Глава 2: Последний день в Грейсфилде. Часть 2

15 января 2046 года, день, когда Рэя усыновили и ему исполнилось 12 лет. Он не нервничал и не радовался, как большинство детей в Грейсфилде в день усыновления или в свой день рождения. Он казался довольно холодным, безразличным и отстранённым. Эмма заметила, что он отдалился от неё после того, как Норман был усыновлён парой месяцев ранее. Эмма пыталась подбодрить его, шутила, звала поиграть и говорила, что Норман, должно быть, счастлив в своей новой семье. Она даже написала Рэю фальшивое письмо от Нормана, чтобы удивить его. Но, казалось, ничто не могло помочь Рэю выйти из депрессии. Последнее, что она сделала, даже разозлило Рэя. Так разозлило, что он даже ругался: «Какого чёрта, Эмма?! Зачем ты это написала? Зачем ты пыталась обмануть меня, притворяясь им? Нормана больше нет, ясно? Нет. Он не пишет ни мне, ни тебе. Уходи! Пожалуйста, просто оставь меня в покое…» – Рэй захлопнул дверь перед носом Эммы. Эмма слышала тихие всхлипывания Рэя за дверью, но уважала его желание побыть одному. Эмме было очень одиноко без двух своих лучших друзей. Насколько было известно Эмме, Норман был усыновлён новой любящей семьёй и у него началась совершенно новая жизнь за пределами нового дома, школы и друзей. Рэй, вероятно, был прав, он не собирался писать ни одному из них. Наверное, он был слишком занят и погружён в свою новую жизнь. Рэй редко разговаривал с Эммой, потому что держался отстранённо, а если и разговаривал, то редко. Рэй говорил о том, как они вдвоём сбегут из Грейсфилда. «Давай убежим вместе. Сбежим из Грейсфилда вдвоём. Разве тебе не любопытно посмотреть, что там, Эмма?» — предложил Рэй, глядя куда-то вдаль, сквозь лес. Но Эмма не могла понять, зачем это Рэю. «Ни за что, Рэй, моя семья здесь! Я никогда не брошу наших братьев и сестёр или маму! Кроме того, зачем нам отсюда убегать? Здесь мы в безопасности, не так ли?» — Рэй ненадолго замолчал, а потом пожал плечами. — «Не знаю, мне просто иногда хочется посмотреть, как выглядит мир снаружи. Я… просто чувствую себя здесь как в ловушке», — грустно прошептал он, обрывая лепестки маргаритки. — «Всё в порядке, Рэй, мы сможем увидеть мир снаружи, когда нас усыновят. Мы можем встретиться с Норманом и повеселиться, как раньше!» Эмма обняла Рэя, надеясь подбодрить его, но он просто застыл в её объятиях. Затем он встал и ушёл, не взглянув на Эмму и ничего ей не сказав. Она снова почувствовала себя обиженной и одинокой.

***

Но в день его усыновления/дня рождения его поведение внезапно изменилось. Рэй казался счастливым… даже весёлым. Что было необычно для Рэя, даже когда они были втроём. «Доброе утро, Эмма. Хорошо спала?» — радостно поприветствовал Рэй Эмму с улыбкой. От такого простого приветствия и вопроса Эмма широко раскрыла глаза и приоткрыла рот, но она быстро улыбнулась. «Доброе утро. Я спала довольно хорошо, спасибо». «А ты?» — весело ответила Эмма. Рэй кивнул: «Так хорошо, как только мог, ведь это был мой последний день в Грейсфилде». Он ухмыльнулся, скрывая то, что на самом деле собирался сказать. Эмма подумала, что Рэй так изменился в поведении, потому что был рад, что его наконец-то усыновят и он уедет из Грейсфилда, чтобы снова увидеться с Норманом, Конни и другими приёмными детьми, однако Эмма была далека от истины. В тот же вечер Рэй внезапно подошел к Эмме и прошептал ей: «Эмма, когда тебе предоставится возможность стать мамой, скажи "да"». Эмму смутило внезапное заявление Рэя. «А? Что ты имеешь в виду, Рэй?» «Я имел в виду то, что сказал, Эмма. Мама хочет, чтобы ты стала следующей мамой Грейсфилда. Я слышал, как она это сказала. Когда тебе предоставится возможность стать мамой, я хочу, чтобы ты пообещала мне, что скажешь "да"», — твёрдо произнёс Рэй, пристально глядя на Эмму. Эмма была озадачена его просьбой. О чём вообще Рэй говорит? Но Эмма хорошо ладила с детьми и мечтала о том, что когда-нибудь, когда она вырастет, у неё появятся свои. Поэтому она пожала плечами: «Конечно, почему бы и нет? Я обещаю стать мамой, когда вырасту». Она ответила с улыбкой. Рэй улыбнулся в ответ и обнял Эмму. «Спасибо», — благодарно прошептал он. Позже, тем же вечером, Эмма помогала накрывать на стол к ужину, когда услышала громкий треск, а затем леденящий кровь крик. "РЭЭЭЭЙЙЙЙЙ!" Это был мамин голос, и он доносился из комнаты Рэя. Эмма бросилась в его комнату так быстро, как только могли нести ее ноги. Когда она добралась до его комнаты, то, что она увидела, по-настоящему ужаснуло ее и разбило сердце.

