Глава 33. Задание

      Паша заперся в номере изнутри и сел на край кровати. Он только что прошёл по этажу, на котором Маркус забронировал все три номера, включая свой, и понял, что прослушку сунуть некуда. Двери к косякам прилегали наглухо, без просвета между полом и нижним торцом; Ася направилась к другу в длинном белом халате без заколок и резинок на волосах, и «жучок» на ней адвокат бы сразу увидел.       «Значит, буду по старинке играть в искусного психолога».       Манипулятора, ты хотел сказать. Прямо как учили. Слово за слово, улыбка, намёк, безобидный окольный вопрос, касание, взгляд, безупречная искренность. И по сотому кругу одни и те же мысли.       «Серьёзная работа, большие деньги, я понимаю. Папаша хотел как лучше. Не знаю, правда, для меня или для себя. А чего я хотел в этой жизни, уже и не помню. Помню, что просто любил смотреть «дебильник» и слушать старый американский рэп».       Он в восемнадцать лет после школы ничего на будущее не планировал — ни карьеры, ни семьи. А теперь ему двадцать три, и он — подтянутый симпатичный охранник шестого разряда, умеющий запутывать разум и обводить вокруг пальца.       «Тебе  нравится? — со сдержанной усмешкой вспомнил Паша слова жены Матвеева. — Как сказать... Без понятия. Не мечта, конечно, но и жаловаться не на что. Я за год уже привык».       С двумя предыдущими клиентами всё было типовым и скучным. Безмолвное хождение по пятам, ночные дежурства, меньше пяти подъёмов по тревоге и одна погоня с оружием наперевес. То самое чувство тоски, когда много чему научился, а практиковаться не на чем. Когда Паше вручили контракт и оставили присмотреть за домохозяйкой, он совсем загрустил. Его расстроил переход с линии фронта в тыл, потому что в тылу почти никогда ничего не происходит, и накатившую хандру немного разбавило только специальное задание по этому контракту. Парень явился на порог Асиного дома с маломальским интересом, но всё пошло не по плану в первый же час знакомства. Вместо ожидаемого ковыряния в носу Паша за три дня уже дважды выехал по делам клиентки, собрал любопытную информацию, познакомился лично с Беловым, о котором ходили крайне неоднозначные слухи, и понял, что скучать он в этих условиях не будет ни секунды.       Паша снял куртку, отнёс её в прихожую и неторопливо осмотрелся. Маркус оплатил ему проживание в номере того же класса, что и у подруги, а та заняла такой же де-люкс, как у адвоката. Прежние клиенты подобной роскошью не разбрасывались, и парень испытал всепоглощающее наслаждение в ванной комнате с плиткой под серый мрамор; он забрался в горячую воду, на десяток секунд опустился на дно и вынырнул с чувством, что проживает лучший момент своей жизни.       «Мало того, что меня наняли в единственном лице, когда на практике нужны минимум двое, так ещё и чувствую себя каждый день как на королевском приёме».       Он положил голову затылком на чёрный, тоже мраморный, борт и прикрыл глаза. Пока девушка находилась у друга, Паша себе позволил отпустить внутреннюю пружину, расслабить тело на ближайший час и выгрести из сознания весь накопившийся мысленный мусор.       «Очень важно не терять бдительность, но когда сама вселенная даёт такой шанс, нужно быть идиотом, чтобы им не воспользоваться».       Он вслушался в тишину и неподвижно пролежал в воде, пока та не остыла до неприятной для него температуры парного молока. Вставать не хотелось до отторжения самой мысли об этом, но под контрастным душем состояние разнеженности и лени, давно забытое в ритме работы, неохотно утекло в канализацию, и Паша для бодрости немного размялся, как только вышел из ванной комнаты.       «А, ну да, — с досадой подумал он, скинув белый отельный халат и вспомнив, что  у него даже сменных трусов с собой нет. — Точно... Ладно, как говорится, где наша не пропадала».       Паша вернулся к раковине, сжимая в кулаке несвежее бельё, выстирал его под краном каким-то невероятно душистым мылом и взялся просушивать мощным горячим потоком воздуха из фена. На курсах телохранителей этому не учили. Такое он подглядел у девушки, с которой встречался в годы студенчества.       «Нынешняя так не изголяется, но мы и видимся в неделю всего два раза. С этим графиком я все её бытовые приколы, наверное, никогда не узнаю».       Он минут за двадцать закончил, оделся, провёл рукой по коротким, стриженым под машинку, волосам и в диалоге с любимой записал «кружок» — похвастался номером и показал красивый вид из окна на улицу Марата. Девушка в ответ прислала фото из ресторана в «Галерее Neva Towers», где отмечала день рождения сестры.       «Вот покажи кому-нибудь другому нашу переписку, — подумал Паша, сунув телефон в карман джинсов, — он бы начал верещать, что ты надо мной издеваешься».       И резонно: любимая словно разбивала всякое хвастовство, отвечая чем-то превосходящим. Как сейчас — номер в отеле против дорогого ресторана. Двадцать тысяч за ночь и те же двадцать тысяч за два-три часа. Впечатление унижения и соревнования, но Паша не зря оттачивал навык читать и разгадывать людей, чтобы видеть не только то, что кажется на первый взгляд. Он понял, что любимая говорит ему не «посмотри, как у меня», а «посмотри, я тоже» — радуюсь, отдыхаю, делюсь с тобой. Да, с тем условием, что по финансам они сильно не совпадали, и задней мыслью парень себя морально давно подготовил к моменту возможного расставания. Несмотря на два с половиной года вполне тёплых отношений, разный статус и банальное «надоело» не стоило списывать со счетов. И в подготовке немалую роль сыграли знания с курсов — пути отступления, навыки сглаживания конфликтов, переключение психики. Всё, как учили…       «Вот потому и не жалуюсь, — опять припомнил охранник вопрос клиентки. — Вроде как в жизни это пригождается иногда даже больше чем в работе».       Он сунул ноги в красные тапочки с золотой вышивкой «Helvetia», вышел в коридор и стал привычно прохаживаться по нему из одного конца в другой, как это было с предыдущим заказчиком во время его отдыха в московском бутик-отеле. Другие гости на молчаливого задумчивого парня внимания не обратили; Ася его тоже не заметила, выходя из номера Маркуса — Паша внимательно проследил, как она, едва не порхая, закрылась у себя, а вот адвокат, шагнувший за порог, увидел его мгновенно.       — Порядок? — спросил мужчина, как только телохранитель поравнялся с ним.       — Полный, — с улыбкой ответил Паша. Маркус оделся-таки в рубашку, оставив расстёгнутыми верхние пуговицы, и гость невольно засмотрелся на красивое лицо адвоката с демоническими глазами.       «Надо же, как природа с ним поигралась… Это реально надо видеть только вживую, потому что эффект потрясающий».       — Точно? — лукаво произнёс Маркус и приблизился к Паше на расстояние вытянутой руки. — Эй, отвисни.       — Прости, — рассмеялся парень. Он был где-то на полголовы ниже адвоката, но тот опустил обычно гордо поднятый подбородок и развеял высокомерный облик. — Я залип, как и все, наверное.       — Ты залип ещё на вокзале, — поправил Маркус и надел пальто, висевшее на левой руке. — Я вообще-то не планировал появляться в таком виде перед Асей, но у меня что-то весь день наперекосяк пошёл, так что было уже всё равно, как я выгляжу.       — Ася растерялась, это было заметно, но ей понравилось.       — Ты ей тоже нравишься. В определённом смысле. — Паша удивился, глянув на протянутую ладонь, и неловко взялся за неё. — Я обещал ей, что пожму тебе руку за формулировку, которую ты выбрал, когда убеждал рассказать о своих делах. Мы действительно с Асей очень близки, и мне страшно за неё, не буду скрывать. Страшнее, чем за Костю, потому что она умна, но беззащитна.       — Она не просто умна, она очень сильная. Надо было видеть, как она вела переговоры с этим мерзким адвокатом. Мне про неё рассказывали, что я буду работать с принцессой, домохозяйкой и мамой, а мы в первый же час выехали на объект, и я, честно, охуел там. Вот по-другому не опишу.       — Понимаю. Я после её рассказа заржал как придурок. Тоже слегка выпал из реальности, но благодаря тебе я теперь могу немного выдохнуть.       — Я думал, ты проведёшь с ней воспитательную беседу.       — Зачем? Ася в ней не нуждается. Без неё Костин бизнес прогорит, потому что с такой нагрузкой я продержусь ещё год-два-три максимум. — Адвокат выждал маленькую паузу, и Паша рефлекторно упёрся локтем ему в грудь, когда он дёрнул охранника на себя. — А теперь минутка серьёзности, — выдохнул мужчина, склонив голову ближе к уху собеседника, — чтобы ты не пребывал в иллюзиях. Я вижу тебя насквозь ровно так же, как ты меня, поэтому маску «хорошего мальчика» при Асе не снимай, а вот передо мной не выделывайся. Я прекрасно знаю, что ты у неё единственный телохранитель не просто так, и пусть мне пока не донесли, почему, я заранее предупреждаю: Асю я буду защищать во всех смыслах этого слова, и добраться до неё можно будет только через мой труп. Понятно?       — Понятно, — напряжённо ответил Паша, и Маркус оттолкнул его, вернув губам прежний изгиб фальшиво-доброжелательной улыбки.       — Да ты расслабься, Паш. Я рано или поздно и сам всё узнаю, без тебя, но если уж что-то будешь делать поперёк, то делай красиво, чтобы мне было не скучно с этим работать.       — А ты прям настолько уверен, что я собираюсь действовать поперёк? Может, меня поставили к Асе, потому что остальные ребята в агентстве слишком мордоворотные для неё, слишком приметные? А я простой, образованный, весёлый. Ты об этом не думал? Тем более, Мар, — усмехнулся Паша, — давай не будем исключать презумпцию невиновности. Хочешь меня в чём-то обвинить, вперёд. Бремя доказывания целиком на тебе. А я сделаю всё, чтобы у тебя не было повода меня подцепить.       — О, смотри не перестарайся, — азартным тоном ответил Маркус. — Лучше очевидный повод, чем нарочитая безупречность.       — Лучше вообще не бежать впереди паровоза, потому что, правда, я сам понятия не имею, почему в охране Матвеевой я один и почему именно я. Мне всучили контракт и отправили работать. Всё. По факту я сейчас на месте разбираюсь, как и что мне делать, потому что, как я уже сказал, Ася ни хрена не принцесса оказалась. Я, честно, в ахуе. Что говорить начальству, я не знаю, и говорить ли в принципе, и тут ещё ты сверху присел. Я, конечно, очень рад такому удачному знакомству с тобой, давно мечтал лично встретиться, но, блин, как-то не с этого рассчитывал начать.       — Эй, давай-ка без театрального драматизма, — сахарно протянул адвокат и подошёл очень близко к собеседнику. Паша отвернулся, но не отступил. — Я хочу, чтобы ты понимал, куда вляпался, — добавил Маркус низким жёстким голосом. — Не затем, чтобы ты боялся и смотрел на меня исподлобья, а затем, чтобы учитывал мою роль в этой семье. По секрету, Паш: я управляю жизнью Кости. И жизнью, и бизнесом. Поэтому всё, что касается его жены, также в полном объёме напрямую касается и меня. На данный момент у меня есть весомые причины для такого резкого тона, но если на твой счёт в конечном итоге ни одна из моих теорий не оправдается, моральная компенсация будет более чем достойной.       «Я не просто вляпался, я охренеть как вляпался. Не успел толком вникнуть, что происходит, как меня уже на «мушку» посадили».       «Зато все твои навыки теперь могут пригодиться. Ты же этого хотел, разве нет?»        — У меня только один вопрос, — нахмурился Паша и поднял на адвоката глаза. Тот воспринял прямой пронизывающий взгляд очень спокойно, с холодным выражением лица. — Нахрена тебе всё это? Вот такой контроль над чужими людьми. У тебя же, насколько я понимаю, свой бизнес есть, куча шалав, тебе ни Костина компания, ни жена его не нужны. Зачем тогда?       — Не могу ответить. Возьми это как моё персональное задание, пока ты работаешь с Асей. Мне интересно, к какому выводу ты придёшь.       Маркус упёр указательный палец левой руки в грудь собеседника, едва ощутимо от него оттолкнулся и сделал пару шагов назад. Он на чём-то глубоко сосредоточился, разворачиваясь к охраннику спиной, и Паша не двинулся с места, пока адвокат не скрылся за поворотом на лестницу.       «Я уже пришёл к выводу, что ты наглухо отбитый, но вряд ли это ответ на мой вопрос».