Глава 4 .Сваренные вкрутую

„Компромисс сам по себе — весьма неприятная пилюля, и не каждый готов ее проглотить.“ — Вуди Аллен

Лето в Конохе в этом году казалось ничем не отличалось от предыдущих. Люди примерно понимали, что в мире происходит что-то странное, однако доверие к Хокаге не падало. Шиноби Конохи начинали свыкаться с мыслью, что так надо, что это очередное неоспоримое решение Наруто. И все эти три месяца летней жары прошли в осторожных обсуждениях происходящего и в бытовой рутине, которая была, есть и будет. Деревня, Скрытая в Листве, продолжала жить спокойно, и люди здесь всё ещё смело смотрели в будущее. В резиденции же Хокаге царила атмосфера часовой бомбы. Конфликт в Стране Волн встал на мёртвой точке. Было очевидно, что большего Конохомару там не добьётся — перевес сил у противника был уже многократный. В то же время было понятно, что если осторожно «подпитывать» местных повстанцев, те смогут сдерживать Киригакуре. И все, кто был приближён к Наруто, находились в ожидании его следующего шага. Кто-то боялся, что он займётся ситуацией всерьёз, и тогда полетят клочки по закоулочкам. Кто-то надеялся, что он переключится на другую идею. Это был конец августа, когда в коридоре перед аудиенцией ждал Какаши Хатакэ. Напротив него, судя по всему уже довольно долго, сидела Сакура. —Да сколько ж можно ждать, Наруто, чёрт возьми! — Харуно дёрганно вскочила с дивана. —Осталось недолго, — Хатакэ жестом попросил Сакуру занять место обратно. — Я понимаю, что ты спешишь, но думаю, при тебе Наруто уже не будет так кобениться. Шиноби наконец дождались момента, когда дверь открылась и оттуда показалась голова Шикамару. Неформально, глазами, Нара дал понять, чтобы гости входили. Наруто сидел за столом, сцепив руки в замок. Взгляд его был уставшим. Дверь закрылась. Воцарилось молчание, которое длилось секунд сорок. Никто не мог набраться уверенности прервать тишину. Ощущение от этого было странное — ведь перед Наруто стояли не кто-то там, а его старые, добрые друзья. Даже больше. — Наруто, я знаю, что тебе известно: я ездил на переговоры с Теруми Мэй. —Пороться. Перебив ошеломлённого сэнсэя, Узумаки легко улыбнулся и взглянул на Какаши. Сакура и Шикамару напряжённо посмотрели на Хатакэ, который за мгновение подавил внутренний порыв. Нара встретился глазками с Узумаки и многозначительно поднял бровь. — Ладно, извиняйте, борщанул. Давайте уже, Какаши-сенсей, выкладывайте, даттебайо. Что вы там надумали с своей ненаглядной. При всём уважении. Какаши глубоко вздохнул. —Наруто, они сами готовы предложить мирные условия. Только утихомирь Конохомару. Они готовы пойти на послабления. То, что сейчас происходит, никому не нужно. Хокаге встал со стула и медленно подошёл к столешнице в углу комнаты. Взяв чайник, Узумаки аккуратненько залил вертикальный контейнер с лапшой кипятком. —Послабление — это что-то вроде поноса? — Наруто закрыл крышку над лапшой и побрёл вместе с готовящимся обедом к своему столу. —Очень остроумно, Наруто, — Какаши скрестил руки на груди. — Послабление — это что-то вроде: Киригакуре остаётся на своих позициях и перестаёт убивать наших шиноби и людей Инари на западной территории Страны Волн. Наруто прислонил нос к крышке лапши и, смакуя, втянул аромат любимого блюда. Узумаки улыбнулся. —Эх, а я-то думал, пойдём с делегацией Киригакуре вместе на горячие источники, будем сидеть значит голенькие и наяривать друг другу под водой, глядишь, Инари и Чоуджиро мирный договор подпишут. Какаши стало неловко от проклюнувшегося тупорылого юмора Седьмого, но он знал, что к Наруто нужен особый подход. А сейчас тот явно был в игривом настроении — не то что тогда. —Вот про последнее — отличная идея, — он постарался выдавить улыбку. — Без остального можем и обойтись. Нужно сейчас же запросить Гокаге кайдан. Уверен, остальные Каге только этого и ждут. Узумаки наконец приоткрыл свой полуфабрикатный обед и готов был приступить к употреблению. —С Даруи и Гаарой не имею никакого желания сидеть под водой. Тем более с Чоуджиро. Звучала только тишина. Никто в зале