***

Мама плакала, рыдала, её глаза покраснели. Она баюкала Рэя на руках. Его тело было обугленным и сильно обгоревшим. Рядом с Рэем стояли канистра с бензином и спичечный коробок, а рядом с мамой — огромное ведро с водой, которым тушили пожар. «Мама, что случилось? С Рэем всё в порядке?» — в ужасе спросила Эмма со слезами на глазах. «Эмма, убирайся отсюда!» — рявкнула мама, и Эмма в страхе отступила на шаг. «Держи детей в столовой. Не дай им это увидеть. Пожалуйста...» — умоляла мама, сквозь рыдания напевая Рэю колыбельную. Это была меланхоличная, но успокаивающая колыбельная, которую Рэй, похоже, знал. Он медленно закрыл глаза и расслабился, несмотря на сильную физическую боль. — «Но, мама, Рэй...» — возразила Эмма, проигнорировав мамины указания, что она делала крайне редко. — «ПРОСТО УХОДИ!» — приказала мама Эмме. Эмма кивнула и побежала обратно в столовую, но не раньше, чем услышала, как Рэй прошептал от боли: — «Эмма… мне так… жаль»

***

Когда она вернулась в столовую, дети тут же засыпали её вопросами. «Что случилось, Эмма?» — обеспокоенно спросила Марния. «С мамой всё в порядке?» — тревожно поинтересовалась Джемайма. Эмма изо всех сил старалась сохранять самообладание. «Она просто испугалась, потому что они с Рэем увидели гигантского паука, но теперь с ними всё в порядке». — Эмма явно натянула улыбку, которая не показалась правдоподобной остальным детям. «Но я слышала, как мама кричала. Может, нам стоит проверить, всё ли с ней в порядке?» — предложила Иветт. Эмма подняла руки в защитном жесте: «НЕТ! Нет... Мама занята, помогает Рэю собрать вещи, чтобы он мог уехать со своими новыми родителями. Мы не хотим их беспокоить. Правда?» — безуспешно пыталась возразить Эмма. «Но мама...» — ответили дети и направились к маме. — «Подождите»! — взмолилась Эмма, преграждая им путь. — «Почему бы нам не дать им время собраться? Давайте сначала поедим! Мама сказала, что она не хочет, чтобы её беспокоили. Ну же, я умираю с голоду!» — Эмма нервно схватила тарелку и чуть не уронила её. К счастью, никто из детей этого не заметил. Это оправдание, казалось, сделало свое дело. Остальные дети успокоились, и каждый взял тарелку с едой или подождал, пока кто-нибудь другой возьмет ее для них. Эмма прочитала молитву перед тем, как все поели. Взявшись за руки и склонив головы, Эмма сделала глубокий вдох и начала. "С-спасибо вам за еду, которую мы сейчас получим. Пожалуйста, благословите нас всех, аминь". - Дрожащим голосом произнесла Эмма. И, пожалуйста, благослови Рэя тоже. Подумала она. «Аминь», — повторили за ней дети и с аппетитом принялись за еду, не подозревая о том, что случилось с Рэем.

***

Эмме удалось выполнить мамино поручение и удержать всех в столовой, пока мама занималась Рэем. Ну, почти всеми. Анна возвращала Фила и Шерри из туалета. Анна ахнула, выглянув в окно и увидев, как мама несёт сильно обгоревшего и раненого Рэя на носилках к входным воротам Грейсфилда. «Что такое, Анна?» — спросил Фил. Анна закрыла глаза Фила и Шерри руками. «Ничего, вам двоим не о чем беспокоиться. Пойдёмте ужинать!» — сказала Анна с наигранным энтузиазмом и повела их в столовую. Но Фил успел мельком увидеть то, на что Анна смотрела в окно.

***

Эмме было грустно вспоминать о том, что случилось с Рэем. Она попыталась спросить у мамы, что стало с Рэем. Мама просто отмахнулась от неё: «Рэя увезли в больницу. С ним всё в порядке, он со своей новой семьёй. Пожалуйста, не волнуйся, Эмма. Кроме того, Рэй не хотел бы, чтобы ты переживала за него. Рэй хотел бы, чтобы ты старалась изо всех сил, чтобы, когда тебя удочерят, вы могли вместе ходить в одну школу. Это было бы здорово, не так ли, Эмма?» — Мама спокойно улыбнулась. Эмма лишь кивнула, но это не помогло ей избавиться от тревог, а только усилило сомнения. В конце концов Эмма отогнала эти мысли, оттолкнув их на время, и посвятила себя учёбе, как и советовала мама.

***

Перенесенный в сегодняшний день, мысли Эммы были возвращены на поверхность откровением Анны. «Рэй был очень сильно ранен, верно, Анна?» Грустно сказал Фил. «Он был очень тяжело ранен». С горечью ответила Анна. Эмма выглядела шокированной. «Вы двое знали? Но как?!» «Мне, Филу и Шерри нужно быловоспользоваться ванной. Потом я увидела, как мама выносит Рэя на носилках…он был…» — Анна сдерживала слёзы, вспоминая, как он выглядел. — «Он был весь в ожогах. С него слазила кожа. Почему? Почему это произошло? Я пыталась не дать Шерри и Филу увидеть его таким, но, кажется, у меня не получилось.» — Анна посмотрела на Фила и заплакала. Фил подошёл к ней и обнял, сдерживая собственные слёзы. «Не плачь, Анна, пожалуйста, это не твоя вина!» Эмма тоже заплакала и обняла их обоих. «Нет, это ничья не вина. Будем надеяться, что Рэй счастлив и в безопасности, хорошо? Я так сильно вас обоих люблю, пожалуйста, не плачьте». — сказала Эмма, утешая брата и сестру. «Мы тоже тебя любим, Эмма», — одновременно сказали Анна и Фил. Все трое на мгновение обнялись.

