надеялся. Как по мне это — … Последний жест Касанна не особо поняла, но она догадалась, что Меррон, скорее всего, сказал «бесполезно» или «бессмысленно». — Вы слишком пессимистичны, лорд Форсфул, — укорила его принцесса. — Гостей все же нужно запоминать не только по лицам, но еще и по именам, иначе как в будущем мы будем выстраивать с ними взаимовыгодные отношения? — Как-нибудь? — шутливо предположил Меррон. Услышав его ответ, Касанна не выдержала и хихикнула. Какой же он все-таки…серьезный и несерьезный одновременно. Просто поразительно. Самой последней в поместье прибыла очень симпатичная девушка по имени Лили Трайт, одетая в красивое платье салатового цвета. Она показалась Касанне достаточно скромной, ведь та, в отличие от остальных гостей, не стала сразу внаглую ее рассматривать, едва перешагнула порог. Однако пожилая тетка по имени Брунгильда, которая сопровождала Лили, сразу не понравилась принцессе. Та была одета в какое-то странное платье темно-красного, почти коричневого цвета, и выглядела слишком уж злобно. Седые волосы пожилой женщины были собраны в неаккуратный пучок. Сама она сильно горбилась, из-за чего еще больше становилась похожа на какую-то злобную ведьму из сказок. Когда они подошли ближе, принцесса почувствовала какой-то странный запах, исходящий от них. Пахло сладко. Слишком сладко. «Кажется, что так обычно пахнут пионы. Или нет… Розы. Точно! Розы!» Касанна знала, что многие любят перебарщивать с ароматическими маслами, поэтому не особо удивилась подобному. Стараясь игнорировать недовольное выражение лица сморщенной старухи, девушка широко улыбнулась после того, как гости сделали вежливый поклон. Меррон же при виде Трайтов слегка скривил лицо, но тоже сумел выдавить из себя улыбку. На других он так не реагировал, поэтому реакция мужа осталась загадкой для Касанны. Однако девушка решила пока не обращать внимание на это и уделить внимание гостям. — Я слышала, что вы очень красивы, леди Форсфул, — произнесла Лили, поправляя свое платье салатового цвета и глядя на Касанну пронзительными светло-синими глазами. — Что ж…слухи оказались правдивы. Мне… — Моя внучка рассуждает как самый настоящий мужлан, — прошмякала старуха, оборвав ее речь и взглянув на девушку почти с ненавистью. — Простите ее за это, если сможете, мои лорд и леди. — Ничего страшного. Подобная похвала от девушки льстит мне, — ответила Касанна. — Продолжайте, Лили. Старуха посмотрела на нее, но ничего не сказала. — Мне…мне очень хочется поскорее узнать вас поближе, — закончила свою мысль девушка, склонив голову. — Что ж, я думаю, что на балу вам удастся это сделать, — ответила принцесса. — На балу нужно танцевать и наслаждаться едой, — сказала Брунгильда. — Говорю вам это как человек, который прожил на этом свете уже семьдесят пять лет. — Бабушка! — шикнула на нее Лили. — Ну что вы в самом деле! — Я сказала все, как есть. — Проходите в Центральный зал, — сказала Касанна, желая побыстрее спровадить странную старуху. — Послушайте пока наш прекрасный оркестр. Когда две представительницы семейства Трайтов ушли, из-за угла показался Элиот. — Кажется, что на этом все. Все гости из списка прибыли, — сказал старик, подойдя к ним. — Отлично, — довольно произнесла Касанна. — Теперь и нам можно переходить к танцам и развлечениям. — Вы с леди Форсфул должны будете открыть бал. Вы помните? — спросил старик у Меррона. Тот согласно кивнул и слегка оттянул воротник своего пиджака. Судя по всему, он уже успел вспотеть, пока встречал гостей. Касанна и сама практически не чувствовала своих ног — ей пришлось почти час находиться в одном и том же положении, но ее внутреннее желание устроить праздник было намного сильнее усталости.