Часть 2

***

В тёмной комнате, которую освещала луна, хрупкая девушка упрямо всматривалась в зеркальную гладь. Длинные ровные волосы прямыми локонами спускались вдоль позвоночника. Лада опустила ладонь на зеркало: — Что же ты мне даровала... От чего моя жизнь рушится... Ты сделала меня чужой. Отражение ничего не ответило Ладе, лишь хмуро всматривалось в её бледное лицо. Девушка ждала, когда её зеркальная близняшка заговорит, но та упорно молчала. Вздохнув, Лада отошла от стены, натягивая ночное платье на плечи. Взглянув мельком на круглую поверхность, девушка вздрогнула. В отражении стояла она же, её лицо медленно поворачивалось в сторону, зеркальная Лада стояла голая, ещё не надевшая рубаху. Затаив дыхание, хозяйка комнаты медленно подошла к зеркалу: — Что ты? Девушка-отражение улыбнулась, она запустила руки в свои волосы и медленно принялась расчесывать локоны пальцами: — Я наградила тебя своею волей, дала тебе смысл, позволила тебе видеть. Ты можешь всё, тебе решать, какой дорогой идти. Близняшка говорила тихо, полушёпотом, отражаясь тонким хрипом от деревянных стен. Лада опустила перед богиней голову, смиренно внимая каждому её слову. — Держи глаза закрытыми, если не хочешь увести его за собой, — продолжила богиня. — Спасибо, матушка. Твой подарок — дар. Зеркальная копия улыбнулась и высунула из стекла руку. Схватив Ладу за кисть, она показала ей, как на коже проступает серое пятно. — Может, мне не нужно было оставлять тебе свой смертельный поцелуй... Последняя фраза была произнесена громче и требовательнее, с ноткой недовольства. Едва Лада осознала сказанное богиней, фигура зазеркалье исчезла. Девушка опустилась на деревянные половицы и, спрятав лицо в коленях, всхлипнула. Все изменения, которые происходили с ней, дело рук богини смерти. Отец так боялся, что её уведёт в службу богам жрец, а в итоге она сама могла увести кого угодно. Пламя красным заревом снова распирало грудь, требовательно намекая, что пора принять свою новую ипостась. Лада сжалась, боясь принять своё новое «я». Забившись в угол, обхватив колени, девушка просидела до утра, прислушиваясь к внутреннему голосу, который хохотал и требовал побега на волю. *** День благоволил, погода стояла солнечная и теплая. Вся деревня суетливо работала, кропотливо готовясь к наступающей осени. Лада подхватила войлок и отправилась к валяльщику. Казалось, что день будет схож со всеми предыдущими. Однако всё оказалось не так. Мимо Лады, задев её плечом, пронеслась местная жительница. Женщина звала старейшину, по её лицу было понятно, что приключилась беда. Заинтересовавшись случившимся, младшая дочь Ратмира вскоре оттаптывала порог главного дома в деревне. Было слышно, как женщина тревожно рассказывает о своих переживаниях. Словно чуя неладное, у порога старейшины собралась вся деревня. Вскоре предводитель людей вышел на порог. Смерив толпу тревожным взглядом, он сообщил, что из леса не вернулись дети. Женщины заохали, а мужчины стали ругать непутёвую мать, что не уследила за детворой. Смерив толпу тяжелым взглядом, Драган, сын старейшины, предложил отправиться на поиски всей деревней, разделившись на группы. Люди зааплодировали, одобрительно реагируя на наследника деревни. Лада оказалась в группе с сестрой и другими девушками. Группа девиц осторожно ступала по сухим веткам, время от времени взывая к "потеряшкам". Девушки тихо перешептывались, иногда посмеиваясь со своих историй, только Лада молчаливо следовала за толпой. Она никак не могла унять бунт в груди. Новая Лада напористо шептала ей в ухо и предлагала бросить никчёмных подруг и ринуться в лесную густоту в одиночку. Девушка, изнывая от упрямого голоса в голове, ущипнула себя до кровавых отметин. — Прими, Лада!!! Не отворачивайся от себя, я дала тебе силу. Дорогу топтать тебе, — вторил голос Мораны в голове. Лада остановилась. Глубоко вздохнула и закрыла глаза, прислушиваясь к дуновению ветра, к каждому шороху белки и жужжанию ос. Она старалась уловить каждый звук, обращая своё внимание на то, что творилось под её ногами. Скинув кожаную обувь, девушка с удовольствием зарылась пальцами ног в пыльную насыпь. Лада оставалась неподвижной, пока не ощутила, как незримая нить выбилась из-под опущенных век и ринулась куда-то за темноту. Когда девушка открыла глаза, она видела другое место. Оставаясь неизменно на той самой тропе, на которой шли подружки, Лада видела совершенно другую картину. Она взирала на огромный валун, на который хотелось запрыгнуть, видела корешки травинок. Смотрела глазами жабы. Переведя взгляд левее, картинка сменилась на новую локацию. Теперь она гордой ланью взирала на колючие заросли, усеянные дикой ягодой. Уведя глаза направо, девушка оказалась лисицей, что повизгивала у корней ясеня. Так, вселяясь в каждого лесного зверя, новообращенная ведьма искала пропажу. Десятки глаз Лада повидала, десятки мест, пока глазницы кабана не встретились с испуганными лицами детей. — Вот вы где! — радостно воскликнула девушка. Лада бросилась наискось от деревни, пробираясь через густые кустарники напрямую к старым, ушедшим под воду мельницам. Там, за березовой рощей, у берега строптивой реки неопрятным хламом располагались развалины, оставшиеся от старой деревушки. Рядом со знакомым местом, где бродил кабан, у срезанного дуба сидела малышня. Лада, воодушевившись чувством гордости и самодовольства, забыла напрочь, как старалась сдержать настойчивое желание подчинять. Теперь она бежала с гордостью, принимая внутренний вызов. Раз уж богиня наделила её такой силой, может ли она творить добро? Ведь матушка сама сказала, что дорогу выбрать может лишь она сама. Почти смеркалось, когда навстречу группе мужчин, среди которых шагал Волот, вышла Лада, держа за руки потерянных детей. Мужчины кинулись к найденышам, а жрец зачарованно глядел на грязные щеки любимой. Растрёпанная и босая, измазанная в грязи, она счастливо улыбалась. Волот подметил, как сверкают её глаза, словно в них горит огонь до самых небес. — Ты не замёрзла? — спросил жрец, беспокойно оглядывая девушку. — Знал бы ты, как мне жарко, — хрипло отозвалась Лада, потянувшись к его пересохшим губам. Волот отшатнулся, оглядываясь, не видит ли кто, как Ратмирская дочь жмётся к его рукам. — Лада, здесь неподалёку твой отец бродит. — Пусть себе бродит, разве мы против этого, — хихикнула девушка. Жрец вновь нахмурился, вновь увидал изменения, непохожие на привычную девчушку. Перед ним ластилась, как кошка, будто совершенно иная девушка. Волот грубо схватил Ладу за предплечье и тряхнул, всматриваясь в её тёмные зрачки: — Тобой словно нечистая овладела, — шепнул он. — Мне больно, — поникла Лада, тонко пискнув. Испугавшись, что причинил хрупкой девушке боль, жрец отступил. — Пожалуйста, Лада, прости, — взмолился Волот, — не хотел сделать тебе больно. — Ничего, я сама виновата, от радости, что нашла детей, вовсе обезумела, — оправдывалась девица. — Идём, найдём моего отца, я так устала... Жрец кивнул и, уложив на спину девушки ладонь, повёл её в сторону дома.