Глава 6. Прозвище

Рей смотрела в полированную металлическую пластину, служившую в изоляторе зеркалом. Отражение было слегка растянутым, но в целом давало представление о внешнем виде. Под глазами девушки залегли тёмные круги. Рей обычно их не замечала, но сейчас осмотрела критически. Армитаж говорил, что она красивая, хотя и не хотел с ней встречаться. Можно ли было ему верить? Волосы Рей спутались и имели жалкий вид. Она намочила руки и стала разделять непослушные пряди, потом собрала волосы в пучок. Пучок Рей не понравился, и она завязала высокий хвост. — Вот так вроде неплохо, — улыбнулась Рей. — Не понятно, правда, почему меня вообще волнуют эти глупости. Рей села читать книгу, но продвинулась совсем немного из-за волнения. Бен Соло никогда не предупреждал её о своём приходе, и чем больше тянулось время, тем напряжённее она себя чувствовала. Рей посмотрела на давно остывшую кашу на столе. Отказаться от завтрака было нельзя, поэтому обычно она сдавала нетронутую кашу обратно. Но сегодня никто не пришёл за тарелкой, как будто все забыли про Рей. Переклички тоже проводили не так часто, как ожидалось. Девушка покосилась на видеокамеру в углу своей комнаты. Наверняка он следил за ней, возможно, прямо сейчас. От этой мысли становилось неуютно. Рей преследовало стойкое ощущение, что она, как рыбка в аквариуме, выставлена на обозрение. «Или как лягушка под скальпелем учёного. Вот ведь всевидящее око, блин», — подумала Рей и усмехнулась: — Вы сами обрекли себя на унылое созерцание моего быта, мистер Соло, — сказала она в камеру и демонстративно почесала ягодицу. Но ощущение победы быстро покинуло Рей.

