Глава 2. Воспаление

"Вы сейчас идёте впереди нас, нам ещё надо хорошенько поработать и попотеть, чтоб вас догнать.

Приналяжем, догоним, обгоним и вперёд пойдём!

Это моё убеждение. Вы можете смеяться, над этим. Но посмеётесь когда мы, знаете, обгоним вас и скажем - "Господа капиталисты, досвидания, наш поезд сюда идёт. Пожалуйста, за нами!"

Хрущев Н.С.

Каменные дома самой разной высоты утопали в тумане. Влажная брусчатка вымостила узкие улочки и сейчас именно по одной из таких улиц вприпрыжку бежал малец, с торчащими во все стороны прядями волос. На вид ему можно было дать лет шесть . "Первый же день, а я уже почти опоздал!" Внезапно на пути , перекрывая половину улицы показался перекособоченый старик. Длинная и жидкая седая борода и опускающиеся на глаза уставшие брови, могли дать парнишке предположить, что перед ним человек эдак лет под девяносто сто. Корявая палка в его правой руке, что опиралась на брусчатку выглядела самодельной, что давало подумать о том, что это никакой не богач, а просто старожил. За ним медленно шла абсолютно такая же старушка. Только без бороды и в кимоно нежно-бежевого цвета. Пацан поравнялся со старожилами и вдруг почувствовал, как вымощенный камень предательски скользит под его ногой. А впереди уже были старики. Метнувшись в одну из сторон, он оттолкнулся от стены и, выбив палку из рук старика, побежал дальше, за угол . -Простите я опаздываю в академию!,- только и успел выкрикнуть малец Дед еле удержался и то благодаря тому, что старуха поймала его за рукав Кимоно. Он недовольно скрючил нос и посмотрел в направлении движения ребенка. -Ягуры на вас нет! Ещё повязки не понадевали, а уже бегают. Никакого спасения от вас! Старуха, по видимому жена, что только что поймала супруга от падения вдруг взяла да и дала деду смачный подзатыльник, от чего тот обиженно обернулся и вскинул свисающие вниз брови. -Ты что такое говоришь! Дай бог чтоб эти времена никогда не вернулись! - старуха пристыдила мужа,- сейчас то у нас вроде приличный человек у руля... Добрый... Как его .. Дед мечтательно посмотрел высоко в небо. -Да я не помню, ну в общем этот... да ... Последок Теруми Мэй! Старуха снова захотела дать деду оплеуху, но воздержалась -Сам ты последок, чтож ты злющий такой стал то? Пара медленно двинулась в сторону своего дома, бесконечно пререкаясь . Спустя месяц после Кайдана Чоуджиро открывал новую академию шиноби в Киригакуре. Собралась куча народу, бывшая Мизукаге Теруми Мэй и множество других шиноби. Как всегда, здесь было очень пасмурно, но даже завеса тумана не скрывала праздничного настроения. После торжественной речи был объявлен первый урок для молодых студентов. Мизукаге лично его провёл. Дети были счастливы, для них это была очень большая честь и опыт. Джоунины, правда, посмеивались… Не так уж и много лет в глобальном историческом контексте прошло со времён Кровавого Тумана. Реставрация, которую в своё время начала Мэй, шла полным ходом, и Чоуджиро, слушая советы своей предыдущей госпожи, только раскручивал её маховик. Новые академии, новые законы, новые реформы. Деревня медленно преображалась. Кровь, казалось, вымылась из этого озера, и оно наполнялось свежей ручьевой водой младшего поколения. Реформы в области всего — от образования до государственной безопасности. Нужно было дать стране Воды развиваться. И для этого нужно было быть опорой для неё во всём. Каждый день Мэй могла часами консультировать преемника, пичкая его новыми идеями. Как бы всё ни было спокойно, тревожные новости застали мечника уже по выходу из новой академии. Агент разведки попросил его обговорить всё наедине. Когда они оказались в тихом месте, шиноби-советник донёс информацию до своего лидера. — Мидзукаге-сама! Беда... Шиноби не понял чего он испугался больше, своей информации или еще более встревоженного лица мечника. Тот выдержал паузу. -Переворот! Буквально за вчера! в Стране Волн! Местные повстанцы захватили столицу. Насколько я понимаю, предыдущий феодал мёртв. Мизукаге в один момент потерял всё праздничное настроение. —Постойте, но ведь там на такие случаи стоит наш гарнизон, и он должен обеспечить безопасность народу Страны Волн. Как же так? — Чоуджиро бегал глазами из стороны в сторону,словно смотрел матч в пинг-понг.