не считал это остроумным, к тому же шиноби не знали, как реагировать. Лидер Конохагакуре зевнул. —Да, всё оказалось значительно труднее. — Наруто медленно и сосредоточенно накрутил лапшу на палочки, а после опустил её обратно в стакан, закинув руки за спину. — Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем вступать с нами в конфликт. У меня есть биджу! Если я захочу и возьмусь за дело всерьёз… Какаши, не двигаясь с места, перебил лидера. —Вся Киригакуре разлетится в труху? Ты сам-то понимаешь, что говоришь? — Какаши не моргая смотрел на Наруто. — Ты сам-то хочешь этого? Наруто помрачнел и отодвинул рамен в сторону.Взгляд холодно уставился в Шестого. Его высокий голос звучал ледяным — если раньше это был звонкий колокольчик, сейчас это была струна альта, которую медленно и мучительно тянули. —Нет. Я не хочу этого. — Его взгляд помрачнел ещё сильнее. — У вас стало модно, я смотрю, лепить из меня чудовище? Что ты хочешь этим сказать? Наруто встал из-за стола, его брови сдвинулись к переносице. Сакура невольно заёрзала на стуле, на лбу у Шикамару проступил пот. Хатакэ же молча смотрел на Седьмого. Он понимал: сейчас нельзя дрогнуть. Наруто продолжал: —Ты смотришь на меня волком? Правда? Сэнсэй, скажи, а что мне придётся делать, если я вдруг решу, что ты отказываешься поддерживать все мои решения и готов идти им наперекор? — Узумаки шёл к своему бывшему учителю. — Что я могу сделать в таком случае? Наступила пауза, которую Харуно и Шикамару были не готовы пережить. Ужас сковал их всех. Они молча смотрели на Хокаге, который вот-вот сорвётся. Внезапно Наруто с грохотом рухнул на стул, будто поражённый стрелой. —Господи, я же шучу! Что ты такое удумал? — Наруто расхохотался в голос, и у всех присутствующих далеко не сразу прошло напряжение. — Я люблю тебя, старая ты белобрысая жопа! Чёрт возьми, да я вас всех люблю и обожаю. Я же Наруто Узумаки. Я и есть любовь, дитя из пророчества, слышали про такое? Наконец и на лице Какаши появилось облегчение, но из-за маски было непонятно, улыбается он или нет. Было ясно лишь, что его возрастное, но крепкое тело уже не готовилось к бою. Хотя вряд ли он сам это понимал — сейчас он просто слушал своего ученика. А вот Сакура и Шикамару полноценно выдохнули. —Все уже решили, что Наруто Узумаки сошёл с ума. Я знаю их предложение. Долго думал. Раз уж они идут на уступки, то Лист даст им этот шанс. Я великодушный, великий и сексуальный! Какаши не верил своим ушам. Он встал со стула и упёрся руками в стол. —Наруто, ты серьёзно? Это же просто замечательно! — наконец Хатакэ рассмеялся. Наконец речь взял на себя Шикамару. —Без тотального вовлечения армии Конохи у нас не выйдет даже удержать важные стратегические точки в Стране Волн. Мирное предложение сейчас — это хорошо. Наруто, твой «удар по рукам» уже вышел успешным. Переговоры могли бы всё отлично суммировать. Наруто снова принялся за рамен. —Я не хочу видеть все эти рожи, но Гаара подсуетился. Он выбил эти условия у Тумана и Облаков. Я готов посмотреть, смогут ли они сдержать слово. В голове у Какаши проскользнула мысль о том, что Гаара сделал для Конохи в этот момент гораздо больше, чем он сам. По окну забарабанил дождь. И этот звук успокаивал всех на аудиенции. Вскоре Какаши понял, что наконец он доложит Цунаде хорошие новости. Плохие были в том, что на том конце всё ещё лилась кровь. Однако Хатакэ был очарован возможностью даже такого — хлипкого, уязвимого — мира. -------- Спустя две недели Гокаге Кайдан прошёл в Стране Ветра. Встреча оказалась даже более гладкой, чем могли ожидать те, кто переживал за судьбу перемирия больше всех. Это была встреча, где без лишних разговоров стороны приняли условия друг друга. Быстро и четко. Рукопожатие и подписание бумаг проходили почти что в тишине. Ни Чоуджиро, ни Наруто не проронили ни единого лишнего слова. Друг на друга взгляд не поднимали.