Глава 4

      Ночь опустилась на город. Бледный лунный свет пробивался сквозь окна, отбрасывая мягкие блики на стеклянные поверхности. Они вернулись в главный офис, готовясь нанести визит Кровавому Барону и его ребятам.       Том держал сигарету в зубах, тщательно чистя и заряжая свой пистолет. Барти наблюдал за боссом с любопытством и благоговением. Встреча с Поттерами закончилась быстрее, чем он ожидал, а время наедине с девушкой Том и вовсе сократил до минимума. Это удивило Барти — он думал, мужчина захочет получше узнать свою будущую жену.       Она была красивой девушкой, из тех, что переходят на другую сторону улицы, завидев Барти или даже самого Тома.       — Ну и какое впечатление она произвела? — прочистив горло, неловко спросил он, пододвигая стул к Тому. — Думал, ты задержишься с ней подольше. Чтобы познакомиться и всё такое.       Том уставился на Барти с невозмутимым выражением лица, заставляя того ёрзать от дискомфорта. Вынув сигарету изо рта, он выпустил дым и наклонил голову.       — От нее хорошо пахло, — сказал он, убирая пистолет в кобуру. — Понимаешь… не алкоголем, не сигаретами и не дешёвыми духами.       Барти не понимал. Он знал, что обычные женщины Тома пили, курили и работали в борделях, но что босс имел в виду под «хорошим запахом» — было загадкой. Барти никогда не обращал внимания на то, как пахнут женщины.       — Скажи-ка, Барти, — Том внезапно прервал его размышления. — Женщинам нравятся лягушки?       — Что?       — У нее в сумочке была чертова лягушка, — Том раздраженно провел рукой по столу. — Выпрыгнула прямо на стол. Сказала, подобрала, потому что та была ранена.       — А, — Барти задумчиво почесал подбородок. — Значит, добрая и заботливая, да? Я не эксперт по женщинам, но уверен — скользкие твари им не по нраву.       — Этой было все равно, — Том встал, туша сигарету в стакане с виски. — Бери Флетчера, пора двигаться.       Барти кивнул и бросился выполнять приказ. Том был жёсток и не терпел оправданий. Барти догадывался: после разборки с людьми Кровавого Барона (те осмелились украсть у Тома), очередь наказания дойдёт до болтливого Флетчера. Его язык, вполне возможно, и поспособствовал этому воровству и неуважению.       Свернув в коридор, Барти распахнул дверь в комнату слева. Флетчер набивал рот едой и испуганно подскочил, подавившись.       — Поехали, Флетчер, — усмехнулся Барти. — Приведи себя в порядок. Босс ждет.       Захлопнув дверь, Барти направился к выходу. Свадьба должна была состояться на этой неделе. Интересно, как это повлияет на Тома? Босс не привык к женскому обществу — даже горничные в его квартире появлялись лишь на пару часов. Жена — совсем другое дело. Часть Барти даже радовалась за Тома. Дочь Поттеров была настоящей красоткой, первоклассной штучкой.       Том стоял у машин снаружи, разговаривая с Лестрейнджем.       — Родольфус, следи за Флетчером, чтобы этот придурок не устроил ещё больше проблем, — услышал он слова Тома. — Ладно, поехали, парни.       Том сел в машину, а Барти занял место рядом с ним, жестом приказав водителю заводить мотор.       — Кольцо ей понравилось? — вдруг спросил Барти, только сейчас вспомнив про него.       Малфой и Яксли не задавали Тому много вопросов об этом. Эти два восторженных идиота были слишком заняты подсчетом приданого, которое Поттер переводил в рамках сделки, и не лезли с расспросами. Остальные боялись даже заикаться про девушку после того, что Том вчера устроил Треверсу.       — Она была не особо разговорчива, Барти, — Том раздраженно вздохнул. — Как и говорил Поттер, его дочь — благородная девица, не тратит слов понапрасну.       Барти тут же заткнулся — лишний раз злить Тома не стоило. Тот взрывался из-за малейшего повода. Тома было сложно понять, но Барти знал его достаточно хорошо, чтобы быть уверенным: терпение — не его сильная сторона. Барти был одним из немногих, кому Том рассказал, как убил собственного отца. Тот так взбесил его при первой же встрече, что Том пристрелил его на месте.