Откуда это несчастье? Все же шло так хорошо! —Мы,как мне доложили, попытались оказать сопротивление, но они действуют при поддержке шиноби без опознавательных знаков. По виду некоторые из них — опытные джоунины. Быстро разобрали наш отряд. Даже слишком. Честно говоря я боюсь озвучивать подозрения кем является один из них...если слухи не врут... Шиноби наклонился над ухом вмиг побледневшего. Мизукаге опешил. "Он???" Он ведь ничего не делал такого, просто помогал Стране Волн поддерживать её безопасность. Так ведь? Почему народ Страны Волн взбунтовался? Почему на их стороне другие шиноби? Да еще и этот... Его глаза сосредоточились на собеседнике. —Это наёмники. Только откуда у них столько денег на джоунинов? Сколько всего там ниндзя? Да и он бы не пошел за деньги... —Порядка пяти десятков. Плюс ко всему местные повстанцы вооружены холодным оружием и умело с ним обращаются, — немного растерянно предположил разведчик. Глаза Чоуджиро округлились.Шиноби стукнул кулаком по стене. Взгляд загорелся от чувства вопиющей несправедливости. А потом, кажется, до молодого лидера Тумана дошло. Он говорил, тяжело дыша, переваривая собственные слова. —Мы имеем дело со сторонним вторжением в Страну Волн. У меня есть все причины предполагать, что это Коноха. Я созову собрание Пяти Каге. Если это правда… это неслыханно! — С этими словами Мизукаге двинулся в сторону своей резиденции, откуда были направлены сообщения во все крупные страны. В этот раз точкой общего сбора была Страна Железа. Уже сам факт того, что собрание происходит тут, был тревожен. В прошлый раз отсюда было объявлено начало Четвёртой великой войны шиноби. Старый, уже можно сказать откровенно дряхлый Мифунэ, был председателем совета. Один из самураев проводил старейшину к стулу. Именно он объявил о его начале, когда все пятеро в окружении своей свиты собрались. ЗАтем объявил снова потому что видимо забыл, что объявил его пять секунд назад. Чоуджиро не стал томить и сразу же обозначил причину, по которой совет был созван. — Уважаемые Каге. Чуть больше чем две недели назад мы столкнулись с беспрецедентной ситуацией. В Стране Волн произошёл переворот с захватом власти строительным подрядчиком, старейшиной одной из деревень, Инари Фуджином. Этот акт беззакония поддержали наёмники. В ходе беспорядков были атакованы наши пограничные базы. Погибли наши шиноби. Чоуджиро приостановил свою речь, оглядев всех Каге. Следующим в диалог вошёл Казекаге. — Уважаемый Мизукаге. То, что вы сейчас описываете, несомненно возмутительно. Но это локальный конфликт. Разве это имеет смысл выносить на обсуждение пятерых Каге… —Всё было бы так, — вклинился Чоуджиро. Сейчас он выглядел крайне решительно. — Если бы не тот факт, что повстанцы, объединившись с наёмниками, фактически создали деревню, скрытую в волнах. И я очень удивился, когда узнал, что их новоиспечённый «Каге» — это внук Третьего Хокаге. Джоунин Конохи. Конохамару Сарутоби. В зале на мгновение все стихло. Тсучикаге, услышав фамилию Сарутоби, нервно забегала глазами , надула щёки и прерывисто выдохнула струю через губы, вытянутые трубочкой. Практически все присутствующие в состоянии полного ужаса округлили глаза. Спокойными оставались лишь Шикамару, Наруто и Сакура, что также присутствовала в роли свиты Хокаге. Тэмари, что стояла за спиной Гаары, с ужасом посмотрела на мужа. Надо сказать, Мизукаге храбрился. В совете Каге, да и вообще, его считали наименее опытным из лидеров. Но сейчас им было не до насмешек. — Исходя из всего сказанного, я требую от Хокаге, чтобы он объявил Сарутоби нукэнином и немедленно нейтрализовал. Ликвидировал, если придётся! Молчание повисло в очередной раз.