Глава 5: Дивный новый мир

Я зашёл куда-то перекусить. Я заказал невероятно большую порцию, потому что чувствовал, что был достаточно голоден, чтобы съесть её: тройной чизбургер с семейной порцией картошки фри, большой стакан яблочного сока и порцию куриных наггетсов. Я ошибался. Я был достаточно голоден, чтобы съесть это дважды. После похода в туалет, чтобы избавиться от того, что я уже переварил, я вышел из маленькой закусочной всё ещё голодным. — Блин, в чём дело, Нэнни? — спросил я на ходу. — Кстати, это ты. Нанитный ИИ, или как там. [Зачем, скажи на милость, тебе понадобилось давать мне имя? И почему Нэнни?] — Человеческий инстинкт, — сказал я. — А Нэнни звучит как нанит. И ты вроде как… решаешь за меня всякое дерьмо. Так что да. Нэнни. А теперь скажи, почему я всё ещё голоден? [Мне нужны питательные вещества, чтобы залечить повреждения, нанесённые твоему телу после многократного использования Сандевистана, полученные тобой травмы, и чтобы сделать тебя сильнее. Твоя активность предоставила возможность это сделать.] — Сильнее? — спросил я. — Насколько? [20%. По крайней мере, в определённых группах мышц] Он спроецировал изображение этих групп мышц на мой HUD, и большинство из них были в ногах и в области кора. — Как быстро? [Временные рамки: 20 минут и 56 секунд] — Нова! — крикнул я. — Подожди, а что, если я его врублю? — спросил я. Я украдкой огляделся. — Ну, знаешь, — я произнёс про себя. — Сэнди. [Ты можешь просто думать, чтобы поговорить со мной, знаешь. Как при звонке.] Дэвид: Виноват. Да. Включение Сэнди ускорит процесс? Как у нас дела с этой штукой с несовершенной репликацией клеток? Я добрался до станции NCART, чувствуя себя гораздо энергичнее. [Несовершенная репликация клеток в основном устранена. По процентной шкале, где ноль процентов означает отсутствие несовершенной репликации, а сто — критический уровень несовершенной репликации клеток, при котором я не в силах спасти твою жизнь, и ты наверняка умрёшь, сейчас ты на 5%, и достигнешь 0% через четверть часа.] Дэвид: Насколько высоким был мой уровень в логове мусорщиков? [60%. Если хочешь, я всегда буду уведомлять тебя, как только мы преодолеем порог в 50%.] Чёрт. Это было не так уж плохо, как я ожидал, но всё равно довольно высоко. Дэвид: Тогда я могу использовать Сэнди, чтобы ускорить наращивание массы? Насколько это увеличит счётчик? [Реализация всех моих улучшений увеличит твой прогресс к критическому сбою примерно на 5%] Хорошо. Дэвид: Давай сделаем это. Я включил Сэнди и тут же почувствовал, как моё тело делает что-то странное. Мои конечности одеревенели, а ноги стали тяжелее. И вдруг я почувствовал себя легче. Я подпрыгнул на месте. Вот дерьмо. — Нова! — крикнул я, ловя на себе странные взгляды людей на станции NCART. К чёрту их. Я включил карту города в своём зрении и нашёл ближайший спортзал. Он был всего в десяти кварталах. Я сорвался с места, побежав прочь от станции NCART в его сторону. [Я полагаю, ты хочешь довести эту функцию до крайности, однако я должен посоветовать тебе умерить свои ожидания. Сандевистан может обеспечить тебе мгновенную пользу в тренировках, но будут и другие последствия, с которыми придётся столкнуться, помимо этого, включая…] Дэвид: Ты скажешь мне, если увидишь что-то не так с моим телом, верно? [Да, скажу.] Дэвид: Тогда скажи мне, когда это случится, и когда мне следует серьёзно подумать о том, чтобы остановиться. [Конечно. Я призываю тебя попробовать это. Это даст мне ценные данные и, возможно, позволит сформулировать способы улучшения базовых характеристик твоих органических систем без использования киберимплантов.] Я замер на месте. Дэвид: Ты можешь… сделать мою органику лучше хрома? [«Лучше хрома» — это то, чего я не могу гарантировать, и я ещё не знаю, смогу ли. Мне нужно собрать больше данных.] Вот это