***

«Рэй очень хотел увидеть, что находится за стеной, до того, как его усыновили. Теперь он не может. Но мы можем». — подумала Эмма и с новой решимостью уставилась на гигантскую серую стену, которая не давала им уйти. — «Давай сделаем это!» — воскликнула она. — «Что сделаем, Эмма?» — спросил Фил. — «Давай вместе перелезем через стену!» — решительно сказала Эмма. Анна была потрясена внезапной переменой в настроении Эммы. «Но как же мама?» — спросила она. «Мама простит меня, ведь это мой последний день здесь. Я вернусь», — ответила Эмма. «Мне нужно узнать, что находится за той стеной. Ради Рэя…» Анна улыбнулась, зная, что Эмма приняла решение. «Хорошо, я залезу на стену», — предложила Анна. «О, можно я тоже пойду, Анна, пожалуйста?» — взволнованно спросил Фил. «Нет, вы оба не пойдёте, это небезопасно. Я пойду. Я старшая и лучше всех бегаю», — возразила Эмма. «Но твоя нога, Эмма, ты же ранена, ты не сможешь подняться!» — возразила Анна, указывая на ногу Эммы. Эмма лишь пожала плечами: «Это всего лишь царапина, я в порядке. Кроме того, мне нужно, чтобы ты следила за тем, не найдёт ли нас мама», — сказала Эмма Анне. — «Ты уверена?» — неуверенно спросила Анна. В ответ Эмма кивнула и, вытащив из рюкзака самодельную верёвку, сделанную из запасной простыни, перекинула её через стену и крепко закрепила.

***

«Эмма, можно мне пойти с тобой? Я тоже хочу это увидеть. Я тоже могу защитить тебя. Фантастический мальчик может!» Гордо сказал Фил, принимая героическую позу. Эмма весело улыбнулась: «Хорошо, Фил, ты можешь пойти. Запрыгивай мне на спину. Анна, обвяжи его вокруг меня оставшейся веревкой». Анна сделала, как ей было сказано, надежно привязав Фила к спине Эммы. Как только она закончила, Эмма кивнула головой в ожидании. «Ладно, Эмма, поехали!» — взволнованно воскликнул Фил.

***

Она медленно начала подниматься по стене, перебирая руками верёвку. Это оказалось сложнее, чем она ожидала, ведь ей нужно было быть особенно осторожной из-за Фила на спине и из-за повреждённой ноги. Стук, топот — звук её шагов по стене во время подъёма. Дул ветер, но Эмме удавалось крепко держать верёвку. Вскоре она была уже на середине стены. «Эмма, мне страшно», — сказал он, испуганно глядя вниз. Но Эмма не боялась высоты. «Всё в порядке, Фил, закрой глаза и продолжай держаться за меня. Сосредоточься на своём дыхании. Вдыхай через нос и выдыхай через рот», — мягко посоветовала она ему. «Х-хорошо, я попробую». Фил последовал совету Эммы и постепенно успокоился. Вскоре им обоим удалось забраться наверх. Эмма запрыгнула на самый верх стены. Стоя на краю, они увидели то, что одновременно ошеломило и напугало Фила и Эмму. За стеной был ещё один лес. Но между лесом и стеной была большая пропасть, обрыв, который был слишком широк, чтобы его можно было перепрыгнуть, и казалось, что пропасть тянется так же далеко, как и сама стена. Обойти её было невозможно. Пропасть казалась очень глубокой. Казалось, что у неё нет дна. Гигантская пропасть, ведущая в никуда, в темноту, которая казалась входом в сам ад. Если кто-то из детей упадёт туда, их больше никогда не услышат и не увидят. Эмма содрогнулась от этой мысли. В этот момент Эмма услышала, как Фил захныкал: «Эмма, может, спустимся уже? Мне правда страшно, я не хочу упасть». Фил дрожал от страха. «Всё в порядке, Фил, давай спускаться. Ты сегодня был очень храбрым, фантастический мальчик. Спасибо, что составил мне компанию». Эмма успокоила и приободрила его. Несмотря на страх, Фил улыбнулся. «Не забывай крепко держаться, закрывай глаза и сосредоточься на дыхании: вдыхай через нос, выдыхай через рот», — напомнила ему Эмма. Фил кивнул и напустил на себя самый храбрый вид. Затем Эмма и Фил сделали глубокий вдох и начали спускаться по стене.