Наруто усмехнулся. На этот раз правом голоса воспользовался Райкаге. — Хокаге-сама, если вам сейчас не до того, чтобы поймать своего, или мешают чувства, то позвольте мне помочь с поимкой Сарутоби, — Даруи говорил вкрадчиво, будто бы даже осторожно. —Нейтрализовать Конохамару? Взять живым? Да вы себе льстите, — Наруто язвительно фыркнул, и в его голосе послышалась привычная грубоватая прямота. — Ладно, раз уж тут все такие умные собрались, я проясню. Даттебайо. — Наруто откинулся на спинку стула, его взгляд стал тяжёлым и пристальным. — Чоуджиро. Твои ребята в Волнах — они по чьей команде начали мучить народ? Ты приказ давал резать тех, кто вышел с протестами? Тревожные паузы стали,кажется, неизменным знаком после речи каждого из Каге. —Нет, — Чоуджиро ответил тихо и, кажется, немного призадумавшись. Наруто продолжал,его тон стал нарочито медленным, будто он объяснял что-то очевидное. —А вот факт, что твои шиноби резали мирных — есть. Все отмечено! Я не говорю, что ты приказывал. Я спрашиваю другое: ты что, отрицаешь, что у тебя в рядах завелась шваль, которая команды не слушает? Чоуджиро выдержал паузу секунды в три перед тем,как ответить. Его взяли врасплох, и почва уходила из-под ног. Взгляды всех присутствующих были сосредоточены на нём. —Да, такое было… но не всё так однозначно. —Неоднозначно? — Наруто перебил его, и в его голосе зазвучало жёсткое, почти презрительное нетерпение. — Тогда слушай, в чём тут «однозначно». Конохамару мне письмо прислал. Ты хоть понимаешь, кто он по крови? В нём Воля Огня горит. Он услышал, что там твои головорезы творят, и рванул на помощь друзьям. Да, самоволка, я с него за это спрошу. Но объявить его нукэнином? За то, что он не смог спокойно смотреть, как гибнут невинные? Так Воля Огня не работает. Коноха официально его поддерживать не будет — только из уважения к тебе. Но и в беглецы не запишу. Не за что. —Наруто, хватит нести чушь! — Даруи практически вскочил из-за стола, и его бас грохнул под сводами зала. — Да тут и дураку ясно, что Коноха лезет в чужие дела! Яркое начало речи Даруи перехватил председатель,который решил помочь Каге прийти к конструктивному решению проблемы. —Действия Конохамару Сарутоби вне закона, какими бы мотивами он ни руководствовался. Давайте, пятеро Каге, проголосуем по поводу его статуса. Начнём с Казекаге. Остальные — молчите, — Мифунэ обратился к Гааре. — Вопрос довольно сложный...да... довольно сложный... В самом деле действия Сарутоби не регламентированы законом. И все же мы долгое время живём в мире, где нукенин — это шиноби, который несёт государственную опасность. Пусть Конохомару и поддержал протест, однако не был его инициатором. К тому же если его главной целью являлась защита мирного населения, пусть и повстанчески настроенного, я не могу назвать его нукенином…наверное... Мифуне перевел взгляд на Куротсучи и протянул в ее сторону руку, как будто бы давая Тсучикаге высказаться. Девушка осторожно начала, положив обе ладони на стол. — Можно понять любые благие побуждения, однако имеет смысл соблюдать порядок мира шиноби. Я не вижу смысла сильно наказывать Сарутоби, однако полагаю было бы адекватно, чтобы Хокаге-сама поспособствовал возвращению джонина в Коноху. Во избежания бардака, — женщина, прищурив глаза, взглянула на