Часть 4

"Что, что там случилось?" Август нетерпеливо произнёс. "Слушай. Ты ушёл, и тут мы увидели, как на нас заглядываются трое угольных тамошние, они начали подходить к нам и проговорили, но с жутчайшим акцентом: 'дэнге иль ти помгрёш'. Тут Кирилл решил достать тесак, и я его тоже достал, и мы начали их резать оччееень быстро, они не ожидали такого отпора", начал рассказывать Степан. "Так всё же хорошо, что ты такой грустный и где Кирилл??" Перебил его Август. "Мы отбились от этих бандитов, одного Кирилл так порезал, что тот просто умер. Остальные убежали, но пришли они уже с местными стражами порядка, отряд из 8 всадников в полных доспехах окружил нас. И попросил сдаться, мы сдались, они сказали мне выплатить деньги за использование оружия, и телегу с буйволом забрали, а вот Кирилла похитили со словами, что он нарушил закон и превысил нормы самообороны и совершил убийство. А ты знаешь, кто такой этот закон и как его найти и с ним договориться?" Август лишь покачал головой. Они попробовали войти в здание администрации, но в этот раз стража не пустила. В итоге они засели в знакомом и безопасном месте в "Пиво, груди да кутёж". Время уже дошло до 3 часов вечера. "Очевидно, что нужно идти назад и просить помощь", сказал я. "Нет, нужно остаться и завтра выяснить, что там с Кириллом. А пока помощь попросить успеем. И сейчас я главный, как старший. А ещё давай еду закажем, запасов мало осталось, половину отдали бабке, а расчёт был на то, что мы быстро туда и обратно, а в поле охотиться будем", ответил Степан. Степан встал с лавки и подошёл к бармену через толпы пьяниц. — Что есть поесть? — Получше или похуже? Посытнее или полегче? — Давай самое сытное и лучшее, что есть для двоих. — Значит, мой фирменный набор! Сёмга жареная, виноград, лимон, тушёная говядина, кекс шоколадный и кофе. Это будет стоить 100. — Почему так дёшево, сон же стоил здесь 200. А шкуры так от 1000. — Закон рынка, спрос рождает предложение. Вы комнату просили, когда мест было мало, щас комната это 50. А шкуры добыть тяжело, и все их хотят, вот и стоят они дорого. Степан, не понимая половину этих блюд, пошёл обратно дожидаться их приготовления. Пока они ждали, Степана вдруг кто-то схватил за плечо! "Приветики", сказала девушка небесной красоты, у неё были большие карие глаза, милая улыбка и огромная грудь, которую она не слишком сильно старалась скрывать и которая чуть не вываливалась из декольте. Я и Степан молча смотрели. "Можно пожалууууйста сесть с вами? Тут так много всякой швали, а вы ребята добрые и сильные, можно к вам?" Степан ответил, так как смотрела она именно на него: — Давай, но зовут тебя как? — Я Ксюша, а тебе как? — Степан, а это мой братец Август. — Ой, а вы путешественники. Я так люблю путешествия, расскажи мне о них. Степан начал рассказывать историю нашего похода в город, приукрашивая и хваля себя крайне сильно. Мол, он был главой отряда, мол, он знал путь без подсказок, мол, он покрасил угольных и т.д. Время шло, и еда стала быть готовой. Степан ел, а Ксюша жалостно смотрела на еду, и он сказал: "Давай, тоже ешь, нам слишком большие порции дали!" Она ответила: "Ой, спасибо! Давай я вам пиво закажу тогда, а то слишком на халяву получается". Пиво она принесла быстро. Я не знал, что это такое, и Степан тоже; я сделал глоток и не смог это пить. Но вот Степан быстро выпил кружку и потом мою кружку тоже... После того как я хорошенько наелся, Степан начал плохо контролировать себя и вести себя так, как все. Все в этой таверне. Я оглянулся и действительно, многие мужики выглядели также, как Степан сейчас, и с некоторыми из них сидели также полуголые красотки... Выглядело это подозрительно... Степан вдруг пробурчал: "Ксюха, давай сходим в комнатку, покажу тебе, как принято ебаться там, откуда я родом". "Ой, какой ты нетерпеливый, мой котик, ну раз ты так хочешь, давай пошли баиньки". Они оба встали, и Степан со своей нынешней максимальной скоростью, неуклюже попёрся к бармену, но в такой поздний час, уже в 8 часов, на его месте был заместитель. Так они оба и пошли в комнату, позабыв обо мне. Внезапно я увидел вновь того забулдыгу, который рассказывал нам про правду в силе, который знал наш обычай. А он увидел меня и присел напротив. "Аххаха, да повезло парню, классную девку урвал. А ты сам как? Что грустный такой? Что, умер кто-то?" Спросил забулдыга. Ответил я ему: — Похитили главу отряда Кирилла, говорят что-то там про закона кого-то... — Закон — это обычай здесь, а он его нарушил. Серьёзная беда, раз арестовывают, что конкретно натворил? — Да ничего, просто чертей в юго-восточном порезал тесаком и одного только убил, а они стражи его взяли и схватили. — Ай-ай, ну это ваще серьёзно, хуже бы если бы гражданина, а не беженца порезал. За такое бы казнили. А тут отпустят потом, но думаю, либо через месяц виновным не сделают, либо на 8 лет посадят. — Эххх, а звать