***

      Том прищурился, разглядывая потускневшие вывески, когда машина свернула и остановилась перед заведением Кровавого Барона. Он потрогал пистолет на поясе. Водитель, Макнейр, открыл ему дверь, и Том вышел. Его люди тоже вылезли из машин, а Лестрейндж волок за собой Флетчера. Этот никчемный трус умудрился проиграть в драке и оставить Тома без двух тысяч фунтов.       Они направились к пабу. Мысли Тома невольно вернулись к девушке. Он не понимал, почему её миловидное лицо вдруг всплыло в памяти, но картинка, как она носилась по роскошной гостиной Поттеров, пытаясь поймать чертову жабу, заставила его усмехнуться.       Она определенно была не такой, как все. Матрона в приюте любила читать сказки, где принцессы, изгнанные злыми мачехами или отправившиеся в дурацкие приключения, спасали животных и кормили стариков. Так или иначе, Гарри подходила под образ сказочной героини — да ещё и была хорошенькой. Вот только принца в конце ее истории не предвиделось, потому что Том никакой не принц. Он чудовище.       Рабастан пнул дверь ногой и придержал ее для Тома. Мужчины внутри паба настороженно поднялись, некоторые, узнав Тома, опустили головы и отвели взгляд.       — Что происходит? — рявкнул кто-то, оборачиваясь. Этот выпендрежник выглядел как клоун в своём кричащем прикиде. Он уставился на Тома, лицо исказилось, когда он его узнал, а затем взгляд упал на Флетчера, безвольно стоящего позади, удерживаемого крепкой хваткой Родольфуса.       — Эй, Флетчер, это ты? — засмеялся тот. — Шикарно выглядишь, а? Приполз к папочке ябедничать, что с тобой плохо обошлись?       Том приподнял бровь и равнодушно уставился на болтливого идиота.       — Это ты украл мои деньги? — резко спросил он, делая шаг вперед, размеренный и властный. Том был выше большинства людей, и его внушительный рост часто служил инструментом устрашения. Мужик инстинктивно отпрянул, схватил вазу с цветами со стола и замер с ней, словно истеричка, готовая устроить сцену.       Остальные вскочили, хватая оружие.       — Не подходи, Риддл! — прорычал тот, стиснув зубы.       — Надо было думать, прежде чем грабить меня, — холодно бросил Том, и его тон был леденящим душу. — Я не прощаю и не даю второго шанса. И сегодня мы сделаем это предельно ясным для всех, кто достаточно туп, чтобы повторить такое. Ты меня понял?       — Может, обсудим, а? — крикнул кто-то. — Слушай, Риддл, мы вернем бабки, уладим это, Пивз просто дебил, да? А ты же в политику лезешь, так? Будет некрасиво, если…       — Будет некрасиво, если что? — Том усмехнулся. — Если я пристрелю этого гребаного дебила за воровство? Это было по приказу твоего босса, Пивз?       — Думаешь, мы не видим, Риддл, как ты пытаешься проскользнуть в политику, как подлая мерзкая змея, которой ты и являешься? Ты ничего не сделаешь, потому что тебе надо держать лицо, иначе твои дружки из партий тебя даже не выдвинут! — внезапно осмелел Пивз.       Том выхватил пистолет из кобуры и выстрелил Пивзу в лоб, как в расстрелах. Тот рухнул замертво, и в пабе воцарилась тишина. Даже люди Тома замерли. Пивз лежал в луже крови, глаза остекленели. Все застыли, в шоке уставившись на Тома.       — Кто-то ещё хочет проверить моё терпение сегодня? — спросил он, сузив глаза на ошарашенных мужиков.       В пабе было полно народу, но никто из них не побежал бы в полицию. Тишину разорвали крики и гвалт. Двери в закрытую зону распахнулись, и в зал ворвался Кровавый Барон в сопровождении вооружённых головорезов.       