Глава 16. Гость

      — Я поговорить хочу. Без Кости. Наедине, — сказала Ася, когда Маркус ей в дороге перезвонил и коротко уточнил, в чём дело.       — Не вопрос, дорогая, но могу предложить только среду с одиннадцати до двух. Раньше никак.       — Да я и не тороплю, Мар, это не срочно. В среду у меня как раз мама приедет, они там с Серёжей погуляют, а мы с тобой посидим спокойненько, поболтаем. Я, если что, не планирую мучить тебя все три часа, но мало ли…       — Ася, — успокоил адвокат, — я буду слушать тебя столько, сколько нужно, в пределах своего свободного времени. Это, во-первых, моя работа, а во-вторых, для меня твои просьбы раз в пятилетку — отдых, а не мучение. Так что расслабься.       — Хорошо, — тихонько засмеялась Ася, приобняв себя в кокетливом движении тела. — Мне так нравится это твоё «расслабься». Оно звучит твёрдо, но от него как-то сразу тепло становится. У Кости оно совсем другое.       — Конечно. Мало скопировать само слово, нужно ещё и речевую манеру перенять. А она в оригинале только у меня. — Маркус вышел из машины, и девушка услышала, как он поставил её на сигнализацию. — Ладно, Ась, я пойду. Если что-то изменится до среды, звони сразу. Давай.       Адвокат положил трубку. Он расценил её молчание как повод закончить разговор, и Ася поддалась очень лёгкому налёту грусти от того, что не успела с ним в ответ попрощаться.       «Ты мне нравишься, Мар, это правда, — подумала девушка и сбросила руку с плеча, как будто в этом её положении было что-то непристойное. — Очень нравишься, но у меня к тебе юная девчачья влюблённость безо всяких подтекстов. Если бы я действительно фантазировала, мы бы уже давно переспали, но десять лет дружбы, господи… За десять лет я никогда не опошляла наши близкие отношения. Это же дикость! Но спасибо Косте. Теперь я знаю, что у него в голове даже самые светлые чувства бывают с подковыркой».              Асю не отпускала досаждающая злость. Адвокат её приглушил на время звонка, но после она вернулась и продолжила так же целенаправленно вытягивать обиду, прикрытую зрелостью суждений в ночном диалоге. Ася проглотила желание ничего не выяснять и не вдаваться в подробности оскорбительной подначки; о сексе втроём она и раньше задумывалась, не примеряя третьими знакомых и друзей, но собиралась принести это как идею для разнообразия, а получила как завуалированный упрёк. И что бы Ася ни говорила себе в защиту намерений Кости, внутренняя гармония пошатнулась.       Лодка семейной жизни поплыла дальше, девушка со дна вновь пересела на скамейку, но качка истощила в этот раз, и Ася кинула задумчивый взгляд на тёмную воду за бортом. Она очень старалась быть отличной женой, понимала и принимала всякие дурости мужа, но вчера в искусстве перевода стрелок он превзошёл сам себя. Настолько, что девушка почувствовала себя впервые униженной — Костя в ответ на придуманное «хочу» будто собрался швырнуть ей Маркуса под ноги как вещь какую-то, ведь о чувствах и желаниях адвоката речи не шло. Это и стало камнем, разбившим опору морального равновесия.       Видеодомофон оповестил о приходе Павла громким переливчатым звонком. Ася придирчиво рассмотрела черты невозмутимого лица через монитор у входной двери; она с минуту подержала гостя за порогом запертой квартиры, наблюдая, как он без суеты расстёгивает удлинённую куртку и прячет в её карман ключи с брелоком от машины, глубоко вздохнула и встретила парня с очаровательной улыбкой.       — Добрый день, — сказала девушка, и Павел в ответ любезно приподнял уголки губ.       — Добрый день, Анастасия. — Он быстрым движением тела показал на вход позади себя. — Вы открыли мне, ничего не спросив. А вдруг это был бы не я?       — Ну, как же не вы? — уверенно проговорила Ася. — Я видела ваше лицо в документах, да и кроме вас я никого не ждала в это время. Вы Павел же, верно?       — Верно, — согласился гость, уже открыто улыбаясь.       — Тогда заходите. Будете мой новый фруктовый чай? — спросила девушка, пока визитёр устраивал тяжелые ботинки на железной полке и вешал куртку в гардеробный шкаф.       — Да, не откажусь, спасибо, — кивнул он, недолго думая, и хозяйка повела его за собой в просторную кухню-гостиную.       «Какой вежливый мальчик».       Ася включила чайник и с баночкой ароматной травяной заварки в руках задумалась, как ей дальше повести беседу: оставить образ деловой женщины или показать домашнюю натуру, далёкую от бизнеса, конкурентов и дел, из-за которых ей как раз и понадобился личный вооружённый телохранитель. Дел, о каких ей муж не рассказывал, но она прекрасно всё знала и без него.       — Анастасия, — обратился к девушке Павел, — вам Константин рассказал, почему он нанял для вас охранника?       — Я могу только догадываться. — Ася в заварочный чайник насыпала тёмно-зелёные мелкие листы, перемешанные с кусочками фруктов. — Костя все проблемы бизнеса хранит в тайне от меня, поэтому я не знаю, что у него там происходит. Знаю, что он охрану при себе держит уже лет шесть. Ещё знаю, что Костя у меня вспыльчивый, так что, может, кому и наговорил чего лишнего. — Закипающая вода начала шуметь, и девушка замолчала, пока не раздался мягкий щелчок. — Я домохозяйка, Паш, — Ася перенесла всё необходимое на кофейный столик, — у меня бытовых забот полон рот, — она села на диван на расстоянии двух вытянутых рук от гостя, — но я всё никак не докажу Косте, что меня не надо оберегать от информации. Я не глупая. Если Костя ведёт какой-то незаконный бизнес, то у меня шансов не будет независимо от того, знаю я что-то или нет. От этого зависит только то, насколько быстро я умру в худшем случае. Ой… Ничего, что я вдруг на «ты»? — участливо спросила хозяйка, прихлебнув из чашки.       — Ничего, я к этому лоялен. — Павел осторожно подул на исходящий паром напиток и вдумчиво его распробовал. — Очень интересное послевкусие.       — Да, надо будет ещё заказать. Шикарный купаж. — Ася допила содержимое чашки и покачала ей в воздухе. — Ты наливай ещё, если хочешь, и, Паш, давай тогда взаимно на «ты», хорошо? Не против?       — Нет. Я же как собака, — шутливо ответил гость и последовал совету Аси, налив себе новую порцию чая. — Собаку же на «вы» не называют, а клиенты редко когда считают охранников за людей. Мы для них чаще — цепные шавки, поэтому обращение на «ты» уже давно привычно. Я ни в коем случае не хочу тебя обидеть. Я это всё к тому, чтобы ты зря не беспокоилась о моём комфорте.       «Какое жуткое сравнение… Надеюсь, Костя своих ребят шавками не считает?»       — Я бы, скорее, возмутилась, чем обиделась. Это же надо так одуреть от денег и проблем, чтобы других людей собаками считать. Я понимаю, когда тебя называют обслугой, тут есть, за что, но собакой?       — Знаешь, за те деньги, которые мне платят, я могу даже погавкать, — рассмеялся Паша, и девушка осуждающе покачала головой. — Да ладно тебе. Всё это терпимо. Со временем оно реально превращается для тебя в некий стандарт профессии, но с другой стороны, может, я такой везучий. Я у других ребят не спрашивал, как у них дела с клиентами. Они все молчаливые, как старые опера́, но если в офисе как-то пересекаемся, то я понимаю, что они вечно хмурые только из-за клиентов.       — А ты? — совершенно искренне полюбопытствовала Ася; в планы эта волнующая реакция не входила, но в беседе с человеком, отлично владеющим аналитикой и психологией, способным просчитать мотив, если поймает на чувственной лжи, она повысила уровень доверия. Паша немного расслабил собранную статичную позу. — Ты тоже будешь таким же хмурым по привычке?       — Не знаю, но ты вроде не похожа на плохого босса.       — Я похожа на типичную маму, — развеселилась девушка и накрутила прядь волос на указательный палец. Новый телохранитель не выглядел как ребёнок; у него лицо молодое, ни страшное, ни красивое, без проглядывающей детскости в чертах, и причёска ровная, без юношеского сумбура. Под тёплой однотонной водолазкой Ася разглядела сбитую крепкую фигуру, но почему-то не увидела в парне того, что носили внутри охранники мужа. — А вот тебя в роли защитника почему-то никак не могу увидеть. Ты сколько уже работаешь в охране?       — Год. Почти год.       — Тебе нравится?       — Я привык. — Паша в короткой паузе проницательно взглянул Асе в глаза. — Открою тебе один маленький секрет: если ты чего-то во мне не видишь, а оно по логике вещей должно быть, значит, я прекрасно отрабатываю свою роль. Константин о тебе рассказывал, как о милой принцессе, поэтому я подумал, что золотой стандарт охранника тебя испугает. А образ хорошего приятеля вполне сойдёт. Тебе нравится?       Ася недоумённо хлопнула ресницами. Паша вернул ей вопрос, обойдя неловкую тему, и девушка на волне азартного отклика изнутри одобрительно расхохоталась.       — Да, нравится. Но начнём с того, что у Кости обо мне очень однобокое представление, а вот с тобой у нас, походу, будет очень занятная история.       Паша растянул губы в довольной улыбке и вернул пустую чашку на блюдце. Разговор продолжился, но первое, что Ася холодно произнесла, когда перестала смеяться, погрузило гостя в состояние прежней собранности.       — Вот что, Паш: я не принцесса и никогда ей не была. Соответственно всё, что ты каким-либо образом узнаешь, должно остаться строго между нами. Договорились?       — Договорились, — твёрдо ответил парень. Девушка тряхнула головой, убрав с лица доброжелательную бодрую маску, размяла правой рукой шею и плечи и протяжно вздохнула.       — Отлично. Свози меня погулять. Начнём с малого.