Глава 32. Разговор

      «Как здесь сладко пахнет, я не могу…»       Ася рассказала Маркусу в подробностях, что именно произошло между ней и Костей, а потом — между ней и матерью. Адвокат взял небольшую паузу на раздумья, и девушка в это время принялась увлечённо рассматривать каждую линию по-спортивному выразительной фигуры.       «На месте матери я бы тоже хотела для дочери вот такого красивого мужчину, но конкретно Мар для семьи вообще не подходит. Это же тоже надо учитывать, а не просто клевать на модельную внешность».       Адвокат сосредоточенно взял «электронку», затянулся и выдохнул через нос, окутав себя и немного Асю плотным ароматным паром.       — Пока думаешь, ляг на живот, пожалуйста, — попросила девушка. — Я хочу нормально посмотреть, что у тебя на спине такое нарисовано.       Секундная улыбка, молчаливый переворот — и Маркус потянулся всем телом; Ася невольно с трепетом вздохнула от игры скульптурных в напряжении мышц и подумала, что Косте не мешало бы взять себя в руки. По сравнению с Беловым он выглядел проигрышно со своим семейным животиком.       «Когда мы познакомились, он тоже был сильным и красивым».       Не таким, конечно, как Маркус, но она и не гналась за мужчиной с обложки. Она искала надёжного и заботливого, а друг у неё нарциссичный, смотрящий на женщину как на товар. С ним один раз переспать. Ну два. Ну пять. А дальше? Видеть его хорошо если ночью, ждать, когда он соизволит провести с тобой время и с членом внутри тебя возьмётся с кем-то вполне обыденно разговаривать по телефону? Да уж, мечта.       Гостья поднялась и подсела к Маркусу ближе. От шеи до поясницы мастер нарисовал картину с волками — на кроваво-красном фоне злые голодные звери с оскаленными пастями, переплетения белых замёрзших веток и затуманенная луна. Девушка склонилась над рисунком, чтобы рассмотреть мелкие детали, контуры и переходы цвета; на такой спине, как у Маркуса, татуировка выглядела органично, и Ася придержала вопросы о ней для более подходящего момента.       — Блин, забери, а, — раздражённо нарушил тишину мужчина; он протянул Асе не глядя электронную сигарету, неудачно шмыгнул носом и закашлялся. — Если ты хоть когда-нибудь захочешь закурить такие штуки, то…       Маркус не закончил. Он ошарашенно обернулся на характерный булькающий звук и получил облако прохладного пара в лицо.       — Забористый, как дедова бражка, — прокомментировала гостья с такой гримасой, будто съела что-то слишком кислое. — Ты договаривай. Если я захочу, то что?       — То приди ко мне, и я скажу, почему это очень плохая идея, — произнёс адвокат, поднялся и сел к Асе лицом, подогнув под себя ноги. — Давно ты куришь?       — Я не курю. — Девушка положила девайс на прикроватную тумбу. — Так, изредка балуюсь.       — И Костя не в курсе? — Маркус заинтересованно, как кот, склонил голову набок.       — М-м-м, он много о чём не в курсе, — ответила гостья с заговорщицкой улыбкой и добавила после очень короткой паузы: — Как и ты. Поделись, что надумал по моему вопросу?       — Поговорю с твоей мамой, — сию секунду выдал Маркус, не отводя от подруги неподвижного пронзительного взгляда. — Женщина она видная, мало ли, вдруг она присмотрела меня сама, но достаёт тебя, чтобы не палиться.       — Я ей буквально позавчера то же самое сказала. Она та-а-ак на меня посмотрела, ты бы видел.       — Это ожидаемо. — Он поиграл плечами. — Молодой сексуальный мужчина в самом расцвете сил против мужа, который вечно пропадает в санаториях и уже ни на что не годен. Я думаю, мы с ней легко договоримся.       Ася подняла руки ладонями от себя и набрала полные лёгкие воздуха:       — Я бы очень хотела спросить, как именно, но, зная тебя, лучше не буду.       — Всё в рамках приличия, дорогая, что за мысли? — Адвокат немного сократил расстояние между ним и Асей и подался телом вперёд, опёршись на руки перед собой. — По поводу Кости тоже расслабься. Мы с ним отдельно поработаем, когда у него поутихнет желание придушить меня к чертям собачьим, а вот ты… К тебе у меня вопросики.       — Не-е-ет, — растянула девушка, помотав головой и одновременно покачав из стороны в сторону указательным пальцем левой руки. — Это у меня к тебе вопросики. Я за последние три дня столько всякого интересного про тебя узнала, что хочется прижать тебя к стенке и всё-всё вытащить. А потом уже и про себя рассказать. В довесок.       — Какой у меня сегодня интересный день, — промурлыкал адвокат. — Одна меня знатно нагнула, вторая тут тоже претендует на роль домины. Если ещё и Кристинка ночью зарядит в том же духе, я буду истерически ржать.       — Ну не всё же тебе одному править балом. Тем более знаешь, как будоражит мысль, что ты ставишь на колени сильного властного мужчину?       — Боже, Ася… — Маркус отвернулся, еле сдерживая нечто явно колкое, крутящееся на языке, глубоко вздохнул и вновь посмотрел на гостью широко раскрытыми глазами с безднами зрачков. — Я слушаю твои вопросы. Что ты там такого сверхъестественного про меня раскопала?       — Ну, например… Например… — задумалась девушка, глядя в потолок. — Например, то, что у тебя, оказывается, нет личной охраны. Ты себя богом, что ли, возомнил? Бессмертным?       «Давай, Мар, не юли. Скажи мне то же самое, что и Паша».       — Оу… Прежде, чем я отвечу, скажи, от кого ты это услышала.       — От Паши, — не стала скрывать Ася, но взялась наблюдать за другом и откликом его тела. — Он разве неправ?       — Почему же, прав, но он судит со своей колокольни, как сотрудник официального охранного агентства. А мои ребята на бумагах нигде не числятся. Они выходцы из действующих преступных организаций, поэтому логично, что Паша о них не знает.       — Иными словами, тебя охраняет мафия, — констатировала гостья и поёжилась от новой мысли. — И она же тебя может легко убрать.       — Может, но я хорошо умею договариваться. Кое-какие обстоятельства научили. Так что пока я не начал кусать кормящую руку, меня не тронут. Что ещё?       «Хорошо… Ещё один плюсик в копилку доверия к Паше».       — Ещё твой бизнес. Я об этом тоже узнала от Паши, уж извини, он теперь, наверное, часто будет на слуху. — Ася совсем ненадолго замолчала, чтобы верно подобрать слова для вопроса. — Ты правда каким-то чёрным трафиком занимаешься?       — Белым, — улыбнулся Маркус, но эта улыбка, неуютная, бандитская, девушке не понравилась. — Я защищаю торговцев «пылью» от органов правопорядка и взамен получаю свой процент. И саму «пыль», естественно. — Он шмыгнул носом. — Костя у меня в воскресенье спрашивал, как я ещё нахрен не сторчался. А всё просто. Надёжный поставщик, отличное качество порошка и знание своих лимитов. — Пауза. — Что ещё? Хотя подожди. — Адвокат перестал улыбаться и взглянул на гостью с подозрительным прищуром. — О моих делах Паша сам тебе рассказал, по личному желанию, или он за что-то в разговоре зацепился?       — А вот об этом, — ответила гостья уже серьёзно и собранно, без тени былого веселья, — я никогда не планировала рассказывать, но Паша настоял. Как он сказал: ради нашей с тобой дружбы.       — О, дорогая, за эту формулировку я пожму ему руку, — понизил тон Маркус. — Я уже чую, как у меня подгорает жопа, хотя ты ещё даже не начала.       — Ма-а-ар, ну давай без драмы. Я всего лишь помогала Косте в его бизнесе. Ничего особенного.       Ася в подробностях обрисовала, как уже в первый год после свадьбы начала постепенно вмешиваться в дела мужа — разбираться в документах, видеть отличия «белых» сделок и «серых», запоминать имена клиентов. Как за спиной у Кости, видя его неудачи в переговорах, обрела «крыс» в офисе, которые приносили ей нужную информацию по предстоящим сделкам. Она научилась вести «нулевые» встречи, где готовила клиентов к особому стилю разговора, потому что муж за десять лет так и не избавился от резкой нахрапистой манеры общения.       — Не хочу особо возвышать свои заслуги, — добавила гостья в конце истории, — но за время брака я спасла, наверное, десятка два значимых контрактов. Без меня бы Костя их запорол. Что?              