Он остолбенел, увидев окровавленный труп своего подручного.       — Риддл… — проревел здоровяк. — Ты пришёл в мой паб и открыто пристрелил моего человека? Мне говорили, что ты псих, но ты, похоже, вообще без тормозов. И что заставляет тебя думать, что я выпущу тебя отсюда живым?       Братья Лестрейнджи моментально достали оружие, наведя его на Барона. Остальные последовали их примеру, и толпа его подручных тоже схватилась за стволы.       — Стоит мне только щелкнуть пальцами, и мои пацаны разнесут тебе голову, — усмехнулся Барон, поглаживая живот и оглядывая Тома с ног до головы.       — А что заставляет тебя думать, что ты вообще сможешь отдать приказ? — Том язвительно рассмеялся, медленно окидывая взглядом дрожащие руки, державшие пистолеты. — Ты только посмотри, они стволы-то ровно держать не могут. Очень страшно, Монтфорд!       Кровавый Барон скривился, лицо его побагровело. Он знал, что Том прав. Все, кто работал на Риддла, были старше и опытнее его парней, а некоторые даже успели повоевать.       — Что ж… — Барон внезапно набрался наглости. — Мне и не нужно, чтобы они были снайперами. Пацаны!       Из подсобки вывалилось еще человек двадцать, вооруженных до зубов.       — Даже если они промахнутся, — злорадствовал Кровавый Барон, — через минуту здесь будет столько пуль, что меткость уже не имеет значения. Тебе стоило подумать дважды, прежде чем приходить сюда и убивать моих людей.       — Ты нарушил кодекс, — холодно ответил Том. — Ты ограбил меня, и ты знаешь, что бывает с теми, кто на это решается.       — Ты в меньшинстве, Риддл! — выкрикнул кто-то из толпы.       — Монтфорд… — другой голос обратился к Барону, и человек медленно подошел к месту, где Барон и Том стояли, нацелив пистолеты друг на друга.       — Это Сириус Блэк, — зашептались вокруг.       Том наклонил голову и увидел, как Блэк приближается в сопровождении своих людей, несущих большие сумки через плечо, словно музыкальная группа.       — Мне кажется, это ты нарушил правила, — сказал Сириус. — Долг оплачен, и всем нам стоит разойтись. Так будет разумнее.       — Это не твое дело, Блэк, — прошипел Кровавый Барон, направляя ствол на Сириуса. — Почему бы тебе не заткнуться и не держать свой нос подальше от моих дел?       Люди Сириуса достали автоматы из больших кейсов, которые несли на плечах, и навели их на Монтфорда.       — Это дело Поттера, — Сириус прижал пистолет к груди Барона. — А значит, это моё дело. Риддл женится на моей сестре, а ты нарушаешь гребаный кодекс, грабя один из домов. Уберись отсюда, пока это не превратилось во что-то, с чем ты не справишься.       Раздались вздохи и шепот. Похоже, немногие знали о предстоящей свадьбе. Том опустил пистолет и похлопал Блэка по плечу. Тот был наследником Поттера и воспитывался им как сын, хотя все в их кругах знали, что Джеймс Поттер приходился Сириусу дядей.       — Это ещё не конец, Риддл, — процедил Кровавый Барон, жестом приказав своим людям опустить оружие.       — Верно, — усмехнулся Том. — Это не конец. И в следующий раз, прежде чем угрожать кому-то, советую снять предохранитель с пистолета, ебаный идиот.       Барон уставился на свое оружие, и его глаза расширились. Том лишь смерил его презрительным взглядом. Вокруг стоял гвалт, все эти взрослые мужчины судачили, как бабы на рынке, о новости про его свадьбу. Блэк знаком велел своим людям опустить автоматы.       — Хочешь выпить, Риддл? — спросил Сириус, убирая пистолет в кобуру.