Узумаки и несколько припала к столу. Теперь пришла его очередь говорить. — Я уже направил Конохомару сообщение, чтобы он возвращался. Однако силой возвращать его я не собираюсь. Наруто осекся,переглянулся с Шикамару, словно задал тому немой вопрос. Шикамару прервал паузу, возвратившись к членам совета. — Кроме того, я просто обязан обратить ваше внимание. Как минимум та часть шиноби, которая отказалась подчиняться приказам Мизукаге, по моим данным являются сторонниками возвращения Кровавого Тумана. И я долго думал говорить или нет, но увы... У меня есть информация, что эти люди вдохновлялись как Ягурой, управляемым Мадарой. Так и самим Мадарой. Если дать сейчас слабину, мы можем увидеть возрождение одного из худших кошмаров нашей жизни! После последних слов Наруто стол замер. На лицах всех застыло удивление. Даже Казекаге уронил челюсть на пол. Мизукаге и Райкаге застыли, постепенно все сильнее округляя глаза. Постепенно багровея Чоуджиро прервал молчание. — Этого не может быть! Я бы знал! Наруто, если это ложь, тебе придется очень серьезно ответить! — с откровенным давлением на Хокаге сказал Чоуджиро. Наруто исподлобья взглянул на сегодняшнего оппонента.А после встал. Сейчас его голос звучал громогласно и строго. — Я? Лгу? Ты, Чоуджиро-тян, забыл кто я такой? Я когда-то что-то делал чисто для себя? У тебя такая короткая память, даттебайо?! —Хватит, Хокаге-сама сядьте, никто вас не обвиняет, — Мифуне прервал Наруто. Следующим высказаться дали Райкаге. — Никто из нас не принижает заслуг Наруто и Конохи, — начал Даруи. — Но информация, которую ты только что произнес, необходимо тщательно проверять. Ты же понимаешь, что это для всех значит. Я выступаю за то, чтобы Сарутоби и его группировка были пойманы и объяснились. Они обязаны понести наказание, дабы пресечь сам прецедент подобных действий. Выслушав все мнения, Мифуне, как будто бы уснул. Так он сидел с две минуты. Каге все ждали, что скажет председатель. Наруто и Чоуджиро продолжали дуэль взглядов. Иногда в неё вмешивался Даруи. Наконец пожилой лидер страны железа пришел в состояние бодрствования. — Ситуация, выглядит довольно спорной... Да... Вводить сейчас миротворческий контингент, было бы опасно, если дело обстоит так, как описал Хокаге-сама. Может вспыхнуть кровавая гражданская война и может быть даже международный конфликт. Я предложу вам компромисс. Территория страны волн будет пока что условно поделена на две половины. В одну из половин — восточную, могут переехать гражданские, которым не нравится политика Инари и Конохомару. В другую половину — те, кто поддержал революцию. Эту информацию необходимо довести Конохомару и Инари, если они откажутся покидать восточную половину, то необходимо предоставить силам Киригакуре выбить оттуда Конохомару. Пусть этот вопрос будет решен внутри. После того как все окажутся в рамках своих формальных границ предлагаю на повторном собрании рассмотреть возможность введения миротворческого контингента, чтобы предотвратить будущие вспышки обоюдной агрессии. Сейчас же это слишком опасно! Только вмешаем в конфликт третью сторону. Проголосуйте кто за. После этих слов руки подняли Казекаге и Тсучикаге, эти двое особенно хотели компромисса. В свою очередь Мизукаге и Райкаге колебались. Наруто так же думал что ему сказать. Вновь взгляд на Нара. Советник кивнул. Наруто так же поднял руку. Большинство было набрано. Чоуджиро и Даруи ничего не оставалось, кроме как присоединиться. Вопрос был решен, а собрание распущено. Сразу после Чоуджиро и Даруи пытались поговорить с Наруто, но безуспешно — тот довольно быстро ретировался. Узумаки не хотел с ними говорить, во многом потому что был разозлен, с другой стороны ему было нечего им сказать. Сейчас важнее всего