Ася непонимающе уставилась на друга, который где-то с середины монолога начал тихонько посмеиваться. Под завершение он стал прикрывать рот кулаком, дрожа плечами, и на последней фразе не выдержал — закатился в безумном хохоте, повалившись на спину.       — Фу, блядь, у меня истерика, сука… — Маркус кое-как отдышался и рывком, с замахом руками из-за головы, сел. — Прости за мой французский, но ты вообще… А-а-а-а… — Он уронил голову на грудь, проглотив приступ смеха, и вновь посмотрел на девушку. — Понимаешь, я всё это время думал, что бизнес Кости целиком находится у меня в руках. Я догонял клиентов, убеждал их и сглаживал конфликты, потому что Костя реально до сих пор не понял, что он больше не Костолом, и так общаться нельзя. Я занимался бумагами по каждой сделке, я закапывался в поправках на «теневой» сегмент, а теперь выясняется, что то же самое делала ты, только в обратном порядке.       — Мар…       — Подожди. Я договорю. Знаешь, что я сейчас чувствую? — Мужчина стал таким же серьёзным, как и Ася. — Облегчение. У меня появилась возможность без опасений скинуть с себя часть работы, из-за которой я ни хрена не успеваю жить. А с другой стороны я хочу тебя крепко отмудохать вот этой подушкой, — он постучал ладонью по большой пышной подушке позади себя, — потому что, во-первых, если бы я узнал об этом в критической ситуации, ты бы осталась без защиты, а во-вторых, Косте начали угрожать. И тут тебе большое спасибо. Точнее, Паше, что надоумил обо всём рассказать. Ты ответила на очень важный вопрос, которым я всё никак из-за простуды и брата не мог заняться. Я думал, что это Косте угрожают через тебя, а получается, что наоборот, тебя хотят достать через него. Здорово, не правда ли?       — Очень, — процедила девушка сквозь зубы. — Когда начались угрозы? — нахмурилась она.       — В пятницу.       — Что-то ещё, кроме угроз, было?       — Да. Кто-то распустил слухи, что Костя тиран, особенно в отношении меня. Пока что слухи и угрозы связать между собой не удалось, но мои ребята ищут зацепки, так что я жду от них информацию.       — Это клиенты, Мар. Нужно искать среди них, но есть ещё Семёнов, этот упырь из комитета. Он тоже может масла в огонь подливать.       — Не может. У нас договор.       — А я говорю, что может. Он твоим договором подотрётся и тебе же в рот его засунет. И то, что именно он мутит воду, ты никак не докажешь.       — Говоришь, как будто хорошо знаешь работу комитета, — едко подметил Маркус.       — Я говорю, потому что его работу прекрасно знаешь ты, и заодно давай напомню, что у меня папа из органов. Того, что я от него успела насмотреться и наслушаться, мне хватило на всю жизнь вперёд.       — Хорошо, — согласился мужчина, вздохнув. — Я возьму это на заметку и завтра всё обдумаю, а ты пока вспомни клиентов, с которыми вышли конфликтные переговоры. Мне пригодится любая информация, даже самая незначительная.       — Хорошо, — кивнула Ася, молча посидела минуты две и позвала погружённого в себя адвоката: — Мар, ты к своей Кристине вот таким унылым ехать собрался?       — В машине настроюсь, — отмахнулся друг и мельком глянул на часы на правой руке. — О, мне, кстати, пора собираться. У тебя остались какие-то ещё вопросы насчёт меня? — Гостья мотнула головой. — Тогда я завтра постараюсь с тобой пересечься до отъезда, а ты не отходи от Паши. Договорились?       — Да как скажешь, дорогой.       Адвокат с лёгкой усмешкой поднялся с кровати, девушка подскочила вслед за ним, и друзья стиснули друг друга в крепких неторопливых объятиях. Уже за дверью номера Ася вспомнила, что Маркус мимоходом упомянул Яра, из-за которого не смог вовремя взяться за дела, но возвращаться не стала.       «А тело-то, блин, чуть не подвело», — подумала она в своём номере, стыдливо подёрнув плечами, и пошла в душ — смывать с себя сладкий дурманящий запах, чтобы он ненароком не спутал мысли перед сном.