прем! Я продолжал бежать, пока не достиг спортзала. Он назывался «Органический спортзал Тайсона», и когда я вошёл, всё было как я и ожидал, большинство посетителей, казалось, имели лишь минимальное количество киберимплантов; может, имплант локтя или плеча здесь и там, чтобы заменить или просто укрепить связки, без сомнения, но здесь было несомненное уважение к органической мускулатуре. В дальнем углу, подальше от людей с более нормальными пропорциями, стояли огромные чудища ростом более двух метров и шире, чем рост двенадцатилетнего мальчика. Животные. В ушах загрохотали миниганы. «Не связывайся с Животными!» Я отвернулся. Нужно было просто заниматься своими делами. Банды были огромными, и гангуны не были взаимозаменяемыми. И эти гангуны не были теми, кто убил маму. Как только я их найду, я заставлю их пожалеть, что они родились. Но сейчас мне нужно было сосредоточиться. [Сначала ты должен потреблять большое количество высокобелковой пищи. Потребление жиров и углеводов тоже не повредит, так как это обеспечит нас необходимой энергией для построения твоего тела.] Я нашёл торговый автомат, удобно расположенный у стойки администратора. В нём была куча энергетических батончиков, обещавших тонну калорий, но была и лучшая вещь по соотношению цены и качества с точки зрения питательных веществ. Батончик чистого белка/жира SCOP, почти безотходный, содержащий только то, что нужно организму для роста. Судя по обёрткам вокруг Животных, я мог сказать, что это была их любимая закуска. Один батончик весил примерно полфунта, что было впечатляющим размером. Я купил два для начала и развернул его, обнажив светло-коричневую, полупрозрачную массу. На вкус было ничего особенного, а консистенция была слегка твёрдой, но становилась всё более желеобразной, чем дольше она подвергалась воздействию слюны. Мне почти не пришлось его жевать, чтобы проглотить. Единственным его спасением было то, что он, по крайней мере, легко глотался, даже если на вкус был как слегка солёная и пряная вода. Я заплатил администратору за дневной абонемент и приступил. Я поискал свободную скамью для жима и довольно быстро её нашёл. На каждой стороне было по два двадцатикилограммовых блина. Я лёг под неё и начал. Она не сдвинулась. [Я могу вручную высвободить адреналин, чтобы ты мог воспользоваться истерической силой. Наряду с этим, я могу помочь тебе задействовать и скоординировать как можно больше мышечных волокон. Это значительно ускорит процесс.] Дэвид: Давай. [После этого будет больно.] Дэвид: Я не боюсь боли. Сразу же моё сердце начало ускоряться, пока не забилось в бешеном ритме. Я не мог сидеть на месте. Мне хотелось куда-то бежать. Вместо этого я с рёвом толкнул штангу. Затем я медленно опустил её, а затем снова поднял, и снова опустил. Затем что-то схватило мою штангу и удержало её на месте. Огромная голова заглянула через штангу, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. — Нужно ниже, парень. Полная амплитуда движения, давай же! — Он отпустил, и я почти забыл о весе. Я напрягся и опустил её. — Продолжай. — Я дошёл до дюйма над грудью. — Хорошо, теперь толкай вверх, — сказал он. Я сделал это. Затем он снова взялся за штангу, на этот раз более мягко. — Расширь хват. Руки подальше, да, вот так. Прямо там. Теперь держи. Не болтай штангой над ключицей. Опускай до середины груди. — Я последовал его совету и сделал это. [Примерно два повторения до критического отказа.] Дэвид: Несовершенная клетка…? Я даже не мог думать. [Нет. Твои руки не смогут удержать смертельный вес над твоим телом, и ты раздавишь свою грудную клетку, когда он упадёт на тебя.] Дэвид: Понял. Тогда я сделаю ещё три повторения. Один. Два. Нэнни была права. Я действительно не мог сделать ещё одно. Но к чёрту это. С криком я отдал штанге все свои силы, опустил её в последний раз и