***

Спускаться по стене было намного сложнее, чем подниматься, потому что не было видно, куда ты идёшь. Но, к счастью, Анна была рядом и помогала им спускаться. «Вы уже спускаетесь?» — удивлённо спросила Анна, но потом поняла, насколько глупым был её вопрос. Она не могла получить ответ, пока Эмма была занята спуском. «Хорошо, продолжайте в том же духе», — ободряюще сказала Анна. Фил изо всех сил старался быть храбрым. Но внезапный порыв ветра слегка качнул верёвку, и Эмма потеряла равновесие. «ЭММААА!» — закричал Фил. Анна схватилась за другой конец верёвки, чтобы удержать её. Эмма быстро восстановила равновесие. Но её самообладание было на пределе. Теперь она была напугана почти так же сильно, как Фил. Но она должна была быть храброй ради Фила, поэтому она глубоко вздохнула и сказала: «Всё в порядке, Фил, мы почти на месте. Давай продолжим.» — Руки Эммы дрожали, пока она спускалась вниз. «Я знаю, что ты справишься, Эмма, не волнуйся. Ты тоже можешь быть супергероиней. Как насчёт Леди Паука? Ты отлично лазаешь по стенам, а простыня — это твоя паутина», — невинно предположил Фил. Это придало Эмме смелости, и она без проблем забралась на стену.

***

«Ты сделала это!» — воскликнул Фил. «Мы сделали это!» — поправила его Эмма, сказав: «Фантастический мальчик и Леди-Паук вместе преодолели гигантскую стену!» — торжествующе воскликнула Эмма. «Да-а-а!» — радостно ответил Филипп, дав ей пять. Затем Эмма с любовью обняла Филиппа, и они оба рассмеялись. Анна улыбнулась, наблюдая за тем, как они радуются. «Ну что, ребята, что вы увидели?» — спросила она с любопытством. И тут она заметила, как вытянулись лица Эммы и Фила. «Прямо за стеной была огромная пропасть. Впереди я видела лес. Но перебраться через пропасть было невозможно: она слишком большая, чтобы перепрыгнуть через неё», — объяснила Эмма. «Да, Анна, между стеной и лесом была огромная дыра. Если бы у меня был плащ, я бы перелетел через неё», — добавил Фил. «Нет, на сегодня с тебя хватит приключений, фантазёр», — поддразнила его Эмма, взъерошив волосы Фила. На лице Анны отразились одновременно шок и разочарование. «Значит, мы никак не могли сбежать из Грейсфилда до того, как нас удочерили» Эмма покачала головой: «Нет, только если мы выйдем через главные ворота. Но ты же знаешь, мама всегда держит их запертыми, если только мы не уезжаем к нашим новым родителям. Думаю, нам просто нужно подождать, пока нас всех не усыновят, да?» Анна с сожалением кивнула. «Пойдём, нам нужно возвращаться, уже поздно, мама может нас застукать. Кажется, у неё на затылке глаза, которые всегда знают, где мы. Где бы мы ни были», — заметила Анна. Эмма кивнула и вышла из леса вслед за Анной, неся Фила на руках. «У мамы правда глаза на затылке? Фу», — пробормотал Фил.

***

Когда они вернулись домой, их встретили остальные дети. «Вот вы где. Анна и Фил, благодаря вам мы победили! Как вы умудрились спрятаться?» — спросили они. Анна и Фил замерли, не зная, что ответить. Эмма наигранно рассмеялась. «О, я нашла этих двоих спящими на дереве. Должно быть, они долго ждали. Они меня перехитрили». — сказала она, прикрывая их. Анна и Фил с облегчением улыбнулись. «Точно, не могу поверить, что мы вас обманули!» — хихикнула Анна. «Ура, мы победили!» — воскликнул Фил. Остальные присоединились к нему и окружили тех, кто помог им выиграть. Вскоре послышался звон ручного колокольчика. «Идите в дом, дети. Ужин скоро будет готов», — сказала мама, приглашая их всех в дом. Все дети осторожно вошли в дом. Убедившись, что все дети на месте, мама закрыла дверь в лес. И тут она увидела Эмму: её нога была сильно порезана и вся в синяках. «О, Эмма, что случилось с твоей ногой, милая?» — спросила она, присев на корточки, чтобы рассмотреть рану. «А?» — переспросила Эмма, в замешательстве глядя на свою ногу. Она совсем забыла о ней. Но раньше рана была ещё хуже. «О, не волнуйся, я просто поцарапала её, когда играла в догонялки. Я в порядке, мама», — улыбнулась она. «Давай-ка приведём тебя в порядок, пока ты не подхватил инфекцию. Надеюсь, этого ещё не случилось. Кроме того, нам нужно собрать твой чемодан до приезда твоих родителей сегодня вечером», — заботливо сказала мама.

***

Эмма сидела в своей комнате, стиснув зубы, пока мама обрабатывала её рану дезинфицирующим средством. Затем мама аккуратно наложила повязку на её ногу. Эмма встала. Она могла спокойно двигать забинтованной ногой. Поэтому она начала собирать чемодан. Мама сказала, что ей не нужно брать много вещей, так как новые родители обеспечат её всем необходимым. Эмма положила в чемодан расчёску, гребень, зубную щётку, носки и запасное нижнее бельё. Затем Эмма собрала многочисленные подарки, которые получила от своих приёмных братьев и сестёр за время пребывания в Грейсфилде: рисунок от Фила, дневник и ручку, подаренные Джильдой. Разноцветные резинки для волос, подаренные Анной. Маленький мяч, подаренный Доном. А также различные самодельные художественные изделия и безделушки, сделанные другими детьми. Наконец, она бережно взяла в руки письмо, написанное ей Норманом, которое она наконец-то смогла прочитать после отъезда из Грейсфилда. В этот момент она почувствовала на себе мамин взгляд и обернулась. «Эмма, ты переступила запретную черту?» — прямо спросила мама. Эмма чуть не выронила письмо Нормана, услышав мамин вопрос. Как мама узнала? «Нет, конечно, нет, мама. Почему ты спрашиваешь?» — соврала Эмма. Мама холодно посмотрела на Эмму, и у той по спине побежали мурашки. «Не ври мне, Эмма! Ты тоже перелезла через стену?» — спросила она обвинительным тоном. Эмма не ответила, потому что была в шоке. Откуда мама узнала? Она что, следила за ней? Она тоже видела там Фила и Анну?