***

      День 5 наблюдения за процессом инкубации яйца василиска.       Состояние соответствует предыдущим наблюдениям. Яйцо не проявляет признаков жизни. Никаких заметных изменений во внешних характеристиках яйца или поведении жабы. Продолжающийся мониторинг инкубационной камеры показывает, что температура и влажность остаются в оптимальном диапазоне для эмбрионального развития. Контролируемая среда стабильна, уровень влажности поддерживается в заданном диапазоне, температурные колебания в пределах допустимых параметров.       Гарри поправил свет на металлическом столе и продолжил записывать заметки.       Инкубационная камера, которую он собрал, стояла в углу комнаты. Жаба неохотно сидела на яйце. После неудачной встречи с Риддлом он нашел заброшенный склад и оборудовал его для выведения василиска, потратив всю ночь на сборку необходимых приборов.       «Неинвазивный осмотр не выявил признаков эмбриональной активности. Отсутствие видимых изменений в структуре яйца или поведении жабы указывает на состояние замедленного развития или покоя», — дописал он в журнал и устало потер глаза.       Чёртово яйцо не вылуплялось. Гарри применил несколько диагностических заклинаний, но безрезультатно. Нужны были контролируемые эксперименты, чтобы понять причину отсутствия прогресса.       Но сейчас нужно было возвращаться домой. Завтра его свадьба с Риддлом, и сегодня какой-то дурацкий девичник.       Честно говоря, Гарри не хотел идти, но отказаться или опоздать он не мог. Он вздохнул, захлопнул журнал, сунул его в сумку и несколькими заклинаниями привёл себя в порядок — после приготовления зелий для ускорения инкубации на нем могли остаться следы.       Он тщательно привёл себя в порядок, переоделся в идеально отглаженный костюм-двойку с узкой юбкой и элегантным кардиганом. Чёртова юбка была такой узкой, что он едва мог двигать ногами.       Гарри выбежал из своего убежища и направился домой. Оставалось только надеяться, что Риддл живёт не слишком далеко от этого места — иначе придётся всерьёз задуматься о создании собственной метлы.       Гарри взял с собой сумку с журналом, надеясь поработать над анализом данных. У него было недостаточно информации для значимых выводов, но отсутствие прогресса в процессе вылупления требовало хотя бы минимальных корректировок, и ему нужно было работать с тем, что есть.       Дорога домой заняла меньше получаса. Едва он переступил порог, как мать тут же бросилась его обнимать.       — Родная, — сказала она. — Где ты была? Мы обыскали весь дом. Девушки уже здесь. Пойдём.       — Прости, — он крепко обнял её. — Гуляла в саду.       — Ох, — Лили поцеловала его в лоб. — Если когда-нибудь заскучаешь по саду или своей комнате, можешь всегда приехать погостить. Уверена, твой муж не будет против. Я попрошу отца проследить за этим.       Последнюю фразу она произнесла с кокетливой язвительностью, что позабавило Гарри. Он лишь кивнул и последовал за ней в гостиную.       Едва двери распахнулись, Гарри атаковали яркие цвета, громкий смех и шум. В комнате было столько людей, что он не узнал большинство из них. Вероятно, это были подруги его «альтерантивной версии», но знакомых лиц оказалось мало.       — Гарри! — его имя зазвучало со всех сторон, и толпа девушек бросилась обнимать его.       Чёрт возьми! Гарри не был затворником, но это было уже слишком.       — Выпей, — кто-то сунул ему бокал. — Последняя ночь свободной девушки, а завтра ты станешь женщиной.       