толкнул вверх изо всех сил. Случайный парень, благослови его сердце, смотрел и ждал, пока штанга поднимется. Это заняло у меня целую вечность, так как я застрял на одном месте, пытаясь преодолеть физическую невозможность, которая была мне подтверждена сущностью, знавшей моё тело лучше, чем я, но мне было всё равно. Я должен был это сделать. Даже если, по всем подсчётам, я не мог, я всё равно это сделаю. Штанга поднимется. Штанга поднимется. Как только штанга медленно начала опускаться к моей грудной клетке, мой страхующий-Животное просто схватил её и помог поставить на стойки. Дэвид: Как это было? Мне включить Сэнди? [Оценка увеличения силы в соответствующих группах мышц на 23%, с увеличением на 1% к критической несовершенной репликации клеток, если ты это сделаешь.] Нова. Я включил его. Прежде чем боль успела по-настоящему дать о себе знать, мои руки и грудь почувствовали себя как новые, без онемения или болезненности. Я сел, чтобы взглянуть на моего импровизированного страхующего. Это был один из Животных. Я сузил на него глаза. — Это был прем-подход! — Он засмеялся. — У тебя чертовски скрытая мощь. Никогда не видел, чтобы кто-то выглядел таким тощим и поднимал так много. Ты на стимуляторах или что-то в этом роде? Люди нормального размера вокруг нас смотрели на него, да и на меня, с неприязнью. Думаю, это было оправданно. Это должен был быть полностью органический спортзал, а эти Животные, без сомнения, были так накачаны биостимуляторами и «Соком», что их вряд ли можно было считать органическими на данном этапе, хотя, строго говоря, они были в основном органическими. — А тебе-то что? — спросил я. — Нужно тренироваться правильно, чтобы получить максимум пользы, — сказал он. — Следи за асимметричным ростом и всем таким. Ты пришёл сюда зелёный как трава, и я тебе говорю, это ошибка номер один. Хочешь получить максимум от своих стимуляторов, убедись, что всё сбалансировано. Ещё подход? Ну, раз он предлагал, я не собирался отказываться от его помощи. Но это ничего не изменит между мной и Животными. Ни на йоту. Нэнни влила в меня ещё адреналина, и я начал свой второй подход, на этот раз на десять повторений. Это было немного легче, чем в последнем подходе. После включения Сэнди я снова добавил по двадцатикилограммовому блину на каждую сторону. На этот раз я дошёл только до семи, и не потому, что я выбрал эту точку, а потому, что больше я не мог. На восьмом повторении Животному пришлось спасать мне жизнь. После второго подхода моя сила увеличилась на 19%, а после третьего — на 15%. Прежде чем Нэнни успела сообщить мне о результатах, я уже всё подсчитал. Общее увеличение на 68,33% в соответствующих группах мышц. Нэнни легче разложила всё по отдельным мышцам, с наибольшим увеличением в груди и плечах, а мои трицепсы и предплечья также получили немного любви и заботы. Но я был чертовски голоден. — Держи, чемпион, — Животное протянуло мне батончик SCOP. — Ты его заслужил. — Сказал он с большой, добродушной улыбкой. Моим первым инстинктом было отказаться, но, к сожалению, у меня не было такой роскоши, чтобы его злить. Обычные люди, вероятно, теперь ненавидели меня, после того как Животные заклеймили меня как качка на стероидах, и вряд ли окажут мне какую-либо помощь. Я проглотил батончик SCOP. Как только я закончил, я добавил значительно больше веса, лёг под штангу и начал поднимать. После ещё двух подходов моё общее увеличение выросло до 152%. Я чувствовал себя таким перекачанным сверху. Это меня почти напугало, на самом деле. — Время качать бицепсы, малыш, — сказал он. — Покончим со всей этой хренью с верхней частью тела и руками. Он протянул мне кривую штангу с двадцатикилограммовым блином на каждой стороне. Мне нужно было больше SCOP. 000 Восемь батончиков SCOP, всего один поход в туалет, и пять подходов спустя, мои