***

«Ну?..» — нетерпеливо заметила мама, видя, что Эмма не отвечает. Эмма глубоко вздохнула. «Да, мама, я так сделала, прости меня», — признала Эмма свою вину. Мама ухмыльнулась. «О? И зачем ты это сделала? С тобой кто-то был?» — продолжила расспрашивать мама. Эмма, не желая впутывать своих друзей и навлекать на них неприятности, покачала головой. «Нет, я пошла одна. Мне просто стало любопытно, как выглядит Грейсфилд снаружи, ведь это мой последний день и всё такое», — соврала Эмма, перебирая в руках письмо Нормана. Мама приподняла бровь. «Понятно. И что же ты увидела за стеной? Что ты увидела?» — спросила она почти игривым тоном. «Ничего, только гигантскую скалу, которую невозможно преодолеть, а впереди снова лес», — разочарованно ответила Эмма. «Интересно...» — заметила мама, лукаво забирая письмо Нормана из рук Эммы. «Знаешь, когда мне было столько же лет, сколько тебе сейчас, в день моего усыновления я тоже забралась на стену. Я хотела сбежать из Грейсфилда. Но, увы, вскоре я поняла, что это невозможно, что это была глупая мечта», — вспоминала мама, поглаживая письмо Нормана своими нежными пальцами. Выбившаяся прядь волос Эммы встала торчком, когда она ахнула от удивления. - «Ты тоже была сиротой, мама? Ты хотела сбежать из Грейсфилда, но почему?» Мама грустно улыбнулась: «Да, я тоже была сиротой, Эмма, в этом самом приюте. Я хотела сбежать. Я хотела увидеть мальчика, по которому скучала, которого усыновили раньше. Ах, Лесли, мой милый Лесли». Мама с нежностью вспоминала. «Это Лесли научил тебя колыбельной, которую ты поёшь?» — спросила Эмма. Вопрос застал маму врасплох, она замерла и напряглась, а затем глубоко вздохнула. «Да, это он», — с сожалением пробормотала мама, кладя письмо Нормана в чемодан Эммы и захлопывая его с громким БУМ.

***

Наступило время ужина. Это был последний ужин Эммы в Грейсфилде перед тем, как её удочерили. Дети выстроились в ряд, перед каждым на обеденном столе стояли тарелки и столовые приборы. В центре была разложена еда, из которой они могли выбирать. Это было похоже на шведский стол. Всевозможные овощи, как запечённые, так и свежие. Всевозможные виды мяса: от ветчины до курицы, говядины и рыбы. Также на разных блюдах подавали хлеб, тофу, яйца, рис и пасту. «Спасибо за ужин, который мы все сейчас получим». Мама сложила руки и начала читать молитву: «Пожалуйста, благослови нас всех. Особенно Эмму, которая сегодня нас покидает». Эмма почувствовала, как другие дети ободряюще похлопали её по плечу. «Аминь..» — сказала мама, закончив молитву и жестом пригласив всех к столу. Эмма решила съесть своё любимое рыбное блюдо: рис с тофу и карри с гарниром из запечённых овощей. Она изо всех сил старалась не есть мясо, потому что её всегда беспокоило, что она ест мёртвое животное, но мама всегда заставляла её съедать немного. Но в этот раз мама оставила её в покое, и Эмма ела столько, сколько хотела. Эмма решила, что это потому, что это был её последний день в Грейсфилде. Эмма съела две полные тарелки за ужином и собиралась съесть третью, но сдержалась. Она хотела оставить место в желудке для десерта. Когда пришло время десерта. Эмма взяла свой любимый морковный пирог. Она также добавила ванильное мороженое и свежие фрукты: вишню, клубнику, ананасы и персики. Мама даже разрешила ей взять вторую тарелку, потому что это был её последний десерт.

***

Вскоре Эмма так наелась, что ей показалось, будто у неё вот-вот лопнет живот. Но ей нужно было собираться. Скоро она должна была встретиться со своими новыми родителями, которые должны были приехать за ней. Эмма пошла в свою комнату, где увидела на кровати аккуратно сложенный мамой «выходной наряд». Верхняя часть «выходного наряда» состояла из белой рубашки, тёмно-синего пиджака и блестящего красного галстука. Нижняя часть была представлена юбкой из тёмно-синего полиэстера, чёрными чулками и возможностью для Эммы надеть либо свои удобные старые коричневые ботинки, к которым она привыкла, либо новые чёрные лоферы, подаренные ей мамой на прощание. Эмма решила остановиться на последнем варианте, так как он подходил к её новому наряду. Она положила старые ботинки в чемодан. Она медленно сняла форму и аккуратно повесила её на спинку кровати. Это был волнительный момент для Эммы, ведь она оставляла позади своё детство в Грейсфилде и начинала новую главу своей жизни. Она и представить себе не могла, насколько сильно изменится эта новая глава и какие препятствия ждут её в будущем. Эмма подождала, пока вода нагреется, прежде чем пойти в душ. Она позволила горячей воде пролиться на ее лицо и тело, смывая с нее грязь, ее прошлое, ее сиротскую жизнь, заново очищая ее от неизвестной судьбы подростка, взрослой за пределами Грейсфилда, без братьев, сестер или мамы. Затем Эмма начала безудержно рыдать, избавляясь от всех забот и печали из-за отъезда из Грейсфилда. Но вода из душа и ее слезы, смешанные вместе, казались одним целым, поскольку они оба стекали с ее лица.