было как можно раньше оповестить Конохомару о возможной зачистке восточной половины Страны Волн. Для этого уже спустя два часа был отправлен его сокол. Прошла неделя. В Киригакуре Чоуджиро планировал, что будет делать и как поступить с наёмниками. В его кабинет — в большом каменном, не то бунгало, не то другой какой-то постройке — кто-то постучался. Мизукаге, задумчиво сидя в кресле, пригласил войти. В дверь зашла статная, взрослая женщина. С годами её ослепительная молодость уступила место элегантной зрелости, а в копне рыжих волн появилась редкая проседь. Теруми Мэй. Выглядела она как всегда дорого. Чоуджиро был рад её видеть. Теруми уже давно была введена в курс дела. С самого начала «заварушки» она помогала Чоуджиро советами. Вот и сейчас она решила помочь. Её появление всегда придавало сил Мизукаге, словно луч солнца, прорвавшийся из-за горизонта после самой страшной и одинокой ночи. — Чоуджиро, как продвигается? Ты уже подготовил всё необходимое? — Женщина прошла по комнате и присела на кожаный диван, стоящий у стенки. —Да, всё почти готово, соответствующий отряд почти создан. —У меня есть резкое предложение. Согласиться на него или нет — твое дело. Готов выслушать? — В ответ на слова бывшей Мизукаге нынешний кивнул. — С кадрами у нас сейчас не самая лучшая ситуация. Я предлагаю тебе спорный, и всё же эффективный вариант. Во главе нового формирования должен стоять настоящий лидер. У меня есть на примете один. К тому же он действительно ненавидит Коноху. А это нам сейчас необходимо. Чоуджиро осторожно посмотрел на Теруми Мэй. Её лицо не выражало тревоги, но было видно, что эту новость она сообщала, предварительно подготовившись. —О ком вы? — Мизукаге значительно заинтересовался. — И почему же предложение спорное? Пятая тяжело вздохнула,улыбнулась и решила говорить резко. Словно пыталась отрезать больной палец на руке. —Заточенный в тюрьме Суйгетсу Хозуки. Я недавно общалась с ним и думаю, что нам сейчас нужно попробовать пойти на крайние меры. Конохские прокси-военные сильны. У меня нет никаких сомнений, что у них есть официальная поддержка Хокаге. — Мэй тяжело вздохнула. Мизукаге имел вид человека, что не поверил в только что сказанное. —Но ведь он отступник и взят под стражу ещё после смерти Саске Учихи! Как мы можем просто так взять его и освободить? Против нас потенциальный отступник, за нас тоже будет подобный негодяй? — Чоуджиро призадумался. Суйгетсу был очень силён и точно бы не помешал в такой работе. Но… Это настоящая заноза для него. Мэй же выглядела убеждённой в своей идее. —Всё очень просто. Я уверенно могу тебе сказать, что если мы его выпустим, он нас не предаст. Он из клана Хозуки. Наследник второго Мизукаге. К тому же настоящий патриот. Это символ возрождения Киригакуре как сильной деревни. Независимой деревни шиноби. Чоуджиро ещё долго колебался. Суйгетсу Хозуки являлся крайне опасным преступником. Да она сама его бросила в тюрьму! Да, возможно, именно его сила нужна была, чтобы биться с силами Сарутоби в Стране Волн. И всё же нельзя было забывать, что это был за человек. Но Чоуджиро беспрекословно верил Мэй.Если она так говорила, значит, это точно было правильно. Мизукаге встал из-за стола, а после начал наворачивать круги по комнате. Мэй встала и подошла к своему последователю почти вплотную. Голос её звучал тихо и грустно на этот раз. —Нет у нас сейчас другого выбора. Позволим Конохе смять нас там — и всё погибнет. Всё, что мы с таким трудом поднимали, станет филиалом Конохагакуре, если сейчас дать слабину. У нас просто нет права всё бросить. Наруто не отступится, я говорила с Цунаде и Шестым. Он их уже давно не слушает. Он давно ведёт свои игры, и нам нужно перестраховаться. Вскоре перед толпой джонинов