бицепсы стали настолько большими, что я действительно заметил довольно большую разницу. [Приблизительный прогресс до критического уровня несовершенной репликации клеток составляет 50%.] Дэвид: Ой. Но не могу же я остановиться так рано. Ещё нужно сделать спину. И остальную часть туловища. И ноги. Что произойдёт, если мы дойдём до 90%? [Ты будешь опасно близок к критическим уровням.] Дэвид: Что это значит для меня, кроме этого? [Ты больше не сможешь полагаться на быструю регенерацию в критической ситуации.] Это было нормально. Я всю свою жизнь до сегодняшнего дня не полагался на это. Дэвид: Тогда продолжим. Животное прогнало меня через все круги ада, не забыв ни одной мышцы или части тела в своём стремлении выжать меня до последней капли. Как раз вовремя, чтобы наша импровизированная частная тренировка закончилась. — Ты молодец, парень! — Животное до сих пор было со мной только милым, но у меня было смутное представление, почему. Он, вероятно, хотел взять меня под своё крыло. Сделать меня ещё одним гангуном. Я усмехнулся. Плевать. В порыве страсти я отправил ему пятьсот эдди, и всё это время с моего лица не сходила хмурая гримаса. — Можешь засунуть это себе в задницу, урод, — сказал я. — Ха! — Он засмеялся, но всё ещё таким обманчиво добродушным образом, что практически выдало его с головой; всё это было спектаклем. — Кто тут урод, парень? Ты должен сказать мне, кто тебе продаёт этот «Сок». Дерьмо что надо, судя по тому, как быстро и сильно ты набрал массу. Я съел по меньшей мере десять фунтов SCOP, большая часть которых превратилась в чистую мышечную массу. Это было впечатляющее количество, тоже. Согласно весам, теперь я весил сто тридцать восемь фунтов, и всё это всего за одну тренировку. — И что ты будешь делать, если я тебе не скажу, чумба? — спросил я, готовясь в любой момент включить Сандевистан. — Что тебя так взбесило? Не любишь Животных? Я стиснул зубы. — Не особо, нет. — Кто-то с тобой плохо обошёлся, да, — сказал он. — И ты пытаешься набрать массу, чтобы отомстить. Слушай, ты расскажешь мне историю, а я тебе подгоню немного бесплатного «Сока», как тебе? — Слушай, чумба, — сказал я. — Ценю всю эту тренировку, но я не хочу быть должен кому-то из вас, парни, поэтому и деньги. Мы здесь закончили. Я ушёл. Ни за что я не буду пытаться колоть себе «Сок». Это звучало почти более безумно, чем то, что я уже делал, что, по идее, не должно было иметь побочных эффектов. Кстати говоря… Дэвид: Ты говорил о других последствиях, помимо этой хрени с несовершенной репликацией клеток. Как моё тело? [Твоё сердце напряжено. Я бы посоветовал не активировать Сандевистан ещё восемь часов, пока я не решу проблему твоего прогресса к…] Дэвид: Просто называй это «Критическим прогрессом» или что-то в этом роде. Ты слишком громоздко выражаешься. Не то чтобы я против, но это просто плохой дизайн пользовательского интерфейса. [Тогда я постараюсь исправиться, Дэвид. Если ты также хочешь, чтобы это всегда было видно, то вот.] На моих кибероптических имплантах, чуть ниже часов, появилась полоса прогресса. 90%. Дэвид: Хммм… сделай её красной, и ещё сделай так, чтобы она мигала. Это должно ощущаться срочно. И ещё сделай так, чтобы она никогда не исчезала из моего поля зрения, пока не опустится ниже 50%, после чего я смогу выбирать, смотреть на неё или нет. Изменения произошли довольно быстро, и только тогда я смог почувствовать некоторую срочность. Дэвид: Также помести мигающий текст, который пишет «предупреждение» заглавными буквами под полосой, и три восклицательных знака в конце. Теперь это ощущалось реально. Вау. Наверное, в будущем мне стоит немного сбавить обороты. После часа, потраченного на ожидание маглева NCART, поездку домой, а затем пешую прогулку, я наконец оказался на своём диване, и весь день навалился на меня. Это была скорее