***

Спустя, казалось, целую вечность Эмма неохотно выключила душ и вышла из него. Горячий пар окутал её, когда она обернула себя белым полотенцем и надела тапочки, чтобы не поскользнуться. На сегодня с неё хватит травм. Она подошла к запотевшему зеркалу и увидела в нём лишь размытое пятно. Эмма протёрла зеркало рукой. Сквозь образовавшуюся в зеркале щель она наконец смогла разглядеть своё кукольное личико. Её светлая юная кожа обрамляла детское личико. Её огромные зелёные глаза сверкали, как изумруды, в отражении зеркала. Эмма вздёрнула свой маленький носик и постаралась улыбнуться как можно лучше, чтобы понравиться новым родителям. Эмма была очаровательна во всех смыслах этого слова. Наверняка новые родители полюбят её как свою дочь, верно?

***

Короткие огненно-рыжие волосы Эммы были насквозь мокрыми. Она схватила фен, который стоял на раковине, включила в розетку, затем включила. УУУУУШ раздался громкий рев фена, когда она начала сушить волосы. Ее волосы встали дыбом, как будто их ударило током. Она выключила фен, как только ее волосы стали совсем влажными, и потянулась за расческой, поскольку с волосами было намного легче справляться, и только тогда поняла, что уже положила расческу в чемодан. Было бы слишком хлопотно искать его среди всех остальных вещей, которые она собрала. Затем Эмма запустила пальцы в волосы, пытаясь привести их в порядок. Ей удалось привести их в нормальное спутанное состояние. С этим придется смириться, надеюсь, мои новые родители не будут слишком возражать. Обеспокоенно подумала Эмма, снова включая фен. ВЖИК фен продолжал работать, пока ее волосы не стали гладкими и сухими. Затем она выключила фен, прежде чем отсоединить его от розетки и убрать на место.

***

Затем Эмма вернулась к своему новому наряду и начала медленно его надевать. Эмме нравился запах её новой одежды, хотя она не могла описать его словами, кроме как «новый». Ткань, особенно её рубашка, была такой мягкой и приятной на ощупь. В блейзере ей было тепло и уютно. А в юбке и чулках она чувствовала себя ловкой и взрослой. Её ноги легко скользнули в новые лоферы, которые идеально ей подошли. Она посмотрела на себя в новом образе в зеркале. Эмма увидела стильную и элегантную школьницу, которая выглядела так, будто училась в дорогой академии высокого класса. Эмма глубоко вздохнула, собираясь выйти из комнаты, чтобы попрощаться со своими братьями и сестрами перед тем, как ее удочерят. Она увидела шляпу сбоку от ящика своей кровати. Конечно, как я могла забыть о шляпе? Подумала Эмма, хватая ее. Черная шляпка для пирога со свининой, обмотанная красной лентой, была надета поверх растрепанных волос Эммы, эффективно скрывая их, что заставило ее улыбаться и меньше беспокоиться о том, чтобы произвести плохое впечатление на своих новых родителей. Эмма наконец набралась смелости и вышла из комнаты. Там её встретила мама, стоявшая прямо у двери. «Я как раз собиралась за тобой зайти. Пойдём, давай быстро со всеми попрощаемся, и ты сможешь пойти к родителям». Мама улыбнулась и протянула Эмме руку, которую та с радостью пожала. Мама повела Эмму в прихожую, где её ждали все братья и сёстры.

***

Её братья и сёстры плакали, деля между собой коробку с салфетками. Но салфеток на всех не хватало, потому что ни у кого из них не осталось сухих глаз. Дети обычно плачут, когда кого-то из их братьев и сестёр усыновляют. Но это усыновление было ещё более эмоциональным, чем обычно, потому что Эмма была для всех детей второй мамой, несмотря на свой юный возраст. Эмма была очень заботливой и любящей. «Эмма, пожалуйста, не уходи!» — закричали младшие дети. — «А теперь все успокоились», — сказала мама, откашлявшись. — «Я знаю, что мы все будем скучать по Эмме, но, пожалуйста, постарайтесь порадоваться за неё. Она переезжает в новую любящую семью, и я уверена, что вы будете любить её так же сильно, как и мы. А теперь вы все можете обнять Эмму и попрощаться с ней перед отъездом», — с улыбкой сказала мама. Дети подчинились и по очереди обняли Эмму. Джильда, Анна и Дон подошли первыми. Джильда плакала, обнимая Эмму. «Эй, не плачь», — прошептала Эмма на ухо Джильде. «Я скоро вернусь, хорошо? Пообещай мне, что будешь усердно учиться и пользоваться учебниками, которые я тебе дала», — подбодрила её Эмма. Джильда кивнула. «Я обещаю, прощай, Эмма, я люблю тебя», — прошептала Джильда на ухо Эмме. «Я тоже тебя люблю», — ответила Эмма.

