Глава 3 - Поселение

      Конечно, я с такой радостью покинул тэна, но что мне дальше-то делать? Понятное дело, нужно купить припасов на первое время, но каких? Я примерно понимал, что мне нужно, но сейчас приходилось думать очень быстро, чтобы уже сегодня отправиться на место, где я собираюсь начать всё с начала.       Слава Господу, что у меня уже с собой есть топорик, тратиться на него не придётся. У меня всего десяток пенни, которые я сейчас судорожно сжимал в кармане. Нужен ножик, котелок, зерна… Может, ещё какую-нибудь животинку найду… В общем, окажемся на рынке, узнаем.       Я направился в сторону, откуда доносилось больше всего шума. По логике, именно торговая площадь должна быть самым оживлённым местом поселения, так что и шуметь должны там сильно. И, руководствуясь этой идеей, я двинулся на звук. Стоило мне пройти пару десятков шагов, как я оказался на месте.       Логика меня не подвела. Всё свободное пространство было заполнено прилавками, телегами и простыми шкурами, на которых торговцы выкладывали свои товары. Сильнее всех выделялась лавка кузнеца с выставленными инструментами. Именно к нему, пропуская весь прочий шум мимо ушей, я и направился в первую очередь.       Правда, если на шум можно было не обращать внимания, то вот запахи напрямую ударяли в нос. Привычные ароматы потных тел, навоза, соломы да свежего хлеба, от которого живот тут же начал просить перекусить. Потерпи. У нас у самих есть хлеб, так что покинем поселение и перекусим.       — Эй, мастер? — окликнул я кузнеца, сурового вида мужчину с шапкой, что скрывала лысину.       — Чего надо? — грубо ответил он, пока я рассматривал его товар.       — Почем у вас этот нож? — указал я на орудие, лежавшее с краю. Лезвие не больше моего среднего пальца, да рукоятка, обмотанная верёвкой. Ничего примечательного или дорогого.       — Полтора пенни — посмотрев на меня, буркнул мужик, после чего спросил — Слушай, не ты совсем недавно у ворот тэна о данах кричал?       — Ну да, я — с долей подозрения ответил. К чему это вообще?       — Тогда могу ещё топор заточить за половину пенни — указал он на инструмент, висевший у меня на поясе — Тупой он у тебя какой-то.       — И с чего такая щедрость? — прямо спросил я, не скрывая своего недоверия.       — Ну так — усмехнулся мужчина, сдвинув шапку и обнажая длинный тонкий шрам на своей лысине — Я с этими безбожниками встречался, знаю, что они такое.       — Ну тогда соглашусь — спустя некоторое время ответил я, протягивая руку. Скрепив сделку рукопожатием, я протянул две серебряные монетки и свой старый топорик, которому действительно требовалась заточка. Он принял инструмент и повернулся к большому точильному камню. Спустя мгновение раздался противный скрежет металла о камень.       А сам же, пока кузнец работал, направился к женщине, что зерном торговала. Скорее даже старушке. Просто сколоченный на быструю руку прилавок был завален корзинами с овсом, ячменём, рожью и всем прочим. Как раз то, что нужно. Смогу и поле засадить, и на поесть останется…       — Хозяйка, почём зерно? — подойдя, обратился я к женщине.       — Полпенни за корзину, да столько же за кулёк с посевным зерном — взглянув на меня, ответила она.       — Тогда можно корзинку овса да кулёк семян его? — сказал я, в мыслях отсчитывая, сколько у меня ещё останется. Ещё семь пенни. Может, ещё кур взять? Сразу яйца будут, да и в случае чего на мясо можно будет пустить… Интересно, а соль тут есть?       — Конечно, милок — улыбнулась она, отвешивая попрошенное — Чего это ты такой худой, кожа да кости. Может, побольше возьмешь?       — Нет, просто у меня совсем мало, так что не смогу — выставив руки вперёд, ответил я, стыдясь того, что отказываю такой приятной женщине.       — Ну хорошо — покачала головой она, но я заметил, как она подсыпала мне немного зерна в корзину, сверх того, что было.       Я же, дождавшись, пока она отмерит нужное количество, подставил свой старый мешок, и хозяйка пересыпала туда зерно. А семена я взял сразу, вместе с кульком. Оказывается, цена в полпенни идёт вместе с этим крохотным мешочком. И на том спасибо.       Закинув зерно за спину, я двинулся к молодому мужчине в цветастой тунике, который сидел на своей повозке и громко объявлял о своих товарах. Чэпмен. Староста часто говорил о них, когда отсюда возвращался. Цену высокую задирают, но товар у них всегда качественный. И именно у них можно было найти такую редкую соль.       — Соль! Белая соль из Уича! Настоящая, только недавно добытая!       — Почем соль? — спросил я, став одним из немногих, кто подошёл к нему.       — Полтора пенни за кулёк! — усмехнулся мужчина, потирая руками — Но если расскажешь мне какие-нибудь слухи, которые будут мне полезны, то могу и снизить цену.       — Если будешь на дороге в сторону большого леса, то будь осторожен — пожав плечами, ответил я, рассматривая другие его товары. Ничего нужного мне не было — Там даны рыщут, уже деревню одну сожгли.       — Хм… Значит, надо будет в обход поехать. Не приведи Господь мне их встретить — пробормотал торгаш, потирая свою жидкую бородку — Так уж и быть, ты меня убедил. Тебе отдам за ¾ пенни.       — Идёт — ударив по рукам, я отдал ему монетку и взамен получил тяжёлый кулёк и четвертинку серебряной монеты.       Итого у меня осталось шесть целых монеток и одна четвертинка. Осталось только кур купить, да и дождаться кузнеца, когда он мой топорик заточит. Поэтому я направился к следующей лавке, у которой сидела полноватая женщина и ощипывала тушку. А рядом, в нескольких плетёных корзинах, громко кудахтали птицы.       Стоило же мне подойти, как в нос ударил резкий запах соломы и помёта. Потерев нос, я подошёл к торговке и спросил.       — Почём птица?       — Четверть пенни за несушку, столько же за двух петухов.       — Здоровые? — уточнил я, слушая кудахтанье и смотря на корзины.       — А как же? Хоть сейчас яйца нести могут! И здоровенные, с мой кулак! — с задорной улыбкой принялась хвалить свой товар женщина — Вот, смотри, отдаю два яйца вместе с курицей!       — Можно тогда посмотреть их?       — Разумеется — улыбнулась она, подтягивая к себе корзину и доставая одну из птиц, после чего передала мне. Брюшко чистое, грудинка мягкая, мяса достаточно. Глаза ясные и гребешок яркий. Староста учил, как отличать хороших куриц, и эта была как раз такая.       — Действительно, хорошая наседка — кивнул головой я — Можно ещё одну посмотреть?       Ничего не сказав, женщина протянула мне вторую птицу. Та тоже оказалась неплохой, правда, мяса было немного поменьше. Ну ничего, самое главное, что здоровая и яйца нести может.       — Можно мне этих двоих? — спросил я.       — Конечно, бери — ответила женщина, принимая монетку и прямо на месте деля её на две половины, одну из которых вернула мне — Не хочешь петухов ещё взять? Четверть пенни за двоих.       — Нет, мне и несушек достаточно будет — кивнул я, взяв птиц и связав им лапы, закинув их за спину, отправился к лавке кузнеца, который призывно махал мне. Обещанные же яйца торговка завернула в пучок соломы. Надо бы у кузнеца поинтересоваться, нет ли у него котелка.       Птахи, махавшие крыльями и громко кудахтавшие, быстро успокоились, не успел я подойти к лавке. Кузнец, сказавший что-то своему помощнику, снова поприветствовал меня, демонстрируя мой заточенный топор. Взяв его и проведя пальцем по лезвию, я убедился в том, что хозяин лавки своё дело знает.       — Спасибо больше — сказал я, вешая топорик на пояс — У вас котелков случайно нет?       — Есть, как не быть — сказал мужчина, поднимая его с земли и ставя передо мной — Отдам за два пенни. А если ещё половинку накинешь, то и кресало дам. В лесу без огня, сам понимаешь.       — Идёт — кивнул я и, отдав монеты, принял утварь. И тут же сложил в него яйца, чтобы не разбились. Живот, конечно, урчал, требуя еды, но я снова не обратил на это внимания. Вот доберёмся до места, можно будет и поесть.       Пожав кузнецу руку, я отошёл от его лавки. Так, вроде всё, что нужно, я взял. По крайней мере, на первое время этого хватит. Осталось три целых серебряных монеты и одна четвертинка. Думаю, на первое время хватит. А там уже на всё воля Божья.       Ну раз всё, что надо, я взял, то можно отправляться. Только вот как я до туда доберусь? Я до сюда шёл всё утро, а теперь ещё и с грузом. Хотя, помнится, тут торговцы ходят, может, попытаться у них попросить, чтобы меня подбросили?       Именно так я думал, двигаясь по тракту, который, выйдя из поселения, идёт в сторону моей старой деревни. Однако что-то привлекло моё внимание, промелькнув слева. Развернувшись, я заглянул в подворотню между двумя домами и увидел сидящую на земле девочку, не сильно младше меня.       Выглядела она плохо. В одних лохмотьях, да и перепачканная вся. Рыжие волосы были спутанными и грязными. Не думая ни мгновения, я свернул и подошёл к ней. Помахал рукой перед лицом, но она даже не посмотрела на меня. Потряс её за плечо, и только тогда она перевела взгляд на меня.       И тут же попыталась попятиться, смотря на меня со страхом в глазах. Я выставил руки вперёд, желая успокоить.       — Тихо, тихо, я тебя не обижу. Что ты здесь делаешь? — осторожно спросил я у неё.       — Меня из дома выгнали — взгляд её серых глаз встретился с моим — Называли данским отродьем и вышвырнули…       Вот как. То есть она дочка английской женщины от дана? И из-за этого её семья выгнала её. Какой ужас. Несмотря на то, что в ней текла кровь тех, кто сжёг мою деревню, я не мог её ненавидеть. Она выглядела так же, как и я, когда понял, что деревни больше нет. И я не могу её оставить.       — Не хочешь тогда со мной пойти? — сказал я, протягивая руку — У меня деревню сожгли, так что хочу новую построить.       — Ты не боишься того, что я данское отродье? — спросила она, но в её голосе на мгновение промелькнула надежда.       — Ты — это ты. Неважно, чья кровь в тебе течёт — ответил я, всё ещё держа руку перед собой. А спустя мгновение девочка коснулась её, принимая мою доброту.       После того как я помог ей подняться, я крепко сжал её руку и повёл прочь из этого поселения. Старался я идти быстро, чтобы никто из местных не заметил, кого я подобрал. А то ещё могут подумать, что я с данами якшаюсь.              — Как тебя зовут?       — Астрид — прошептала девушка, смотря в землю.       Действительно, данское имя… Понятно теперь, почему к ней так относились. Ну ничего, там, где мы будем, никто не посмеет оскорбить её из-за имени. Я не позволю. Теперь же, когда она шла рядом со мной, я смог получше её разглядеть. Не сильно ниже меня, но явно младше. Зим тринадцать, может, четырнадцать. И очень худая. Бедняжка…       Подойдя к воротам, я заметил одного из торговцев, которых на рынке видел. И тут же подошёл к нему.       — Эй, торговец, куда путь держишь?       — На север — с подозрением ответил он — А чего надобно?       — Не подбросишь до большого леса? — спросил я — Двоих.       — Фартинг и залезайте — задумавшись, сказал он, пожав плечами. Видно, не заметил или не обратил внимание на волосы Астрид. Ну и отлично. Запрыгнув в повозку, я устроился поудобнее и бросил последний взгляд на поселение при дворе тэна. Хорошие тут люди, но очень неправильно, что они бросили Астрид на улицу. Ну ничего, теперь она со мной. И молю Господа, чтобы всё было хорошо.

Продолжение следует…