умственная усталость, чем физическая, если честно. Так много всего произошло. Я установил свой первый большой имплант, чуть не стал жертвой мусорщиков, заработал свою первую большую зарплату, пришлось выгнать каких-то гонков из своего дома, получил несколько советов о том, как быть наёмником, а затем я так усердно тренировался, что случайно достиг респектабельное телосложение. Запихнув всю свою одежду в стиральную машину, я пошёл в душ и посмотрел на себя в зеркало. Я был большим. Ну, не большим, как Животные. Просто. Большим. Больше, по крайней мере. В моём теле не было ни унции жира, что сильно подчёркивало мои мышцы. Восемь фунтов мышц, безусловно, имели значение, но что действительно помогло, так это отсутствие жира. [Предупреждение: тебе следует лечь спать сейчас, если хочешь хорошо отдохнуть перед школой.] Дэвид: Да, да… Нэнни. Я усмехнулся про себя. [Почему это смешно?] Дэвид: Потому что ты вела себя как моя няня. Ты знаешь, что это такое? [У меня такой же уровень владения языком, что и у тебя, Дэвид. Если ты знаешь слово, то и я его знаю. Прямое определение, а также его значение в человеческом обществе.] Я подошёл к дивану, чтобы сесть, и включил телевизор. Как всегда, он был настроен на новости; единственный канал, который мама могла смотреть. Развлечения Найт-Сити её просто не привлекали, что было справедливо. Это ведь было выжигание мозга. Моя небольшая резня мусорщиков не попала в новости или что-то в этом роде. Если и попала, то я этого не заметил. Не уверен, что новостям вообще было дело до такого. То, что не было срочными новостями, в основном было ориентировано на корпов. Дэвид: Думаешь, ты когда-нибудь сможешь смеяться? [Конечно, если я столкнусь с достаточно хорошо исполненным средством юмора, я смогу выразить веселье, хотя и не физически. У меня нет рефлекса, который это веселье могло бы вызвать, так что моё развлечение будет полностью личным.] Я отправил неопределённое «нова». [Тебе следует лечь спать.] Дэвид: Цикл стирки должен закончиться. Нельзя оставлять вещи стираться на ночь. Начинают вонять. [Тебе всё равно следует спать. Я разбужу тебя после одного цикла быстрого сна, а затем ты сможешь закончить со стиркой.] Дэвид: Ну, а что, если я не хочу спать? Я нахмурился. Расслабиться было нелегко. Мне всё ещё было страшно. И этот страх превращался в гнев, а гнев не давал мне уснуть. [Хочешь, чтобы я тебя усыпил?] — Нет! — крикнул я. Нэнни больше ничего не сказала, давая мне время переварить этот прилив паники. Сомнифобия. Я страдал этим уже много лет. И не без причины. Сон для меня всегда был опасен. Иногда я просто пропускал целые ночи сна, когда становилось совсем плохо. Качество моего сна всегда было хорошим, когда мне удавалось его получить, по крайней мере, физически. То, что делало логические головоломки в моих снах неизбежными, также запирало меня в этом глубоком быстром сне, из которого я не мог проснуться, если только стимул не исходил из внешнего источника. Сон ловил меня в ловушку, запирал в клетке. Но больше этого не было. Я был свободен. И мне пришлось стиснуть зубы. Собраться с духом. Фобии были иррациональны, но я нет. Мне просто было страшно. Но этот страх злил меня. И этот гнев? Ну, он делал меня злопамятным. Дэвид: Давай. 000 Я проснулся с рывком. [Время переложить одежду в сушилку.] Точно. Я спал. И ничего плохого не случилось. Я даже не видел снов. Это было здорово. Я быстро закончил своё дело и вернулся в кровать, выключив телевизор. Дэвид: Усыпи меня снова. 