***

Следующей была Анна, которая улыбнулась сквозь слёзы и обняла Эмму. «Удачи тебе, Эмма. Твоей новой семье очень повезло, что ты к ним присоединилась. Они будут любить тебя так же, как я. Как и все мы», — сказала она в знак поддержки. «Я тоже тебя люблю, Анна. Спасибо тебе, однажды у тебя тоже будет семья, которая будет любить тебя и радоваться твоему присутствию», — ответила Эмма.

***

Дон, переполненный эмоциями, случайно крепко обнял Эмму, чуть не задушив её. «Д-д-дон», — прохрипела Эмма. Дон, осознав, что он делает, быстро отстранился. «О, прости, Эмма. Я просто очень буду по тебе скучать». Он смущённо извинился. Эмма хихикнула: «Всё в порядке, я тоже буду по тебе скучать». «Давай как-нибудь сыграем ещё раз, хорошо?» — Дон кивнул. — «И в следующий раз я выиграю», — решительно сказал он.

***

Лани и Тома одновременно обняли Эмму, каждый с одной стороны. Затем Эмма подняла их обоих и закружила в объятиях. Все трое рассмеялись, когда Эмма опустила их на землю. Нэт, Шерри и Алисия тоже были очень взволнованы, их глаза наполнились слезами. Они обняли Эмму и сказали ей: «Я не хочу, чтобы ты уезжала». «Я буду скучать по тебе», — ответила Эмма. Она продолжала обнимать всех оставшихся детей, пока наконец не добралась до последнего... Фила.

***

Эмма взяла его на руки, подняла перед собой и, улыбаясь, крепко обняла. «Я буду очень скучать по тебе, Фил. Ты лучший супергерой. Пожалуйста, береги Грейсфилд, пока меня не будет, фантастический мальчик, и не попадай в неприятности, хорошо?» Фил кивнул и улыбнулся. «Я буду осторожен, Леди-Паук. Я обещаю, что буду в безопасности, пока ты будешь спасать людей. Я люблю тебя, Эмма», — нежно сказал Фил. «Я тоже тебя люблю, Фил», — ответила Эмма, в последний раз обняла его, поцеловала в лоб и опустила на пол. «Эмма, нам пора идти, твои родители ждут тебя», — тихо сказала мама. Эмма кивнула и в последний раз помахала всем на прощание. «До свидания, я вас всех люблю», — сказала она, глядя на каждого из них и запоминая их лица. «Моя семья..» — грустно подумала Эмма. Она была рада, что успела выплакаться, иначе ей было бы трудно сохранять самообладание перед ними. «Прощай, Эмма, мы любим тебя». «Удачи тебе в твоей новой семье». «Не забывай писать нам!» — кричали члены её семьи, когда Эмма выходила за двери Грейсфилда. Мама закрыла за ней дверь с хлопком.

***

Эмма шла за мамой, которая вела её к воротам. Мама шла впереди, держа в руках масляную лампу. Это был единственный источник света на улице, не считая звёзд и полумесяца в небе. Эмма с удивлением посмотрела на небо. Она никогда раньше не видела ночное небо вживую, только через окно своего дома в Грейсфилде. Оно было таким красивым и волшебным. «Я так горжусь тобой, Эмма», — вдруг сказала мама.

***

«А почему, мама?» — спросила Эмма. «Потому что все дети были в отчаянии из-за того, что ты их покидаешь. Как будто они теряли мать или сестру. Так и было, Эмма. Ты оказала влияние на каждого ребёнка там. Вот почему я знаю, что однажды ты станешь исключительной мамой». — похвалила её мама. «С-спасибо, мама», — пробормотала Эмма в ответ. Но что-то в маминой похвале заставило её занервничать. Их туфли стучали по земле, пока они шли к воротам. Это был единственный звук, который можно было услышать в эту жуткую ночь, пока мама не начала напевать колыбельную. «Ммм-хмм», — начала она, и Эмма вскоре присоединилась к ней, как учила мама. Затем мама радостно запела, и это вселило в Эмму надежду. Но эта надежда сменилась страхом, когда они подошли к воротам. Мама перестала петь. «Подожди здесь, я открою ворота», — сказала она. Холодный ветер обдал Эмму, и по её спине пробежал холодок. Она вспомнила кошмар, который приснился ей прошлой ночью. «Эмма, ты можешь пройти через ворота», — позвала мама. «Иду, мама...» Эмма собралась с духом и, пошатываясь, прошла через ворота. Было плохо видно даже при свете масляной лампы, которую держала мама. Но они едва могли разглядеть медленно приближающуюся к ним фигуру. Эмма очень нервничала, но изо всех сил старалась этого не показывать и сдерживала страх.