и чунинов на одной из площадей Киригакуре стоял Хозуки Суйгетсу. Всего шесть часов назад он услышал, что свободен. Пять часов назад его ввели в курс дела. От булыжников, что вымостили это место, поднимался медленный пар. Хозуки выглядел повзрослевшим. Морщины вокруг глаз и длинные усы, свисающие по обе стороны рта, делали его вид отчасти устрашающим. Он оглядел площадь взглядом, полным удовлетворения. Наконец он заговорил. — Братья. Дорогие братья по оружию. Я вернулся. Вы, наверное, считали меня отступником, но я не в обиде. Потому что вас заставили так думать. А я — ваш брат! Хотите вы этого или нет. Я никогда не желал зла Киригакуре, а в темнице оказался из-за конохских разборок. Он окидывал взглядом ряды шиноби, пытаясь уловить настроение. —Расскажу вам о наших главных врагах. Нашу деревню изнутри разрушили при Ягуре. Это правда. Но теперь всем известно, что он был марионеткой в руках Обито Учихи. Чувствуете этот запах? — Суйгетсу сделал паузу, словно и правда ждал, что кто-то принюхается. — Это вонь Конохи. Все их отступники так или иначе тащили за собой одну и ту же идею. Идею доминации. Все должны плясать под их дудку! В руках первого Хокаге это была сладкая пилюля: «Давайте все дружить, но на моих условиях!». В руках Учихи Мадары — бескомпромиссное господство. Под его идеями наша страна истекала кровью, наша деревня теряла силу. Смысл всегда был один! Шиноби на площади, казалось, слушали его с интересом, но он пока не мог понять, верят они ему или нет. —И когда наша страна истекала кровью, был один человек, который хотел всё изменить! Хотел перевернуть всю эту систему с Ягурой, но его мечте не суждено было сбыться. Настоящий патриот, который даже на смертном одре не отрёкся от своих убеждений. Вы знаете, о ком я. Наш сэмпай, Момочи Забуза. И кто его убил, не дав Киригакуре и шанса вздохнуть свободно? Те, кто сейчас сидит в высших чинах Конохи. Снова они! После Великой войны они стали словно неприкасаемыми, но это не так! Конохе всегда нужен враг. Либо снаружи, либо они начинают грызть сами себя. Поверьте, я лично знал Учиху Саске и прекрасно понимаю, о чём говорю. Четвёртая мировая была для нас временной передышкой, потому что тогда их взгляд был переведён на другого врага. Но вспомните, кто был этим врагом: Учиха Мадара, Учиха Обито, Якуши Кабуто — сплошная Коноха! А до этого — Орочимару. Он годами пытал меня, ставил опыты! Пэйн, устроивший диктатуру в Деревне Дождя, — ученик одного из саннинов Листа. Идеи Конохи — чума! А теперь через Страну Волн они протянули к нам свои лапы с «Волей Огня». Шиноби на площади зашевелились. Они были готовы выполнять приказ, но во многих из них где-то глубоко сидел страх. Ведь за последние годы Коноха зарекомендовала себя как сильнейшая деревня в военном плане. Да и много лет казалось, что Коноха — это этакое «чистое добро». Но теперь выходило, что это не та деревня, о которой они столько слышали. И эти сомнения в их глазах заметил Хозуки. Потому он набрал в грудь воздуха, и его голос прорезал туман. — Но знаете что? Мы дадим им по зубам. Всем известно — вода тушит огонь. Мы сильнее просто потому, что родились такими. Их «Воля Огня» — просто красивые слова, за которыми прячется желание подмять всех под себя. Весь их альянс шиноби существует только для того, чтобы продолжать нас давить. Пришло время встать у них поперёк горла. Я поведу отряд, который вышибет эту обезьяну Сарутоби с востока Страны Волн. С сегодняшнего дня возрождается Священный Отряд Мечников Тумана — те, кто всегда отстаивал интересы Киригакуре. Они ещё горько пожалеют, что сунулись к нам! БРАТЬЯ! ЗА ДОМ! Как ни удивительно, в тот день на площади искры дали первые языки пламени. И никто ещё не знал, во что всё это выльется