Часть 2. продолжение начала.

Глава вторая. В которой он снова теряется, но уже среди слухов. В переулке было пыльно, сыро и скучно. Он не заметил, как прикрыл глаза, подперев щёки кулачками, и задремал. Сон был странный. Где-то в темноте звучал тихий женский голос, мягкий и печальный: «Мой милый малыш… прошу, найди безопасное место… не спи в таких местах…» Мальчик во сне слегка кивнул, как будто соглашался. Но стоило ему приоткрыть глаза и вдохнуть запах навоза и капусты, всё тут же выветрилось из головы. Он протёр лицо ладонями и бодро заявил: — О! Новый день! Новый я! — хотя прошло всего полчаса. И отправился шататься по рынку, абсолютно забыв о голосе. — Ну всё! Я начну новую жизнь, и раз уж ослик оставил меня… у меня будет другой брат. например… — он прищурился, посмотрев вперёд — кура? — Он вытянул руку к первой же курице, проходившей мимо в охапке какой-то бабки. Курица возмущённо закудахтала, бабка дала ему подзатыльник, и мальчик, слегка шатаясь, продолжил бродить по рынку. Толпа вокруг гудела, торговцы перекрикивались, запахи смешивались — хлеб, квашеная капуста, свежий навоз. В этом шуме до него донеслись обрывки разговоров: — …говорю тебе, вечером обязательно свечку ставь, чтоб они не заметили… — Тсс! Тише! Хочешь, чтоб нас всех сгноили? — Ну а что, ты знаешь, что будет, если подношение опоздать хоть на день… Он прошёл мимо двух мужиков, которые грузили яблоки в телегу и переговаривались шёпотом: — …в прошлый раз они сами приехали в деревню… — И половина домов опустела… — А мы кто им? Мы пыль под сапогами! Мальчик остановился, наклонил голову и радостно влез в их разговор: — Ага! Я тоже пыль! Я только что падал в неё, знаете, вкус такая себе! Мужики уставились на него, как на идиота (и были абсолютно правы). — Иди отсюда, малец, — махнул рукой один. Он пожал плечами и пошёл дальше, напевая что-то своё, абсолютно не заметив, что все вокруг то и дело бросают тревожные взгляды в сторону мрачного тракта за городом. И вдруг дорогу ему перекрыли трое. Взрослыми их не назовёшь — лет по четырнадцать–пятнадцать, но в их лицах было уже что-то звериное. Носатый, худой и длинный, словно палка в рваной рубахе. Пузатый с круглым лицом, от которого улыбка не сходила, но было ясно: она никогда не была доброй. И мелкий — самый младший, но сжатый камень в руке говорил сам за себя. Они встали стеной, и он понял, что тропинка между лавками теперь принадлежит только им. — Эй, кудлатый, — носатый наклонился поближе. — Ты чё тут делаешь? Мальчик поднял голову, разглядывая их «Ровесники… ко мне подошли ровесники! или чуть старше?» сам дурачок не мог определить свой возраст, по крайней мере на них он смотрел снизу вверх, улыбнулся во весь рот, будучи очень рад встрече. — Привет! Я ищу дом! — гордо сказал он, будто сообщил величайшую тайну. Троица переглянулась. В глазах мелькнула тень удивления, потом — интерес. — Дом? — переспросил пузатый, ухмыляясь. — А где он у тебя? — А, я ещё не знаю, — честно признался мальчик, почесав макушку. — Но я его найду! я в общем-то, ищу свой новый дом.— Хулиганы прыснули. Мелкий фыркнул, поднял камень и швырнул ему под ноги. Камень больно ударил по щиколотке, он ойкнул, но тут же заулыбался: — Ого, как вы умеете! Почти попали! Ещё раз попробуете? Прохожие замедляли шаг. Кто-то бросал тревожный взгляд на троицу, но тут же отворачивался, делая вид, что ничего не видит. Женщина с корзиной крепче прижала ребёнка к себе, торопливо потащив его в сторону. Воздух вокруг словно сгустился — все знали, чем может закончиться встреча с этими мальчишками. А он — нет. Пузатый толкнул его плечом так, что он чуть не упал. — Безродный, да? Ни отца, ни матери? — Я ищу дом! — повторил он, улыбаясь так, будто это был ответ на все вопросы мира. Носатый хмыкнул. В его взгляде не было ни капли смеха, только холодная усталость. — Понятно, — сказал он. — Значит, никто за тобой не придёт. Мальчик даже обрадовался: — Да! Никто не придёт! Я сам всё найду! Трое переглянулись ещё раз. И что-то решилось в их лицах. Носатый кивнул в сторону тракта, уходящего от базара. — Там. Видишь башни? Там живёт Семья. Они любят… таких, как ты. Скажешь, что тебя мы прислали. Этот идиот вскинул руки к небу, как будто выиграл главный приз. — О, правда?! Я знал, что у меня появятся друзья! Спасибо, спасибо! Тогда ещё увидимся! И радостно зашагал туда, куда они указали, перепрыгивая через навоз и помахивая руками. Когда его светлая макушка растворилась в толпе, троица осталась стоять в переулке. — Бездомный, безмамный, бесполезный… — тихо сказал пузатый. — В общем-то придурок, — добавил мелкий, сжимая кулак. — Лучше пусть сразу умрёт. — Там с ним быстро разберутся, — резюмировал носатый. — Нам только легче. И они разошлись, будто ничего не случилось. А он уже шагал вперёд, даже не подозревая, что его «новый дом» может оказаться последним.