И Хокаге, и Мизукаге, возможно, хотели поторговаться, но обоим было страшно произнести вслух свои уступки. Хозяин и инициатор собрания — Гаара — озвучивал все условия сам. И многие смотрели на хозяина песка с немой благодарностью. Чоуджиро и Наруто несколько избегали взгляда своего бывшего боевого товарища. Шикамару же чувствовал во всём этом тяжёлую, невысказанную горечь. «Это то,чего мы и хотели. Не стоило преувеличивать наши амбиции. Мне было всё равно», — буркнул в конце Узумаки, а после чуть сглотнул слюну. Наконец, после вязкой паузы, Казекаге подвёл итог, скользя голубыми глазами по документу: —Согласно заключённому акту, от Хокаге требуется поспособствовать приказу армии так называемой Намигакуре покинуть все населённые пункты восточнее черты, проведённой через срединный меридиан Страны Волн. Должен поступить приказ для Конохомару немедленно вернуться в Конохагакуре и отозвать отряды АНБУ. Из военных формирований позволено остаться только формальному миротворческому контингенту. Казекаге прокашлялся и обратился к Чоуджиро: —От Мизукаге требуется вывести армию Киригакуре отовсюду западнее срединного меридиана бывшей Страны Волн, подконтрольной Киригакуре. В пределах пятидесяти километров от срединного меридиана требуется прекратить работу Отряда возрождённых Мечников Тумана. От обеих сторон требуется немедленное прекращение военных действий. Провокации и нарушение режима тишины будут осуждены и при повторном нарушении вновь будет собран Гокаге Кайдан. Прощание было формальным. Теперь после подписания бумаг нужно было только довести приказ в Страну Волн. После собрания Наруто и Шикамару встали у бархана. Созерцая раскалённую оранжевую пустыню вдалеке, Шикамару закурил. Нара чувствовал облегчение. О Головной болью могла быть реакция Сарутоби на перемирие, но с основным было покончено. Кусочек пепла бесшумно упал в песок. — В этом песке можно яйца куриные варить, — Наруто тихо буркнул себе под нос. — И всё же надо было настоять на роспуске шайки Суйгетсу. Тогда это можно было бы назвать победой. Шикамару затянулся, скосив взгляд на Хокаге, а после выдохнул струю дыма вертикально вниз. Его тихий голос звучал устало, но уверенно: —Страна Волн и так со времён Четвёртой войны под протекторатом Тумана. Мы не можем запретить им использовать своих шиноби на своей территории. Мы не сможем проверить, есть ли мечники там или нет. Но это подстраховка на случай прецедентов. Наруто презрительно хмыкнул, поправив колпак Хокаге. Он сморщился, словно съел только что дольку лимона. —Это меня и беспокоит. — Узумаки попала песчинка в правый глаз, и пришлось начать часто моргать, словно он пытался подать кому-то сигнал. — А ещё беспокоит заинтересованность Даруи. Что он хочет от этой Страны Волн? Почему все его потуги выглядят как союз с Чоуджиро? Это древние земли, Шикамару. Древние. Почему они так уверены в себе… Сука… Шикамару докурил и сбросил окурок в песок, аккуратно присыпав его движением ноги. —Пойдём. В деревне много дел. Гонцы к Сарутоби уже в пути. Нам ещё предстоит дождаться его возвращения. Правители Конохи направились к своей деревне. Деревне, где продолжал царить мир. --- На далёких островах диссонансными аккордами завывали морские ветра. Вода поднималась из пучин и со всей дури шлёпала о берега Страны Волн. В Намигакуре — новой деревне «скрытой в волнах» — посреди хижины сидел заросший бородой Конохомару Сарутоби, проверяя боезапас. Рядом на печке трясся глиняный чайник. Облачённая в доспехи Страны Волн Моэги сняла дымящийся зелёный чай с плиты и аккуратно разлила в жестяные кружки себе и Конохомару. Она сдержанно улыбнулась. — Ну, давай на дорожку, «господин Намикаге». По одной тяпнем и… —И бросим всё к чёртовой матери, — Конохомару поднялся с пола, и казалось, весь дом затрясся от этого движения. — Бросим здесь всё, ради чего мы тут сотни раз погибали. Шиноби грустно переглянулись. Конохомару сосредоточил взгляд на полу, будто что-то вспоминая. —Знаешь, Моэги… — он будто что-то тихо проглотил. — Тебя солнце греет? Девушка молча и вопросительно окинула командира взглядом.Конохомару усмехнулся. —Помнишь, как мы перешли границу? — шиноби прислонил чашку к губам. — Помнишь людей? Инари? Всех тех, кто был нам рад? Моэги тоже отпила чай. —Таких было немало. Немало. Сарутоби подошёл к окну.