Лицо Гарри скривилось от дискомфорта, но он неловко кивнул и сделал большой глоток. Усевшись на диван, он наблюдал, как остальные веселятся: смеются, играют, сплетничают. Вскоре ему удалось расслабиться и отстраниться от этого бессмысленного шума.       — Гарри, — крикнула незнакомая девушка, тыкая пальцем в черно-белую газету. — Дорогая, тебе так повезло! Мистер Риддл такой красивый, и, смотри, еще и филантроп! Здесь пишут, что он жертвует детским приютам. Разве это не мило? Идеальная пара для тебя, ведь ты тоже заботишься о сиротах.       Да уж, невероятное везение — быть парой для Риддла. Гарри кивнул. Хотя отрицать было глупо: Риддл был чертовски горяч.       — Горячий, — пробормотал он вслух, вызвав недоумение у девушки. — Точно, нужно повысить температуру в камере.       Возможно, инкубационная камера недостаточно нагрета. У жабы нет собственной температуры тела, и, может, стоит подкорректировать…       — Тебе холодно?       — Что? — Гарри поднял голову. — А, нет, все в порядке. Не обращай внимания.       — Ты нервничаешь из-за первой брачной ночи? — девушка присела рядом, вся покраснев. — Держу пари, это будет так страстно и романтично!       Что, черт возьми, она несла? Гарри кивнул и достал журнал, чтобы записать расчеты по температуре. Нужно учесть более низкую температуру тела жабы…       — Я слышала, это больно, будто тебя сжигают заживо изнутри, — сказала кто-то, и Гарри задумался, о чем вообще идет речь. Звучало жутковато. Он дописал заметки и отхлебнул из бокала.       — Это вообще не должно быть больно, — раздался голос, и Гарри вздрогнул, увидев Флер Делакур в кругу девушек.       — Ты же замужем, Флер, — воскликнула соседка Гарри. — Ну расскажи хоть что-нибудь!       — О чем? — Гарри насторожился, раньше не замечая Флер. Видеть ее здесь, здоровую и счастливую, было приятно. Внезапно он проявил интерес к разговору.       — Ну знаешь, — девушка подмигнула. — О свадебной ночи.       Гарри заморгал. Она серьезно просит другую женщину раскрыть детали ее интимной жизни? У него и самого бывали моменты, когда он делился лишним — между ним, Роном и Гермионой почти не было секретов, порой они явно переходили границы. Но сейчас его мозг отключился, когда некоторые девушки начали рассказывать личные истории. Господи, ему не нужны подробности чьей-то сексуальной жизни!       У него были связи и с мужчинами, и с женщинами. Война заставляла искать утешение в чужих объятиях. Но здесь было что-то неуместное, и Гарри чувствовал себя вторженцем. Это не его девичник, и эти девушки — не его друзья.       — Моя бабушка научила меня песне, которая гарантирует беременность, — заявила кто-то, от чего у Гарри чуть глаза на лоб не вылезли. Он был могущественным волшебником, но даже ему не приходило в голову такое абсурдное колдовство.       — Я могу тебя научить.       — Мне ничего не нужно, спасибо, — сказал Гарри. Он даже не был уверен, что собирается спать с Риддлом. Можно просто оглушить его и вернуться к исследованиям.       — Оставь ее, — вмешалась другая девушка, подозрительно похожая на Лаванду Браун. — Ей не нужна эта чепуха. Ее муж сам все знает.       Гарри уставился в журнал, размышляя, не взять ли вторую жабу для экспериментов с температурой.       — Гарри, дорогая, — Молли Уизли обняла его. — Ты уже такая взрослая и выходишь замуж!       — Миссис Уизли, — Гарри ответил на объятия. Они потеряли её на втором году войны. Джинни погибла в тот же день, разбив его сердце на миллион осколков.       Миссис Уизли поправила прядь его волос и мягко улыбнулась, словно приняв его тоскливый взгляд за страх перед свадьбой.       — Все будет хорошо, родная. Брак — это всегда компромиссы. Главное, чтобы эти компромиссы были в твою пользу, а муж думал, что это он тебя к чему-то склонил. Поняла?       Гарри рассмеялся и кивнул. Жизнь была сюрреалистичной.       Он не собирался играть в игры с Риддлом. У него не было времени на эту чушь. Но тёплые слова миссис Уизли тронули его. Грустно, но реальность такова: либо ты манипулируешь, либо подчиняешься. Он не винил этих женщин за попытки хоть как-то контролировать свою жизнь, когда мужья затягивали петлю так туго, что не оставалось пространства для манёвра.       Но с Гарри такой номер не пройдет. Он едва не рассмеялся Риддлу в лицо, когда тот заявил, что надеется на «хорошую девочку». Ага, конечно, идеально послушную.       — Ну, тогда веселись сегодня! — миссис Уизли поцеловала его в щеку и вернулась к Лили.       Гарри огляделся в надежде увидеть Джинни. Но ни ее, ни Гермионы здесь не было. Как бы он хотел, чтобы Гермиона сейчас пришла и вправила мозги этим девчонкам. Уж она бы точно нашла, что сказать насчет их глупостей.       — …и да, это было очень романтично, — услышал он голос Флер с её фирменным французским акцентом. — В тот момент, когда я увидела Билла, я сразу поняла, что влюблена.       — А потом ты выхаживала его, — вздохнула Лаванда. — Если бы не война, вы бы не встретились. Даже в самых ужасных обстоятельствах есть что-то хорошее.       — Гарри, — Флер внезапно повернулась к нему. — Моя свекровь и твоя мама попросили меня поговорить с тобой. Я же медсестра.       Гарри сжал переносицу, едва скрывая гримасу. Только не это! Он точно опытнее всех в этой комнате, включая замужних. К тому же, он волшебник и знал заклинания, которые могли перевернуть чье угодно представление о физическом и ментальном удовольствии. Так что советов ему не нужно, спасибо большое.       — Благодарю, Флер, — он изо всех сил старался не скривиться. — Может, ты напишешь свои рекомендации на бумаге, а я прочитаю наедине?       — О, не надо стесняться! — засмеялась Флер. — Но если тебе так удобнее, я запишу.       После этого его наконец оставили в покое, и Гарри смог сосредоточиться на работе. Он был измотан. С тех пор как он попал в это измерение, он почти не спал. Стресс от миссии, необходимость играть роль «другой Гарри», свадебные хлопоты — все это высасывало силы. Лили таскала его на примерки платья и миллиард других нарядов, потому что «после замужества нужен совершенно новый гардероб».       Вечер тянулся бесконечно. К тому моменту, когда гости разошлись, Гарри едва держался на ногах.       — Ты выглядишь уставшей, — Лили обняла его. — Моя красавица. Я буду так скучать. Завтра все будет идеально. Ты будешь самой прекрасной невестой. Этому негодяю просто повезло, что он заполучил тебя. Я уже отправила часть твоих вещей в его дом. Его люди забрали их сегодня. Остальное привезу сама и помогу тебе устроиться.       — Спасибо, мама, — Гарри поцеловал ее руки. — День был долгим, поэтому я немного вымоталась.       — Ты нервничаешь?       — Нет.       — Милая, я же говорила, тебе не нужно быть сильной рядом со мной, — вздохнула Лили. — Я знаю, что такие перемены пугают. Особенно когда ты не хотела выходить за этого человека. Но я уверена, что у тебя все получится.       Гарри кивнул.       — Просто будь осторожна, хорошо? — Лили говорила тихо. — Береги себя и не зли его. Риддл — не тот человек, которому можно сказать «нет».       Гарри зевнул, прижавшись к матери. Было так хорошо. Он мог заснуть прямо здесь. Завтрашняя свадьба казалась далеким сном — чем-то, что происходило не с ним, а с кем-то другим. Было странно жить чужой жизнью.