000 К тому времени, как я проснулся, Нэнни дала мне справку о полном здоровье. И я был хорошо отдохнувшим, как телом, так и разумом. Мой Критический прогресс был на аккуратном нуле. И я нашёл способ преодолеть свою сомнифобию. Просто заставить Нэнни меня усыпить. Это было мгновенно, и мне не нужно было медитировать, чтобы найти необходимый для сна покой. Это просто происходило. И это сэкономит мне столько времени в будущем. Я улыбнулся. Дела наконец-то шли в гору. Мне хотелось снова прогулять школу, но я знал, что это плохая идея. Зачем ещё я проходил через всю эту хрень? И прежде чем я продолжу работать над тем, чтобы стать соло, мне нужно было остановиться и хотя бы спланировать всё заранее. Очевидно, Дэвид Мартинес должен был быть отделён от Ди. Не годилось для начинающего корпа быть разоблачённым как грёбаный наёмник, даже если бы я был лучшим наёмником на свете. В лучшем случае я бы стал штатным наёмником «Саки», а это совсем не моя цель. Я хотел возиться с разной хренью. Исследования и разработки. Мама видела меня высоко в «Арасаке», работающим над тем, чтобы сделать мир лучше, выпуская технологии, которые могли бы помочь людям, вместо того, чтобы продолжать увеличивать разрыв между богатыми и остальным человечеством. Я всё ещё хотел этого, всё ещё хотел, чтобы были дети, которые не росли, сталкиваясь с тем же дерьмом, что и я. Стать ниндзя «Саки» означало оставить всё это позади в пользу пути наименьшего сопротивления. Я никогда в своей жизни не шёл по этому пути. Почему я должен делать это сейчас? Дэвид и Ди должны были оставаться отдельными. И это началось с программирования. Нужно было проксировать свою хрень, поднять свой личный ЛЁД — по крайней мере, то количество ЛЬДА, которое мог вместить мой Сандевистан и огромный нейронный позвоночник, с которым он шёл, что было немного — подумать обо всём, что касается Сети и данных, прежде чем я вообще начну с физической маскировки. Я работал над этим по дороге в школу, мои глаза пробегали по встроенному текстовому приложению, куда я мог просто сбрасывать кучу заметок по кодированию. ЛЁД всегда был тем, что меня увлекало, потому что он давал мне защиту от случайных гонков так, как, возможно, мог только пистолет в реальном мире. Или подкожная броня, на самом деле. Я никогда не был особенно ленив со своим ЛЬДОМ раньше, но я следовал обычным советам: не просто делать больше. После определённого момента, больше означало только громоздче и медленнее, и всё равно не останавливало нетраннера, который разгадал шаблон, кроме как на несколько дополнительных секунд в лучшем случае. Даже миллион строк дерьмового ЛЬДА не могли сравниться с тысячей строк прем-дерьма. Тем не менее, у меня никогда не было столько мотивации, чтобы действительно взяться за дело, как сейчас. К тому времени, как я добрался до остановки возле своей школы, я разработал довольно хороший сетап. Я попытаюсь проверить свои навыки вторжения против него, чтобы улучшить и их тоже, но многому нельзя научиться, играя в шахматы с самим собой. Не знаю. Я всё равно честно попробую, пока не перестану чувствовать улучшение. Но всё это были дела соло, и разве я только что не решил серьёзнее относиться к школе? Что мне нужно было сделать, опять? Точно. Уничтожить, Завоевать или Сотрудничать. У первых двух была обратная сторона; позволить себя уничтожить. Это могло быть полезно, если вы имели дело с кем-то огромным. Специально принять первый удар, притвориться, что он был достаточно разрушительным, чтобы вы выбыли из игры. Если они были разумны, они просто пойдут дальше. Если у них была обида или они были просто мудаками, они будут давить, просто чтобы тебя поиметь. В зависимости от их темперамента, вы потеряете меньше, чем если бы вы на самом деле сопротивлялись. Позволить себя завоевать тоже было вариантом. Часть меня подозревала, что Кацуо сначала пытался сделать это со мной, но потерпел неудачу из-за моей полной неспособности заботиться о корпоративных играх в то время. Два года, которые он потратил на то, чтобы сделать мою жизнь особенно увлекательной, были достаточно хорошим уроком: корпоративные игры — это то, о чём