***

— Новая причёска? — Эмм, да. — Тебе идёт, подчёркивает аристократичность черт. Рей улыбнулась и опустила взор. Она не очень понимала, радоваться вниманию или нет, но было скорее приятно. Пусть лучше эти тёмные глаза смотрят с одобрением. — Сейчас слишком холодно сидеть на полу, мистер Соло. Можно я буду стоять? Кто бы мог подумать, что ей придётся просить разрешения на такие мелочи? Вместо ответа тюремщик взял девушку за талию и усадил к себе на колени, полностью игнорируя её замешательство. Рей отметила, как легко ему это удалось, будто она совсем ничего не весила. И это притом, что она поддерживала себя в приемлемой физической форме. Мистер Соло был слишком близко. Рей чувствовала его горячее дыхание, как загораются её щёки и ускоряется биение сердце. Она упорно не поднимала взор, боясь взглянуть в глаза тюремщика. Бен Соло приобнял Рей одной рукой, другой приподнял подбородок, заставляя запрокинуть голову и рассматривая шею. — В той книжке, которую ты читаешь, персонажи давали друг другу клички, не так ли? Вопрос был явно риторическим, поэтому Рей промолчала. Её сейчас больше волновала рука, так бесцеремонно ощупывающая её бедро с внешней стороны. Другой рукой тюремщик взял правую кисть Рей, аккуратно сгибая и разгибая суставы. — Я тоже хочу дать тебе прозвище. После кисти пришла очередь запястья, а потом и локтя. Рей поморщилась, когда надзиратель слишком сильно сжал её плечо. Не обратив на это внимания, он продолжил: — Ты же не против? — Мгм… После правой руки то же повторилось с левой. Рей не покидало ощущение, что, несмотря на доверительную атмосферу, её просто разглядывают как игрушку. Она практически пожалела, что начала этот разговор. Сейчас было совершенно некуда деться от обволакивающего внимания Бена Соло. Не то что ей не нравились его прикосновения, просто они делали всё сложнее. Рука тюремщика скользнула к внутренней стороне бедра. Даже через тюремный комбинезон это ощущалось слишком интимно. Низ живота Рей скрутило в сладком спазме. — Ты очень мило краснеешь, особенно когда злишься или смущаешься. Так что я буду звать тебя Редди. Рей молчала, пытаясь осмыслить свои ощущения. Ей не нравилось, когда указывали на эту её реакцию, поэтому она залилась краской ещё сильнее. И вообще, это звучало как кличка собаки! — Ты поняла меня, Редди? — голос надзирателя звучал мягко, но в нём ощущалась скрытая угроза. Рука на бедре стала жёсткой, пальцы с силой впились в мягкую плоть, заставляя Рей раздвинуть ноги. Девушка скривилась от боли, но тюремщик снова это проигнорировал. Он смотрел не мигая, а затем взгляд его будто случайно опустился к дубинке у пояса. Рей быстро проговорила: — Да, я поняла, мистер Соло. — Хорошо, рад, что тебе нравится, Редди. Прикосновение снова стало нежным, будто и не было этого напряжения недавно. Рука на бедре всё ещё нервировала, но Рей уже начинала привыкать. Внезапно взгляд Бена Соло остановился на нетронутой каше. Он недобро сощурился: — Что я тебе говорил про кашу, Редди? «Чёрт, ну почему именно сегодня её забыли забрать?» — досадовала Рей. — Я не люблю кашу. — Придётся полюбить, ты же не хочешь меня расстраивать? Бен Соло зачерпнул ложку каши. Это была овсянка на воде, довольно печального вида. Рей попыталась увернуться, но тюремщик схватил её за волосы, не давая отвести голову. Ложка приближалась. Рей зажмурилась, но позволила ей проникнуть в рот. Каша была холодной и противной. Рей немного подержала её во рту, подавляя рвотный рефлекс и проглотила. Это оказалось проще, чем она ожидала. Рей старалась абстрагироваться от неприятного вкуса и консистенции. Следующие несколько ложек дались немного легче. К счастью, надзиратель не стал мучить её целой тарелкой, остановившись на достигнутом. Рей так и держала глаза закрытыми, борясь с отвращением. Это было унизительно, но она ничего не могла сделать. — Вот видишь, можешь, когда хочешь, — Бен Соло потрепал Рей по щеке. — Молодец, Редди. Кличка как у собаки на фоне этого выглядела просто безобидно, ведь это были всего лишь слова. Хотя по сравнению с дубинкой каша тожа была мелочью. Рей злилась на себя за то, что не могла изменить ситуацию, за то, что похвала вызывала у неё радостный отклик, за странный ворох чувств и переживаний. «Может, нужно правда меньше думать? Так будет проще», — пессимистично подумала она. — У меня для тебя подарок, даже два. Рей напряглась, помня, чем заканчиваются подарки Бена Соло. Она подозрительно смотрела, как тюремщик медленно вытаскивает из кармана сначала маленькую коробочку, а потом… Рей несколько секунд не могла поверить своим глазам. Это был музыкальный плеер! Допотопный и потёртый, но он был настоящим. Рей казалось, что её сердце выпрыгнет из груди. Аккуратно, будто он мог исчезнуть, Рей взяла маленький прибор в руки. — И никаких условий? — она очень боялась, что это злая шутка. — Нет, пользуйся на здоровье, — Бен Соло улыбался. Рей ещё несколько секунд провела в замешательстве, а потом в порыве благодарности обняла тюремщика. Рей казалось, она может заплакать от радости. Музыка, она наконец-то сможет слушать музыку! — С-спасибо! Спасибо, мистер Соло! — Мне нравится, когда ты улыбаешься. Теперь второй посмотри. Всё так же улыбаясь, Рей открыла коробочку и замерла в непонимании. Там были серьги, широкие колечки из тусклого металла. — Я подумал, на тебе будет хорошо смотреться. — Но я не ношу серьги… — У тебя же были проколоты уши, — опять вопрос прозвучал как утверждение. — Это было очень давно, и я носила их не так долго, — Рей нахмурилась. Бен Соло аккуратно взял ладонь Рей в свою и сомкнул её пальцы вокруг коробочки. Маленькая рука Рей утонула в большой руке надзирателя. Она съёжилась под его взглядом, ожидая, что сейчас эти серьги наденут на неё силой, и повезёт, если в уши. Но тюремщик мягко улыбнулся: — Я не хочу заставлять тебя. Возможно, ты сама захочешь надеть их, так что не отказывайся от подарка. — Хорошо, я подумаю, мистер Соло, — пробормотала Рей. — И спасибо за плеер. Она неуклюже слезла с коленей, молясь внутри, чтобы это сошло ей с рук. На прощание надзиратель легко приобнял Рей за плечи. Она уткнулась носом куда-то в район его груди и ощутила, как по спине бегут мурашки. Несмотря на неловкое окончание встречи, Рей чувствовала себя окрылённой. У неё наконец-то появилась музыка!