тебя как? С отчаянием и беспомощностью в глазах, перед законом, спросил я его. Ответил собеседник Августа: — Тихомир звать меня, забавное имя, мне нравится. Но вот тебе мой совет: езжай обратно к своим один, Степана скорее всего ты уже потерял. — Что!??!?! Да он вот там с той шлюхой в шагах 40 кувырвается. Щас погуляет и пойдём мы с ним завтра обратно. — Ну, если верить не хочешь, то увидишь. А я спорить не хочу. Спросил я: — Хорошо. А какие ещё трактиры есть в городе, Слободивное? — Ну, ближайшее здесь это кофейня, "Звезда русалки". Место более приличное, хоть и со своими нюансами, хихихи. Оно в сторону центрального района. — Ну тогда я пошёл, спать пока рано, а походить ещё можно. Вставая, я заметил, что сумку с деньгами Степан оставил здесь, и я взял её с собой. Ночью на улице всё также было полно народу, правда, молодёжи было меньше, чем людей в возрасте, и так в любое время суток. Идти долго не пришлось, кофейня "Звезда русалки" была в ста шагах. Войдя вовнутрь, я обнаружил, что там было много книг и уже молодых людей, а также приятных кресел, и царила атмосфера уюта. Я был удивлён, что всего в ста шагах от ужасного кабака с полуголыми девицами и пьяными мужиками было такое приятное место. Постояльцы один за другим начали глядеть на меня. Одна молодая девушка подошла ко мне, она, в отличие от Ксюши, выглядела прилично и была образцом скромной красоты, такой красоты, которая ничем не примечательна настолько, что вызывает противоположный эффект и её становится трудно проигнорировать. Она была одета в коричневый свитер, длинные штаны в меру широкие и узкие, обычные сапоги, а также носила очки и имела короткую стрижку, что делало её менее похожей на девушку. — Эй!? Вы же из племени, да? — Да. — Тогда можно вас угостить кофе? Оно здесь крайне вкусное. — Давайте. Я с ней подошёл к местному кофеймену. И посмотрел на цены... Самое дешёвое кофе стоило 80, почти как огромная порция на двоих в "Пиво, груди да кутёж", которая стоила 100. Я сказал ей: — Ты действительно купишь незнакомцу, которого совсем не знаешь, кофе за 80 бумаг?? — Да, потому что я верю, что добро обязательно вернётся всем нам, и что деньги это просто бумажки. Эй, бариста, сделайте, пожалуйста, тыквенный латэкобразёж-шураповнамана с шоколадной крошкой и на безглютеновом молоке с сахаром сорта керфа и пенкой в виде радуги, и сделай два таких кофе. Бариста, похоже, так звали местного бармена по кофе, ей ответил: "С вас 300 мопсов за каждый". Я был крайне удивлён: за 600 мопсов можно было накормить 6 человек до отвала, а тут всего лишь две чашки кофе, подумал я про себя. Пока мы ждали, я решил спросить у девушки: — Как вас зовут? — Меня? — Да, вас. — Ксюша. Опять это имя, видать, фантазия на имена у отсталых была отсталой. И я решил уточнить: "А что делать, если тут будет две Ксюши? Я просто знаю уже одну с таким именем". "Ну, у меня есть фамилия Сойцева и отчество Семёнова, можете звать по ним, надеюсь, Сойцевых или Семёновых вы не знаете?" Спросила она с улыбкой. Я ответил: "Хорошо, Сойцева". Наконец-то бариста принёс нам латэкобразёж. Так как я не пил пиво, но много съел там вместе со Степаном, мне люто хотелось пить, но кофе было предательски горячим. И пришлось ждать. Сойцева была болтлива и решила вновь что-то мне сказать: "Давай пошли сядем, а ещё ты хочешь помогать людям? Как я помогла тебе, ты мог бы сделать очень много, и мы бы смогли изменить мир к лучшему вместе". Присаживаясь за столик, я уточнил: "А что вы делаете, что конкретно нужно?" "Мы боремся с неравенством: одни люди живут хорошо, а вот другие плохо, хотя все мы равны в правах должны быть. Почему дети богачей живут лучше детей нищих? Нужно взять у богатых и отдать бедным, если кратко". "Там, откуда я родом, нету богачей и бедняков. Может, вам просто присоединиться к нам?" "Нет, мы не можем, тогда кто поможет здешним беднякам?" Я ответил с любопытством: "А какие у вас успехи?" "Очень большие, наконец-то произошли выборы, и тупого консерву Брода сняли с поста, его фамилия Брод, а имя Данил, если что. Так вот, будут реформы, и мы будем бороться за равенство". Заразившись её улыбкой, я с улыбкой ответил: "Круто, успехов вам. Пусть у всех будут равные шансы, это звучит честно". "А к нам ты не хочешь???" "Нет, меня дома ждёт Веда, моя. Моя. Моя... как вам сказать то..." "Сестра? Жена? Мама?" "Всего понемногу, она старше меня, и мы были вместе, когда я был младше, и она учила меня многому, мы любим друг друга, а ещё мы все друг другу братцы и сёстры в племени". Воцарила неловкая пауза. Сойцева ответила: "Хорошо, что у вас есть свои традиции и культуры, угнетатели не добрались до вас". Не успел я опять начать спрашивать у неё, как кто-то громко проговорил: "Товарищи, не читайте эту книжку 'Тесак Истины', такая ерунда!" Я обернулся и посмотрел на её обложку, там был нарисован тесак и молодой парень, похожий на меня.