Глава 57. Скандал

      — Извини, что я тебя вот так внепланово дёрнул, но такие разговоры по телефону не ведутся. На личной встрече как-то эффективнее получается…       — Макс, давай без этих окольных предисловий. Я помню, о чём мы говорили в прошлый раз, и если ты идёшь на расторжение, то так и скажи. О’кей?       Мы сидели в офисе — как и на предыдущей встрече. Одетый по привычке в светлое, я всеми силами старался сохранить лицо и ни единой мышцей не показать, что ситуация катастрофическая. Макс — один из ключевых моих клиентов, самый крупный по сумме контракта, и без него на три четверти прежнего дохода я уже многое себе не позволю. С учётом затрат на машину, такси, перекусы вне дома и, самое главное, на кредит у меня свободный финансовый «хвост» ужмётся до крючка на свиной заднице, а по проектам Кости, с кем мы подписались электронно сегодня утром, быстрый выхлоп не гарантирован.       — Ладно, Яр, — тяжело вздохнул Макс. — Без предисловий так без предисловий. — Он выложил передо мной бумагу, развернул её правильной стороной и собрался с духом. — Я бы рад продолжать, но положение у меня безвыходное. Вчера на точке среди твоих аутсорсеров оказалась реальная проститутка, и там вышел такой скандал, что меня учредители группы поставили перед фактом. Я либо расторгаюсь, либо иду нахер.       — Очевидный выбор. Я понимаю. Таких посредников, как я, ещё десяток по Петербургу, и лучше взять другого, чем потерять работу.       — Прости, я здесь правда бессилен. Гости у меня серьёзные, и, как я понял, ни о каких твоих личных объяснениях речи не шло. Ты загляни-ка в новости, может, по тебе там уже сто раз проехались.       — Ты знаешь, что здесь самое смешное? — криво улыбнулся я, краем глаза пробежав по пунктам соглашения. Зеленоглазый шатен заинтересованно качнул головой вверх. — То, что твои серьёзные клиенты наверняка сначала нажрались у тебя в ресторане, а потом вот эту самую проститутку ночью в отеле оприходовали. Или где-то ещё. А я не то, что с этого никакого процента не поимею, так ещё и наоборот потеряю значимого партнёра. — Я перевернул документ и положил его текстом на стол. — Такую несправедливость я на тормозах спускать не собираюсь. Ты мне дай номера гостей, которые больше всего орали вчера, а я попробую с ними пообщаться.       — Они не будут с тобой разговаривать. Там скандал капитальный. Репутация, все дела.       — Я обязан вмешаться, Макс, — отчеканил я на пониженных тонах, и мужчина хмуро поджал губы. — Это мой косяк, я за него в ответе, а ты — моя полная сиська, которая меня кормит. Я без тебя крепко просяду по уровню жизни, так что давай сюда контакты, я в ближайшие два-три дня попытаюсь всё разрулить, и только потом, если всё пойдёт по одному месту, мы встретимся и вот это, — я ткнул пальцем в соглашение, — подпишем. О’кей?              Недовольный, шатен протянул руку, чтобы забрать бумагу. Я вернул её и отзеркалил жест, поиграв пальцами.       — Тебе вручную, что ли, написать? — буркнул мужчина и взглядом показал на экран рабочего ноутбука. — Я вообще-то на почту собрался бросить.       — Давай на почту, но прямо сейчас, чтобы я это письмо потом не потерял.       — Не доверяешь? — хмыкнул Макс.       — Прости, но нет. Ты сильно рискуешь, и я могу выйти отсюда, а ты просто закроешь ноутбук и не дашь мне ничего решить.       — Вообще-то обидно это слышать.       — Конечно. Мне тоже обидно за то, что ты даже не попытался меня отстоять. Из-за того, что я вписался в теневую сделку, мне теперь будут палки в колёса вставлять все, кому не лень, и я честно думал, что наш с тобой совместный опыт даст мне гарантию поддержки на вот такие дерьмовые случаи. А ты струсил, Макс, и язык в жопу засунул, как только у меня начались проблемы. И пофиг, что я вписался за тебя два года назад, когда ты чуть не похерил собственную репутацию. Вот она, взаимовыручка, да? — Я указал головой на компьютер. — Пиши давай. Я жду.       Клиент насупился, уткнулся в монитор, и мы провели несколько минут в давящей тишине, пока заветное письмо не осталось у меня копией в личной переписке с самим собой.       — Не знал, что ты можешь быть таким неприятным, — разочарованно проговорил Макс, неотрывно глядя на меня в упор из-под нахмуренных бровей.       — Я могу быть ещё и очень агрессивным, если ситуация вынуждает. Или ты думал, что я перманентно такой мальчик-одуванчик с гагаринской улыбкой? — Я усмехнулся в намеренной паузе. — Да ладно, Макс. Самые добрые собаки тоже иногда скалят зубы, если их гладят против шерсти, а у меня сейчас стоит вопрос моего будущего. Ради этого я буду грызться до последнего, но если не повезёт, то что ж… — Я поднялся с гостевого кресла возле стола клиента и закончил на смиренном выдохе. — Тогда расторгнемся, куда деваться.       Мужчина распрямился вслед за мной, и мы обменялись формальным рукопожатием. Сильным, коротким, напряжённым. Я вдумчиво и неторопливо спустился на парковку по лестнице с двадцать четвёртого этажа, в машине целенаправленно пролистал все новости о себе, которые смог найти в каналах и по прямым запросам, и с чередой неразборчивой, зажёванной, ругани воткнул телефон в держатель на приборной панели.       «Ну, что, сам разгребёшь или спросишь совета у брата?»       — Сам, — процедил я вслух, и, как по закону Мёрфи, на экране мобильного появился входящий звонок от Мара. Пришлось ответить. — Да.       — Пизда, — сдержанно и приглушённо раздалось в наушнике. — Ты новости читал?       — Читал. Вот только что. А ты мне звонишь, потому что отпиздить хочешь в очередной раз или помочь?       — Да не за что пиздить. Я знаю, откуда ноги растут. А вот за дерзость я бы прописал тебе хороший подзатыльник.       — Не сегодня.       — Твоё счастье. — Мар откашлялся куда-то в сторону, его кашель мне очень не понравился, но я взял это на заметку молча. — Как будешь теперь отмываться? Есть вообще хоть какое-то представление, что делать, или мне искать билеты на ближайший рейс?       — Я взял контакты гостей, которые попали на скандальный банкет. В ближайшие дни буду вытягивать их на переговоры, потому что у меня клиент из-за такой огласки пошёл на расторжение, а для меня это приличный кусок дохода.       — В самом паршивом случае, — попытался успокоить старший, — ты просадку перекроешь Костиным контрактом.       — Ага, — скептически ответил я. — Когда? К новому году?       — Я думаю, раньше. До тебя маркетологи уже постарались, так что заявки идут потихоньку. Их только надо грамотно обработать.       — Да без проблем, Мар, но сейчас я теряю значимого клиента. У меня нет возможности полагаться на гипотетический выхлоп. Если Матвеевская затея никак не окупится, или будет окупаться слишком долго, я в самом паршивом случае могу остаться без жилья.       — Значит, переедешь ко мне в Москву, — рассмеялся брат и тут же вернулся к серьёзному деловому тону. — Давай так. Я к тебе до среды всё равно не вырвусь, так что разгребайся, как считаешь нужным. Но если будешь понимать, что своими силами не вывозишь, позвони. Я подключусь. Хорошо?       — Хорошо, — нехотя согласился я. — Только тогда подключайся так, чтобы я не чувствовал, будто без тебя ни на что не способен.       — Всё будет зависеть от степени твоего провала, если он вдруг случится. Но я всё же надеюсь, что ты у меня молодец, потому что я сам по уши в дерьме, и помощник из меня сейчас так себе.       — О… Мне определённо нравится, что ты этим делишься, а не как раньше, но я тебя, как всегда, хрен подстрахую, да?       — Не в этих делах, Яр. Не в этих. Ты, во-первых, без профильного юридического, во-вторых, не работал с госмашинами, поэтому для меня твоя полезность нулевая. Но, — заговорщицки добавил старший, — я кое-что согласовал по остальным делам, и завтра у тебя вместо выходного будет квест. Ты же не против?       — Ну… — Я замялся и выдал недоверчивый смешок. — Звучит, конечно, интригующе, но после того, как ты мне морду набил за мою самодеятельность, чёт как-то тревожно.       — Расслабься, — бархатно улыбнулся Мар. — Ты просто будешь на подхвате у Миши, а я потом вечером спрошу, как у тебя впечатления.       «Хрена се поворот…»       — Мар, — откровенно засмеялся я, — вот скажи честно: это тебя после вчерашнего так перемкнуло, или что? О делах мне своих рассказываешь, квесты устраиваешь, причём я же чую подвох. Ты же…       — Да, — прервал меня собеседник, — со стороны это выглядит, будто я уже одной ногой в дурке, но я лучше сам твои хотелки проконтролирую, чем ты опять без меня куда-то вляпаешься.       — Ну, вот такой контроль я даже, так и быть, сочту приемлемым. Давно бы так.       — Угу, — промычал Мар, не открывая рта. — Тебе Миша вечером всё более детально объяснит, а я пойду одного утырка допрашивать. Подержи за меня пальцы, чтобы я из него отбивную не сделал.       — Тебе нельзя.       — Это ты так думаешь, — фыркнул старший. — Ладно, всё, мне пора.       И отключился.       — Так я не думаю, я знаю, — пробубнил я себе под нос.       «Но такому юристу, как ты, закон не писан, и хрен тебя кто остановит».       Я провёл пальцем вверх по экрану, открыл сохранённое письмо от Макса и набрал первый номер по списку.       — Лев Сергеевич, добрый день. Это Ярослав… Белов, да. Я… Нет, я только сегодня, буквально полчаса назад, обо всём узнал, и, если вы располагаете временем, я хочу встретиться и получить информацию от вас лично. Да, сегодня. Я ради этого сдвину другие встречи, потому что СМИ там такого нагородили, что я не понимаю, чему верить. Нет, Лев Сергеевич, я всегда тщательно проверяю списки сотрудников, поэтому мне сейчас очень важна информация из первых уст. Конечно. Я обязан выяснить, это моя личная ошибка, или кто-то пытается со мной нечестно играть. А для этого мне нужны вы в первую очередь. Будет у вас сегодня время? Двадцать-тридцать минут, не больше. Да, записываю, диктуйте. Простите, не услышал, во сколько? В два… Понял, спасибо. Тогда всё, Лев Сергеевич, рад был вас услышать, до встречи в два. Да, до свидания, всего доброго.       «Надо же, — искренне удивился я, надув щёки и шумно выпустив воздух на долгом выдохе, — я думал, меня нахуй пошлют, а со мной так любезно поговорили. Как-то подозрительно. Или нет? Или я уже башней еду не хуже Мара?»       Напротив моей машины вновь открылась дверь кофейни, взгляд упёрся в яркие стаканчики в руках гостей, и во рту появился лёгкий фантомный ванильный привкус. Я посмотрел на часы. Пятнадцать лишних минут у меня точно было, и я устроил себе латте-паузу за столиком возле панорамного окна.