Он вглядывался в запотевшее стекло, словно пытался обнаружить на нём какую-то деталь. —Те, кто нам поверил… Знаешь, где их теперь будет мало? Там, откуда мы ушли. И мало их будет не только из-за разочарования. Моэги отвернулась.Глаза девушки заблестели. —Инари мне уже говорил. Я знаю. Фильтрация… Конохомару,всё так же стоя лицом к окну, поднёс кружку к губам. —Ты и правда ждала чего-то другого от этих подонков? Я достаточно тут увидел. Моэги оперативно запила нахлынувшие эмоции двумя объёмными глотками,даже обожгла язык. —Но как же так… Инари ведь и Наруто сообщил. —Да плевать ему, спекся он, они там все сварены вкрутую — Конохомару развернулся. — Суйгетсу спокойно зачищает территорию Страны Волн от родственников тех, кто присоединился к нам, от всех лояльных Намигакуре и тем более Конохе. Нельзя так просто взять и переименоваться из Кровавого Тумана в обычный туман. А Хокаге сейчас сидит в кабинете, кушает лапшу, и плевать он хотел на всех, кто поверил в нас. Моэги подошла к Сарутоби и положила ему руку на плечо. В её голосе звучала опаска. —Не говори так, особенно… про братца, — девушка пронзительно посмотрела в глаза шиноби. Конохомару сделал ещё один глоток. —Предал нас братец Наруто, — голос Конохомару задрожал. — Предал всё, что начал. Я хочу, чтобы он лично видел, как страдают те, кого мучают твари из Тумана. Забузеры. У них это в крови. Сарутоби допил чай, поднял с пола тяжёлый рюкзак. —Не забудь потушить огонь в печке, — внук Третьего поднял рюкзак за лямку, поставил его на правое колено, продел руку и закинул вес на плечи. — Я оставлю для Инари нашего Удона. Он толковый парень. Поможет и подавить оставшихся забузеров на территории, и если что — погасит провокации. Моэги также надела свою поклажу.Рюкзак тяжело загремел. —Тебе не кажется, что это может быть расценено как неподчинение Конохе? — Моэги побрела к выходу, задавая вопрос между делом. Конохомару открыл дверь и поёжился от холода. —Мне плевать, и… — Конохомару вдохнул солёный запах моря, что потоком ворвался в хижину. — Я должен сюда вернуться. Добить гадину. Я вернусь. Я чувствую, что однажды должен остаться здесь, понимаешь? Здесь я состарюсь, если жизнь позволит. Здесь меня и похоронят под старым вязом. Страна Волн прощалась с тем, кого так неоднозначно приняла. Для одних Сарутоби был тем, кто навсегда сломал их привычный уклад. Для других — героем и кумиром. Для третьих — предателем, бросившим тех, кому дал надежду. Для себя он навсегда остался тем, кто однажды совершил поступок. Он пересёк границу. И это изменило всю его дальнейшую жизнь. --- В окнах резиденции Мизукаге не было видно ничего, кроме густой молочной завесы. Молоко окутало всю деревню. Вечерело, и дети заканчивали свои шумные уличные игры. Из баров в центре доносились праздные крики и звон кружек. В домах, так же как и на небе, зажигались огоньки. Везде обсуждали одно и то же. Кто-то тихонько мусолил тему гипотетической войны с Конохой. Кто-то бил себя в грудь и кричал, что «Лист» надо поднять на мечи. А кто-то просто воспевал Мечников Тумана. Многие старики, шаркающие домой из чайных, отмечали, что всё это не к добру. В резиденции же шло важное заседание. Разложив целую карту документов, Чоуджиро сидел напротив Самуи. Всем своим видом куноичи Деревни, Скрытой в Облаках, изображала серьёзность. Несмотря на то что она была ниже по званию, создавалось впечатление, что именно Мизукаге отчитывается. Сложив руки в замок, женщина начала: — Таким образом, сейчас ничего не выйдет. Мы уже потеряли время. Чоуджиро поправил осанку и поджал губы. —Это потому, что вы медлили изначально. Ничего этого не было бы, поставь вы свою базу у моста два года назад. Самуи нахмурила брови.Её взгляд из спокойно-анализирующего стал источать лёгкую угрозу. —Мизукаге-сама, то есть вы считаете, что в агрессии Конохи можете обвинять Кумогакуре? Мизукаге осекся.