***

Наконец, фигуру можно было разглядеть, когда они подошли ближе к свету. Это была пожилая женщина в длинном черном платье, а ее короткие вьющиеся волосы были почти такими же белыми, как луна. Лицо леди было очень холодным и серьезным. «Это она собирается меня удочерить?» Эмма нервно размышляла об этом. Эта женщина не казалась доброй или что она очень заботилась о детях. — «Итак... »— прохрипела старуха, поворачиваясь к Маме. — «Это та девочка, которую ты рекомендуешь в качестве кандидатки на роль Сестры или Мамы?» — Мама гордо улыбнулась. — «Да, бабушка, она проявила исключительный ум и спортивные способности. Она с блеском прошла тест на Материнскую Сердечную Сосуды и отлично заботится о других детях». — Она с гордостью хвасталась, и Эмме стало неловко. «Приятно познакомиться, я Эмма», — вежливо представилась Эмма, несмотря на то, что была не в восторге от этой женщины. Она протянула руку, чтобы та её пожала. «Хмф», — старуха проигнорировала её попытку вежливо поздороваться и продолжила холодно смотреть на Эмму, изучая её. «Стройная, вес вроде бы нормальный, но немного ниже среднего.» — сказала женщина так, словно покупала товар, а не усыновляла ребёнка.

***

Внезапно она схватила Эмму за подбородок своей морщинистой костлявой рукой и притянула его к себе, чтобы лучше рассмотреть. «Симпатичное личико, но она какая-то бледная. Ей нужно есть больше мяса». Эмма почувствовала себя крайне неловко от такой оценки, но была слишком шокирована, чтобы что-то сказать. Старуха быстро стянула шляпу с головы Эммы, обнажив её ярко-рыжие растрёпанные волосы. Она неодобрительно провела холодными грубыми пальцами по волосам Эммы. «Хмф, что за мочалка, ты что, никогда не слышала о том, что нужно расчёсывать волосы? Думаю, нам придётся побрить тебя налысо». — безжалостно поддразнивала её женщина. Эмма была в ужасе: неужели мама позволит этой мерзкой старухе удочерить её? Мама, похоже, никак не отреагировала и не осудила её поведение, как будто ожидала чего-то подобного. Затем противная старуха заметила повязку на её ноге. «Что случилось с твоей ногой, девочка?» — женщина, казалось, требовала ответа, но не из-за беспокойства за Эмму, а потому что ей было любопытно. «Я поранила ногу, когда играла в салки», — честно ответила Эмма. Губы женщины скривились. «Что ж, в будущем ты получишь гораздо больше травм. Некоторые из них будут намного серьёзнее, чем царапина на ноге, моя дорогая. Так что тебе лучше быть начеку и не терять бдительности. Я не собираюсь нянчиться с тобой», — предупредила она.

***

Эмма была сбита с толку и ошеломлена бессердечием этой женщины. Если она не собиралась о ней заботиться, то кто тогда собирался? И что она имела в виду, говоря, что в будущем Эмма получит ещё больше травм? Затем старая ведьма начала ощупывать Эмму, пока не осталась довольна. «По крайней мере, у тебя хорошая реакция», — усмехнулась женщина, закончив агрессивный осмотр Эммы, к её большому облегчению. Тогда Эмма вспомнила разговор, который подслушала в маминой комнате. «Так ты и есть моя бабушка?» — спросила Эмма, наконец набравшись смелости. Мама на секунду опешила от того, что Эмма знает, кто её бабушка, но быстро взяла себя в руки. Старуха ухмыльнулась, глядя на Эмму. «А она сообразительная, мне это нравится», — заметила она, прежде чем ответить: «Да, я твоя бабушка». «А теперь, я уверена, ты ждёшь того, ради чего пришла сюда. Одну минутку, пожалуйста». Она вернулась в темноту, чтобы найти кого-то или что-то... Может, она приведёт моих новых родителей? — надеялась Эмма. Но реальность оказалась гораздо страшнее, чем первая встреча с новыми приёмными родителями или с мерзкой жестокой старухой, которая насмехается, осуждает и тычет в тебя пальцем.

***

Бабушка вскоре вернулась, но не с радостными новыми родителями, которые ждали встречи со своей новорожденной дочерью, а с существом, и не просто существом, а монстром. Прямо как в кошмаре Эммы, но у этого монстра было длинное белое лицо с четырьмя вертикальными глазами, которые смотрели в разные стороны. Два глаза наверху, два внизу, а посередине — гигантская пасть с сотнями острых, похожих на ножи зубов и ужасающе длинным толстым языком, с которого капала слюна. Существо было тёмным, ростом в 10 футов и стояло на задних лапах. Его гигантские тонкие руки с длинными острыми когтями выглядели так, будто могли раздавить Эмму, а то и Маму с Бабулей. По обеим сторонам его головы росли два заострённых рога. Это был не просто монстр… это был демон При виде этого существа глаза Эммы неестественно расширились, рот в ужасе приоткрылся, и она начала пятиться. Бабушка угрожающе улыбнулась, словно реакция Эммы её позабавила. «У тебя есть два варианта, Эмма.» Наконец-то она обратилась к ней по имени. «Либо ты идёшь со мной и остаёшься в живых, чтобы стать сестрой или матерью, воспитывающей детей, которые станут таким же скотом, как и ты, на ферме. Либо ты умрёшь и станешь следующим блюдом Готцузеля». Она указала на возвышавшегося рядом с ней демона, который смотрел на Эмму, как на изысканный стейк. «Выбор за тобой, милая», — насмехалась она, протягивая к Эмме свою морщинистую, длинную, костлявую, похожую на ведьминскую, руку.