стоит заботиться; откажитесь от этого на свой страх и риск. Теперь Кацуо хотел меня только уничтожить. Его постоянные попытки заставить меня бросить учёбу и его периодические избиения были достаточным доказательством этого. Для него я не был сущностью, которую стоило иметь рядом. Он хотел, чтобы я исчез. Мне нужно было придумать план против него. Единственная проблема заключалась в том, что я полностью застрял на первом шаге. Но я не сдамся. Мама бы не сдалась. Нужно было что-то придумать. Не моя вина, что я был плох в корпоративных играх, но это будет моя вина, если я откажусь учиться. До сих пор я был доволен просто запоминанием учебного плана; применение было немного сложнее, но я доберусь до этого. Скоро. По дороге в школу я краем глаза что-то заметил. Подумав, что это та самая красотка, которую я видел на днях, когда в последний раз был в школе, я повернул голову, но обнаружил, что смотрю на самую уродливую рожу во вселенной: Кацуо. 000 — Какого хрена это у тебя на шее? Наследие позвоночника из девяностых? Боже мой, Дэвид, твоя жизнь — это грёбаный отстой! Кацуо и двое его друзей, стоявших по бокам от него, отвели меня под какой-то мост, где были только наркоманы и бездомные, роющиеся в мусоре в поисках чего-нибудь, на что можно прожить. Всё это время я задавался вопросом; что я мог сделать в этой ситуации? Я не мог просто убить Кацуо. В смысле, я мог, но тогда мне пришлось бы иметь дело с расследованием уровня «Арасаки». Они бы меня сразу же вычислили. Даже если под мостом не было камер, наверняка были те, что запечатлели меня с Кацуо. Если бы он и его друзья умерли, они бы свалили это на меня, или, по крайней мере, подозревали бы меня достаточно, чтобы проверить мои киберимпланты и найти Сэнди. К тому же, бездомные были бы свидетелями. Они бы никогда не дали показания в мою пользу, но ради золотого мальчика «Арасаки» они бы сделали всё, чтобы заглянуть в карманы его отца. Я мог бы и их убить. Нет. Это было ужасно. Они, может, никогда и не подумали бы за меня заступиться, но это не давало мне права отнимать у них жизни, как будто я какой-то киберпсих. Было ужасно, что я вообще об этом подумал. — Я с тобой разговариваю, Дэвид! Чёрт. Я забыл сделать корпо-штуку. Подождите, неважно. «Уничтожить» — это ведь то, где мы сейчас находимся, да? Мои варианты были ограничены. Насилие было бы сурово наказано. Я не выйду из этого без нескольких синяков. Тогда уж лучше просто быть мудаком. — Кацуо, ты хочешь меня трахнуть или что? Кацуо в шоке отступил. — А? Какого хрена ты только что сказал? — Не знаю, почему ты ещё так одержим мной, — сказал я. — Ты явно запал на меня. Никогда не пробовал уличного крысиного члена, да? — Я усмехнулся. — Я не очень хорошо разбираюсь в том дерьме, которым вы, корпо, занимаетесь за закрытыми дверями, и я не особо хочу учиться. Просто найми джойтоя или что-то в этом роде, у тебя должны быть деньги на это. Достаточно хороший ответ на твоё странное признание в любви? — Дэвид, ты…! — прорычал он. — Я тебя уничтожу! Он был прав. Он меня уничтожил. К тому времени, как он оставил меня в покое, я истекал кровью, у меня было несколько сломанных костей и шатающихся зубов. Дэвид: Убедись, что не лечишь синяки на моей коже. Затем я включил Сандевистан. Всё, кроме моих синяков, было полностью излечено. Дэвид: Есть ли шанс, что это тоже дало мне прирост силы? [Да, на самом деле. Сломанные кости позволили мне срастить их крепче, чем раньше, и я увеличил силу твоих ушибленных мышц, когда лечил их.] Дэвид: Нова! Надо чаще получать по морде! Я взглянул на свою полосу Критического прогресса. Всего 3%. Дэвид: Ты осваиваешься с несовершенной репликацией клеток. [Чем чаще это происходит, тем больше я могу научиться предотвращать эту неизбежность.] Тогда я вышел из этого абсолютным победителем! Получай, Кацуо!