Он провёл рукой по волосам. —Нет. Просто будь мы все чуть побыстрее, там, где сейчас стоит база самопровозглашённой Намигакуре, стояли бы наши и ваши люди, стоял бы барьер, и тогда мы могли бы ставить условия Конохе. Самуи снова сменила маску недовольства на сдержанность.Она переложила одну бумажку со стола на папку. —Мы не могли действовать без повода. Нас бы не поддержали Камень с Песком. — Она собрала документы в кучу и методично начала пропихивать их в файл. —И вот мы наконец дождались того, что Коноха фактически стоит в ста километрах от Киригакуре, — Чоуджиро сложил руки у рта, будто ему стало холодно. Самуи выразительно пожала плечами и посмотрела в окно,пытаясь выцепить взглядом далёкий огонёк. —Да, Узумаки заглотил приманку. Вот только оборвал снасти, — на лице посланницы Страны Молний появилось сожаление. — Мы не ожидали, что он так аккуратно выкрадет инициатора, и, конечно, не думали, что последует такая активная реакция. Мизукаге сморщился и прыснул сквозь зубы.Наконец он посмотрел на Самуи. —А то мы его не знали, — правая рука с лёгким хлопком опустилась на стол. — Плюс наш человек тоже не смог ничего сделать. Самуи резко покосилась на дверь. —Да, она сейчас не имеет никакого влияния. Наруто верит только Шикамару. Она в целом мало с ним контактировала. Мы ожидали, что Нара образумит его, и их жест будет гораздо легче. Правда… Мизукаге резко убрал руки со стола,его взгляд упал на столешницу, будто он что-то пытался осознать. —Возможно ли, что Нара умышленно не стал его отговаривать? Если она прокололась при разговоре с ним, он мог понять и специально дал Хокаге развернуть поход Сарутоби. Самуи покачала головой,вздыхая. Её глаза забегали, будто она пыталась что-то вспомнить, а на деле — отговорить. —Он мог бы что-то понять, но он не безумец. Нара не станет ценой жизни стольких людей проворачивать что-то подобное — риск слишком велик. Думаю, он просто потерял контроль над Хокаге. — Куноичи резко обратилась к другой папке, её взгляд сменился. — Второй вопрос на повестке сегодня — Хозуки Суйгетсу. При этих словах Чоуджиро передёрнуло. На лбу проступили капельки пота, и он начал речь, будто очень спешил. —Да-да, я уже понял. Я приму меры. Самуи недоверчиво осмотрела Чоуджиро и достала из папки одну из бумаг. —Мизукаге-сама, если он продолжит исполнять то, что исполняет, вы… лишитесь даже нейтралитета Песка и Камня. И тогда Наруто вообще взлетит в небо. Нам необходимо, чтобы Куроцучи хотя бы немного нас поддерживала, а Гаара — чтобы как минимум не вмешивался. В идеале — заменить этого психа на прежние формирования Киригакуре. Чоуджиро отвернулся.Он посмотрел в окно. —Я не могу не отметить его эффективность. Если бы не он, сейчас Сарутоби устроил бы своё Намигакуре на всю Страну Волн, и Инари был бы «королём на островах». Но я обсужу с ним его методы. Самуи протолкнула бумагу ближе к Чоуджиро.Теперь она даже забыла о субординации. —Посмотри сюда. Вот сюда. Мизукаге пришлось всё-таки посмотреть на стол.Его глаза взметнулись вверх, и он отодвинул от себя фотографию. —Господи Боже мой, Самуи, какого хрена!? — Мизукаге зажмурился, а затем посмотрел сначала одним, потом другим глазом. — Я правда попытаюсь это уладить. Обещаю, что приму меры. Самуи поспешно сунула фотографию обратно в папку.Она снова стала спокойной и серьёзной. —Это не единственный инцидент, Мизукаге-сама. Мы потребуем выплаты по всем кредитам, что давали на развитие Кири раньше, если это продолжится. Если усугубится — мы выходим из игры. Мы не хотим, чтобы нас вписали рядом с этой грязью. Солнце полностью опустилось за горизонт. Мизукаге окончил собрание. Впереди его ждал сложный разговор — ещё сложнее, чем этот. Чоуджиро сжал кулаки. Ситуация терзала его в разные стороны. В голове проскальзывали образы: Шикамару, сверлящий его взглядом; Суйгетсу… Хотелось скорее забыть то, что он увидел, но, по правде говоря, он и так слышал очень многое. Оставалось дождаться совета Мэй. Пора было осуществить визит на передовую и пообщаться с одним очень эффективным, но жестоким командиром. Мизукаге остановился. Сердце забилось чаще, руки задрожали. Паника нарастала. Неуверенность в себе снова вернулась к нему.